Фотоальбом

***

Lana Del Rey — Young And Beautiful

      — Бабушка!       Слышен топот детских ног, и в комнату забегает юный мальчик лет шести. Следом, усердно переставляя свои крошечные ножки, плелась девчушка, его младшая сестра, с двумя смешными хвостиками, перехваченными заколочками в виде медвежат. Она то и дело пыталась поспевать за своим быстрым братом, что так резко подорвался с места и рванул в другую комнату.       — Бабушка! — не успокаивался мальчик, уже вскарабкиваясь к ней на колени.       Он прижимает к груди старенький, потрёпанный на вид фотоальбом, явно уже проживший свой не первый десяток лет: корешок истёрт, уголки страниц загнуты, а на листах виднеются пожелтевшие с годами пятна.       — Кто это? — мальчишка тычет пальцем в фотографию, не сводя восхищённого взгляда.       На ней был аккуратно приклеен портрет молодого мужчины лет двадцати восьми. Сам же альбом, как оказалось, был заполнен этим человеком. То он запечатлён за работой, то смеётся, то стоит рядом с не менее прекрасной молодой девушкой, которая мелькает на страницах почти так же часто.       Старушка замирает, но лишь на мгновение. Тихая улыбка трогает её губы, понимая, что её внучата опять проказничали и перерыли все ящики в доме, откопав столь старую вещицу, о которой даже она давно позабыла. Шалуны, не иначе, но любимые.       Некая тоска коснулась сердца, заставляя выдавить из себя грустную и в то же время нежную улыбку от нахлынувших воспоминаний, хранившихся все эти годы в сердце. Женщина проводит пальцем по пожелтевшей фотографии, будто по живому лицу.       — Это моя первая любовь, — негромко произносит она.       Мальчик распахивает глаза, подобно двум чёрным бусинкам, и мгновенно светлеет лицом, словно солнышко, озарившее землю, одаривая своей улыбкой в виде сердечка. Девчушка тоже заворожённо переводит взгляд с бабушки на фотографию. Даже в своём столь юном возрасте она понимает, почему в него можно было влюбиться.       — Бабушка Суён, расскажи! — мальчик щурит глазки, выпячивает нижнюю губу и надувает щёчки, та самая комбинация, перед которой невозможно устоять. А следом вторит девочка.       — Пожа-алуйста!       Старушка только мягко смеётся, касаясь ладонью голов внучат, которые уже так быстро для неё подросли, и решает рассказать историю, отдаваясь в те самые воспоминания. Она глубоко вздыхает и позволяет памяти открыть давно запертые двери.       — Что ж… это было…

