И пусть весь мир замрёт...

Сероволосая шла чуть впереди, в задумчивости закинув руки за голову. Воздух был прозрачным и звенел от тишины, будто сам город слушал их шаги. Охема медленно просыпалась от дневного зноя — где-то вдали звенели колокольчики, эхом отражаясь в арках мостов. Стелла думала о предстоящем путешествии и о том, что, может быть, зря они решились идти к Аглаи без долгих приготовлений. Неужели это путешествие будет настолько опасным? — прокрутила она про себя и едва заметно усмехнулась. Среди всех планет и звёзд, Амфореус был самой непредсказуемой, самой живой. И от этой живости иногда становилось не по себе. Кастория шагала рядом, чуть позади, — её лёгкое платье почти не касалось мостовой. Девичий взгляд был устремлён вперёд, и в нём отражались купальни, светящиеся в лучах раннего солнца. В её лице не было тревоги, но Стелла знала, что за этой внешней тишиной скрывается тяжесть, которую не передать словами. Иногда Владычица Смерти казалась ей бесконечно далёкой — не из-за проклятия, а из-за той странной мягкости, которая не принадлежала живым. И всё же рядом с ней было спокойно. Почти безопасно. — Ты как будто не здесь, Кася, — сказала Стелла, не оборачиваясь. — О чём думаешь? — О реке, — тихо ответила та, и в её голосе послышалась слабая улыбка. — Сегодня она будто ближе. — Реке душ? — А какой ещё. — Кастория посмотрела на серое небо. — Иногда мне кажется, что её шёпот слышен даже здесь, среди камня и воды. — Может, тебе просто хочется это слышать, — усмехнулась Серовласка. — Я бы на твоём месте отдохнула от всяких голосов. — Если бы это было возможно, — шепнула Кастория, — я бы давно уже спала. Они прошли мимо узкого переулка, где ветер гнал пыль и лепестки. Вдоль дороги выстроились кипарисы, их тени ложились узкими линиями на мостовую. Стелла заметила, что шаг Кастории стал тише, почти неслышен. Будто сама земля боялась откликнуться на её присутствие. И всё-таки она не чувствовала страха — только лёгкий холод, как от дыхания старой воды. Сероволосая задумалась: каково это — всю жизнь не иметь права на прикосновение? Быть рядом, но никогда не дотянуться до тепла? — Слушай, — вдруг заговорила Стелла, — а если всё это зря? Ну, то есть, если Аглая окажется тупиком? — Тогда у нас всё равно будет путь, — спокойно ответила Кастория. — Путь сам по себе уже цель. — Философствуешь, Владычица. — Просто не хочу бояться впустую. — А я вот, наоборот, хочу. Это держит в тонусе. — Страх — плохой спутник. — Зато честный. — Стелла усмехнулась, обернувшись. — Не притворяется, будто всё под контролем. Их голоса затихли, когда они вышли к длинной лестнице. Каменные ступени уходили вниз, к мосту, перекинутому через узкий канал. Там, среди отражений, светилось небо, и ветер срывал с воды мелкие капли, похожие на звёздную пыль. Кастория на мгновение остановилась, провела взглядом вдоль перил и вдохнула глубже. Её волосы чуть дрогнули, и украшения зазвенели, будто серебро по стеклу. Стелла заметила это движение и почему-то подумала, что Касенька кажется живее, когда ветер трогает её волосы. Внизу, у подножия моста, слышался гул — тихий, мерный, словно дыхание города. Охема умела быть молчаливой, но под этой молчаливостью всегда скрывалась жизнь. Сероволосая шла рядом, опуская взгляд к воде, где отражались фигуры, будто нарисованные светом. Она ловила себя на том, что постоянно ждёт — какого-то знака, поворота, слова от Кастории, которое всё объяснит. Но та молчала, и молчание её было не холодным, а глубоким, как сама река, из которой она пришла. — Знаешь, — сказала Стелла после паузы, — иногда мне кажется, что ты всё ещё живёшь там. — Я и не