Жертвенные петухи и другие жители моего дома

Парень с широкой улыбкой поправил камеры на нескольких смартфонах, направленных на него. Выбрал фильтр, в котором черты его лица смотрелись ещё более миловидными и загадочными, и так подчёркнутые лёгким макияжем. Немного тёмных теней на веках, чуть светлых под бровями и над скулами. Здесь, там, правильный свет, длинные тёмные волосы в небрежной причёске прихвачены сзади красной лентой. На фоне тёмно-фиолетовый гобелен с нарисованной солнцем-луной и созвездиями. Пучки засушенных трав художественно свисают с потолка. Красивые побрякушки-амулеты из самоцветов и металлов, скорее всего с посеребрением и позолотой, он особенно не разбирался, что это. Достаточно было выучить названия камней и их свойства, про которые писали в интернете. По бокам стояли стеллажи, на правом — скляночки с цветными жидкостями, песком, камушками, перьями и всякой красивой ерундой, которую за небольшую плату собрали для него дети во дворе. Туда же они всей семьёй скидывали просроченную косметику. Слева стояли книги. Те, что по эзотерической тематике, стояли обложками к зрителю. Папюс, Гермес Трисмегист, Карл Густав Юнг и его последователи, Бегущая с волками, которую просто обожали его зрительницы, немного Кастанеды, Дао Де Цзин, Ошо, Кроули и всякая ерунда по таро и гороскопам. Все остальные лежали боком стопками. Там были романы про Анжелику и её любовников, рецепты на каждый день и сборники анекдотов за 300. Чай с молоком, чтобы промочить горло, и ещё немного теплого в термосе. Несколько колод таро и оракулов, блокнот, ручка и маркер, ноутбук и дополнительный телефон. Вроде бы, всё готово. — Привет-привет! Всем добрый вечер. Пока народ подтягивается, я отвечу на вопросы, которые вы прислали мне в личку, потом посмотрите в записи. Мои помощники выбрали только самые интересные, потому что на все ответить нереально, конечно. Число присоединившихся к эфиру быстро росло. Douyin, Bilibili, Xiaohongshu, Kuaishou — каждую из площадок надо было подоить как следует. — Приветствую, Уважаемый Старейшина. Я думаю, что моя коллега завидует мне и наложила на меня порчу, муж стал ходить налево. Нахожу у него в карманах презервативы. Все идет наперекосяк. Что мне делать? на магическую помощь нет денег. заранее спасибо, Ж. Старейшина немного пожамкал свой подбородок, как бы думая, а потом заговорщически подмигнул в камеру. — Ну во-первых, если у вас всё так плохо, то чему завидовать? Во-вторых, если ваш муж предохраняется, когда ходит налево, то это очень хорошо. А в-третьих, если всё идет наперекосяк, значит, вы просто идёте не своим путём, и вам надо включить интуицию и расслабиться. Скорее всего, никакой порчи нет. Если ваш муж хочет уйти, то пускай идет, всё равно вы его не удержите. И пусть сам стирает свои штаны, я же правильно понимаю, что вы именно так находите его гандоны, а не просто шаритесь у него в карманах? Попробуйте. Я могу помахать руками, чтобы снять порчу, но если я буду это делать бесплатно, то меня постигнет кара вселенной, а вас — кармические откаты! Если вы давно на моём канале, то уже знаете, что для того, чтобы что-то получить, нужно что-то отдать, это закон вселенной. — Так, давайте к следующему вопросу. Roar1234 Подписан полгода на ваш бусти. Так. проверяем. Ага, вижу ваш ник. Читаем дальше. вопрос 1. Обманывает ли меня Э?. Вопрос 2. Сложится ли у меня с переходом в другой отдел или с повышением по работе? Вэй Ин потянулся за колодой карт и начал тасовать, следя за тем, чтобы его ладони в свете круговых ламп выглядели максимально выигрышно, светотени падали красиво, а браслеты приятно позвякивали. Затем он прикрыл глаза и сдвинул часть колоды к камере. Перевернул и стал выкладывать на столик так, чтобы зрителям было хорошо видно картинки. — Перевёрнутая Луна, двойка мечей и шестёрка кубков. Я бы сказал, что сейчас доверять человеку, о котором вы говорите, не стоит, это принесёт