***

      — …Ужасно!       — Прошу прощения? — девушка застыла на месте, растерянно уставившись на парня, который, едва войдя в зал, резко затормозил и теперь смотрел на неё так, будто перед ним стояло само преступление против моды.       — Это, – он обвёл её рукой с ног до головы. – У-жа-сно!       Суён моргнула, потом ещё раз. Она, конечно, понимала, что работа в модной индустрии — это тебе не спокойная прогулка по пляжу. Знала, что здесь хватает разных и весьма странных личностей, особенно среди так называемых «творцов». Но чтобы вот прям на второй день работы тебя публично уничтожали взглядом, полным негодования?! К такому она не была готова.       К тому же, не какого-то простого человека, а одного из самых влиятельных модельеров Южной Кореи, Ким Тэхёна, о котором ходило множество слухов! Он всегда был неординарной, скандальной и провокационной личностью, которой не писаны законы. Если ему что-то не нравится, то это скажет, не слишком переживая за чувства остальных. Если ему близка та или иная тема, непременно поддержит её. Он не признавал правил ни моды, ни общества в целом, не делил одежду на мужскую и женскую. Носил так, как видел. Мужское — отлично! Женское — супер! Он стилизует, доработает, и на нём будет сидеть как родное. Без проблем мог надеть дорогой костюм с тапочками, женское платье с армейскими ботинками. И всё равно выглядел как икона стиля.       Он был тем, кто мог так делать, потому что умел.       Про него говорили многое. Начиная с того, что однажды он сорвал показ, так как ему не понравился шрифт на пригласительных. До того, что он тайно оплачивал лечение детям из малоимущих семей и делал огромные пожертвования в благотворительные фонды. В общем, личность сложная, многогранная. Гений, как ни крути.       И вот сейчас этот гений буквально, словно врач, «ослушивал» одежду Суён и плакал от выявленной болезни под названием «отсутствие стиля».       — Как можно… – он даже заикнулся от возмущения. – Как можно надеть эти туфли к ЭТОЙ сумке?!       Он начал кружить вокруг неё, размахивая руками, как дирижёр невидимого оркестра или музыкант, которому дали играть на сломанной скрипке.       — Эта юбка?! Ты серьёзно? Решила приватизировать гардероб бабушки себе? А этот пиджак… он тоже оттуда?       Суён открыла рот и закрыла следом , потом снова открыла. Но слов так и не нашла. Тэхён драматично вскинул руки к потолку.       — Ты же молодая, привлекательная девушка! А выглядишь так, будто сейчас будешь продавать семечки на рынке и читать морали подросткам за их короткие шорты!       Он остановился напротив неё, взглянул в глаза и устало вздохнул, словно человек, переживший большую трагедию.       — Нет. Я не выдержу, идём. Срочно!       И прежде чем она успела осознать, что происходит, он взял её за руку и потащил куда-то. Как обычно санитар уводит пациента, у которого внезапно случился приступ. В данном случае модный приступ. Нужна экстренная реанимация!       Суён едва поспевала за стремительными шагами. Да, не так она представляла себе эту подработку, на которую её заманила подруга. Девушка никогда особо не разбиралась в моде. Да, восхищалась красивыми показами и умением дизайнеров создавать целые истории из ткани, но сама никогда не жила этим. Просто училась в университете, нужны были деньги, вот подруга и предложила: «Пойдёшь помощником редактора, ты ведь пишешь очень красиво. Нам нужен помощник». Ну она и пошла... Но если бы знала, что на первой же неделе её похитит сумасшедший модельер, то, несомненно, подумала бы раз сто, прежде чем соглашаться.       — Нет. Нет-нет-нет! Это никуда не годится! – прервал её мысли виновник всех страданий девушки.       Они уже были в его кабинете. Тэхён рыскал в шкафчиках, комодах и коробках, как археолог, ищущий утраченный артефакт. Наконец что-то нашёл и обернулся к ней с таким горящим взглядом, что Суён невольно попятилась назад.       — Итак, мой гадкий утёнок, – торжественно объявил он. – Сейчас мы будем делать из тебя прекрасного лебедя.       — Что?...       Она не успела договорить. Тэхён ловко схватил край её юбки и одним резким движением разорвал ткань сбоку почти до середины бедра.       — Эй!!! – взвизгнула Суён, подпрыгнув как ошпаренная. – Вы что делаете?!       — Творю, – невозмутимо ответил он, уже закалывая разрез декоративной булавкой. – Успокойся, я спасаю твою жизнь!       Он перекинул ей через плечи лёгкий жакет, заправил рубашку, подкрутил волосы пальцами так, будто занимался этим всю жизнь. Суён только успевала вертеться, как манекен, пока её «апгрейдили». И вот, он отстранился, скрестил руки на груди и удовлетворённо кивнул, оценивая результат своих трудов.       — Вот теперь ты настоящая принцесса в этом модном замке. А я твой главный принц, – с лукавой улыбкой произнёс Тэхён, отступив на шаг и окинув Суён оценивающим взглядом. – Поэтому сегодня же идём на свидание.       Девушка ещё больше застыла в шоке. Во-первых, от того, насколько она изменилась. Юбка, аккуратно разорванная сбоку, теперь открывала стройную линию бедра. Волосы он ловко заколол, оставив несколько выбившихся прядей, будто нарочно подчёркивая естественную небрежность. Во-вторых, её лишала дара речи та самоуверенность этой скандально-известной персоны, человека, о котором она слышала лишь как о гении с несносным характером, который вдруг позвал её на свидание.       Однако всё, что происходило потом, казалось сном, пролистываемым как кадры старого фильма. Вспышки огней вечернего Сеула, звонкий смех, запах кофе и парфюма, отражение фигур в витринах. Свидание прошло удивительно легко и комфортно, оставляя только самые нежные воспоминания. Суён, в свою очередь, открыла для себя новую сторону взбалмошенного модельера. Как оказалось, за показной дерзостью Ким Тэхёна скрывался тонкий и многогранный мир. Это был невероятно внимательный человек, способный слушать, смеяться, мечтать, быть откровенным и очень добрым. Он говорил о моде как о поэзии, о цветах как о чувствах, а о ней как о вдохновении, которое он случайно встретил в офисе.       С тех пор их дни переплелись.       Совместная работа, завтраки на кухне, бурные ссоры, сменяющиеся жаркими примирениями, где вино смешивалось с поцелуями. Так из случайной «модной реанимации» родилась привязанность, из привязанности появилась нежность, а затем пришла настоящая любовь.       Суён достигала новых высот в карьере редактора, постепенно вписывая своё имя в индустрию. И вскоре перешла полностью работать на Тэхёна, став не просто его коллегой, вдохновением, а половиной его самого. Он не выпускал её из поля зрения. Не только как творец, но и как мужчина, который понял, что без неё не существует и его мира. Он души не чаял в своём прекрасном лебеде.       Вскоре по миру разлетелась новость: «Легендарный Ким Тэхён помолвлен с Ли Суён».       Их жизнь шла день за днём, год за годом. Спокойно и светло. Он создавал шедевры, она помогала ему воплощать идеи. Вместе они были как два крыла одной птицы, которая не взлетит без одного, если второе не поможет. Когда пришло время, Тэхён объявил о завершении карьеры в силу своего преклонного возраста. Он говорил об этом с лёгкой улыбкой, без горечи. Ведь оставался верен себе и этому миру моды, который очень любил. Он уступил место молодым дизайнерам, но сам не ушёл, продолжал вдохновлять, учить, поддерживать тех, кто видел в нём своего наставника и кумира.       Суён всё так же была рядом с мужем, поддерживала его во всём. Вместе они растили детей, в которых нашли отражение их самих, его творческий огонь и её доброту. Да, Ким Тэхён также оставался тем самым скандальным гением, с острым языком и упрямым нравом. Но дома, за закрытой дверью, он был просто любящим отцом, мужем, который не боялся целовать жену посреди кухни, подшучивать над её строгостью и учить детей, как важно не бояться быть добрыми, смелыми и самими собой.       Они прожили жизнь, наполненную красками, звуками, смехом и любовью. Ту самую жизнь, о которой мечтали.