уходила, — ответ прозвучал спокойно, но в нём была какая-то усталость. — Просто вода поменялась на воздух. — А воздух тебе нравится? — Он режет. — Кастория чуть улыбнулась. — Но я привыкну. — Привычка — коварная штука. — Лучше привычка, чем пустота. Они продолжили путь, и солнце скользнуло по купальням, ослепительно отражаясь от поверхности воды. Люди вокруг едва обращали на них внимание — возможно, узнавали, возможно, боялись. Стелла старалась не смотреть на чужие взгляды, но чувствовала их затылком. Её раздражало, что к Кастории относились как к легенде, а не как к живому существу. Хотя, может, так было проще. Проще не чувствовать. Постепенно город позади начинал растворяться в тумане. Их шаги звучали увереннее, хотя дорога ещё тянулась далеко. Где-то вдали виднелись золотистые контуры платформы, но до неё было идти не меньше часа. Стелла шла молча, пытаясь подобрать слова, но не находила нужных. В её груди копилась тревога, и она понимала — не из-за пути, не из-за Аглаи, а из-за этой странной девушки рядом, которую она всё больше не могла понять. — Касенька, а если я скажу, что боюсь? — спросила она вдруг. — Тогда я пойду рядом, — тихо ответила та. — И всё? — Этого достаточно. — Ты уверена? — Нет, — улыбнулась Владычица. — Но это всё, что у меня есть. — Звучит... по-твоему. — А ты хотела — по-человечески? Смех серовласой отозвался эхом под сводами моста. Кастория на мгновение посмотрела на неё, и в её взгляде мелькнуло что-то живое, почти земное. Ветер усилился, и с небес полетел лёгкий дождь, едва различимый, больше похожий на дыхание облаков. Стелла подняла лицо вверх, чувствуя, как капли падают на кожу. И в этот миг она подумала, что, может быть, не всё так страшно. Пока рядом шаги Кастории, пока путь ещё продолжается — всё возможно. До Аглаи было далеко, но это не имело значения. Их путь уже начался, и каждый их шаг звучал, как обещание — тихое, но неотвратимое. Они продолжили путь, и солнце скользнуло по купальням, ослепительно отражаясь от поверхности воды. Люди вокруг едва обращали на них внимание — возможно, узнавали, возможно, боялись. Стелла старалась не смотреть на чужие взгляды, но чувствовала их затылком. Её раздражало, что к Кастории относились как к легенде, а не как к живому существу. Хотя, может, так было проще. Проще не чувствовать. Постепенно город позади начинал растворяться в тумане. Их шаги звучали увереннее, хотя дорога ещё тянулась далеко. Где-то вдали виднелись золотистые контуры платформы, но до неё было идти не меньше часа. Стелла шла молча, пытаясь подобрать слова, но не находила нужных. В её груди копилась тревога, и она понимала — не из-за пути, не из-за Аглаи, а из-за этой странной девушки рядом, которую она всё больше не могла понять. — Касенька, а если я скажу, что боюсь? — спросила она вдруг. — Тогда я пойду рядом, — тихо ответила та. — И всё? — Этого достаточно. — Ты уверена? — Нет, — улыбнулась Владычица. — Но это всё, что у меня есть. — Звучит... по-твоему. — А ты хотела — по-человечески? Смех серовласой отозвался эхом под сводами моста. Кастория на мгновение посмотрела на неё, и в её взгляде мелькнуло что-то живое, почти земное. Ветер усилился, и с небес полетел лёгкий дождь, едва различимый, больше похожий на дыхание облаков. Стелла подняла лицо вверх, чувствуя, как капли падают на кожу. И в этот миг она подумала, что, может быть, не всё так страшно. Пока рядом шаги Кастории, пока путь ещё продолжается — всё возможно. До Аглаи было далеко, но это не имело значения. Их путь уже начался, и каждый их шаг звучал, как обещание — тихое, но неотвратимое. Зоркий глаз Владычицы Смерти, заострился на яркой