Холлоунест-сити или семейные узы

Маэстро внимательно осматривал каменную сырую камеру карцера, в которой его заперли: под потолком было небольшое окно с решёткой, очевидно, камера находилась на цокольном этаже, так как через это окно можно было разглядеть мелькающие колеса транспорта, из стен в некоторых щелях рос мох, никакой мебели, а в углу лежала, тихо всхлипывая, измученная юная девушка. "М-да, сервис тут, конечно, такой себе..."– с горькой усмешкой думал про себя Гримм. Он не торопился разговаривать с соседкой по камере, планы были другими, Маэстро ждал стражу, он знал, что сегодня же его захотят допросить, и он с нетерпением ждал этого момента. А пока он спокойно присел посреди камеры в ожидании. Ждать пришлось довольно долго, через четыре часа за Гриммом пришли двое стражников, они грубо взяли Маэстро за предплечья, нацепив на его запястья наручники. Гримма молча тащили по коридорам прямо в кабинет Лучезарности, она хотела поговорить на своей территории, а Маэстро шумно и театрально возмущался с грубости своих тюремщиков. Лучезарность сидела в своём кресле, неторопливо перекатывая ручку на столе. Дверь с шумом распахнулась, правительница подняла брезгливый взгляд на вошедших, один из стражей объявил —Ваша Светлость, мы доставили его, как вы и просили! Гримм заинтересовано склонил голову набок и насмешливо проговорил —"Светлость"? Занимательно. Значит будешь Светой. Лицо лучезарности едва заметно перекосило гневом, Маэстро улыбнулся, это именно то, чего он и хотел. Лучезарность кивнула на стул, стоявший перед ее столом. Стражники подошли и грубо швырнули пленника на стул. Гримм раздражённо прошипел, Лучезаргность грозно приказала —Оставьте нас. Стража поклонилась и вышла, захлопнув дверь. Лучезарность с интересом смотрела на "гостя", а Гримм с наигранным возмущением выпалил —Какая грубость, Света! Неужели не знаешь, как обращаться с таким ценным гостем?! У меня множество жалоб на твой обслуживающий персонал и условия проживания для гостей, а я здесь меньше суток! Стыдно, Света, стыдно! Лучезарность старалась не терять самообладание и говорить спокойно, ее слова были полны ядовитого, приторно сладкого меда —Ах, Маэстро... Невероятно рада вновь видеть тебя. Сколько там... лет пятьсот прошло с нашей последней встречи, а ты... не изменился. Ты бы хоть изредка менял дизайн своих сосудов, а то одно и то же... не надоело?—она встала из-за стола и подошла, держа руки за спиной—Ладно, довольно воспоминаний. Знаешь, ты тут не просто так, червяк. У меня ес.... Гримм с раздражением выдохнул и перебил ее —Да, да, есть дело ко мне. И именно поэтому я сейчас в цепях, правильно? Лучезарность едва заметно сжала кулаки за спиной и процедила сквозь зубы —Да, маэстро, правильно. Буду говорить кратко, чтобы не напрягать твою красивую головушку.—она склонила перед ним, чтобы быть на одном уровне—Что тебе известно о детях короля? Гримм непонимающе вскинул "бровь" и решил уточнить —Серьёзно? И ради ЭТОГО ты прервала мой тур? Возмутительно! Лучезарность уже теряла самообладание и решила идти напролом —Отвечай на вопрос, Гримм. Или ты горько пожалеешь об этом. Гримм вальяжно завалился на спинку стула, закинув ноги на стол Лучезарности. Он не говорил, он плевал циничным ядом —О чем? О потраченном в пустую времени? Так я уже. Лучезарность с силой ударила по столу в порыве ярости, Гримм даже не шолохнулся, а лишь снисходительно выдохнул —Ах, ну ты как всегда, никакого терпения. Ладно, слушай про детей короля. К него их великое множество и большая часть из них мертвы. Известно что... Лучезарность вскипала от нетерпения и его цирка, она начала срываться —ЭТО ВСЁ НЕ ТО!