Volens nolens

— Вижу, вы, Гарри, решили поработать над своим имиджем? — произнес Северус, стараясь, чтобы в его голосе не было и намека на сарказм. — Немного, — смущенно ответил Поттер, ожидая привычных едких замечаний от зельевара. Он был рад, что снова во сне оказался с ним в той же комнате, что и в прошлый раз, но не ожидал, что тот заметит изменения в его внешности. — Вы будто чем-то расстроены? Неудача на зельях? — Снейп решил подтолкнуть юношу к обсуждению реакции его друзей на то, что его зелье и эссе были признаны лучшими Слизнортом. — С зельями всё отлично, спасибо вам за помощь. Вот только Гермиона очень недовольна. Мне кажется, она обиделась, и после занятий я её даже не видел, и Рона тоже. Зернышко, из которого должен был прорости для начала слабый росток недоверия к Грейнджер и Уизли, было посажено. Взращивать и лелеять его нужно было микродозами. Герой очень ценил их дружбу, и расшатать эти узы будет непросто. — Возможно, они просто были чем-то заняты. Настоящие друзья должны радоваться успехам друг друга. Завтра всё наладится, — успокаивающе проговорил Северус. — Но это не всё? Гарри достаточно подробно описал, как ему помогли Лаванда Браун, Парвати Патил и Фэй Данбар, и рассказал, какие открытия были сделаны в спальне мальчиков не только ими, но и Дином и Шеймусом. — Гермиона же раньше жила с девочками, значит, она знала и про шкаф, и про стол. Почему не рассказала нам? — голос Поттера звучал неуверенно. Казалось, что с одной стороны он пребывает в недоумении, но с другой — ищет повод оправдать свою подругу. — Можно предположить, что она не видела в этом необходимости. С вами в комнате жили Лонгботтом и Уизли, они должны были знать о таком, а вы с Грейнджер, как мне думается, не обсуждали вопросы хранения носков и мантий. А когда мисс наносила вам визит, она могла думать, что у вас просто всё закрыто за ненадобностью. — Конечно, так и было! — просиял Гарри, тут же забыв о том, что по этому же поводу оставались вопросы к Невиллу и Рону, а потом снова сник. — Завтра мне нужно провести отбор в команду. Чтобы команда играла успешно, я должен быть справедливым. Рон собирается пробоваться на вратаря. Он такой вспыльчивый. Что будет, если он не пройдет отбор? Снейп помнил и плохую, и хорошую игру Уизли, и Кормака Маклаггена, запасного вратаря, который плохо показал себя в матче, выйдя на замену Рону, оказавшемуся в больничном крыле. Он постоянно отдавал всем приказы, поучал, указывал на ошибки, вел себя так, словно это он капитан. Прямо во время матча вырвал биту из рук загонщика и начал показывать, как тому следует отбивать бладжеры: ворота остались без защитника. Итог — Гриффиндор в том матче проиграл. Уизли не должен пройти отбор, а с Маклаггеном можно было поработать. Скорее всего, он играет летом за какую-нибудь местную команду у себя в Шотландии. Видимо, уровень тамошних состязаний настолько низок, что у него завышенное самомнение. Зато Маклагген рослый и плечистый. Такому будет легко заслонить все три кольца одновременно, если он будет действительно играть как вратарь. — Чтобы ваш друг не устроил вам скандал, объявите единые условия для всех. Скажем, пусть по воротам произведут десяток бросков. Кто возьмет больше квоффлов, тот и станет вратарем. Много претендентов? — Из тех, кто записался, реальным кандидатом будет только Кормак Маклагген. Неприятный тип. В поезде я с ним немного пообщался. — Поговорите с ним до начала отбора. Расспросите его об опыте игры. Про своего друга вы и так всё знаете, а первое впечатление могло быть обманчивым. — Мы сегодня не будем обсуждать ничего важного? — спросил Гарри, зевая в своем собственном сне. — Сегодня спите спокойно, и пусть никакие сны вас не тревожат. Вам нужно как следует отдохнуть.

