Под жёлтым комбинезоном

Алексу всю жизнь казалось, что ему не везло. Голодное детство с родителем-алкоголиком, который в моменты сильного угарного прихода не чурался поднимать на пятилетнего мальчишку руку; тупые, быдловатого вида одноклассники, не дававшие проходу ему вплоть до старших классов; постоянное невезение на личном фронте и исходящее из всего этого одиночество. И вот настал тот момент, когда он остался совсем один, и всё, что у него есть — этот дом, который он всей душой ненавидел, и старая отцовская двустволка, которой он отгонял от своего порога Гостей. После катаклизма мир словно сошёл с ума. Хотя, Алекс считал что он с самого начала был сумасшедшим. Просто инцидент вырвал наружу все людские пороки и лишь ускорил приближение неизбежного. Парень не особо верил во всю эту библейскую чушь, но как ещё иначе можно было назвать творящееся вокруг безумие, как не концом света? И четыре всадника: смерть, чума, война и голод. Всё один в один. Алекс тяжело выдохнул и протёр уставшие, покрасневшие от бессоницы и литров выпитых энергетиков глаза, под которыми залягли тяжёлые тёмные мешки. Сидя на небольшом табурете возле окна, он почти с безразличным видом наблюдал за тем, как люди в жёлтых костюмах с противогазами собирают с земли обгоревшие тела и складывают их в чёрные мешки. Такая картина уже стала такой привычной, почти обыденной. Парень невольно погладил двустволку, задумавшись о своём. В доме царила густая, напряжённая тишина. Где-то снаружи доносился еле слышный стрёкот сверчков. Где-то капал кран на кухне. Воздух ощущался густым и спёртым, словно марево. Алекс сделал глубокий вдох и провёл рукой по лицу, ощущая неприятную влагу на липкой, словно пропитанной потом коже; от стоявшей духоты пот катился градом, а голова последние дни буквально раскалывалась по утрам, никакой аспирин уже не помогал. Он даже не хотел думать о том, насколько сильно от него пахло сейчас и сколько времени уже он нормально не принимал душ и не чистил зубы. Казалось, что неделями. Долбаные правила, чтоб их… Шатен досадливо потёр подбородок, ощущая пока мягкую, но уже начавшую пробиваться щетину. Что ни говори, а возраст брал своё; пройдёт ещё месяц, и он превратится в копию своего отца: грязный, потный и заросший, как пещерный человек. Посидев ещё около получаса, Алекс наконец тихо выругался и невольно почесался, словно бродячий пёс. Такими темпами у него скоро вши заведутся, чего доброго — в компанию к наверняка уже прогрессирующему циррозу печени. «Да пошли вы все к чёрту», мысленно выругался парень, встал с табурета, и поставив ружьё в угол, направился в ванную. Щёлкнул выключатель, и над потолком загорелась тусклая, явно доживающая свои последние дни лампочка. Алекс невольно прижался носом к рукаву своей рубашки и чуть не скривился. Включив кран в ванне, он забил в слив пробку, оставив это ржавое корыто наполняться водой, а сам тем временем принялся искать стиральный порошок. Нашлась нужная коробка довольно быстро, и парень немедленно засыпал его в нужный отсек стиральной машины, которая не запускалась уже как будто лет сто. Раздевшись вплоть до нижнего белья, он закинул все грязные вещи в стирку, а сам наконец позволил себе залезть в уже почти набравшуюся ванну. Тёплая вода после всего времени казалась почти раем небесным. Намочив растрёпанные волосы, он промыл лицо и потянулся за мылом. Пускай эти ублюдки из КЧС сами умоются; из-за каких-то идиотских репортажей он не обязан жить, как последний маргинал. Что это вообще за показатель — «слишком белые зубы»? А если человек совсем недавно искусственное отбеливание делал? Это лишь подтверждало его убеждение, что у всех вокруг окончательно и бесповоротно съехала крыша. Покончив