Volens nolens

Гарри сидел на краю кровати в своей спальне, уставившись в одну точку пустым взглядом. В руках он держал фотографию родителей — единственное, что у него оставалось от той жизни, которая, как оказалось, была построена на лжи с самого начала. «Значит, вся моя жизнь была ложью, — мысленно произнес он, и в голосе не было ни горечи, ни злости — только пустота. — Дамблдор знал с самого начала о том, что во мне крестраж, и растил меня как жертвенного ягненка. Все эти годы он улыбался мне, говорил добрые слова, а сам планировал мою смерть». По сознанию разлилось привычное тепло, и голос Северуса прозвучал удивительно мягко: «Не вся твоя жизнь была ложью, Гарри. Твоя боль реальна. Твоя любовь к друзьям была реальной. Твое желание защищать других — настоящее. Ложными были только планы других относительно тебя». — А какая разница? — вслух прошептал Гарри. — Дамблдор все равно считает меня крестражем и хочет принести в жертву. «Альбус не знает о разрушении крестража в ходе ритуала принятия рода Блэк, — напомнил Северус с нажимом. — Он не знает, что ты больше не крестраж. И мы можем использовать его неведение против него самого». Гарри поднял голову, в зеленых глазах впервые за последние часы промелькнула искра интереса. — Что ты имеешь в виду? «Пока он думает, что тебя нужно принести в жертву, он будет действовать предсказуемо. А мы сможем опередить его планы и, в конце концов, разоблачить. Но для этого нам нужно найти способ моего слияния с... со мной из этого времени». Северус окутал сознание Гарри поддерживающим теплом. «Идем в библиотеку Основателей. Там должны быть тексты о слиянии душ».

***

Тайная библиотека встретила их мерцанием свечей и запахом старых пергаментов. Полки тянулись от пола до потолка, и каждая была забита старинными томами. «Попробуй начать с того красного тома на центральной полке», — предложил Северус. — Почему именно он? — Все просто. Там табличка. На староанглийском написано «Магия Души и Магия Времени». Гарри кивнул и достал указанную книгу. Название было написано выцветшими золотыми буквами старым шрифтом, но, несмотря на это, было вполне читаемо: "Разделение и воссоединение магических сущностей". — Звучит многообещающе, — пробормотал он, перелистывая страницы. Но через полчаса чтения стало ясно, что эта книга посвящена именно магическим сущностям, а не волшебникам.  «Попробуй зеленый том слева», — не сдавался Северус. Вторая книга называлась «Временные парадоксы: душа и тело». Гарри с надеждой углубился в чтение, но и эта оказалась не тем, что нужно — она рассказывала о том, как избежать конфликтов между разными временными версиями одного и того же человека, но ничего не говорила о слиянии. — Может, это вообще невозможно? — с разочарованием сказал Гарри, откладывая вторую книгу. «Не сдавайся. Основатели любили систематизировать знания. Если такой ритуал существует, они бы его описали. Попробуй синий том в кожаном переплете — вон тот, что стоит особняком». Гарри потянулся к указанной книге. На обложке золотыми буквами было выведено: «Слияние душ и разделенных сущностей». — Серьезно? — удивленно поднял брови Гарри. — Прямо так и называется? После всех этих загадочных названий? «Основатели не стали бы стараться запутать того, кто читает книгу. Найди главу о слиянии разделенных во времени душ». Гарри открыл содержание и пробежался по списку глав: «Слияние родственных душ», «Воссоединение искусственно разделенных сущностей», «Слияние временно разделенных версий одной души»... — Вот! — воскликнул он, быстро переворачивая страницы. Глава оказалась довольно подробной. Гарри читал вслух: — «Ритуал слияния возможен при наличии общих воспоминаний между сущностями. Важное условие: обе сущности должны быть вариантами одной и той же души, разделенной временными или магическими обстоятельствами». — Он поднял глаза. — Это про нас? «Продолжай читать». — «Живой носитель должен добровольно принять в себя вторую сущность. Принуждение любого рода делает ритуал невозможным. Ритуал требует глубокого доверия и эмоциональной связи между участниками... » — Гарри замолчал, дочитывая про себя. «Что там написано дальше?» — Здесь описан сам ритуал. Нужен особый круг, травы, и... — Гарри нахмурился. — "Присутствие связующего лица — человека, одинаково близкого обеим сущностям". «Это может быть проблемой, — задумался Северус. — Кто может быть одинаково близок и мне, и моей версии из этого времени, кроме тебя самого?» — А может, я и есть это связующее лицо? — предположил Гарри. — В конце концов, я тот, кто знает тебя из будущего, и тот, кому нужно будет завоевать доверие тебя из настоящего. «Это логично. Но сначала мне нужно передать тебе все свои воспоминания о будущем. А ты должен будешь показать их моей сегодняшней версии рассказать ему правду». Гарри поерзал на стуле. — Легко сказать. Снейп меня ненавидит. Как я ему всё объясню? «Мы извлечем мои воспоминания о том, что будет впереди. Ты покажешь их ему. Это единственный способ доказать правдивость истории». — А если он решит, что я сошел с ума? «Тогда мы найдем другой способ. Но я знаю себя, Гарри. Северус Снейп может быть упрямым и злопамятным, но он не глупец. А если ты так волнуешься, мы порепетируем. Продумаем то, что ты мне скажешь». Гарри очень разволновался. Думать легко, а рассказать такое тому, кто, мягко скажем, не относится к нему даже с намеком на доброжелательность... «Мы справимся, — уверенно сказал Северус. — Но сначала нужно решить проблему с Драко. И осторожнее в Большом зале — за тобой слишком пристально наблюдают».