***

Утром Поттер снова пришел на завтрак одним из первых. Ему нужно было поесть и успеть поговорить с Маклаггеном. Лаванда, Парвати и Фэй тоже пришли пораньше. Они собирались прийти посмотреть на отборочные. Это всегда было интересно. Вот в двери вбежал Рон. Удивительно, как это он встал так рано? Наверное, очень хочет стать вратарем. Когда Уизли поравнялся с девочками, Парвати подтолкнула локтем Лаванду, та оглянулась и широко улыбнулась. Рон, посчитав, что эта улыбка предназначена ему, улыбнулся в ответ, расправил плечи и выпятил грудь. Девушки дружно захихикали. На самом деле Патил хотела обратить внимание на то, насколько «обновленный» Поттер выглядит лучше своего друга. Гарри заметил, что Кормак Маклагген, сидящий довольно далеко от него за длинным столом Гриффиндора, окруженный несколькими своими друзьями, заканчивает завтрак. Поэтому Поттер быстро встал и подошел к нему, стараясь выглядеть уверенно. — Привет, Маклагген, — начал Гарри. — Могу я с тобой поговорить перед испытаниями? Кормак поднял взгляд, и его глаза засверкали самодовольством. — Конечно, Поттер. Прямо здесь? — Нет. Если ты уже готов идти, давай пройдемся до факультетской башни. Заметив, что Поттер выходит из Большого зала вместе с Маклаггеном, Рон и успевшая подойти Гермиона переглянулись. — О чем хочешь поговорить? — спросил Кормак, когда они устроились друг напротив друга в гриффиндорской гостиной. Гарри уселся рядом, пытаясь скрыть свое волнение. — Сегодня отборочные. Я хотел бы узнать больше о твоем опыте. Как давно ты играешь в квиддич? — произнес Поттер. Кормак ухмыльнулся, будто ожидал этого вопроса. — Я играю с детства. Команда Аччалаудерские лисы. Я вратарь, а в прошлом году стал капитаном, — вздернув голову с явной заносчивостью и самодовольством, проговорил Маклагген. Гарри о такой команде не слышал, хотя много читал о квиддиче. Похоже, Снейп был прав. Гарри кивнул, стараясь не выдать своих мыслей, но твердо посмотрел Кормаку прямо в глаза. «Поймав контакт», Снейп тут же аккуратно скользнул в сознание шотландца, добавляя к жизненным установкам, сформировавшимся естественным путем, понимание того, что капитан он такой команды, о которой знают только в его «деревне». Позиция вратаря в сборной Гриффиндора — это шанс на будущее; Оливер Вуд, бывший капитан и вратарь, был зачислен в «Паддлмир Юнайтед». — Кормак, — продолжил Гарри, стараясь придать голосу уверенности, — в нашей сборной важно не только мастерство, но и умение работать вместе. Мне нужна полная поддержка от вратаря и уважение к каждому игроку. Ты готов следовать этим принципам? Одновременно с вопросом Поттера Северус протранслировал в голову Маклаггена: «Ты должен уважать его как капитана. Командная игра — это ключ к победе». Прямо сейчас Северус испытывал недовольство собой. Этот парень станет отличным вратарем, если пройдет испытания. Гриффиндор при защищенных кольцах и таком ловце, как Поттер, неминуемо выиграет кубок. У Слизерина не будет даже шанса. На что только не пойдешь, чтобы вбить клинышек между Поттером и Уизли. Для того чтобы направить Избранного по нужному ему пути, его «друг» и «подруга» должны утратить свое влияние на героя. Маклагген, чей взгляд на мгновение расфокусировался, посмотрел на Гарри с легким удивлением, но затем кивнул. — Да, Поттер. Если я попаду в команду, обещаю, что буду слушаться тебя и сделаю всё, чтобы мы победили. Гарри почувствовал облегчение. Кормак был прилично выше и крупнее него, да еще и старше. Обещание слушаться его ОЧЕНЬ порадовало. Добиться того, чтобы его слушался Рон, было тяжело и в жизни, а что будет в команде? — Условия будут одинаковыми для всех. Удачи тебе! Поттер встал, считая, что сделал всё возможное, и пошел наверх, чтобы переодеться в форму и взять «Молнию». Он не исключал, что могут возникнуть ситуации, когда придется летать самому. Когда Гарри покидал гриффиндорскую башню, он ощутил легкий укол совести. Рон был его другом, а он думает о другом кандидате во вратари, но Гарри отмахнулся от этого. Испытания будут одинаковыми для всех. Кто победит, того он и возьмет. Хотя Рон никогда не играл в квиддич в какой-то команде, кроме своих братьев летом в Норе. Можно сказать, что он был полный любитель, без опыта игры в настоящей команде. По этой части у Уизли был недостаток, при плюсе, хоть и тонком, у Маклаггена.

