Доба Войны

На одном небольшом островке, которых находиться почти в час от материкового берега, находиться одна скромная деревня, в ней проживает от четырехста человек. В ней есть своя церковь, она была небольшой, сделанная из чистых брёвен, у входа, на деревяной табличке написано название церкви и какой общине она принадлежит, одна из надписей была на языке их богослужения, на письменности кирилира "Перенхоуес ейл Самонул динр, Сорелегинд секуринденир" (Церковь деревни Островная, Религиозной общины секуринов). Остров находиться на северной части материка Кемри, в узком морском заливе, что ограничивает материк Кемри и остров Салор. Так как это был север, здесь было прохладнее, что даже когда почти середина апреля, люди ещё одевают теплую одежду с меха. Так как на небольшом островке, крупное животное что даст мех не обитает, они его покупают с материковой части государства, в котором они проживают официально - Адеши, государство что на законом уровне защищает их и они спокойно живут без страха принудительной смены религии или угнетения. Когда закончилась послеполуденная молитва, люди вышли из церкви и пошли по своим делам. Молодая женщина, любящая мать двоих детей и жена рыбака, а так же дочь бывшего воина, что воевал за Адеши в год их появления. Женщина стояла на кухне их двухэтажного, деревянного домика, смотря на своё отражение в ведре. заполненного водой. Она завязывала свои рыжие волосы в косу, после она промыла водой свою нежную и светлую кожу на лице, её синие глаза отражались в воде. После она сняла белое, молитвенное платье, и одела домашнее, из чёрных тканей, которое прилегало к её женскому, красивому телу, подчеркивая её фигуру, которая даже после второго ребёнка не ухудшилось. Она завязала узлы на поясе и груди, платье спадало до её пяток, под платьем была одежда что она не снимала, то есть льняная рубашка и кожаные штаны с обувью. Поверх платья она накинула легкую куртку из меха, взяла корзину и вышла из дома. Она направлялась в сторону рынка, что всегда собирался возле порта, что последние лет так десять, только для привоза товаров с материка для торговли, но когда рыжеволосая смотрела фрукты, со стороны мора пробил звук горна, этот рёв пробивал до самих костей, посмотрев в сторону моря, она увидела среднего размера военный корабль, с белыми парусами и белым флагом, на котором чёрным нарисован земной дракон. Военный корабль причалил к порту, когда спустился мостик, первыми с него вышли воины с щитами и копьями, на них надеты белые одеяния и повверх них железные пластины. Пока люди быстро вернулись к обычной жизни, покупая и продавая продукты, один из воинов говорил с смотрителем порта. Рыночная жизнь продолжалась, пока многие жители не начали шептать друг другу, все заметили необычную фигуру. Высокий, два метра ростом мужчина, одетый в белый плащ, он прилегал к телу и на груди с животом, были ремни. На ногах чёрные, кожаные штаны и сапоги. Кожа его была светлая, волосы его имели светло-серый оттенок и были длинные и волнистые, лицо треугольное, а глаза закрытые чёрной лентой. Он подошел к шампану (главе) деревни, их разговор был коротким, шампан через каждое слово неизвестного начинал всё сильнее нервничать, а вот тот мужчина наоборот, был спокоен, почти не двигался, он улыбался и его губы слегка приоткрывались во время разговоров. Неожиданно к женщине смотрящей за этим подошла её светловолосая подруга в почти похожем одеянии: - Сами привет, - поздоровалась светловолосая. - Тоже любуешься? - Привет Трина, да, я неожидала что они прибудут сюда, обычно Орден приплывает когда что-то угрожает Адеши - заговорила чуть тихим голосом рыжеволосая, иногда смотря то на подругу, то на шампана с мужчиной. - Мне Терик рассказал, что этот мужчина, это один из главных в Ордене. - Самиана Тьернхьери - услышала сзади мужской голос Сами. Сами и Трина быстро развернулись, перед ними стоит молодой парень в белом одеянии Ордена, брюнет с зелёными глазами, он позвал Сами за собой, Трина осталась ждать подругу. Парень завел Сами в один скромный домик у порта, за столом сидел тот самый мужчина в повязке, спокойное положение, уперши руку об ручку стула, а на руку голову, нога закинута на другую. Шампан, пухлый, седоволосый мужчина нервно осматривался, пока Сами не завели. - С-сами! - заикаясь обратился шампан. - Э-этот господин х-хочет с вами увидится! Мужчина в повязке показал ей на стул по другую сторону стола, куда Сами и села. Мужчина был спокоен, на лице легкая ухмылка. - Самиана Тьерхьери, я