одежды, где накидка была монохромного цвета, а именно алых, бордовых и бурых оттенков. Стояло трое мужчин, одетых примерно одинаково, различаясь лишь отсутствием накидки или фетровы шляпы. Бордовая накидка, под коей был грубый бурый пиджак, за которым тёмно-бордовая рубашка с латунными вставками. Также, штаны такого же бордового цвета, но входящий в более алые тона, покуда ноги заканчивали обычные ботинки. Первый мужчина грубо пил с фляги, постепенно пьянеч и уходя в разнос, пока второй и третий ему огрызались. Вся данная картина вызвала у Кастории неприятные воспоминания, и дотронувшись до своего аппонента, она указала на них, говоря: — Видишь тех? — тяжеловато вдохнув, та прикусила губы, перемещая взгляд на новую "подругу", — они члены одной корпорации, что неизвестным даже титанам образом нашли вход на планету, — чуть натянув ехидную улыбку, та спокойно продолжила, — убивай как только увидишь их, они нам не друзья. Начав идти к ним, мужчины сразу пришли в сознание, хватаясь за старинные, но идеально крашенные минимальными новшествами технологий. Общий траншейный, довольно топорный и крепкий вид давал понять что функция у этого орудия - не только стрелять. Характерные на стволе вырезы под пальцы, вызвали смешанные мысли у Стеллы, коя выхватила своё оружие. — Мир вам, бляди инопланетные. Тут территория, выделенная под власть корпорантов, — недовольно сказал третий мужчина, опуская винтовку, дабы та висела на ремне, — мы вам не мешаем, а вы нам — да. — Не мешаете? Выкачивая ресурсы и также пытаясь изьять все ядра титанов? — поинтересовалась Кастория, обнажая оружие и сразу начиная давить своей властью на более менее сдающихся и мирных членов корпорации. В последнюю секунду, нечто гигантское мелькнуло вверху, после чего огромный силуэт, в какой-то черезчур гигансткой броне, коя была будто аквариум ом для чего-то. Из технических отверстий сразу же выдвинулись трубы с сыеровиднвми наконечники и на первый взгляд хаотичными игла и по всей основе. — Нарвагалостофороворроу?! — Проебавшись по всем слогам, Кастория попыталась двинуться но сразу же после звука вырыванря газа из самой брони, бело-фиолетово-зелёное нечто насытилось электричеством из недавно выдвинувшихся устройств. В сию секунду Стелла потеряла сознание, падая на землю, а Кастория лишилась своей власти над бойцами, что в попыхах ухватились за оружия и воспроизвели пару хаотично нацеленных выстрелов, кои так и не настигла цели, а лишь напугали. В ноги ударила жгучая боль, пока холодные пульсации лишали её сил нормально стоять на ногах, а в голову навевался густой туман, не давая здраво мыслить в данный момент... Взяв подозреваемую за волосы, Дитё реки душ начала бежать быстрее к месту назначения, дабы не вступить в бой с высокопоставлкнным чином Корпорации. Силы Смерти, из-за газа, начали терять свои оковы, отчего у Кастории появился шанс безопасно перенести Первопроходца к златиусовской купальне. Постепенно сильное воздействие спадало, в ногах уходила боль и слабость, а ясность ума лишалась тумана, коий не давал пробиться здравой мысли. Силы смерти возвращались, давая ей заиметь своё былое величие, однако та не сбавляч шага неслась к месту назначения. Кастория чувствовала, как каждая секунда превращается в пытку — ноги горели, мышцы сводило, а воздух будто сам сопротивлялся её шагам. Толпа у главного прохода в купальни гудела, жила своей жизнью, не замечая, как через неё пробивается девушка с мертвенно-бледным лицом и безжизненным телом на руках. Люди оборачивались, кто-то отступал, кто-то, наоборот, шептался, узнавая Владычицу Смерти, — но никому не хватало смелости приблизиться. Лишь