—она схватила Маэстро за рог и потянула его к себе—ГОВОРИ О ТЕХ ТВАРЯХ, КОТОРЫЕ... Гримм с лёгким шипением перебил ее —Да, да, которые якобы были в моей карете. Вообще-то перебивать не культурно.—Лучезарность отпустила его, Гримм выпрямился и снисходительно процедил—Эх, языческие боги, что с вас взять Лучезарность пыталась вернуть контроль над ситуацией и попробовать угрожать ему —Я бы на твоём месте не глумилась так, а то... Гримм снова перебил ее с наигранным равнодушием и насмешкой —А то что? Мое пламя опалит твое хрупкое самолюбие, Света? Я разрушу твою иллюзию победы и торжества над моей поимкой? Моя дорогая, ты понятия не имеешь в какие игры вмешиваешься.—он осмотрел свои наручники— Держать меня здесь в цепях... умно... для малой личинки Лучезарность вспыхнула от гнева —АХ ТЫ...! Гримм спокойно и пренебрежительно продолжил говорить —Просто послушай, да, ты связала меня, Света, но это всё равно, что попытаться связать огонь, скажем, обычной верёвкой, задумайся о своём сомнительном триумфе. Она угрожающе молчала, а он язвительно усмехнулся —Давай, крикни своей страже... Лучезарность не дала ему договорить и сорвалась —СТРАЖА!—вошли те самые стражники— Увести в карцер, пусть подумает о своём поведении, может он завтра будет посговорчивей Гримма взяли под руки о потащили в карцер, он шёл, гордо вскинув голову, он гордился этим спектаклем, все иднт по плану, если все и дальше так продолжится, он сможет оттянуть время ровно на столько, сколько нужно группе, чтобы дойти до деревни. Его швырнули в камеру, он прошипел и поднялся, отбтряхиваясь от грязи. Он не боялся пыток, он знал, что Лучезарность не осмелится калечить духа Пламени, это существо древнее и сильнее, чем она и Бледный Король, даже для нее глупо встрявать в прямой конфликт с ним. Он кинул взгляд своих алых глаз на пленницу, она все еще лежала в углу, хотя допрос и занял несколько часов. Гримм осторожно подошел, присев на колени рядом с ней. Она ровно дышала, изредка вздрагивая. Маэстро мягко коснулся ее спины. Девушка подскочила от страха, она испуганно уставилась на Гримма, ожидая угрозы или нападения. Маэстро спокойно и, на удивление, тепло сказал —Спокойствие, юная леди. Я не сделаю тебе больно. Я лишь хотел поговорить. Кто ты? Как давно ты здесь? Девушка болезненно отвела взгляд в сторону, на глазах наворачивались слезы, она мелко задрожала. Гримм бережно обнял и прижал ее к себе —Шшшшш.... все хорошо... спокойно. Дыши глубже, дорогая. Он был невероятно тёплым, девушка, продрогшая от холода и сырости, инстинктивно прижалась к Гримму, стараясь не делать больно своим пальцам. Гримм снова повторил свой вопрос —Так кто же ты? Девушка, болезненно сглатывая слезы, смогла выдавить из себя едва слышный шёпот —силена... Сердце Гримма сжалось —Они лишили тебя голоса... Силена коротко кивнула. Гримм бережно перебирал когтями ее волосы —Ты тот бард, о котором гремят все новости? Силена робко кивнула, слово "бард" иглой вонзилось в сердце. Гримм осторожно продолжил —Один мой знакомый упоминал Силену менистреля... это ты, верно? Она удивлённо кивнула, откуда он знает? Кто его знакомый? Гримм тихо продолжил —Этот знакомый это Грин, сын Короля... мы с ним... друзья, если можно так сказать. Не волнуйся, с ним все хорошо, и мы выберемся отсюда, когда придет время, а пока позволь мне хотя бы перевязать твои пальцы. Силена неуверенно согласилась, Маэстро надорвал свою мантию и начал перевязывать каждый палец, фиксируя его своими когтями, которые он вырывал с тихим шипением. Силена не была уверена, что она стоит такой жертвы, но все же была благодарна. Гримм был для нее важным союзником, он знал про Грина. Новости о том, что с ее возлюбленным все хорошо, разжигали в ней неподдельную надежду и интерес к тому, как этот загадочный жук собирается их высвободить. В любом случае, это был шанс.