***

На следующий день в Большом зале Гарри почувствовал на себе несколько пристальных взглядов. Дамблдор то и дело поглядывал в его сторону с преподавательского стола, и в этих взглядах читалось что-то оценивающее, словно директор взвешивал какие-то варианты. Но больше всего настораживал взгляд профессора Снейпа. Зельевар посматривал на Гарри с каким-то непонятным интересом, словно видел его в новом свете. В черных глазах не было привычной неприязни — вместо этого там читались любопытство и... настороженность? «Что он так смотрит на меня?» «Что-то изменилось, — настороженно проговорил Северус. — Мне кажется, ему что-то сказала Нарцисса». «И что она могла ему сказать?» «Не знаю. Может быть, намекнула о своем долге перед тобой. Или намекнула на то, что тебе можно доверять. В любом случае, это может сыграть нам на руку». Гарри попытался не обращать внимания на странные взгляды и сосредоточился на завтраке, но постоянное ощущение того, что за ним наблюдают, не покидало его. Да еще Рон стал шарахаться от него. Но голод не тетка, и в Большой зал он пришел, но постарался занять место как можно дальше от Гарри, предпочитая конец стола и усердно ел, глядя в свою тарелку. «Неужели его совесть мучает? — удивился Гарри. — Хотя, Гермиона говорила, что у него эмоциональный  диапазон, как у зубочистки...» «Он просто побаивается тебя, — прокомментировал Северус. — Муки совести и Уизли не пересекаются в одной вселенной».

***

Еще утром того же дня из письма Нарциссы Драко узнал, что должен приказать Крэббу и Гойлу притащить исчезательный шкаф из Выручай-комнаты к нему в спальню. Слава Мерлину, он был старостой и имел индивидуальную комнату. — Эй, Крэбб! Гойл! — позвал он своих телохранителей в общей гостиной Слизерина. — Мне нужна ваша помощь. — Что делать будем, Драко? — с готовностью откликнулся Крэбб. — Нужно принести  из Выручай-комнаты в мою спальню исчезательный шкаф. Только тихо, понимаете? Никто не должен знать. — Это тот самый шкаф, который нужен для... — глуповато попытался уточнить Гойл. — Не ваше дело, — отрезал Драко. — Просто сделайте, что говорю. Крэбб и Гойл переглянулись, но возражать не стали. Они были привычны к странным распоряжениям Малфоя. Когда они выполнили задание, вечером, после ужина, Драко незаметно открыл вход в гостиную для Поттера. Это тоже было указание матери. Хорошо, что она предупредила его, что гриффиндорец будет невидим. А то он бы подумал, что с Нарциссой что-то не так. Под мантией-невидимкой Гарри прошел через общую гостиную и поднялся по лестнице к спальне старосты. В углу комнаты стоял массивный Исчезательный шкаф — тот самый, над которым Драко мучился весь год. Поттер снял мантию и кивнул Малфою. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь Поттер — хмыкнул Драко, наблюдая за тем, как гриффиндорец разглядывает шкаф. «Сейчас самая сложная часть, — предупредил Северус. — Заклинание взрыва с отложенным действием нужно наложить очень осторожно. Оно должно сработать в шесть утра и выглядеть как результат неудачного эксперимента Драко со шкафом». Гарри взмахнул палочкой, тщательно выполнил все указания Северуса. Серебристые нити магии обвили деревянную поверхность, затем стали невидимыми. «Готово, — сказал Северус. — Теперь уходи, но сначала договорись с Драко о встрече в полночь на Астрономической башне».