с водными процедурами, Алекс обернулся полотенцем и подошёл к запотевшему зеркалу. Ощущать себя вновь чистым было приятно. Какого чёрта он вообще повёлся на эти бредни по телевизору, словно типичный, отупевший от телека идиот с расплавленными мозгами? До этого он, бывало, и не мылся по несколько дней, но основной гигиеной никогда не пренебрегал. Почистив зубы и избавившись наконец от ненужной растительности на теле, которая не только выглядела максимально неопрятно, но и доставляла физический дискомфорт, Алекс наконец насухо вытерся и, покидав постиранные вещи в бельевую корзину, вышел из ванной. Он едва успел натянуть на себя чистые штаны и футболку, как внезапно в ночной тишине раздался резкий стук во входную дверь, заставивший его чуть ли не подпрыгнуть на месте от неожиданности. Алекс с досадой помянул недобрым словом ночного посетителя, кем бы он ни был, но захватил оставленное в углу ружьё и пошлёпал босыми ногами к входной двери. Посмотрев в глазок, он увидел стоявшего перед домом сотрудника КЧС с автоматом наперевес. Но не стоило терять бдительности, ведь это вполне мог быть мимикрирующий под агента Гость. — Кто? — из чистой формальности спросил парень. — Добрый вечер, — услышал он из-за двери приглушённый голос. Из-за противогаза было немного сложно всё разобрать. — Я из КЧС. Мы выезжаем на дом в вашем районе, опрашиваем жителей. — Откуда я могу знать, что вам можно верить? — хмуро поинтересовался Алекс. — Я могу показать вам свои документы, если это вас успокоит, — почти безразлично ответил агент. — В любом случае, Гости редко ходят группами. А может, и никогда. — В любом случае, — продолжил он после короткой паузы. — С вами сейчас есть кто-нибудь ещё в доме? — Нет. Только я один. «Ещё бы я стал впускать кого-то», недовольно подумал про себя Алекс. Его паранойя и слишком укоренившаяся с годами нелюбовь к людям, превратившая его чуть ли не в затворника, была категорически против, чтобы впускать в дом совершенно незнакомых людей, в отличие от его тщедушного соседа. — Хм, — агент, судя по тону, как будто нахмурился, но парень не мог знать точно из-за всё того же противогаза. — В таком случае, я должен начать осмотр с вас, чтобы убедиться, что вы тот, за кого себя выдаёте. Вы позволите войти? Алекс едва не поперхнулся воздухом. — А если я откажусь? — слишком резко выпалил он. — Вы можете, но я не советую вам это делать. В худшем случае мне придётся вызвать отряд и решить всё с применением силы. Вы ведь не хотите этого, верно? — Алексу показалось, или в голосе агента на миг промелькнуло что-то вроде усмешки? Он невольно сжал руку в кулак, второй рукой по-прежнему сжимая двустволку. Чёрт бы побрал этих назойливых идиотов в жёлтом. — Чёрт с вами, — тихо прошипев себе под нос ругательство, пробормотал он, отпирая дверь и отходя назад, позволяя незванному посетителю зайти внутрь. Когда тот вошёл внутрь, Алекс невольно попятился. Через глазок не представлялось возможным как следует разглядеть гостя, и потому он лишь теперь увидел этого типа воочию. Судя по всему, это был высокий мужчина с широкими плечами, рядом с которым парень невольно почувствовал себя десятилетним мальчишкой. КЧС-ник заметил в его руках ружьё и хмыкнул. — Опусти. Мне нет никакого смысла нападать на тебя. Наша первоочередная задача — собрать больше данных и отправить их в штаб-квартиру FEMA. Итак… вы готовы пройти небольшое обследование, чтобы я мог убедиться? — Делайте уже быстрей свою работу и уходите, — не скрывая недовольства, ответил Алекс. — Надеюсь, мне не нужно будет полностью раздеваться? — не удержавшись от лёгкой издёвки, поинтересовался он. — Это не обязательно. Рубашки будет вполне достаточно, — в голосе агента промелькнули