***

На испытание явилось множество гриффиндорцев. Большинство из них были абсолютно бесполезными, многие даже едва держались на мётлах. Тестируя этих неумех, Гарри краем глаза заметил, что Кормак сидит на том же ряду, что и Гермиона с Роном, но на противоположном конце пустой лавки гриффиндорской трибуны. Вскоре многие места там заполнились. Гарри велел всем «отбракованным» уйти с поля и не мешать ему; они с радостью, ничуть не огорчившись, расселились на трибуне и принялись дразнить других участников. Поттеру понадобилось два часа, чтобы отобрать в команду троих охотников: Кэти Белл, Демельзу Робинс и Джинни Уизли; двоих загонщиков: Джимми Пикса и Ричи Кута. Гарри был доволен своим выбором, а вот Северус не очень. Как-то он забыл про мелкую Уизли, но пусть остается. Избавиться от такой «легкой» мисс в жизни Избранного было проще простого: просто отправить Гарри «случайным маршрутом» мимо одного из мест, где Джинни предпочитала встречаться со своими поклонниками. Новоявленный капитан успел докричаться до хрипоты, когда настало время отборочных соревнований для вратарей. Все новые члены команды расселились по обе стороны от Гарри, не желая никуда уходить, как и вся остальная публика. Ее даже стало больше — пришли зрители-ученики других факультетов, закончившие завтрак, чтобы посмотреть пробы, так что зрителей стало даже больше, чем в начале. Гарри объявил условие: кто возьмет больше квоффлов — тот и станет вратарем. Серия из десяти пенальти. При равном результате будет назначено еще пять. Это было логично: других обязанностей у этой позиции в команде не было. Трибуны загудели, предвкушая интересное зрелище. Поттер не рассчитывал на такое количество зрителей, думал, что этот этап отбора пройдет спокойно, но ведь и игры проходят при зрителях, так что зрители, как отвлекающий фактор, были даже полезны. Поттер вызвал первым Уизли, который к этому времени стал нежно-салатового цвета от волнения. Рон с обморочным видом оседлал свой «Чистомет-11». Как выяснилось, Гарри беспокоился зря: Рон «взял» восемь пенальти из десяти. Страшно довольный собой, он вернулся на свое место рядом с Грейнджер. Они оба так и не сказали Гарри ни слова со времени своей таинственной отлучки после занятий. Вторым к кольцам подлетел Маклагген. Он был собран и серьезен. Охотники начали атаковать кольца, особенно старалась Джинни Уизли. Ей очень хотелось, чтобы именно брат стал новым вратарем. Гарри подумал о том, что пытаясь забить гол Рону, она так сильно не выкладывалась. Несмотря на это, Кормак сыграл не хуже Уизли, и счет оказался равным. — Еще каждому по пять пенальти! — объявил Поттер. Рон уже не выглядел таким самодовольным. После удачной серии Маклаггена он явно был зол и расстроен. Казалось, что Уизли уверен в том, что Поттер как-то поспособствует ему, но Гарри судил всех честно. К его огорчению, Рон