лишь страдания. Причём скорее всего человек и сам испытывает разочарование из-за чего-то, что связывало вас в прошлом, и боится открыть вам своё сердце. Возможно, уже владея этой информацией, вы могли бы попробовать что-то сделать, но тут смотрите сами, надо ли это вам. Он даже не пытался продать подписчику свой расклад. Не хотелось лишний раз напоминать людям о том, что они нищеброды. Старейшина собрал карты со стола и вернул их в колоду. Повторил цикл сначала — красиво перемешал на публику, снял, разложил, а потом перевернул карты и улыбнулся. Перстни с крупными камнями ярко поблёскивали в свете ламп, оттенённые в оправах из состаренного серебра. — А теперь я предлагаю моим ученикам попробовать интерпретировать этот расклад… Столбик слева — переход в другой отдел. Столбик справа — добиваться повышения на старом месте. По какому пути лучше пойти клиенту? Жду ваших ответов в чате. А пока расскажу, как можно стать учеником… В описании моего профиля есть ссылка на сайт, там вы найдёте мою обучающую программу по таро. Прочтите описание, и если понравится, вы можете посмотреть три пробных урока и оплатить полный курс любым удобным способом. — Так, посмотрим… Старейшина наклонился, и из-под широкого ворота кофты винного цвета показались светлые точёные ключицы. – Ответы появились, пока короткие. Клиент их читает, вижу. Вы меня приятно удивляете! Ответы в основном правильные. Но и ситуация довольно прозрачная! Конечно, вы верно заметили, что сейчас переход на другое место будет трудным для клиента, потратит много сил и в ближайшей перспективе даст истощение, на что указывает десятка жезлов, это карта выгорания. Если же он попытается получить повышение, то это тоже будет непросто, но он может неожиданно получить помощь от влиятельной фигуры, это у нас королева пентаклей, и карьерный подъем, колесница. Так что, Roar1234, карты рекомендуют вам не менять отдел, а сосредоточиться на повышении, но конечно, решение вы будете принимать только сами, потому что это только ваша жизнь. Если вам понравился разбор кого-то из моих учеников, можете обменяться контактами. Старейшина потянулся, как кот, размял руки и помотал головой, разрабатывая шею. Свободные рукава ползали вниз к плечам, браслеты расстилались по предплечьям, чокер, украшенный цепочками и камнями, натянулся при наклонах шеи, и пряди волос контрастировали со светлой кожей. Все эти побрякушки довольно много весили и были частью шоу, благодаря ему аудитория старейшины была в среднем в три раза больше, чем у других колдунов с таким же бюджетом на рекламу. А этим беднягам еще приходилось делать по несколько раскладов в день, наводить порчи и привороты и обманывать людей. “Уж лучше торговать ебалом”, — так считал Вэй Ин. — Ого, как вас много! Уже тысяча пятьсот человек онлайн, и это только Bilibili! Посмотрим, что вы пишете! — Так, у Энди98 такая же проблема, понимаю, бро! с каждым бывало, — Старейшина как будто голосом понимающе погладил зрителей. — Эльвира_Фэйри пишет, что сегодня у неё был судьбоносный день, который привёл её на этот эфир, и она здесь впервые. Это здорово! Ко мне действительно никто не попадает просто так! Оставайся! — О, вижу знакомый ник! Ханьгуан_Цзюнь пишет, что только что закончил медитацию и пришёл сюда, и как всегда позитивная энергетика! Как это круто, Ханьгуан Цзюнь, я чувствую от тебя тоже позитивные вибрации, наверное мы с тобой очень хорошо совместимы по частотам, — Старейшина снова ярко улыбнулся в камеру и чуть подвигал бровями. — Может быть, у нас с тобой был бы отличный резонанс… Вэй Ин не знал, с кем говорил: с мужчиной или с женщиной. Ханьгуан Цзюнь называл себя в мужском роде, хотя надежда на то, что это женщина, всё ещё оставалась. Вэй Ин уже некоторое время флиртовал с этим человеком на птичьем языке. Ханьгуан Цзюнь донатил неприлично много. И не просто был подписан на все бусти премиум-подписки и кидал на кофе, а