Ты моя ситуация

Гарри

  В тот вечер Гарри был очень занят: он готовил дом на площади Гриммоулд к приёму гостей. Он уже давно никого не принимал. Большинство мероприятий проходило у Рона и Гермионы, потому что в их коттедже царила более располагающая атмосфера, чем в его тёмной, затянутой паутиной, унылой берлоге. Кричер был в ещё худшем состоянии, чем он сам. Он сновал из комнаты в комнату с большой метелкой из перьев и бормотал себе под нос что-то вроде: «Во времена Кричера домовых эльфов должным образом уведомляли о прибытии гостей» и «такое бесчестное состояние дома», качая головой. Гарри не обратил на него внимания. Увидев, в каком беспорядке находится квартира Малфоя, Гарри не слишком беспокоился о том, что тот может подумать. В конце концов, он пришёл, чтобы помочь Гарри начать на самом деле наводить порядок. Его беспокоило только то, о чём они будут говорить. Он хотел немного расспросить Малфоя о пожаре, но не хотел поднимать неприятные воспоминания или пугать его, ведь они так хорошо поладили. Словно по сигналу, в дверь позвонили. Он даже не знал, что на Гриммолд-Плейс есть дверной звонок. Он не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то входил в дом через парадную дверь, а не через камин. — Иду! — крикнул он, пробегая по коридору и открывая слишком массивную дубовую дверь. Волосы Малфоя были заплетены в свободную косу. Гарри впервые видел её при дневном свете, и заходящее солнце окрашивало пряди вокруг его лица в оранжево-золотистый цвет. Она действительно ему шла. Гарри почувствовал, как краснеет, когда их с Малфоем взгляды встретились. — Извини, автобус опоздал. — Ты поехал на автобусе? Малфой бросил на него раздражённый взгляд: «От Сохо далековато на велосипеде ехать». Гарри рассмеялся: «Я просто хотел сказать, что тебе следовало бы аппарировать, или воспользоваться каминной сетью, или ещё как-нибудь». Раздражение Малфоя сменилось удивлением, а рот слегка приоткрылся. «Я об этом даже не подумал». Гарри провёл его внутрь. Малфой широко раскрыл глаза, оглядывая прихожую. «Ну, это возвращает меня в прошлое». Перед ними появился Кричер с чайным подносом и низко поклонился Малфою. «Добро пожаловать, лорд Малфой, в древнейший и благороднейший род Блэков». Малфой позволил себе секундное замешательство, прежде чем взять себя в руки. «Спасибо, что пригласили меня», — вежливо ответил он. От этих слов Кричер просиял так, как никогда раньше. Он почти улыбнулся! — Если позволите, Кричер будет рад снова видеть потомка самого благородного дома в этих стенах, — снова съежился Малфой. — Верно! Что ж, мы попробуем поработать в столовой. Я могу взять поднос с собой, Кричер, — Гарри потянулся за ним, но Кричер быстро отдёрнул его и сердито посмотрел на Гарри. — Кричер принесёт угощение, — проворчал он. Гарри закатил глаза, но позволил Кричеру провести их по коридору налево, в столовую. Гарри не ел там с тех пор, как стал владельцем дома. В основном из-за плесени на потолке, от запаха которой у него пропадал аппетит. — О боже, — заметил Малфой, войдя в комнату. — Выглядит не очень. Он встал на стул и ткнул в провисший участок потолка случайно оказавшимся под рукой подсвечником. — Теперь ты понимаешь, почему мне так нужна была твоя помощь, — смущённо сказал Гарри. Из-за присутствия Малфоя неприглядные стороны комнаты стали ещё заметнее. Теперь он немного стеснялся состояния своего дома. Малфой лишь понимающе кивнул: «Я знаю заклинания, которые помогут… так сказать, оживить комнату. Сделать её более открытой для изменений. Я записал их вчера вечером!» Он достал листок из блокнота, исписанный аккуратным изящным почерком, и протянул его Гарри. — Ты не собираешься их заколдовать? У тебя нет волшебной палочки? «Конечно, он у меня есть! — выпалил Малфой. — Я бы просто не стал брать его с собой! Просто — просто…» Он отчаянно пытался придумать, что сказать дальше. Гарри терпеливо ждал. «Я не... пользовался им... с тех пор». “Совсем нет?” “Нет”. “Почему бы и нет?” Малфой почесал руку, глубоко задумавшись. Казалось, он боролся с инстинктивным недоверием к Гарри. «На него трудно смотреть или держать его в руках, не говоря уже о том, чтобы произнести что-то с его помощью, — тихо сказал он, словно это был давний секрет. — Каждый раз, когда я пытаюсь, я просто сдаюсь. Мне ужасно неловко». Гарри нахмурился: «Думаю, это можно понять». «Я имею в виду, что мне неловко, что ты единственный, с кем я могу об этом поговорить». Гарри рассмеялся: «Я постараюсь не принимать это на свой счёт». Малфой сердито надул губы: «Это не смешно». — Это немного забавно, — дерзко ответил