представитель Ордена Разведки Адеши - представился мужчина, говоря низким, спокойным голосом. - Здраствуйте, - проговорила Самиана, сделав легкий поклон сидя. - Вам как я понимаю что-то нужно? Мы же ничего не сделали, чтобы сюда приплывали представителя Ордена. Мужчина тихо прохихикав через закрытые губы, упер локоть об стол, большим пальцем гладит ближайщую сторону указательного пальца. - Нет, - ответил он ей. - Я здесь пришел не из-за нарушений и других вопросов, которых нет. Я бы хотел поговорить про вашего мужа, Аеда Тьерхьери. - Я вас внимательно слушаю - проговорила она, сидя спокойно и с спокойствием на лице, которое скрывало её тревожность. - Его младший брат, Маен, последние пять лет находился в самом опасном месте материка, недавно нашим людям удалось с ним связаться, мы предложили ему одну идею, он согласился, только попросил предложить это и его брату, потому что это связано с их прошлым. Сами сильнее напряглась, она сжала свой кулак и её дыхание начало усложнятся. В её голову начали идти не лучшие мысли. Мужчина сложил руки на столе и припёр лицо об сложенные ладони, после проговорил ей то, чего она точно боялась услышать: - Ваш муж, отправиться в Дейренесхейн. Самиана тут же подпрыгнула с меня, её глаза круглые, зрачки дрожат, дыхание стало почти невозможным. Её кошмар произошел, ведь муж пару дней назад обсуждал такую же тему, и он говорил, что скорее всего готов идти. У Самианы пошли слёзы, она тут же посмотрела на мужчину с ненавистью и сжала кулак. - Нет! - крикнула она. - Вы не можете так поступить! Мужчина через закрытые губы издал тихий смешок, не убирая улыбку, он медленно встал с места и направился к выходу. - Я бы мог надавить что Адеши дали вам приют, и надо как-то оплатить за него, - говорил он саркастично. - Но по правде, вся эта идея, имеет смысл для вашего мужа, его прошлого, я говорю вам с полным уважением и пониманием. Уж лучше поговорить об этом с самим Аедом. А вы как считаете? - Мой муж никуда не пойдет, - твёрдо ответила Самиана. - Я понимаю что может авантюра имеет смысл для мужа, но даже если вы мне скажете что за авантюра, зачем вы отправите мужа в Дейренесехейн, но нет, я против, - Самиана быстро вытерла слёзы и продолжила. - У него здесь семья, нашим детям и десятого года нет, и вы хотите отправить его в авантюру, где он будет убит, и я не смогу даже похоронить его, а его обещания вернуться, будут разбивать сердце всем нам. Тут дверь кто-то открыл, легкий ветерок защекотал шею Самианы, он посмотрела в сторону двери и её сердце замерло, там стоял один из воинов Ордена, у него левая половина плаща спущена до пояса, оголяя вязанную чёрную рубашку, чёрные волосы на нем длинные, чёлка закрывает правый глаз, сами глаза у него голубые, он по сравнению с мужчиной низкий, где-то метр семьдесят, а рядом с ним стоял её муж, Аед, он одет в рубаху, штаны и кожаные сапоги. Его телосложение было крепким, кожа слегка загорелая, волосы были каштановые и заплетены в конский хвост, на лице легкая бородка, глаза зелёные. Самиана не могла поверить что он стоит перед ней, она поняла, он всё слышал, или ещё хуже, тот кто стоит возле него, рассказал всё. Пока её полные страха глаза, встретились с спокойными глазами мужа, тот парень что-то шепчет мужчине с повязкой на глазах, после чего сделал легкий поклон и отошел в сторону. Мужчина подошел и попросил Аеда с Самианой, пойти за ним. Аед взял жену за руку и осторожно потянул за собой. Самеана готова была протестовать, вырвать руку и твёрдо быть против какой-то опасной авантюры, но, уверенный и спокойный взгляд мужа, против её воли, успокаивал её сердце. Она очень хорошо знает Аеда, ещё с того дня, когда впервые с ним встретилась. Она тогда была маленькой, лет ей четыре было, она с родителями и другими беженцами бежала на адешских кораблях с родного края, после неудачного Кержирского восстания 1-2 ноября 5905 года, оказывается на кораблях тогда бежали и другие беженцы с других войн, там её родители познакомились с Дейрой Тьернхьери, матерью одиночкой, и её двумя сыновьями: Аед которому было семь лет, и Маен которому было пять. С того дня они были всегда вместе, Самиана не хочет потерять мужа из-за политических игр. Сами не заметила, как они уже были в дали от деревни, стоя на камянистом берегу. Мужчина стоял спиной к ним и смотрел себе под ноги, легкие волны щекотали его пятки через обувь. Самиана хотела к нему приблизиться для разговора, но муж взял её за кисть и остановил. - Дорогая, - обратился к ней Аед. - Мне уже пояснили зачем