из пяти квоффлов отбил только два. Толпа захохотала. Уизли покраснел и вернулся на землю, скрежеща зубами от ярости. Кормак Маклагген взял четыре квоффла из пяти. Взял бы и пятый, но во время пятого пенальти он метнулся совершенно не в ту сторону. Рон вскочил и, чуть ли не сбрасывая с трибуны мешающих ему зрителей, подбежал к Гарри. — Друг, дай мне еще одну попытку! — Не могу, — печально сказал Гарри. — Ты использовал свой шанс, взяв на два квоффла меньше Кормака. Он будет вратарем, победив в честной борьбе. Ты можешь стать запасным. Рон покраснел ещё больше, его глаза метали молнии. Зрители на трибунах затихли, ожидая развития событий. Гарри почувствовал, как напряжение нарастает, и приготовился к тому, что Рон вот-вот взорвется. — Это нечестно, Гарри! — выкрикнул Рон голосом, дрожащим от ярости. — Я думал, что ты мой друг! Как ты мог взять этого самодовольного Маклаггена вместо меня? Я заслуживал быть вратарем! Гарри глубоко вздохнул, стараясь сохранять спокойствие. — Рон, это было честное состязание. Ты сам видел, как Кормак ловил квоффлы. Он действительно был лучше на этот раз. Рон покачал головой, его лицо скривилось в злой, некрасивой ухмылке. — Он тебе что-то пообещал, да? — Это не так, Рон, — попытался возразить ему Поттер, но Уизли не собирался его слушать. — Тебе, оказывается, плевать на тех, кто с тобой рядом. Я думал, что наша дружба что-то значит! — продолжал Рон, его голос становился всё громче и громче. Гарри понимал, что Рон сейчас не в состоянии услышать разумные доводы, но все-таки попытался ещё раз ему ответить. — Я хочу создать сильную команду, чтобы завоевать кубок, Рон. Это не значит, что наша дружба что-то потеряла. — А она потеряла. Я потерял друга! Как ты мог?! С этими словами Уизли развернулся и, не дожидаясь ответа, направился прочь, оставив Поттера стоять под пристальными взглядами зрителей. Гарри не понимал, почему Рон не может смириться с честным проигрышем. — Я не хотел, чтобы так получилось, Поттер. Мне жаль, — проговорил подошедший Маклагген, наблюдавший за происходящим. Гарри кивнул, стараясь не показывать, насколько его задела эта ситуация. — Это не твоя вина, Кормак. Надеюсь, Рон успокоится и всё поймет. Пока толпа медленно расходилась, на поле остался стоять только новый состав сборной Гриффиндора. Гарри улыбнулся и бодрым голосом произнёс: — Вы все молодцы, здорово летали… Все, кроме Джинни, улыбнулись ему в ответ. Грейнджер на трибуне уже не было. — Тренировка в следующий четверг! — сообщил капитан и запрыгнул на «Молнию», собираясь улучшить своё настроение хорошим полетом. Пока Поттер носился по воздуху на огромной скорости, выделывая разные трюки, Снейп погрузился в глубокую медитацию и вышел из неё только тогда, когда Гарри, успешно исполнив «Финт Вронского», удачно вышел из пике прямо перед землёй, потом остановился и спрыгнул с метлы.