посылал подарки, причём недешёвые. Всё на тематику эзотерики. Не бутафорию с блошиного рынка, которую в больших количествах Вэй Ин скупал или крафтил сам. И не вещи, которые в поиске по картинкам обнаруживались в специализированных магазинах. Редкие “артефакты”, оригинальные старые книги заклинаний, в которых Вэй Ин даже понимал маловато, или уже запрещенные и утерянные издания. Какие-то странные перстни и посохи, от которых шли мурашки по коже. Присылал и более простые вещицы из святых мест, из индуистских, буддистских, сионистских храмов. Один раз прислал четыре зуба мудрости в коробке с подписью, что это зубы сатаниста. Любой другой человек, наверное, после этого решил бы, что Ханьгуан Цзюнь отбитый ублюдок. Но не Вэй Ин. Вэй Ин считал Себя отбитым ублюдком, поэтому выходка Ханьгуан Цзюня его восхитила. На следующем эфире он намекнул, что для ритуала ему нужны живые петухи, но у него нет времени искать ферму и ехать за ними, так что пока придется отложить ритуал. И знаете что? На следующий день к нему приехал курьер с клеткой, в которой было два рыжих петуха, и попросил расписаться в получении. С открыточкой ему от Ханьгуан Цзюня. С тех пор петухи остались жить у него дома и везде срали, потому что они птицы, блядь! А в семье никто не имел опыта убивать животных. (Хотя Цзян Чэн и выглядел как человек, который постоянно кого-то убивает на завтрак, обед и ужин). Вэй Ин сделал для петухов жердь из палки на балконе, и они стали проводить там больше времени. Часто дрались. Поэтому пришлось их расселить. Второй петух предпочитал жить в комнате Цзян Чэна, потому что у него тоже был балкон, и там Вэй Ин тоже сделал жердь. Сводный брат ворчал и закатывал глаза, но всё же петуха не выгнал. Вместо этого дал ему имя, Цзинь Гуан. (Золотой Гребешок). Очень оригинально. Тогда Вэй Ин понял, что и второму петуху тоже нужно имя, но не придумал ничего лучше, чем Суйбянь — какая разница? Всё равно петухи не откликались на имена. На время эфиров Вэй Ин сначала выгонял петуха из комнаты, чтобы тот не кудахтал на фоне и не портил звук, но потом стало ещё хуже, потому что петух Цзян Чэна выходил прогонять его с общей территории, они опять дрались и это было ещё громче. Так что пришлось смириться и объяснить, что древние боги не приняли его жертву и предпочли в этот раз черную собаку, которая у него как раз была, поэтому петухи остались до следующего ритуала. (Конечно же, никакого ритуала он не совершал и собак не резал. Он и подойти-то к ним боялся. Даже Чихуахуа не смог бы зарезать). Вэй Ин, между нами девочками, считал себя шарлатаном. Но для подписчиков он был потомственным колдуном, гадателем и мудрецом, Старейшиной Илина. Илин — это такая древняя земля, откуда вышли его предки, которые умели общаться с мертвыми, потому что один из его предков был сброшен в пропасть с темными тварями и выжил только благодаря тому, что смог найти с ними общий язык. В общем, любовь-дружба-жвачка, которые потом передались по наследству. Старейшина Илина мог призывать души мёртвых, чтобы они ответили на вопросы, используя его тело как медиума. Ещё он мог путешествовать по астральным мирам и видеть невидимое. Мог гадать на картах таро. И собственно, этим промышлял. Его расклады стоили ужасно дорого, во многом потому, что ему некогда было ими заниматься. Ведение соцсетей отнимало ужасно много времени. Так что, можно сказать, в основном Вэй Ин торговал ебалом, поэтому и считал себя шоумэном, а не колдуном. После ответов на вопросы эфир перетёк в обсуждение темы родственных душ и поиска своей “второй половинки”. Люди спорили в комментариях, но в целом, большая часть аудитории верила в то, что родственные души, близнецовые пламена, соулмейты, истинные пары и всякое такое существуют. Спор был как раз в том, какая из концепций более правильная. — Ох, вы так здорово аргументируете! Я узнал сегодня массу нового и интересного, — Вэй Ин начал подводить