***

В половине двенадцатого Гарри, прихватив одну из школьных метел, которую он заранее взял в сарае, поднялся на Астрономическую башню. Ночь была темной — ни звезд, ни луны, что создавало идеальные условия для побега. Через несколько минут на башне появился Драко. Он выглядел бледным и нервным, но решительным. — Ты действительно пришел, — сказал он с некоторым удивлением. — А ты сомневался? — ответил Гарри, показывая ему школьную метлу. — Садись позади меня. Мы полетим вместе на ней туда, где назначена встреча с твоей матерью. Драко с отвращением посмотрел на потрёпанный летающий артефакт. — Поттер, я мог бы улететь на своей метле, а не на этой рухляди. Или ты хотя бы мог принести свою Молнию. — Все твои вещи должны остаться в спальне, — терпеливо объяснил Гарри. — Всё должно выглядеть так, как если бы ты решил испробовать работу шкафа на себе и то ли погиб, то ли застрял где-то неизвестно где. В это должны поверить все: Дамблдор, Крэбб, Гойл и, главное, Воландеморт. Шкаф взорвется ранним утром, к этому времени леди Малфой должна успеть переправить тебя далеко от Магической Британии. Меня точно не заподозрят в помощи тебе, поэтому никто не догадается, что ты жив. Я мог бы, взять Молнию, но сейчас на ней тренируется Джинни. Обязательно будут вопросы, а лишние вопросы, сам понимаешь... Гарри оседлал школьную метлу. Драко кивнул. — Разумно, — признал он и сел позади Гарри. — Но это все равно унизительно. — Лучше быть живым и немного униженным, чем мертвым и гордым, — философски заметил Гарри, чем очень удивил Малфоя. Гарри и Драко летели осторожно — школьные метлы были тем еще испытанием, да еще и для парного полета. Малфой, что удивило Поттера, действительно не взял с собой никаких вещей, кроме своей палочки. Но её исчезновение можно было списать на то, что Драко "ушел в шкаф" вместе с ней. Нарцисса ждала их в условленном месте и выглядела встревоженной, но сохраняла привычное достоинство. — Вы опоздали, — сказала Нарцисса, когда Гарри и Драко приземлились рядом с ней. Она обняла сына и посмотрела на Поттера. — Пришлось ждать, пока все в замке уснут, — ответил он, протягивая ей конверт. — Здесь все, что вам нужно знать о дальнейших планах. Нарцисса взяла письмо и спрятала во внутренний карман мантии. — Вы спасли моему сыну жизнь, — сказала она. — Дважды. А возможно, и мне, и Люциусу. — Я просто делал то, что считал правильным. — В мире, где правильное и выгодное редко совпадают, это достойно уважения, — кивнула леди Малфой. — Ваша помощь неоценима. Драко сделал шаг вперед. — Поттер, — начал он неуверенно. — Я... спасибо. За все. — Береги себя, Малфой, — сказал Гарри. — И не стесняйся быть лучше, чем все о тебе думают. Драко криво ухмыльнулся и кивнул. Нарцисса перед тем, как активировать портал, задержалась на мгновение и попрощалась. — До связи, мистер Поттер. Хлопок, резкий порыв ветра и Гарри остался один. «Все идет по плану, — удовлетворенно сказал Северус. — Драко в безопасности. Осталось склонить меня из этого времени на ритуал слияния». — А что потом? Что дальше? «Дальше мы меняем ход истории. Без жертв, без «избранных», без чужих планов на наше будущее». Гарри взлетел на метле и направился обратно в замок. Впереди было много неопределенности, но что бы ни случилось дальше, он встретит это не как пешка в чужой игре, а как свободный человек, делающий собственный выбор. И он очень надеется на то, что рядом с ним будет тот, кто делает это не ради его «избранности» или чего-то еще, а ради него самого.