***

До обеда было еще далеко, когда Гарри закончил летать. Он вернулся в спальню, снял форму и хотел поговорить с Гермионой, чтобы она разъяснила Рону, как он не прав, но ни ее, ни его в факультетской гостиной не оказалось. Лаванда сообщила, что Рон, Гермиона и Джинни отправились к Хагриду. Поттеру не хотелось сейчас находиться рядом с обоими Уизли, так как это могло бы привести к новому скандалу. У Гарри не было никаких планов, поэтому он решил заняться выполнением домашних заданий. Их еще было немного, в спальне никого не было, и за своим удобным столом в тишине Поттер справился со всеми заданиями еще до обеда. — Умираю с голоду, — сказал Гарри сам себе, убирая последнее эссе в свою новую элегантную сумку-почтальонку. Ее он тоже заказал вчера по рекомендации девушек. Она была с особыми чарами: в нее можно было положить два ящика вещей, и при этом она почти ничего не весила. Волшебство, одним словом! Поттер поспешил в Большой зал, где у входных дверей увидел Кормака Маклаггена, который только что приложился лбом о косяк со всего маху. Удивительным образом он не вписался в широкий дверной проем, через который могли пройти сразу два Хагрида. — Что с тобой? Похоже, тебя кто-то приложил заклинанием Конфундус! — воскликнула его однокурсница, а теперь еще коллега по команде, Кэти Белл. — Не знаю, не видел, но мне не очень хорошо, — пробормотал Кормак, с расфокусированным взглядом, но как-то сосредоточившись, вошел внутрь, не заметив, что почти сразу за ним шли Джинни, Рон и Гермиона. Грейнджер, услышав слова Кэти, залилась краской. «Неужели она? — подумал Гарри, входя вслед за своими друзьями. — Последний квоффл, действительно, Маклагген пропустил как-то по-дурацки». Мест рядом с Уизли и Грейнджер не оказалось, чему Поттер даже обрадовался. Криков Рона ему на сегодня уже было достаточно. Он сел рядом с Лонгботтомом, а напротив них уселись Дин и Шеймус, уставившись на Невилла. — Чего вам? — настороженно спросил он. — По-моему, — тихо сказал Томас, — тебе следует объяснить нам настоящую причину, почему ты знал все об обустройстве каждого в спальне, но не сказал нам. — Все просто. Вы не спрашивали меня ни о чем подобном. В волшебном мире не принято лезть к другим со своими советами, когда тебя не просят. Шеймус, ты же полукровка. Твоя мать — волшебница, ты должен это знать. Гарри и Дину простительно. Обоих воспитывали маглы, — казалось, Лонгботтом искренне удивлен, а может, даже возмущен таким вопросом. — Макгонагалл должна была вам все рассказать. — Получается, и Рон знал? — уточнил для себя Гарри. — Не могу сказать, знал он или нет, вот то, что он не пользовался ни шкафом, ни столом — это точно. Давайте теперь поедим! — заявил Невилл, наливая себе из супницы очень ароматный сырный суп с курицей. Его запах и аппетитный вид вызвали в желудках Финнигана, Томаса и Поттера характерное бурчание. Дознание было закрыто, все занялись едой. На второе был подан ростбиф. Только Гарри собрался положить его кусочек в рот, как за его спиной возник профессор Слизнорт. — Гарри, Гарри! — добродушно прогудел он, подкручивая кончики своих моржовых усов и выпятив толстый живот. — Приходите сегодня на ужин в мои покои. Собирается небольшая компания. — Я не смогу, — сразу же ответил Гарри. — Профессор Снейп оставил меня после уроков, мне нужно к нему. — Ах, подумать только! — воскликнул Слизнорт. Лицо его смешно вытянулось. — Признаться, я так на вас рассчитывал! Поговорю с Северусом, объясню ему ситуацию. Конечно, он согласится перенести наказание на другое время. До встречи! «И, конечно, я НЕ соглашусь, — фыркнул в голове Гарри Северус. — Как это красиво!» Поттер не успел перейти к десерту, как один из домовиков Хогвартса передал ему записку от Снейпа, в которой говорилось, что он ждет его сегодня в половине девятого, вне зависимости от того, на сколько вечеринок его приглашают. Его ждет переборка протухших и хороших флоббер-червей для уроков зельеварения. Защитные перчатки можно с собой не брать.

***

Всю отработку Гарри разглядывал Снейпа из его времени и пытался найти в нем что-то, что сделает его похожим на того Северуса, который приходил к нему во снах. Но, увы, это были два совершенно разных человека. Этот сидел за столом, быстро просматривая эссе какого-то курса, со злобной ухмылкой чиркая в них направо и налево алыми чернилами, выписывая на полях или под работой язвительные и обидные комментарии. «Наверное, его крепко приложило там, в будущем, что он стал таким вежливым и внимательным», — подумал Гарри. Снейп, заметив необычное для Поттера внимание к своей персоне, решил считать его поверхностные мысли, заодно, узнать причину произошедших в мальчишке перемен. К удивлению зельевара, попытка не увенчалась успехом. Он наткнулся на очень прочную защиту. Либо Поттер стал носить артефакт от легилименции, либо кто-то тайно занимался с ним летом окклюменцией. И первый, и второй вариант были маловероятны. Но тогда как?