Голубое недоразумение

В следующий раз Лололошка встретился с компанией Эндрю в понедельник, на тренировке. Там же был и Джон. Он был только рад с ним не пересекаться. На поле они держались с подчеркнутым безразличием, словно не замечали друг друга. И только когда Кевин сделал ему глупое замечание, Ло понял, что на поле его не воспринимают всерьёз. Ему вечно говорили очевидные вещи так, будто он совсем ребёнок! Да он старше всех Лис вместе взятых! Это бесило и успокаивало одновременно. С одной стороны, Лисы недооценивали его и считали неумелым. А с другой — у него был шанс в первом матче шандарахнуть как молния. Быстро, аккуратно и неожиданно. С этими мыслями он лёг в постель, но предаться раздумьям не успел. Раздался стук. Примерно прикидывая варианты, кто это может быть, он пришёл к двум кандидатам. Первый — Нил. Что было, конечно, маловероятно, но допустимо. Второй — Кевин. Встретить его было куда логичнее. Дэй иногда брал с собой Джона, но того не было. Стук повторился. Уже настойчивее. Обречённо выдохнув, Лололошка встал с кровати и направился к двери. Открыв, он увидел на пороге Кевина. Конечно же это Кевин-ебучая-тварь-не-дающая-отдохнуть-Дэй собственной персоной. Не дав Кевину раскрыть рта, Лололошка произнёс: — Джона нет. Скорее всего, он на корте. Кевин слегка опешил, но быстро собрался. — Я знаю, где Джон. Мне нужен ты. — Зачем? — не понял Ло. — Эндрю сказал, что не поедет, если тебя не будет. Лололошка пару минут подумал, прикидывая плюсы и минусы. Нет, — ответил он и уже собирался закрыть дверь, как Кевин схватил его за руку и, больно стиснув запястье, вытянул младшего Харрисона из комнаты. Тот брыкался и говорил, что не хочет на их чёртово поле, но Дэй не слушал. Когда они спустились, Кевин всё ещё не отпускал запястье Лололошки. А тот, в свою очередь, был упрямым как баран и не давался легко. Когда взгляд Лололошки нашёл Нила, он умоляюще посмотрел на него, прося помощи. Джостен лишь закатил глаза, но всё же помог. Подошёл к ним и вырвал руку Харриса из цепкой хватки Дэя. Кевин зло зыркнул на них и сел на переднее сиденье. Эндрю, наблюдавший эту сцену, лишь фыркнул, сидя за рулём. Лололошка сел на заднее сиденье к Нилу и сложил руки на груди. — Зачем я вам? Лучше бы взяли Джона, — негодовал Ло. — Вообще-то я предложил взять тебя с надеждой, что ты не пойдёшь, и мы бы сейчас спали. — Скажи спасибо Дэю. Я теперь травмирован, у меня сломана рука, и мне больше никогда нельзя будет брать клюшку в руки и подходить к полю ближе чем на километр, — он театрально положил руку на лоб и откинулся на спинку сиденья. Нил тихо усмехнулся, а Кевин лишь закатил глаза. Миньярд повернул ключ зажигания, выпрямился и повёз их на стадион.

***

Кевин отпер ворота и раздевалку своими ключами. Подождав в фойе, пока Нил, Ло и он сам переоденутся, возьмут клюшки и прочий инвентарь, Эндрю вышел вместе с ними во внутреннюю зону, а когда они направились к выходу на поле, свернул к лестнице, ведущей на трибуны. Выйдя на поле, Кевин запер дверь на засов, отложил клюшки и мячи в сторону и без лишних разговоров приступил к делу. Для разминки они пробежали несколько кругов, позанимались интервальным бегом, сделали растяжку и только после этого перешли к специальным упражнениям, начав с простых и постепенно их усложняя. Лололошке была знакома лишь малая часть этих упражнений, и выполнять новые, да ещё и без ошибок, оказалось нелегко. Но, к счастью, Нилу это тоже давалось непросто, и Ло не чувствовал себя такой обузой. Но вдобавок к Кевину вернулась раздражительность, которую он подавлял в предыдущие два дня. Последнее упражнение оказалось самым заковыристым. Кевин выставил в линию шесть пластиковых конусов и объяснил задачу: отбить мяч от стенки так, чтобы попасть в конус. Одной меткости для этого не хватало — требовалось ещё правильно рассчитать силу удара. Лололошка примерно ожидал чего-то подобного, если смотреть на игру Кевина и Джона. Если прежде Лололошке и приходилось ловить мяч на отскоке, то лишь для передачи паса. Партнёры по команде при этом могли добежать до мяча, в то время как конусы представляли собой неподвижные мишени. С первой попытки Нилу удалось сбить только один конус, Кевину — три из шести. Однако следовало учесть, что бил он правой рукой, поэтому его промахи не доставили Нилу никакого удовольствия. Лололошка же собирался потихоньку слинять, пока про него не вспомнили. — И куда ты собрался? — спросил Дэй, поворачиваясь к нему. Лололошка пробормотал что-то про несправедливость вселенной и, направившись к конусам, встал в подготовительную стойку. Первый удар был перелётом. Второй — ближе. На третьем броске он попал точно в цель. Потом попадания продолжились. Четвёртый. Пятый. И последний — шестой. — Всё, я устал, помер и хочу спать, — сказал Ло, собираясь уйти с поля. — Стой, подожди, — к нему подошёл растерянный Нил. — Как ты это сделал? Лололошка перевёл взгляд с Нила на Дэя и обратно. — Отрабатывал меткость. В основном стрельбу из лука, — пожал плечами Ло. — Ладно, всё, я больше не могу здесь находиться. У меня аллергия на спорт, — сказал он и, развернувшись, направился к выходу с поля.