Гарри, но добавил: — Ты волшебник, Малфой, и это не проходит со временем. Малфой вздохнул: «Ты прав. Мне просто нужно это сделать». «Начни с чего-нибудь небольшого», — предложил Гарри. Малфой осторожно достал из сумки длинную узкую коробочку и открыл её, вынув свою палочку. Гарри вспомнил, какой она была в его руке, когда он передал её Кингсли на хранение после суда над Малфоем. Палочка была твёрдой и уверенной. Малфой держал её осторожно и нерешительно, словно она могла его обжечь. Он понял, что рука Малфоя дрожит. Он не знал, что на него нашло, но Гарри шагнул вперёд и медленно обхватил руку Малфоя, чтобы сжать её и поддержать его. Малфой резко вдохнул от этого прикосновения, но медленно расслабился. — Расслабься. Пусть всё идёт своим чередом, это как кататься на велосипеде, — это вызвало лёгкую улыбку на нервно кривящихся губах Малфоя. Гарри отпустил его руку, и Малфой выпрямился, глубоко вздохнув. “ Люмос. ” Комната озарилась тёплым светом, и Малфой тут же издал тихий возглас удивления и восторга. «Мерлин, это работает!» Он рассмеялся, словно был в полном шоке, и начал кружить палочкой, заставляя свет танцевать вокруг них. Гарри просиял. Малфой смотрел на свет с нескрываемым изумлением. Он вспомнил, как впервые стал свидетелем магического действа и не поверил своим глазам, когда у Дадли из задницы вырос свиной хвост. Он был уверен, что его лицо выглядело примерно так же. — Добро пожаловать обратно в волшебный мир, — поддразнил он. Малфой улыбнулся. Уверенность Малфоя росла по мере того, как они работали над восстановлением потолка. Казалось, это действительно было похоже на езду на велосипеде. Он начал использовать более сложные заклинания, произнося слова, которые Гарри не знал. Медленно, но верно потолок начал восстанавливаться. После двух часов работы Малфой рухнул на обеденный стул и залпом выпил стакан воды из кувшина, который принёс Кричер. «Кажется, моя выносливость уже не та, что раньше», — он прижал салфетку к вспотевшему лбу. «Ну, не знаю, ты только что провёл довольно серьёзный кастинг. Ты определённо набрал больше баллов, чем я». «Это просто приятно, как тренировка для неиспользуемой мышцы. Но, думаю, я переборщил», — сказал Малфой, вытягивая руки высоко над головой и обнажая живот, слегка покрытый тонкими золотистыми волосками. Не то чтобы Гарри смотрел . «Мы быстро научим вас аппарировать». Малфой поморщился: «Я всё же подожду с попыткой это сделать. Не хочу, чтобы меня разорвало на куски и разбросало по всему Сохо». «Тебе хотя бы ковёр в квартире постелить. Для удобства!» — Ни в коем случае, Матильда слишком наблюдательна. Гарри в это верил. Матильда в клубе смотрела на него таким пристальным взглядом, что ему казалось, будто она читает его мысли. «Хочешь осмотреть остальную часть дома? Остальные комнаты далеко не так плохи, как эта». Малфой кивнул: «В прошлый раз, когда я был здесь, я был совсем юным, и это единственная комната, которую я помню. И ещё прихожая». Они переходили из комнаты в комнату, начав с кухни на цокольном этаже. Гарри рассказывал забавные истории, которые происходили в каждой из комнат. Так они добрались до гостиной на первом этаже. — ...и тут на Рона выскочил паук размером с блюдце, и он чуть не обмочился, а потом Фред и правда обмочился от смеха. — О, я бы всё отдал, чтобы это увидеть, — грустно сказал Малфой. — Хотел бы я, чтобы у меня была вся эта информация в те времена, когда я был по-настоящему ужасен. Я бы такое устроил, — мечтательно вздохнул он, проводя рукой по стене, и вдруг замер, уставившись на гобелен, украшавший стену перед ними. Гарри проследил за его взглядом и внутренне содрогнулся. Малфой смотрел на три имени в дальних ветвях генеалогического древа, соединённых серебряными нитями: Люциус, Нарцисса и Драко Малфои. — Прости, я не подумал о... — Нет, нет, всё в порядке. Просто… это застало меня врасплох, вот и всё, — Малфой словно отдалился от меня. Он протянул руку и провёл пальцем по имени своей матери на ткани. — Малфой, твоя мать хоть раз связалась с тобой? Теперь, когда ты...? — Снова влиться в общество? Да, так и есть. Это ещё одна вещь, которой я успешно избегал, пока не появился ты, — съязвил Малфой. «Почему бы тебе не связаться с ней? Я думал, вы были близки до… всего этого». “Мы были,” вздохнул Малфой. “Не то чтобы я не хотел. Восемь лет - это долгий срок, чтобы быть в разлуке с кем-то. Я изменился очень . И, наверное, я беспокоюсь, что она ... этого не сделала ”. Гарри понимающе кивнул. Он знал, что Малфои возлагали большие надежды на своего сына. И эти надежды не включали работу барменом в маггловских