за мной пришли, и не только со мной. Что они тебе сказали? - Они мне сказали что твоему брату предложили какую-то идею и он согласился, только чтобы тебя ещё взяли, - ответила Самиана, её голос дрожал от страха, что заполнял её. - Но я тебе сразу скажу, я против. Ты нужен нам здесь, нашим детям, семье, всем нам, а не там, где я не дай Боги тебя не смогу даже похоронить, - последнюю фразу она говорила голосом, который сильнее начал дрожать и по щеке спустилась одна слеза. Аед замер, он смотрел ей в глаза и не мог сказать и слова, его сердце начало прислушиваться к жене, а разум заполняла их семейная жизнь, то что они прожили здесь ещё с детства, он может был и готов прислушаться к жене, как тут его сердце и его жена, замерло, по лицам прошелся пот. Мужчина, не издав ни малейшего звука, встал над ними, они чувствовали как страх заставил их тела застыть, они даже не могли понять что могло именно вызвать этот страх, то что высокий и сильный мужчина на них давит, или то что они смеют противиться воле Ордену, что имеют огромный вес в деле страны. Его спокойная улыбка пугала до мурашек, даже тело Аеда слегка дрожало, он еле вдыхал воздух, пока мужчина тихо, и с легкой насмешкой не проговорил: - Ты же сам понимаешь, почему я не отстану, Аед, сын Демара, кошмара миренджеристских фанатиков и разрушителя миренджеристских крепостей, того, кто тело положил, чтобы ты с братом и матерью смогли бежать с руин бывшей великой Савроны, ты не можешь просто остаться, сказав что, дело, твоего отца, и все смерти, были впустую. Глаза Сами заполнились ненавистью, она не могла поверить что этот индюк Ордена давит на её мужа прошлым, она видит как взгляд мужа помутнел. Сами готова была крикнуть, но когда мужчина, повернул своё лицо в её сторону, из-за повязки она не видела его глаз, но чувствовала его взгляд, её лицо побледнело, она не понимала почему, но этот страх, даже до костей добрался, будто перед ней стоит тот, кто не просто пришел по приказу Ордена, а чуть ли не один из самых главных, потому что следующие его слова, заставили в это поверить: - Самиана, представительница кержирского народа, но та кто смогла бежать с любимого края, после кровавой войны, которая не заканчивается по сей день. Но кстати, последние пять лет, всё меняется в неожиданно лучшую сторону. Моя работа предложить твоему мужу сделать то, что очень сильно повлияет на всю жизнь материка. - Н-но..., - дрожащим голосом шепчет Сами. - К-как авантюра мужа повлияет на весь материк?... Мужчина сначала улыбнулся одной стороной губ шире, но тут же он тяжело выдохнул и убрав улыбку, сел на один из прибережних камней, давление на Аеда и Сами исчезло, они смотрят на друг друга и не понимают что произошло, но голос мужчины, ставший более спокойным отвлек их от удивления: - Я поясню кратко. Из-за политической ситуации, которая во всём мире, на нашем любимом материке, буквально все страны и организации наши враги, наши и ещё враги нашего союзника - Кейрефаза. Наши обе страны, единственные страны на Кемри, которые в составе Миринистского Союза, а все остальные страны миренджеристские, даже зная какие тёрки споры и конфликты между ними, они в одном союзе. Аед и его брат, отправятся на их историческую родину, Мьехньерью, которая сейчас в составе марионетки Альхейна - Дейренесхейн, где сейчас правительство ещё с получения независимости делает страшную ошибку, которую делают почти все миренджеристские страны, а именно поддержание основной нации, угнетая другие, один раз им это стоило, начало Гезрийской войны, которую они смогли выиграть, но всё равно не извлекли урок. - Дейренесхейн это пороховая бочка... - прошептала Сами. - Если там начнут неожиданно бунтовать народы, то это будут реки крови, что протекут по всему Кемри... Но зачем вам мой муж? - Наш Орден имеет некоторую информацию, насчет лидеров как Альхейна, так и Дейренесхейна, про другие три марионетки Альхейна нечего сказать, там у власти ярые альхейрские миренджеристы, вашему мужу и его брату, желательно до начала событий быть у границы Фарии с Дейренесхейном. - Потому что начнется какой-то мятеж и мы должны его поддержать? - спросил Аед. - То будет что-то посерьёзнее чем просто мятеж, недовольные миренджеризмом есть и среди самых близких императору Дейренесхейна. - Так почему вы сразу не сказали? - возмутилась Сами. - Но я всё равно против, чтобы мой муж туда шел. Мужчина встал с камня и хрустнул шеей, он спокойно посмотрел через повязку на обоих и добавил: - Через пять дней приплывет корабль за Аедом и