Принц и гвардеец

      Время неумолимо бежало куда-то вперед. Казалось, совсем недавно Кайзера притащили во дворец и предложили очень важную сделку, которая подарила ему любимого человека и ребенка. Восемь месяцев назад он не мог не то, что подумать, даже мечтать об этом не смел. А теперь через месяц он уже встретится с сыном и станет настоящим отцом. Страх по этому поводу потихоньку отступил, ведь Михаэль понимал: он не один будет растить ребенка, с ним Исаги и целый дворец слуг, конечно, если ему позволят остаться. Это он и собирался выяснить и как раз возник подходящий момент.       В семье Йоичи существовала традиция или некий ритуал, проводимый для того, чтобы ребенку досталось определенное имя. Однажды король Аргентума пригласил к себе принца и гвардейца для объяснения сакрального обряда. Еще тогда Иссей Исаги спокойно отнесся к беременности сына от бывшего преступника. Будто заранее спрогнозировал, что так оно и случится, либо вовсе долгожданная новость затмила прошлое Михаэля.       Только капитан гвардейцев по сей день был против Кайзера, а уж весть о ребенке крайне возмутила его. И когда альфа опаздывал на утренние и вечерние построения из-за прихоти принца, Изаму отыгрывался на нем, но его высочество в конце концов разрешил Михаэлю не ходить на них, так как он являлся личным гвардейцем Исаги, поэтому перед Изаму можно не отчитываться о тех делах, какие выполнял Кайзер за день. Ну что он доложит капитану? Как до запрета трахал принца? Или как массажировал ему поясницу? За такой отчет Изаму на месте прибил бы Кайзера. Вот Йоичи и перестраховался.       Итак, на кануне полнолуния король поведал им о семейном ритуале. Парни написали по пять мужских имен, среди которых присутствовало то самое, созданное для их сына. Иссей отдал Исаги и Кайзеру фамильный серебряный перстень. Они облачились в белые простые одежды и в тронном зале начали обряд.       Перед большим арочным окном омега и альфа поставили чашу с водой на подоконник. В ней отразилась матушка-Луна, ласкающая своим светом темное помещение. Затем внутрь они опустили перстень. Серебро и луна заряжали воду. Ритуал должен дать молодым родителям подсказку свыше. Была в этом определенная доля мистики и таинственности. Михаэль поначалу скептически отнесся к процессу, но смотря на горящие глаза Исаги, его воодушевленное и радостное лицо, он поверил…       Через несколько минут они достали серебро из воды, она зарядилась. По поверьям жидкость в чаше должна вспыхнуть лунным светом на то имя, которое в итоге и получит ребенок. Кайзер и Йоичи встали друг напротив друга и приготовились зачитывать имена. — Хочешь, начни ты, - отдал пальму первенства альфе Исаги. – Или волнуешься? Синеволосый посмотрел на Михаэля с легкой усмешкой. — Ничего я не волнуюсь. Просто это необычно. И получится ли вообще… — Вот и проверим. Давай, иначе я переживать начну, - Йоичи инстинктивно положил руки на живот. Кайзер накрыл своими ладонями всё вместе, почувствовав тепло. — Так спокойнее. Сквозь недолгую тишину из уст Михаэля вырвалось первое имя. — Джерт. Ни вода, ни живот никак не среагировали на вариант гвардейца, однако Исаги заинтересовался. Он спросил: — Незаурядное имя. Оно что-то означает? — Да. Храброе копье. Так звали моего отца. Поэтому ничего удивительного, что он выковал копье, передал мне, а я хотел передать его нашему сыну, - Михаэль сглотнул. Он не собирался вспоминать свою трагедию в такой важный момент. Однако правильнее было договорить до конца. – Не знаю, рассказывал ли тебе отец, как я потерял родителей, но да, так случилось. Розы на оружии в честь моей матери. Ее звали Розалинда. — Красиво… — С ними я был счастлив. И хочу, чтобы он тоже был счастлив. Альфа нежно погладил живот. — А ну, прекращай, я сейчас разревусь! Михаэль поднял взгляд на омегу, у которого глаза вот-вот окажутся на мокром месте. — Прости, сам не ожидал удариться в сентиментальность. Надо продолжить. Твоя очередь. — Ичиро. Лунный свет по-прежнему ровно падал на воду. Ни намека на вспышку. — Оно тоже имеет для тебя какое-то значение? – полюбопытствовал Кайзер. — Нет, но переводится как первый сын, - пояснил Исаги. — Символично. Снова я. Рейн. Тишина. — Черт…, - выругался Михаэль. Ожидание становилось невыносимым. — У нас еще есть попытки, успокойся. Но всё новые и новые имена проходили мимо. У альфы и омеги осталось по одному варианту. — Мой последний шанс? – уточнил блондин. — Послушай, - Йоичи взял Кайзера за руки и приковал к себя взгляд. – Не выйдет - выберем самостоятельно. Плевать. Не может же всё всегда идти по плану. Выжди минутку, сосредоточься и называй.       Стук собственного сердца мешал концентрироваться. Михаэль не переживал так сильно, даже когда на волоске была его жизнь. Зато его искренне поддерживал омега, сапфировые глаза которого светились даже в полутьме. И Кайзер на эмоциях прислоняется ближе к животу, слушает и ведет мысленный диалог с будущим сыном. «Эй, ты с нами? Помоги нам, помоги мне сделать еще один важный шаг для нашей семьи»       К удивлению альфы ребенок толкнулся, показывая, что он тоже всё чувствует и понимает, какой значимый момент происходит в жизни его родителей. Быстрое движение придало Михаэлю сил. Уверенность Йоичи, отклик их сына, несомненно, вызывали трепет в душе и надежду на скорое завершение ритуала. Кайзер выпрямился, улыбнулся принцу и назвал имя. — Юкио.       Свет из окон буквально ослепил Исаги и Кайзера несмотря на то, что это была всего лишь луна. И вода походила на волшебный колодец, на дне которого будто плавали жемчужины, освещающие сосуд. Парни переглянулись. Ритуал сработал и их сына будут величать Юкио. Гвардеец от радости обнял омегу и довольно высоко поднял его над полом. Они кружились вместе, пока Михаэль не вспомнил о ребенке. Блондин вернул Йоичи на место. Всё-таки подобная нагрузка может не очень сказаться на еще не родившемся малыше. — Извини, я весь на взводе. Я уже отчаялся. Ваш обряд знатно пощекотал мне нервы. — Аналогично. Но всё получилось! – ликовал принц. – Почему же Юкио? — Он то самое счастье, что я смог тебе подарить, Йоичи, - объяснил Кайзер, целуя омегу в лоб. Его никогда не переполняло столько чувств одновременно: и эйфория, и нежность, и восторг… — Ему вполне подходит наша королевская фамилия. — Почему у него будет ваша фамилия? – возмутился Михаэль, нахмуривая брови и поджимая губы. — А чья же еще? – в ответ недоумевал принц. Ибо логично дать Юкио фамилию Исаги, так как он королевских кровей. — Ну, а как на счет моей? Альфа садится на одно колено и достает серебряное кольцо с потрясающим синим сапфиром. — Йоичи Исаги, наследный принц, будущий король Аргентума, я люблю тебя и уже люблю Юкио, поэтому хочу создать семью, ты станешь моим супругом?