Перемена

Весеннее тёплое утро. Был свежий ветерок, который игрался с чёрными короткими волосами. Ученик 11 класса шёл в школу. С виду хорошо одетый, с формой, но был недостаток его красоты, у него не был от одного глаза. Скрывал он это под чёрной повязкой. Звали старшеклассника — Хуа Чэн. Трудолюбивый, хорошие успехи в учёбе, но был его одноклассник Ци Жун, который его бесил от хруста в пальцах и заканчивая походом к директору. Ци Жун же был то ли избалованным то ли внимания не хватало, Хуа это никогда не интересовала. Всегда Чэна бесили издёвки от него да оскорбления, за что и получал хороший удар в челюсть. Потом и разгорались драки. Хуа Чэн шёл в школу с хорошим даже настроением. Зайдя в кабинет, на удивление не было зелёного шута. Зелёного шута? Это Ци Жун, он всегда носил зелёные вещи, иногда с чёрными брюками. Начался урок, как странно, до сих пор не было Жуна. Чэн даже начал переживать, но потом откинул эту мысль. Ближе ко второму уроку явился шут. Как не странно, послышались от него оскорбления: — Одноглазый черт, хаха, как не странно, почему у тебя мамы нет, да ты уродец прямолинейный. Хуа Чэн медлить не стал и прилетел по челюсти Ци Жуна хороший удар. Чтоб много не говорил, а то уже достал. — Кто бы говорил, жаба болотная, сам же с тётей и дядей живёшь. — Слышь, не смей говорить подобное, мудак. Послышалось больше нецензурной брани со рта Жуна и как не странно, прилетел ещё удар в челюсть, сильнее прошлого. Брань лишь усилилась с новой порцией и уже Ци ударил Хуа по животу. — Что, наш сиротка скривился, хахаха? Явно было сказано с сарказмом. И в правду, Хуа Чэн скривился в лице от удара. Взял за руку Ци Жуна игнорируя его брань и поволок в туалете. Странный день был уже, в туалете никого не было, Хуа это завело ещё сильнее. Возбуждение так и ударило в голову. !18+! Затащив Жуна в кабинку. Парень достал из портфеля какую-то тряпку, которая всегда лежала в портфеле, засунул её в рот Ци Жуна, чтоб больше не мог сказать ни слова. Хуа Чэн держал его рот одной рукой, чтоб не выплюнул тряпку. А другой он бесстыдно залезал под одежду зелёного. Без замедления, Хуа стянул с Ци Жуна брюки с трусами. Припустил свои брюки и сунул без растяжки свой небесный ствол. Ци Жун раскрыл широко глаза от шока, что аж хрустальные слезы навернулись. Жун без замедления начал мычать в тряпку да биться, на что получил шёпот на ухо: — Потерпи, если будешь дальше паясничать, больнее станет. Сегодня был удачный день у Хуа. Ци Жун без запинок подчинился, пока Хуа Чэн начал прибавлять темп. На глазах Ци Жуна стекали слезы, было невыносимо больно, но Хуа Чэну приносило одно удовольствие. Чэн прошептал Жуну на ухо: — Впредь будешь следить за своими кулаками и тем более за своим языком, понял, шут гороховый? Ци Жун лишь ничего не ответил. Прозвенел звонок, Хуа Чэн вытащил член и отпустил зелёного. — Жаль, так бы я поиздевался бы над тобой ещё долго. С ухмылкой, даже с каким-то смешком проговорил одноглазый, одев штаны и пошёл на урок. Жун не мог нормально стоять, ходил пошатываясь. Ци Жун пошёл отправился домой, но ничего не рассказал про Хуа Чэна. С тех пор Ци Жун с какой-то степени начал побаиваться Хуа Чэна, но за языком стал чаще следить, вылетать оскорблений в сторону Хуа Чэна стало меньше.