итоги. — Но давайте остановимся на том, что настоящая любовь бывает, и каждому из вас я желаю её повстречать! Тут раздался сигнал, возвещающий о приходе доната от Ханьгуан-Цзюня. Сразу же за этим в чате появился его вопрос: “Старейшина, как по вашему мнению, истинная любовь возможна только между людьми разного пола?” Дальше чат разразился похожими вопросами. То женщины сетовали на мужчин, то мужчины сетовали на женщин, то какие-нибудь небинар да асексуал врывались, испрашивая подтвержения того, что любовь может существовать и вне телесного опыта. Но вот вопрос Ханьгуан-Цзюня… Вэй Ин должен был сохранять лицо, хотя и видел, как оно предательски покраснело. Так что он улыбался и продолжал зачитывать комментарии. Учитывая весь предыдущий флирт, за который Вэй Ин готов был ответить только будь Ханьгуан-Цзюнь красивой девушкой, ну или хотя бы женщиной не старше сорока… Нужно было быть предельно осторожным при ответе на этот вопрос. Надо было и не оттолкнуть своего главного спонсора, но и не обнадежить слишком сильно. Однако… Идея асексуалов в данном случае показалась ему подходящей, и он ухватился за неё. — Знаете, я наверное соглашусь с Asek97 и 999-666. Ребята, мне очень близка идея о том, что любовь идёт в первую очередь от души, а все телесные аспекты могут как быть, так и не быть. А душа может перерождаться как в мужской, так и женской оболочке, по воле случая или следуя своей карме. Так что иногда могут случаться разные ситуации… Но если в вашем сердце тепло и летают бабочки, то всё остальное неважно? Ах да, и конечно, когда вы с кем-то объединяетесь в пару и живёте вместе, важны не только бабочки, но и то, как вы уживаетесь друг с другом. Ещё Вэй Ин понимал, что не может открыто высказаться в поддержку ЛГБТ, потому что доподлинно знал, что некоторые из его подписчиков заседают в чиновничьем аппарате, в органах, а то и вообще работают в цензуре. Поэтому лучше всего прикрыться религией. Ох, кто бы знал, по какому тонкому льду он сейчас шёл… На самом деле ему было плевать, что кто-то практикует однополую любовь и он не мог заставить себя публично порицать таких людей в угоду государственной повесточке, он вообще не любил кого-то порицать. — В конце концов, древние мудрецы завещали нам следовать срединным путём и не ударяться в крайности, так что в любом случае — это ваша жизнь и только вы за неё отвечаете! Конечно, прекрасно иметь семью и детей, но если вдруг вы и ваша родственная душа родились в телах одного пола… Что ж, иногда нам не избежать судьбы. Но это и не значит, что между соулмейтами не может быть чисто платоническох отношений! Несколько ретроградов ещё немного побухтели в комментариях, но в целом, кажется, ответ удовлетворил большинство. Ханьгуан-Цзюнь прислал в чат эмодзи с руками, сложенными в молитве. Боже… Вэй Ин еле удержался от того, чтобы не рассмеяться. — А напоследок, раз уж мы затронули тему любви, я предлагаю вам одну визуализацию, которая помогает обрести своё двойное счастье… — Надеюсь, вы уже все сидите удобно, пока смотрите эфир. Кто ещё нет, найдите тихое место. Расслабьтесь и глубоко и медленно подышите. Почувствуйте, как с каждым выдохом из вашего тела выходит всё напряжение, а каждый вдох приносит вам спокойствие. Он поглядывал в камеру, убедившись, что занял самую выгодную позу, свет падал красиво и все части тела находились в кадре. Украшения поблёскивали, волосы чуть шевелились за спиной от легких дуновений кондиционера, а выражение лица достаточно настраивало на умиротворённый лад. — Закройте глаза. Представьте, что вы находитесь в старом, тихом саду. Ночь, но она не тёмная — над вами сияет огромная, полная луна, и звёзды рассыпаны по небу, как серебряная пыль. Воздух прохладен и наполнен ароматом цветущих османтусов, таким сладким, что им почти можно упиться. Вэй Ин понизил голос, сделав его бархатным и заговорщическим, чуть растягивая слова. Он медленно провёл рукой