***

Лололошка проснулся в шесть утра. Солнце только вставало. Посмотрев на соседнюю кровать, он увидел там спящего Джона. Встав с кровати, Лололошка направился, как обычно, на кухню, чтобы сделать кофе. Он взял турку, насыпал кофе покрепче и, поставив на плиту, начал ждать. Сзади прокашлялись. Вздрогнув от неожиданности, Ло повернулся и наткнулся взглядом на Джона. Тот стоял близко с сердитым лицом. — Доброе утро?.. — осторожно спросил Ло. — Доброе, — ответил Джон. — Объяснишь наконец? Спрашивать, о чём он, не было нужды. Собравшись, Лололошка начал: — А что тут объяснять? Я просто помог Нилу. Если бы не я, то он бы, наверное, автостопом вернулся. Если бы вообще вернулся после вашего так называемого похода в честь знакомства. Забыл, что было с Мэттом? Он мог погибнуть! Я не отрицаю, что Эндрю всё предусмотрел, но это всё равно было опасно. Да и старшекурсники стали вас остерегаться. Ладно, они с вами весь год учёбы здесь. А Нил? Он вас почти не знает! — отвернувшись и скрестив руки на груди, продолжил Ло. — И тем более, я просто привёз Джостена, — обиженно добавил он. Джон минуту просто стоял, а потом снял очки и посмотрел на Лололошку с удивлением. — Симпаусик, я и не знал, что ты так умеешь. Мог бы хотя бы предупредить, что повезёшь Джостена в наш дом. — Забыл про свою слабость? Эндрю мог у тебя спросить, где может быть Джостен. А ты не смог бы ему соврать. А я не хочу, чтобы Нил ушёл от нас. Джон пристально смотрел на него. — Кофе. Повернувшись к плите, Ло посмотрел на турку. Кофе не убегало. А что тогда? Вдруг он почувствовал на голове мягкое тепло. Джон взъерошил его волосы и, развернувшись к выходу, бросил напоследок: – Сделай мне тоже.