клубах. — Если я сделаю этот шаг, — продолжил Малфой, — если я обращусь к ней, то потеряю всякую власть над тем, что она думает обо мне, о том, кем я стал. — Он убрал руку с гобелена и крепко сжал её в кулак. — Я так долго жил в мире маглов, что самые близкие мне люди — маглы. Как думаешь, она сможет это принять? Гарри считал, что Нарцисса Малфой превыше всего ценит своего сына, и у него были доказательства, подтверждающие это. «Думаю, тебе стоит дать ей шанс». Малфой долго смотрел на него, прежде чем кивнуть. «Вы когда-нибудь думали о том, чтобы дать им ещё один шанс? Вашей семье?» Сначала Гарри не понял, о ком говорит Малфой, но потом догадался, что тот имеет в виду Дурслей. Он поморщился. «С них хватит», — сказал он, скрещивая руки на груди в знак защиты. Малфой проследил за его движением. «Эти люди не были моей семьёй». — Так вот почему ты избегаешь маггловского Лондона? — Отчасти. Магглские вещи напоминают мне о них и о том, как они со мной обращались. Мне приятнее окружать себя магией, потому что это магия. Малфой улыбнулся в знак согласия. «Но они всё ещё часть меня, маглы. Из-за этого пребывание в Саду вызывает у меня ностальгию», — Гарри удивился тому, как легко ему было говорить об этом с Малфоем. Он предположил, что тот переживает нечто подобное, пытаясь вернуться в мир, который он оставил позади много лет назад. Пытаясь вернуть дом, которого больше не существует. «Я возненавидел «Сад», когда впервые туда попал, — признался Малфой. — Мне показалось, что там шумно и душно». “Так и есть”. — Да, но теперь я его люблю, так что всё по-другому. — А что вообще привело вас туда? — Грэм, менеджер, — Малфой внезапно стал очень серьёзным. — Он спас мне жизнь. Гарри приподнял бровь. «После суда я оказался в плохой ситуации. Мне негде было жить, у меня не было работы, и всё стало… плохо… очень быстро. Честно говоря, я мало что помню о первых нескольких месяцах. Но Грэм нашёл меня в туалете The Garden, помог мне протрезветь, предложил переночевать у него и поработать барменом. Оказалось, что он тоже неудачник. Полукровка по отцовской линии, — Малфой нервно заправил за ухо выбившуюся прядь волос. — Он знал, кто я такой, узнал меня по статье в «Пророке». Думаю, он знал, что за мной никто не присматривает, и чувствовал себя виноватым, понимаете? Гарри не знал, что делать с этой информацией. Казалось, что это слишком важная информация, чтобы делиться ею. «Я и не подозревал, что они просто так бросили тебя посреди маггловского Лондона». Малфой посмотрел на него как на идиота: «Что, по-твоему, означает термин изгнание ?» «Я просто подумал... Не знаю, о чём я только думал». «Ну, вот так я там и оказался. Думаю, я буду работать там до конца своих дней. Я никогда не смогу отплатить Грэму за то, что он для меня сделал, но это было бы хорошим началом». — Разве ты не получил своё наследство? Да! Отличный переход. Малфой рассмеялся. «Ха! Да, моё наследство в виде волшебной валюты и выжженной земли действительно стало бы выражением благодарности». Он недоверчиво покачал головой. «Тебя это расстраивает? То, что поместье разрушено?» — довольно простой вопрос, подумал Гарри, очень непринуждённый. Малфой замер: «Почему ты спрашиваешь, Поттер?» — Мне просто интересно, часто ли ты об этом думаешь. Есть ли у тебя какие-нибудь предположения о том, что произошло той ночью? — В комнате внезапно повисла знакомая напряжённая тишина, и Гарри не совсем понимал почему. — На самом деле я предпочитаю вообще не думать об этом, — ответил Малфой, опасно растягивая согласные. — Верно, но если бы тебе пришлось угадывать... — Какой внезапный интерес, — теперь его тон был холодным. «Я как раз изучал этот вопрос и хотел узнать ваше мнение». “Я понимаю”. Гарри почувствовал, что совершил какую-то ошибку. Несколько секунд между ними висела гробовая тишина. — Офицер Поттер, я ценю ваши усилия по организации этого частного интервью, но мне придётся вас прервать, — сказал Малфой с пугающим спокойствием. “Что?" Черт. "Это не то, что я—” Малфой быстро зашагал в сторону столовой. Гарри последовал за ним и начал возражать, собирая свою сумку и палочку. — Малфой, серьёзно! Дело не в этом. Я был... Малфой резко повернулся к нему: « Серьезно? То есть ты пригласил меня сюда не для того, чтобы расспросить о пожаре?» Они стояли почти нос к носу, и Гарри почти физически ощущал, как от Малфоя исходит жар гнева. — Я… — Гарри не хотел лгать. Малфой усмехнулся: «Хорошей жизни, Поттер». Он стремительно прошёл через прихожую, с силой захлопнув за собой входную дверь. Гарри застыл на месте. Как он мог быть таким глупым?