Вытащить из пучины боли

Лайка медленно открыл глаза. Затяжной день, состоявший из работы на огороде и после празднования городского фестиваля. Он с трудом повернул голову и взглянул на часы. Показывали восемь утра. Несмотря на усталость, в нем не было и капли сожаления эта новая жизнь, наполненная физическим трудом и простыми радостями, нравилась ему несравнимо больше прежнего существования, когда он был прикован к компьютера в душном офисе, проводя бесконечные дни в тесном помещении. С тихим вздохом облегчения Лайка спокойно поднялся с кровати. Подошел к небольшому зеркалу, висевшему на стене. Плеснув в лицо холодной воды, он взглянул на свое отражение из заспанного лица на него смотрели ярко зеленые глаза, и блондинистые волосы падали ему на плечи. Он принялся неспешно расчесывать свои длинные пряди, с удовлетворением отмечая, что даже после столь тяжелого дня они выглядели весьма эффектно. Завершив утренние процедуры, Лайка направился к комоду. Сегодня его ждал долгожданный отдых, а потому он выбрал свой любимый наряд просторную черную кофту, легкие шорты, в пару к ним чулки черного цвета и свои поношенные, кроссовки. Его планы были просты неспешная прогулка по городу и размеренная рыбалка на берегу тихой реки и может немного выпить. Неспешно прогуливаясь по мощеным улочкам Пеликан-Тауна, Лайка ощутил, как на него нахлынула волна теплых воспоминаний. Уже три месяца прошло с тех пор, как он переехал сюда, и за это время он успел познакомиться со множеством интереснейших людей, каждый из которых стал частью его новой жизни. Это было прекрасное чувство принадлежности, которого ему так не хватало раньше. Но среди всех местных жителей его особенно привлекал Шейн. Хотя этот угрюмый мужчина и не производил впечатления с первого взгляда, в редкие моменты откровенности с ним оказывалось на удивление приятно беседовать по душам. Лайка поймал себя на мысли, что сегодня мог бы быть как раз таким днем, и, возможно, Шейн согласится провести время вместе, может быть, даже разделить с ним пару бутылок пива. Он подошел к дому и постучал в дверь. Дверь открыла Марни, и ее лицо озарилось улыбка. — Здравствуйте, Марни! — улыбнулся Лайка. — А Шейн дома? Женщина ответила с теплотой. —Он ушел на прогулку. Знаешь, благодаря тебе он стал гораздо чаще выходить из дома и меньше времени проводить с бутылкой. Спасибо тебе за это! Она внезапно обняла его с такой силой, что Лайка рассмеялся. —Пожалуйста, отпустите, а то вы меня сейчас раздавите. Марни ослабила объятия. — А вы не знаете, куда именно он пошел? — Скорее всего, он гуляет где-то в лесу у озера. Наверняка найдешь его там. — Спасибо большое! Тогда я побегу его искать. Лайка направился к лесу, и вскоре среди деревьев мелькнула знакомая фигура. Шейн шел по тропинке, куря сигарету. Фу — мелькнула у него в голове а следом родилось желание подшутить над другом, он подобрался к Шейну сзади, едва сдерживая смех. И тогда Лайка прыгнул ему на спину. Шейн вздрогнул и закричал. ААААААААА! — Он резко развернул голову отбрасывая незваного человека, и уставился на Лайки полным ярости. — Зачем так пугать, черт тебя дери? Лайка уже хохотал, схватившись за живот —Ха-ха-ха-ха! Ты был видеть свое лицо! Шейн смотрел на него злобно. — Прости, Шейн, но это было того стоило! Ха-ха-ха. Внезапно Шейн ударил его по плечу с улыбкой. — Больше так не пугай, я думал, на меня какой-то лесной монстр запрыгнул. Лайка беззаботной улыбкой, развернулся и крикнул через плечо: "Если сможешь, догоняй!" — и бросился бежать прочь по тропинке. Шейн на секунду задержался, а затем с неожиданной для себя легкостью рванулся за ним, и на его лице расплылась самая настоящая улыбка. Он поймал себя на мысли, что был по-настоящему счастлив в эти моменты, когда рядом был Лайка. Он никогда не ожидал, что сблизится с этим жизнерадостным парнем, но теперь ему безумно нравилось их общение. Лайка был тем, кто понимал его без лишних слов родственной