Ночь после похорон

Ночь после похорон Эвелин Экхарт. Свет в покоях был погашен, но герцог всё никак не мог уснуть, хоть и лежал в постели. Его сердце словно разломалось на кусочки. Глаза начало щипать и по щекам покатились крупные горькие слёзы. Скорбную тишину прервал стук в дверь. Трудно было не узнать знакомые четыре коротких стука. — Войдите, — хрипло ответил Герцог, вглядываясь в темноту комнаты. В дверях показалась фигура дворецкого Пеннела. Старик закрыл двери за собой и, включив тусклую лампочку, стоящую на тумбочке, сел на кровать. Герцог сел в кровати, утирая слезы и пытаясь успокоиться. Нежные руки Пеннела притянули герцога к тёплой груди, а тонкие пальцы стали поглаживать чёрные, тронутые сединой волосы — Чшш-чшш... Я с Вами... Герцог уткнулся лицом в грудь Пеннела, крепче сжимая ткань его одежды, словно желая найти хоть немного поддержки в этом жестоком мире. — Пеннел... Моя Эвелин... Она умерла... От его губ срывались глухие рыдания, голос хрипел и давил ком в горле — Я знаю Ваша светлость... Тонкие сухие губы Пеннела нежно коснулись лба господина. Дворецкий успокаивал герцога несколько часов и позволил себе уйти только когда убедился, что тот крепко спит. Уличные часы пробили три раза. Пеннел сидел на крыльце, попивая свой давно остывший чай. Взгляд старика был устремлён в небо, а его сердце разрывалось от боли из-за состояния герцога и отцовской любви к нему.