странные нотки, но парень не обратил на это внимания и, закатив глаза, стянул через голову футболку, обнажив своё поджарое тело. Он почти ощущал физический дискомфорт, стоя вот так перед незнакомым человеком, чувствуя себя уязвимым. Агент молчал какое-то время, словно разглядывая парня, отчего тому стало не по себе, а затем подошёл ближе. — Позвольте, — он совершенно бесцеремонно протянул руку и взял обомлевшего от такого поворота Алекса и большим пальцем оттянул его верхнюю губу, словно Ван-Хальсинг, проверяющий потенциальную «жертву» на наличие клыков. — Хмм, — протянул он, разглядывая пускай и не идеальные, но достаточно чистые и ровные зубы парня. — Не употребляете табак? — Вообще не курю, — хмуро произнёс Алекс, чувствуя одновременно неловкость и дискомфорт от такой близости этого странного чудака в жёлтом, ощущая исходящий от его мощного тела жар как будто даже сквозь костюм химзащиты. — Вы же не станете подозревать меня только из-за этого?! — Не беспокойтесь, это ещё не показатель, — успокоил его агент, однако парня его слова совсем не успокоили. Далее КЧСовец наклонился ниже, приблизившись почти вплотную своим противогазом к оцепеневшему лицу парня, отмечая его синяки и покрасневшие от недосыпа глаза. Он молчал почти минуту, из-за чего Алекс уже начал нервничать; такое ощущение, будто этот тип словно раздумывал, стоит ли застрелить его прямо сейчас или же утащить в свои лаборатории для опытов. Неожиданно этот громила резко подался вперёд, прижимая ахнувшего от неожиданности парня к стене, его массивное тело прижалось к нему вплотную, а одна нога совершенно нагло влезла бедром промеж ног. — Вы совсем ебанулись?! Что вы себе позволяете?! — взвыл Алекс, морщась от боли в затылке, которым он ударился о стену и со страхом в глазах глядя в бездушные тёмные стёкла противогаза перед собой. Он слышал лишь хриплое, тяжёлое дыхание агента, и его до ужаса спокойный, слегка хрипловатый голос: — У вас присутствуют уже целых два признака, по которым обычно отличают Гостей от обычных людей. Хотя… — он невесомо и как будто с какой-то дразнящей издёвкой провёл рукой в чёрной перчатке под мышкой парня, скользнув пальцами по безупречно гладкой после бритья коже, — уже скорее целых три. — И что теперь? Убьёте меня? — севшим голосом спросил парень, осознавая, в какую передрягу он вляпался. Принял ванну, блядь… Агент помолчал какое-то время, за которое Алекс уже успел невольно попрощаться с жизнью, а затем внезапно выдал: — Есть ещё один способ убедиться наверняка, — с этими словами он одним движением стянул с головы противогаз и впился в губы ошарашенного парня грубым, почти животным поцелуем. Это было не просто прикосновение губами — он буквально вгрызался в губы парня, словно хищный зверь, в его движениях ощущалась лишь грубая сила, настойчивость и власть, почти граничащая с жестокостью. Алекс уже почти задыхался, когда этот сумасшедший наконец оторвался от его губ, тяжело дыша, как загнанный зверь, и даже в полумраке Алекс видел, как потемнели его глаза от какой-то первобытной ярости и опасного желания. КЧС-ник смотрел на него, как на кусок мяса, словно упиваясь видом его истерзанных, кровоточаще-припухших от поцелуя губ, пока сам парень стоял ни жив, ни мёртв, пытаясь осознать всё, что произошло, и дыша словно загнанный зверёк. Спустя казалось вечность мужчина вновь заговорил. — Сладкий… На Гостя не тянешь. Но чтобы окончательно убедиться… следует провести ещё несколько тестов. Что думаешь? — низко выдохнул он в покрасневшие губы, руками в перчатках ощупывая и поглаживая тело парня, который нервно сглотнул, мысленно молясь, чтобы то, что прямо сейчас упиралось ему в бедро, было чёртовым автоматом, а не тем, о чём он подумал…