перед камерой, чтобы браслеты мягко позвякивали, создавая звуковой фон, сплетаясь с фоновой медитативной музыкой. — Вы идёте по дорожке из гладкой гальки. Под ногами приятно шуршит прошлогодняя листва. Вы не знаете, куда идёте, но ваши ноги сами несут вас вперёд. Вы чувствуете себя в полной безопасности. Это ваш внутренний сад, ваше святилище. Он сделал паузу, дав зрителям время погрузиться в образ. — Впереди вы замечаете беседку, увитую серебристой лозой глицинии. Внутри горит мягкий, тёплый свет. Подойдите ближе. Войдите внутрь. В центре беседки стоит низкий столик из тёмного дерева, а на нём — две чаши. Одна из них ваша. Она может быть любой: фарфоровой, глиняной, резной из дерева, инкрустированной перламутром... Вторая чаша — для вашей родственной души. Присмотритесь... Какая она? Вэй Ин прикрыл глаза, демонстрируя идеальную картинку сосредоточенности, его длинные ресницы отбрасывали тени на щёки. Он знал, что камера любит этот ракурс. — Теперь возьмите свою чашу. Она пуста? Или в ней что-то есть? Может быть, она наполнена водой, песком или в ней лежат засушенные лепестки? Не анализируйте, просто наблюдайте. А теперь... посмотрите на вторую чашу. Что в ней? Они похожи? Или они абсолютно разные, но вы чувствуете, что идеально дополняют друг друга? Он снова помолчал, дав пространство для воображения. — Теперь поставьте свою чашу обратно. Мы не будем ничего форсировать. Мы просто... пригласим. Мысленно наполните обе чаши чистым, лунным светом. Представьте, как он струится с неба, жидкий и серебристый, наполняя чаши до краёв. Этот свет – ваша готовность встретить, ваша открытость, ваша любовь, которая ищет отклика. Вэй Ин приложил руку к груди, где под одеждой скрывался дурацкий, (и адово тяжелый) но очень эффектный чокер. — Почувствуйте, как этот свет внутри вашей чаши начинает пульсировать в такт вашему сердцу. Тихий, мягкий ритм... А теперь... прислушайтесь. Вы можете уловить отзвук — второй, едва уловимый пульс, идущий от второй чаши. Он может быть быстрее или медленнее, громче или тише. Он где-то там, в мире. Он ищет вас так же, как вы ищете его. Он глубоко вздохнул, чтобы зрители на другом конце провода невольно повторили за ним. — Не нужно торопить это биение. Просто знайте, что оно есть. Побудьте в этом ощущении ещё несколько мгновений... Ваш сад всегда с вами. Вы можете возвращаться сюда, когда почувствуете одиночество. Просто подышите, прислушайтесь к пульсу своей чаши... и помните о втором ритме. — А теперь... медленно возвращайтесь обратно. Почувствуйте под ногами гальку, вдохните аромат османтуса... Пошевелите пальцами рук и ног. И на счёт три... вы можете открыть глаза. Вэй Ин медленно, как бы нехотя, приподнял веки и одарил камеру самой тёплой, самой душевной улыбкой, какую только мог изобразить. — Вернитесь в комнату, в своё тело, осознайте себя здесь и сейчас. Надеюсь, вам было так же тепло и спокойно, как и мне. Помните, вы не одиноки. Ваша вторая чаша ждёт своего часа. Он томно потянулся, заставив браслеты вновь зазвенеть, а из-под рукава мелькнула полоска светлой кожи на запястье. — Ну что, мои дорогие души... На этом наш эфир подошёл к концу. Спасибо всем, кто был сегодня со мной, кто делился своим светом. Не забывайте ставить лайки, подписываться и загляните на мой бусти-сайт, там вас ждёт ещё больше практик! Особенная благодарность моему верному ученику Ханьгуан-Цзюню... Твоя энергия сегодня была особенно ощутима. Всем спокойной ночи. Любви. Он задержал взгляд на камере на пару лишних секунд, многозначительно улыбнулся и выключил трансляцию. Эфир оборвался. Вэй Ин откинулся на спинку стула и выдохнул, сдирая с шеи тяжёлый чокер. «Боги продаж, я сегодня выдал просто шедевр», — подумал он, с удовлетворением глядя на зашкаливающую статистику донатов. А где-то в глубине души, в том месте, куда он предпочитал не заглядывать, тихо отозвался призрачный пульс второй, незнакомой чаши.