остальными, за эти пять дней, желательно чтобы вы оба поняли, что Аеду лучше плыть, а так же, я сам лично принесу ответственность, если с ним что-то случиться. Сами даже не успела даже крикнуть, как мужчина начал уходить, она посмотрела на мужа с надеждой, но он достал из кармана какое-то письмо, он сам не знает откуда оно, скорее его подложил один из подручных этого в повязке, сердце Аеда замерло, когда он прочитал от кого оно, на бумаге, которой обернули письмо, было написано на мьехньерьском языке было написано "Демар Тьернхьери". Сами это тоже заметила, она думала отобрать письмо, но она быстро опомнилась, зная как Аед поминает отца, он может разгневаться. Через пол часа, мужчина поднялся на корабль и он отплыл. Мужчина стоял у края палубы и смотрел как берег отдаляется. К нему подошел молодой парень в одежде ордена, он слегка приклонился перед мужчиной и голосом юного паренька заговорил: - Как вы думаете, он согласиться? - Если так сказал лидер, так и будет. - Ага! Вы правы! У лидера все планы выполнялись успешно! Благодаря ему мы живем хорошо! Я ему благодарен! Мужчина слегка посмеялся с доброй наивности паренька и прошел мимо его, уходя. Секунда тишины, и парень слышит сзади себя тихий, низкий, уверенный, холодный как метал голос: - Клеймо никогда не ошибается. Сердце парня замерло, кожа побледнела, а по лбу пошел холодный пот, он услышал одно из имён его. Парень быстро обернулся, но мужчины нет, корабль дальше плыл, а сердце парня бьется очень быстро, никак не успокаиваясь, он услышал голос его, главы Ордена, это с ним он заговорил? Он сам не знает. Но эмоции переполняли, это был его голос, каким описывали самые приближенные к лидеру. Слова того голоса были правы. Аед раскрыл то письмо, в нём были три старых листа бумаги и совсем новый лист, эти старые листы из дневника его покойного отца, а именно фрагменты где отец писал как он скучает по жене и детям, но он сражается дальше, зная за что, он надеется что сыновья его простят, что он с ними не был, а в новом листе уже послание от его брата Маена, где тот говорит как рад написать письмо, как хочет увидеться с племянниками, ну и то что у него дневник их отца, Орден откуда-то его достал, он хочет дать его Аеду, как тот прибудет, им нужно встретиться. После прочитывания письма, Аед точно был за то чтобы отправиться к брату, Сами была против, но её отец стал на сторону Аеда, а дети, невинные дети, заинтересовались про дядю, они его ещё никогда не видели, отец пообещал что они увидятся, как только закончат дело. Сами понимая что она ничего не изменит, с горем в сердце, только за день то прибытия корабля согласилась на это. В день отплытия, Сами одела льняное платье, окрашенное в жёлтый, на нём были и узоры ярких тонов, красного, синего и зелёного цветов. Поверх платья был чёрный, чистый плащ, украшенный узорами и каймой, так же на плаще была фибула. Сами одела те самые украшения, которые ей дарил муж. Голову она закрывала повязкой. Каждая секунда, когда она прощалась с мужем, делала всё невозможнее сдерживать слёзы, которые текли по её щекам, те, чьи мужья не уходили, не могли со спокойной смотреть на такое горе. Сами еле вдыхала воздух, когда Аед нежно положил руки ей на щеку, большими пальцами вытер её слёзы и поцеловал её в губы, поцелуй был мягкий и короткий, он с улыбкой посмотрел в глаза своей любимой, он и без слов ей говорил, он вернеться, но клянется ей, что вернеться. Дети тоже прощались со своим любимым отцом, не осозновая куда их отец отправлялся. Отец Сами - Лехри, седой мужчина пожилых лет, одетый в деревенскую рубашку, штаны и обувь, на теле старые шрамы молодости, но бывший воин, но молча пожал обеими руками руки Аеда, он держал их дольше обычного, смотря ему в глаза, благословляя его в путь, после он вручил Аеду свой старый клинок со словами на кержирском языке: - "Ты идёшь туда, куда я ходил. Пусть боги проведут тебя так же, как они провели меня." (Та ту аг дул анн а ндьяхи мисе. Го дтуга на дэхе лят мар а туг сйад мисе.) После того как Аед кивнул головой на слова Лехри, Сами прошептала своим дрожащим голосом: - "Большой удачи, дорогой. Вернись домой живым и невредимым." (О мор, а стор. Филл авале слон сауолтэ.) После ещё одного короткого поцелуя в губы жены, Аед ей ответил на мьехньерьском языке: - "Я вернусь, дорогая моя, я говорю это всем сердцем." (Хьигурь ме, мый хронньей вьег, та мьей лойрьт льеш мьы хрьи Уильйэ.) После этого они ещё подержались за руки, и Аед, последний поднялся на корабль, который отправился в путь.