Под покровом лунного сада

Тихий вечер в поместье Грейратт выдался на удивление спокойным. Рудеус с Эрис отлучились по делам, а дети уже спали. Норн, отложив очередную гору исписанных черновиков, решила прогуляться по саду, чтобы проветрить голову. Лунный свет серебрил листву, а в воздухе витал тяжелый, пьянящий аромат ночных цветов. Она не сразу заметила Аишу, стоявшую у фонтана. Горничная, обычно такая собранная и официальная, выглядела задумчивой. Ее стройная фигура в легком ночном одеянии вырисовывалась в сумраке как призрачное видение. «Норн? Тебе не спится?» — мягко спросила Аиша, поворачиваясь к ней. Ее голос звучал тише и глубже, чем обычно. «Дела, — коротко бросила Норн, чувствуя, как под взглядом зеленых глаз на ее щеках разливается румянец. — А ты?» «Я ждала», — просто ответила Аиша и сделала шаг вперед. Расстояние между ними сократилось до нескольких дюймов. Норн почувствовала исходящее от горничной тепло и легкий, чистый запах мыла. Сердце заколотилось в груди с бешеной скоростью. Она всегда восхищалась Аишей — ее силой, преданностью, той скрытой страстью, что угадывалась в каждом ее движении. Но сейчас это восхищение перерастало во что-то иное, животное и властное. «Кого ты ждала?» — прошептала Норн, задыхаясь. «Тебя». Их губы встретились в порывистом, жадном поцелуе. Это была не нежность, а столкновение, битва двух голодных сердец. Язык Аиши грубо вторгся в ее рот, и Норн ответила ей с такой же дикостью. Ее пальцы впились в жесткие мускулы спины горничной, чувствуя, как та вздрагивает от прикосновения. Они почти не дыша, влетели в покои Норн, срывая с друг друга одежду. Вот уже обнаженная грудь Аиши, упругая и совершенная, прижалась к ее более скромной девичьей груди. Норн тёрлась соском, заставляя Аишу громко стонать. «Ты всегда так на меня смотрела, Норн, — прошипела Аиша, с силой прижимая Норн к стене. — Как будто хотела съесть». «А ты… ты всегда строила из себя неприступную», — выдохнула Норн, запуская руку между ее ног. Ее пальцы уткнулись во влажное, пылающее тепло. Вагина Аиши была уже мокрой от возбуждения. Норн, не мешкая, ввела два пальца внутрь, чувствуя, как сжимаются ее внутренние мышцы. Аиша закинула голову и издала хриплый, похотливый звук. «Да… вот так, госпожа…» Слово «госпожа», произнесенное ее голосом, ударило в голову Норн сильнее любого вина. Она сильнее, почти грубо, двинула пальцами, входя и выходя из ее вагины, большим пальцем массируя чувствительный клитор. «Кончай, — приказала Норн, глядя, как лицо Аиши искажается от нарастающего наслаждения. — Кончай для меня». Тело горничной затряслось в мощном оргазме, ее соки залили руку Норн. Но на этом все не закончилось. Аиша, тяжело дыша, опустилась перед ней на колени. «Теперь моя очередь, госпожа», — сказала она, и ее горячее дыхание обожгло кожу на внутренней стороне бедра Норн. Язык Аиши был таким же умелым, как и ее меч. Он скользнул по ее клитору, заставив Норн вскрикнуть, а затем погрузился в ее вагину, лаская и лижа с невероятным мастерством. Норн, никогда не испытывавшая ничего подобного, впилась пальцами в ее русые волосы, теряя контроль над телом. Волны удовольствия накатывали одна за другой, пока она не кончила с громким, сдавленным стоном, имя Аиши на устах. Они рухнули на кровать, их тела, покрытые потом, сплелись в объятиях. Аиша прижалась лицом к ее шее. «Я всегда этого хотела», — тихо призналась она. «Я тоже, — прошептала Норн, проводя рукой по ее сильной руке. — Но это… это наш секрет». «Как прикажете, госпожа», — улыбнулась Аиша в темноте, и ее рука вновь опустилась между ног Норн, обещая, что ночь только начинается.