едкий шепот: «Это же она… златиус Смерти». С каждым шагом платье Кастории цепляло мраморный пол, оставляя за собой тонкий след из тумана и света. Она выдохнула, едва не потеряв равновесие, но стиснула зубы и продолжила, чувствуя, как тяжелеет тело Первопроходца. — Почти… — только и прошептала она, морщась от боли в боку, — потерпи, Серовласка… сейчас, уже почти, — её голос звучал так, будто она уговаривала не подругу, а саму себя. Толпа редела, уступая путь, и вот показались знакомые своды купальни златиусов — бело-золотые стены, переливающиеся под паром от воды, где в воздухе витал запах жасмина и металла. У входа стояла фигура, в которой невозможно было ошибиться. Аглая. Её золотые волосы светились мягким сиянием, а невидимые нити, исходящие от пальцев, дрожали, будто от волнения. — Кастория? — Голос прозвучал спокойно, но в нём проскользнуло беспокойство. — Что произошло? Почему она… — Аглая шагнула вперёд, но Кастория уже рухнула на колени, осторожно опуская Стеллу на мягкую поверхность у воды. — Нападение… — выдохнула она, вытирая кровь с губ. — Пятеро из корпорации… они не должны были быть здесь. Газ… Почему газ, он сбил нас обеих. Я… — она осеклась, задыхаясь, — я не смогла ничего сделать. Аглая опустилась рядом, её нити мягко коснулись плеча Владычицы Смерти. От этого касания воздух вокруг будто стал плотнее, насыщеннее, и тонкие золотые нити поднялись над купальней, будто ловя вибрации мира. — Газ, говоришь? — тихо повторила златиус, не глядя на неё, — значит, корпоранты нашли способ обойти защиту города. Они становятся всё наглее. — Они пришли не просто так, — голос Кастории дрожал, но взгляд оставался твёрдым. — Я видела их знаки. Те самые, что использовали при попытке выкачки ядер титанов. Они ищут вход в сердце города. Аглая стиснула пальцы, и золотые нити вокруг вспыхнули ярче, превращаясь в едва видимую сеть, уходящую куда-то за пределы купальни. — Вижу их, — произнесла она холодно, почти отстранённо. — На южной террасе. Четверо… нет, пятеро. Один в броне. Дерьмо. — Они поднимутся выше, — добавила Кастория, садясь рядом, — если не сейчас, то через пару минут. У них эти… трубки с иглами. Как у того чудовища. — Я чувствую их шум, — пробормотала Аглая, будто про себя. — И запах крови. Златиусы им не понравятся. — Им вообще никто не нравится, — устало отозвалась Кася. — Они пришли будто к себе домой. — Не кипятись, — отрезала Аглая, хотя и сама злилась. — Лучше скажи, в каком состоянии твоя подруга? Кастория опустила глаза на безжизненное лицо Стеллы. Та дышала — тяжело, с перерывами, словно через сон. На коже виднелись следы ожога, но они постепенно затягивались — чужая энергия Стеллы явно работала, хоть и медленно. — Придёт в себя, — наконец сказала Кася. — Она крепкая. Даже слишком. — Хорошо. Тогда займусь теми ублюдками. — Аглая поднялась, а золотые венки на её голове будто засверкали ярче. — Если они дошли до Охемы, значит, знают, где искать слабое место. — И что ты собираешься делать? — Кастория нахмурилась. — Устроить за ними погоню? Мы чуть им не попались. — Нет, — спокойно ответила Золотая Ткачиха. — Звуковую иллюзию. — Что? — Кастория не сразу поняла, — галлюцинацию? — Да, — кивнула Аглая. — Птицу. Пусть услышат её крик — и поверят, что сработала охрана. Люди из корпорации не такие уж смелые, когда дело касается божественных сил. — Думаешь, сработает? — Владычица Смерти чуть склонила голову, наблюдая, как золотые нити вокруг Аглаи начинают сплетаться в нечто сложное, почти живое. — Я знаю, что сработает, — ответила та с лёгкой усмешкой. — Они испугаются даже ветра, если он заговорит с ними голосом древнего