Who caused the explosion?

      За все свои 17 лет, проведённые на Земле, Питер Паркер стремился сделать всё возможное, чтобы быть хорошим человеком.       Никогда в жизни он намеренно не совершал ничего, что можно было бы отнести к категории «плохо». Он не крал и не портил чужое имущество, он помогал соседям, когда это было необходимо, даже мистеру Салливану, своему восьмидесятисемилетнему соседу, у которого постоянно ломался телефон, и Питеру приходилось каждый раз напоминать ему о необходимости зарядить его, а потом он сидел и терпеливо слушал, как легко было жить без телефонов раньше.       Питер также часто помогал тёте Мэй по квартире, выполняя разную работу по дому или ремонтируя что-то сломанное. Он помогал своему парню Харли с особо тяжелыми заданиями по биологии, получая взамен такую ​​же помощь с заданиями по инженерии.       И давайте не будем забывать, что Питер был ещё и Человеком-Пауком, так что он помогал многим людям в Нью-Йорке, даже несмотря на то, что «Дейли Бьюгл» отказывалась называть его как-либо иначе, кроме как угрозой обществу.       Так что да, Питер Паркер старался быть хорошим, и, судя по большинству мнений, у него это получалось весьма впечатляюще.       Вот почему он, честно говоря, понятия не имел, за что, чёрт возьми, его так абсурдно наказывали свыше, и что он сделал не так в своей жизни, чтобы заслужить вот это.       Потому что определённо что-то должно было быть. Как ещё объяснить тот факт, что в данный момент он направлялся в главные лаборатории Stark Industries? Со всей своей академической командой. На экскурсию.       Отказаться от поездки был не вариант, особенно учитывая, что у него и так много пропусков из-за «стажировки». Питеру действительно не нужно было привлекать ещё больше внимания к этой ситуации. Особенно когда большинство команды, а может быть, и вся школа, не верили в его стажировку. Питер даже не был уверен, верят ли ему некоторые преподаватели.       Возможно, ему стоило подумать лучше, ведь он определённо привлёк ещё больше внимания к себе и своей вполне реальной стажировке, отправившись на эту экскурсию.       Ну, честно говоря, это было не совсем его идея. Напротив, у него было очень мало возможностей повлиять на это решение, потому что и Мэй, и Тони единогласно согласились, что он должен ехать, особенно если это не ухудшит ситуацию с его пропусками в школе. Питер согласился только после того, как Тони поклялся на своём последнем марке, что гений не будет пытаться его смутить и позволит ему нормально провести время.       Верный своему слову, Тони не стал вмешиваться. Уровень доступа Питера не был объявлен ПЯТНИЦЕЙ, экскурсовод не обращал на него внимания больше, чем требовалось, и никто из команды не спустился с каким-то нелепым для него заданием (с одной лишь целью — смутить его).       Ни Тони, ни Харли не вмешивались, и Питер был за это безмерно благодарен.       Всё шло хорошо, даже замечательно. Класс был поражён красотой СИ, а Нед буквально вибрировал от волнения, задавая Питеру как минимум три вопроса о каждой лаборатории или отделе, куда они заходили. Даже если он уже бывал здесь раньше. Несмотря на все свои переживания и постоянные подколы Флэша и Брэда о том, какой он лжец, Питер всё же смог насладиться экскурсией.       Ему действительно стоило предвидеть, что долго так продолжаться не могло.       Мистер Джонс, один из ведущих инженеров Stark Industries, как раз объяснял свой последний проект, когда стеклянные двери раздвинулись, и комната наполнилась голосами, которые Питер ни с чем не спутал бы.       Но, боже мой, как же он хотел бы их спутать!       Нед ахнул рядом с ним, ударив Питера по правой руке не менее двадцати раз, когда он и остальные в комнате тоже поняли, кто перед ними.       — Да говорю я тебе, это даже не моя вина, — воскликнул не кто иной, как Харли Кинер, всплеснув руками идя вслед за совершенно не впечатленным Тони Старком. — Колба просто упала со стола!       — И как, скажи на милость, это привело к взрыву, а? — Тони выгнул бровь, полностью игнорируя небольшую толпу всего в нескольких шагах от него.       Экскурсионная группа молчала, слишком потрясённая тем, что дышит тем же воздухом, что и Тони Старк, чтобы говорить или даже двигаться.       Чувствуя, как нарастает тревога, Питер натянул капюшон толстовки, стараясь не высовываться, молясь Тору, чтобы ни Тони, ни его парень его не заметили.       Однако Брэд это не упустил.       — Что, Паркер, боишься, что тебя не узнают? — рассмеялся он, толкнув Флэша плечом, отчего тот тоже фыркнул.       — Как раз наоборот, — Питер сжал переносицу, сбивая с толку своих обидчиков.       — Да ну, как будто Тони Старк узнает такого неудачника, как ты, — Флэш закатил глаза. — ИИ башни тебя не распознал, экскурсовод понятия не имел, кто ты, никто в башне не знает тебя, просто подожди, пока об этом узнает вся школа.       Совершенно не впечатленный дерзостью Флэша и его бесполезными угрозами, Питер старался не привлекать к себе внимания, надеясь, что спор между его парнем и Тони был намного важнее, и никому из них не придет в голову такая нелепая идея, как посмотреть в его сторону.       — Не ну а дальше что? — спросил Брэд громче, и Питер медленно вдохнул через нос. — Ты всем расскажешь, что мутишь с Харли Кинером? — рассмеялся он, заставив нескольких человек вокруг странно на них посмотреть.       — Но так и есть, — возразил Нед, явно желая помочь.       Это заявление вызвало смех не только у Флэша и Брэда, но и у некоторых одноклассников вокруг.       — Ага, конечно, а Чёрная Вдова — моя девушка, — усмехнулся Флэш.       Прежде чем кто-либо успел ответить, Тони снова заговорил, привлекая к ним внимание.       — Нечего сказать, да? — усмехнулся он, глядя на Харли, а потом повернулся к мистеру Джонсу, ясно давая понять подростку, что разговор пока окончен.       Питер видел, как Харли лихорадочно огляделся, чудом не заметив его в толпе, видимо, пытаясь придумать какую-нибудь убедительную историю.       Питеру было бы жаль своего парня, если бы не его следующие слова.       — А почему ты вообще спрашиваешь меня, а не Питера? — спросил Харли, жестикулируя руками, отчего у Питер отвисла челюсть от наглости. — Он бы лучше объяснил, как устроил взрыв!       Это… Питер не мог поверить в то, что только что услышал. И от кого? От своего любимого парня, из всех людей!       Вздохнув, Тони поднял голову.       — ПЯТНИЦА, — начал он; но ИИ перебил его.       — Мистер Паркер в комнате, — объявила она роботизированным голосом.       Предательство. Сначала Харли, теперь ПЯТНИЦА… Что сегодня витало в воздухе?       В комнате повисла гробовая тишина. Медленно, один за другим, люди поворачивались к нему, отступая назад, открывая его на всеобщее обозрение для Тони и Харли, которые выглядели такими же потрясёнными, как и все остальные.       Даже Флэш и Брэд поняли, что лучше промолчать сейчас.       Так как теперь перед ним никого не было, Питер мог отлично наблюдать, как к Тони постепенно пришло осознание.       — Чёрт, — пробормотал мужчина, но в тишине комнаты это прозвучало так, будто он кричал. — Экскурсия.       Что ж, гори сарай, гори и хата.       — Ага, — сказал Питер, принимая свою судьбу. — Экскурсия, — продолжил он сквозь зубы, отступая от толпы и направляясь к своему ошеломлённому парню и наставнику. — И взрыв, — добавил он, сердито глядя на Харли.       — Мистер Паркер! — прошипел учитель, первым из толпы оправившись от шока, но Питер лишь отмахнулся от него рукой, не глядя.       Толпа ещё больше затихла, изумлённая до глубины души, увидев, как зануда Питер Паркер уверенно идёт прямо к человеку, у которого, как они знали, он якобы стажируется.       Якобы… да?       Однако Питера всё это не смущало, он не обращал внимания на то, как его чутьё сходит с ума от всего этого внимания, и он остановился прямо перед Тони и Харли.       — Что? Милый, я не… — начал Харли, но его тут же перебили.       — Ой, даже не начинай! Ты только что готов был выдать меня с потрохами! — воскликнул Питер, указывая рукой на Тони, который удивленно поднял брови.       — Я бы никогда! Ты же знаешь, как я тебя люблю! — возразил Харли, и кто-то в толпе, подозрительно похожий на Флэша, поперхнулся воздухом.       Но никто не обратил на него внимания, будучи слишком увлечёнными драмой, разыгравшейся перед ними.       — Да что ты говоришь! — Питер скрестил руки на груди. — Это твой новый язык любви — обвинять меня во взрывах?       — Я запаниковал, — поморщился Харли, потирая затылок.       — Да, я заметил, — передразнил его Питер, выглядя скорее недовольным, чем злым.       В конце концов, он никогда не мог долго злиться на Харли.       — Так ты признаёшься, что устроил взрыв, карапуз? — спросил Тони, переводя взгляд с одного подростка на другого, и Питер замер, широко раскрыв глаза.       — Что? Нет! — возмутился он, поворачиваясь к мужчине.       — Это был несчастный случай! — в то же время сказал Харли, и Тони изогнул бровь.       Но тут Питер нахмурился и через несколько секунд осторожно спросил:       — Просто чтобы прояснить ситуацию, — начал парень. — О каком именно взрыве идёт речь?       У Тони отвисла челюсть, когда он посмотрел на подростков, подняв руку и указывая указательным пальцем с одного на другого.       — Всё, вы оба наказаны, — объявил Тони, не зная, на кого из подростков смотреть.       — Что?! — воскликнул Питер.       — Это несправедливо, механик! — вторил ему Харли.       — Надо было подумать, прежде чем устраивать взрывы в моей лаборатории!       — Ты постоянно их устраиваешь!       — Да, но это моя лаборатория, а значит мои правила, а правила гласят, что вам двоим нельзя устраивать взрывы, только мне можно! — заключил Тони, скрестив руки на груди, словно говоря этим: «И как ты с этим поспоришь?».       Прежде чем кто-либо из парней успел ответить, тихий голос из толпы переключил их внимание на экскурсионную группу.       — Что, чёрт возьми…       Затем присоединились ещё люди.       — Так Питер действительно здесь стажируется?       — Да хрен с ним, Паркер, что, встречается с Харли Кинером?!       — Тебя это волнует? Питер устраивает взрывы в лаборатории Тони Старка?!       В комнате с каждой секундой появлялось всё больше вопросов, и Тони усмехнулся, повернувшись к Питеру и Харли.       — Хотя, если подумать, Питер уже достаточно наказан; в конце концов, ему теперь всё это нужно объяснять своему классу.