***

      — …вот и вся история.       Суён тихо закрыла старый фотоальбом и посмотрела на своих внучат, которые уже уснули, прижавшись друг к другу. Их ровное дыхание мягко заполняло комнату, словно колыбельная, окутывая пространство безмятежным покоем. Женщина наклонилась, поправила мальчику чёлку, а девочке её сбившийся хвостик. В их лицах то и дело виднелись родные сердцу черты. Вдруг послышался щелчок замка входной двери.       — Дорогая, я дома.       Раздался знакомый и такой тёплый до дрожи, до растекающейся лавы по венам, голос. В комнату вошёл пожилой мужчина. Всё такой же, с прямой осанкой, но с мягкой улыбкой и взглядом глаз-бусинок, в которых отражались прожитые годы и бесконечная любовь к дому. Он подошёл и, не сказав ни слова, коснулся губ жены лёгким поцелуем. Как тот самый, их первый, невинный, украденный когда-то на первом свидании.       Он посмотрел на спящих детей, на альбом у неё на коленях, и на мгновение в его глазах мелькнула сладко-грустная, ностальгическая искра. Будто кто-то открыл дверь в прошлое, и оно хлынуло тёплой волной, окутывая все тело, мысли, саму душу. Заставляло пульсацией предаться воспоминаниям прошлого.       Суён поднялась с кресла, следуя за своим мужем в гостиную, где по телевизору негромко играла музыка. Как вдруг из динамиков зазвучала та самая песня, их песня, первого признания ещё молодой любви.       — Потанцуем, Ли Суён? – мужчина протянул руку с той же неизменной, чуть хулиганской улыбкой в виде сердечка.       — С радостью, Ким Тэхён.       Она вложила ладонь в его руку. Он обнял её за талию. И в этот момент случилось чудо. Мир вокруг будто замедлился. Тиканье часов стало гулким эхом, свет лампы растаял в мягком свечении. И они закружились в медленном танце. Нет, это были не старики, не супруги с десятками лет за плечами. Это были тот дерзкий модельер и та растерянная от его поведения девушка-стажёрка, которая привела его в «модный шок» одним случайным днём.       Морщинки исчезли. Седина растворилась. Уютная гостиная превратилась в узкие улочки Парижа, которые Тэхён как-то решил ей показать, с запахом тёплых круассанов, светом фонарей, сияющих как само золото, и уличным музыкантом, играющим на своей потрепанной, но любимой скрипке.       Она – в своем лёгком платье, танцующем от тёплого ветерка. Он — в расстёгнутом пальто. Смеётся, крутит её в своих руках так, будто мир весь держит. Девушка улыбку дарит. Только ему одному, смотря прямо в глаза, друг на друга. Зарывается в волосы и поцелуй на губах оставляет.       Только музыка. Только они. И их зарождающаяся любовь, которая пройдёт сквозь года.       Минуты текли, как мёд. Медленно, сладко, безвозвратно. И если бы кто-то сейчас заглянул в дом, то увидел бы не двух пожилых людей, а ту самую историю. Историю молодых людей по имени Ли Суён и Ким Тэхён.

***

Will you still love me when I'm no longer young and beautiful? Will you still love me when I got nothing but my aching soul? I know you will, I know you will, I know that you will.