Растопить чёрное сердце

Языком – оставлять влажную дорожку. По лопатке вниз и, забавляясь, влево, пересчитывая острые позвонки. Кожа под губами могильного серого цвета. Он зевает, потягивается чёрной пантерой и поворачивается набок. Глаза в глаза – ярко-синие, смотрят с усмешкой и невольным смущением, от того что разбудил. Губы растягиваются в приветливой улыбке. Питч кладёт ладонь на белоснежную щёку. Тонкие пальцы-пауки кажутся почти чёрными на контрасте с бледной кожей. Притягивает ближе, сцеловывает ласковую улыбку крайне осторожно. Целомудренно, невинно. Джек доверчиво прикрывает глаза. Поцелуй выходит долгим, нежным, сладким, как сон Песочного Человека. Питч сдвигает ладонь, обхватывая затылок, вплетает пальцы в мягкие волосы. Джек тихо стонет в тонкие губы, приоткрывая рот шире, прижимается ближе. Поцелуй углубляется. Питч шумно дышит, когда Джек отрывается от его губ и оказывается сверху, выгибаясь как кошка. Холодные пальцы пробегают по голой груди, Джек тянется назад, увлекая Питча за собой, заставляя прижаться к выщербленной стене. Питч дёргается, кусает нижнюю губу, но Джек уворачивается, спускается ниже цепочкой поцелуев. Обводит языком чувствительные соски – Питч выдыхает сквозь зубы, давит ладонью на белую голову. Джек улыбается в поцелуй, ведёт дорожку вниз. Влажно, горячо, и Питч мычит, тянет Джека на себя. Тот послушно поднимается, приникает к губам, языком проводит по кромке острых зубов и снова отстраняется. Смотрит в янтарь глаз затуманенным от желания взглядом, спрашивая разрешения. Питч слегка кивает, и Джек благодарно целует его в подбородок, в шею, и ниже, до тазовых косточек. Вся невинность исчезает, когда он облизывает порозовевшую головку и оставляет на ней лёгкий поцелуй. Питч снова дёргается, тяжело выдыхает. Ему тысяча лет, но его тело, словно тело неопытного семнадцатилетнего подростка, становится непослушным. Он медленно простанывает имя Джека, когда тот берёт в рот целиком. Движения плавные, нежные, и Джек смотрит на Питча с невысказанной любовью. Язык задевает уздечку, Питч отрывисто выдыхает, чувствуя себя на грани. Джек нахально касается чувствительного места ещё раз, и ещё. Он доводит Питча до оргазма и удовлетворённо любуется проделанной работой. Питч всё тяжело дышит, смотрит на Джека с приоткрытыми губами. На голой груди блестят капельки пота. Джек касается их, и они превращаются в замёрзшие кристаллики. Питч поводит плечами от внезапного холода и вдруг хрипло смеётся. Джек ныряет в его объятия, жмётся – враз становится маленьким потерянным котёнком. Питч целует его в светлую макушку и позволяет застыть у себя на груди. Танцующие тени на стенах логова, чувствуя настроение повелителя, успокаиваются, окутывают плавными волнами. Обволакивают незримым теплом, в этот раз защищая. Будто и не было никакого ледяного форта, не было чёрной, разъедающей изнутри печали и тоски. И не будет более. Серый свет росчерками ложится на сплетённые тела. Утро только начинается.