***

Пожалуй, ночная тренировка что-то перевернула в странном мире Кевина, потому что наутро его едкие комментарии возобновились. Теперь в них острее сквозило то злое разочарование, которое исходило от него в самом начале, и гораздо меньше — неприкрытая враждебность, с которой он относился к Нилу после смены округа командой «Воронов». Лололошка говорил Нилу стараться видеть в перемене плюсы, и тот почти в этом преуспел. Братья по-прежнему держали дистанцию, хотя на тренировках Ло время от времени замечал, что Ники наблюдает за Нилом и Кевином. Очевидно, потепление в их отношениях от Хэммика не укрылось. Ло ожидал, что Ники объяснит свои гляделки, но стоило Нилу посмотреть в сторону Ники, как тот отворачивался, внезапно привлечённый чем-то поинтереснее. Нил относился к этому спокойно, не желая первым идти на контакт после того, как в Колумбии тот помог Эндрю накачать его наркотой. Терпения Ники хватило до вечера среды. По средам Эндрю посещал психолога; пока остальные Лисы обедали, Ники повёз его в медицинский центр. На стадион он приехал к началу дневной тренировки. Лисы готовились к выходу на поле — кто-то натягивал форму, кто-то надевал экипировку, — когда Ники наконец прорвало. Правда, заговорил он на немецком и вовсе не с Нилом. — Как думаешь, он нас простит? — обратился он к Аарону. — А тебе не всё равно? — пожал плечами тот. — Он не наша забота. Нил, возившийся с ремешком защитного воротника, замер и изумлённо воззрился на обоих. Эндрю знает, что Нил владеет немецким, следовательно, эти двое тоже в курсе. Может, таким образом Ники завуалированно приглашает его к разговору втайне от остальных — хочет, чтобы Нил простил или оскорбил их? Лололошка счёл это глупым предположением, так как Эндрю не стал бы рассказывать секрет Нила. Впрочем, ни один, ни другой на Нила не смотрел. — В смысле — не наша забота? — переспросил Ники. Аарон молчал, и очень скоро Ники не выдержал: — Опять ты начинаешь эту хрень? Хочешь цапаться со всеми до самого выпуска? — Я хочу, чтобы меня оставили в покое. — Это командный спорт! Остальные спокойно занимались своими делами — очевидно, иностранную речь из уст братьев слышали не впервые, — однако резкий тон Ники не мог не привлечь их внимания. Сет состроил недовольную гримасу, Мэтт окинул братьев любопытным взглядом. Одни Кевин и Джон, привыкшие к их грызне, не подняли головы. Но Джон всё-таки прислушался. Ники не замечал обращённых на него взглядов. — Аарон, так жить нельзя. Я так не могу. Это страшно выматывает и давит на психику. — Угу, ладно. — Ладно? И всё? Ничего не ладно! Боже, Аарон, иногда ты так похож на Эндрю, что жуть берёт! Лицо Аарона исказилось злобой. — Да пошёл ты! — Эй, вы, — прикрикнул Мэтт, — хорош уже. С цепи сорвались, что ли? Аарон пнул скамейку и вылетел из раздевалки. Ники послал ему в спину негодующий взгляд. Мэтт оглянулся на дверь, потом посмотрел на Хэммика. — Ники? Ники со страдальческим выражением лица потянулся к нему. — О, Мэтт, Аарон разбил мне сердце! Поцелуешь, чтобы не болело? — Чёртов пидор, — бросил Сет, направляясь к выходу. — У вас всё нормально? — невозмутимо поинтересовался Мэтт. — Конечно, а что? — с притворным удивлением спросил Хэммик. Мэтт посмотрел на Кевина с Джоном, затем на Нила, словно ожидая поддержки. Кевин и Джон его проигнорировали, а Нил лишь неопределённо пожал плечами. Лололошка подошёл к нему и, лишь похлопав по плечу, направился за Сэтом. Тогда Мэтт решил закрыть тему и вернулся к переодеванию. Подхватив снаряжение, Ники вслед за ним покинул раздевалку. Ссора кузенов не была спектаклем. Ники и Аарон не перешли бы на личности, знай они, что Нил и Ло понимали каждое слово. Получается, Эндрю ничего им не рассказал?

***

Вечером Кевин снова зашёл за Лололошкой, только на этот раз Джон был с ним. Похоже, Эндрю курил за рулём, но, завидев их, затушил сигарету. Он отвёз их на стадион, подождал, пока они переоденутся, а потом занял своё обычное место на трибуне. На поле Нил спросил у Кевина: — И часто вы приезжаете сюда втроём? — Каждый вечер, — ответил Джон. Лололошка оглянулся на трибуны, но Эндрю в темноте не увидел. — И ему не надоело? Если он не тренируется, зачем тогда ездит с вами? — Он будет тренироваться, просто пока не знает этого, — ответил Дэй. — Да ты, я смотрю, оптимист, — сказал Нил. Пропустив эту колкость мимо ушей, Кевин принялся расставлять конусы для интервального бега. — Поехали, — скомандовал он. Нил выбросил из головы мысли об Эндрю и сосредоточился на упражнениях.

***

Через две недели Комитет по регламенту экси официально объявил о переходе «Воронов» в другой округ. Ваймак звонком предупредил об этом Лисов, когда они вернулись в общежитие после тренировки. Джон включил телевизор и нашёл спортивный канал. Новость уже озвучили в эфире, и сейчас в студии как раз обсуждали реакцию публики. Ведущий трещал без умолку, бурно жестикулируя. Один из приглашённых гостей с преувеличенным неодобрением качал головой, а остальные безуспешно пытались вставить хоть словечко. — Ну, началось, — обречённо простонал Джон, упав на диван рядом с Ло. — Теперь прохода не дадут. Я только хотел пойти в магазин. — Ну ничего страшного. Репортёры же не будут на каждом углу? Так что можно просто избегать людей с камерами. Джон вздохнул. — Эх, ничего ты не понимаешь, красотка. — Да-да. Можем на выходных пойти. Джон блеснул глазами из-под чёрных стёкол очков и повернул голову в сторону Лололошки. — Лоля, — сладко пропел он. — Хочешь с нами в Колумбию? Лололошка медленно повернул голову в сторону Джона. — Джон, скажи честно. Ты идиот? Зачем мне с вами ехать? — Ладно. Как хочешь.