златиуса. — Пусть будет так, — пробормотала Кастория, вставая, — Госпожа. — Красиво и эффективно, — холодно отозвалась Аглая. — А теперь, Кася, не мешай. Она закрыла глаза, а вокруг неё вспыхнули сотни золотых линий, что протянулись над всей Охемой, переплетаясь в спирали и круги. Тонкий звон заполнил купальню, превращаясь в протяжный, почти божественный крик — что-то между птицей и звёздным плачем. Волны звука расходились, отражаясь в небе, пронизывая улицы и мосты. Объект, вместе со своими генералами шёл, прикуривая элитную сигару, ценой в пару ящиков боеприпасов. Сам мужчина не чувствовал ничего, как и рядом идущая Мандрагора, коя тоже обозлённая на всё, раскуривала папироску, однако остальной состав Генералов начало корёжить, а кого-то даже ужасать что-то. — Чего вы такие нервные? У златиусов ни ядра нет, а вы тут мозги начинаете дрочить своим состоянием, — начал грубо Генералисимус, вставая в недовольную позу, скрещивая руки, — харе наслаждаться уже благами корпорации, время устраивать блицкриг, Генералы, — тот вздохнул всей грудью сигару, хотя знал что дым должен быть только во рту. — Мы... Слышали нечто странное, ни то рёв титана, ни то дракона, ни то хер знает чего, босс. Это тревога! Златиусы нам ответили~ — усмехнулся генерал третьего ранга, строя самодовольное и мнимо напуганное лицо, — мало ли они смогли уже урвать ядрышко, да силу свою щас озарить пред нами!~ — Дунь мне в хуй, Моргурот. Живо взяли себя в руки и идём на город, я не слышал никаких звуков, — повернув голову и выдохнув целый туман дыма, тот вопросил Мандрагору, — ты слышала? — Нет, не слышала, — ответил генерал четвёртого ранга, — разве что ваше дыхание как у этого самого вооброжаемого дракона, — усмехнулась над собственным Генералисимусом Мандрагора, зная что у того рак. — Боже... Златиусы кажется хотят нам ответить... Зря вы тогда вступились за ту мелочь... — женщина, дающая поправки для Мандрагоры, являющаяся Генералом первого ранга, нервно сглатывала, — За что мне такие мучения, блять... — Пожалуй стоит собрать наших подчинённых и рвануть в другую сторону. Тут становится всё более опасно, кажется что Кастория пришла раньше нас и уже в эпицентре всего, — генерал второго ранга Мермундало, лишь меланхолично просматривал в сторону звука, начиная отходить назад, — пожалуй лучше перегрупирочаться. Щас они на стороже. — Бла-бла-бла, хватит! — развернувшись, тот видел что с отрядом явно что-то не то, но и отпускать их не собирался, надеясь на мгновенный разгром противников, — вы серьёзно? Да что с вами не так, ебучие неженки. Нарвагалостофороворроу вновь затянулся сигаретой, начиная раздражённо рычать. Чуть подумав и посмотрев на свою верную правую руку, тот всё-же решился. — Валите на звук, но если вы придёте ни с чем... Это обычным вычетом из жалования не обойдётся, лодыри. Быстро! — мотнув головой крикнул Объект. Они отправились дальше в глубь города, пытаясь найти где златиусы и весь центр управления противника. — И каковы наши теперь планы? - Вопросила женщина, неся на плечах двое агроменных винтовой особого калибра, — вдвоём в атаку не пойдём. Ты можешь ослабить полностью лишь одного нашего приоритетного противника, на остальных банально нету сил. — Заткни ебало, и без тебя знаю.... — рыча огрыхался самый высокий член корпорации, думая что делать, и наконец изъявил новый план, — так, всё просто. Для начала нам нужно найти их укромное местечко, а далее работа за мной. Как сделуешь, так сразу свяжусь, а пока надо ждать. Нам нужны ядра для полной доминации, — выдохнув очередной столб дыма, тот активировал свой экспериментальный объект в виде брони, скрывающий и товарища.