душой. Ему наконец удалось настичь беглеца, схватить его и обнять в порыве веселой борьбы. — Поймал-таки! Ха-ха-ха! Но в тот момент, когда его руки обхватили Лайку, а их смех смешался внутри Шейна что-то ёкнуло странное, новое и непонятное чувство, от которого перехватило дыхание. Он не мог понять, что именно это было. Лайка не замечая, предложил. —Может, пойдем на озеро, порыбачим? А потом можно и выпить по одной. Шейн, все еще пытаясь осознать охватившее его чувство, кивнул: "Давай". Они сидели на пирсе, прохладная вода горного озера, и рыбу, погруженные в беседу. Разговоры с одной темы на другую О погоде в долине, о смешных проделках местных жителей, о надоедливых крабах, которые то и дело цеплялись за крючок. Эта болтовня была непринужденной, наполненной радостью. Затем, после очередного улова, Шейн, задал вопрос. — А ты когда-нибудь... ну, встречался с кем-нибудь? Лайка не ответил сразу. Он вздохнул несколько секунд тишины повисли между ними. — Пытался, — наконец сказал он. — Но ничего не получилось. — Значит, тебе отказала? — предположил. Лайка медленно повернул голову и посмотрел на него. В его зеленых глазах мелькнула эмоция грусти — Это был... — он резко махну рукой. — А, ладно, забей. Не стоит. Шейн внимательно посмотрел друга, на губы, и в его голове пришло понимание. Он понял, что лучше не копать глубже. Повисло неловкое молчание. Они продолжили ловить рыбу, сосредоточившись рыбалке Когда вечер начал окрашивать небо, они собрали свои удочки и улов. Не говоря ни слова, они направились к их привычному месту на окраине пляжа, достали припасенные бутылки и устроились на еще теплых валунах. Первые глотки вечерних цикад и всплесков рыбы в озере. Тихое веселье постепенно разливалось между ними, от холодного пива. Они смеялись над нелепыми историями из жизни соседей, вспоминали собственные промахи и неудачи. И вот Лайка вдруг произнес, глядя на воду: — Знаешь, почему у меня в прошлом действительно не получалось в отношениях? Знаешь... Шейн, уже расслабленный и, повернул к нему голову, его внимание сосредоточилось на словах друга. Он видел, как изменилось выражение лица. — И почему? — мягко спросил. Лайка обхватил свои колени руками, прижав подбородок к согнутым ногам. — У меня был лучший друг. В старшей школе. Мы были неразлучны. И однажды я признался ему. В любви но он отверг меня. Он сказал много гадостей. Это был первый и последний раз, когда я вообще кому-то открылся. Шейн взял бутылку и сделал глоток. Его мысли закрутились в вихре. "Он... гей?" — пронеслось в голове. Это было неожиданно, но, к его собственному удивлению, это не вызвало ни отторжения, ни дискомфорта. Единственным ясным чувством была острая боль за него, получившего такую рану. — Эй. хрипло проговорил Шейн. — Да... да всё с тобой нормально, Лайка. Выглядишь нормально, и всё такое. Правда. Лайка поднял на него взгляд, и в его зеленых глазах, отражавших свет луны. Затем его лицо озарила беззаботная улыбка. — Хочешь искупаться? — внезапно предложил он, уже вскакивая на ноги. Шейн только хотел что-то сказать, но увидел, как Лайка одним движением стаскивает с себя кофту и шорты. "Побежали быстрее! Ха-ха-ха!" — крикнул Лайка и бросился к воде. Шейн, недолго думая, скинул свою куртку и последовал за ним. Вскоре они уже стояли по пояс в теплой ночной воде, беззаботно плескаясь и смеясь. И в одном из этих неловких, веселых движений Шейн поскользнулся на скользком камне и со всплеском упал вперед, прямо на Лайку. Они замерли. Свет полной луны и звезд озаряли их сцепившиеся фигуры. Теплая вода обволакивала их тела, и в мире, казалось, не существовало никого, кроме них двоих. Лайка резко покраснел, ощутив всем телом тяжесть Шейна, и отвести взгляд. А Шейн, прижавшись к нему, чувствовал что-то новое, странное и оглушительно ясное. Это било в груди, заставляло кровь бежать быстрее. И тогда он понял. Возможно, это было глупо. — Лайка... — его голос дрогнул, и по щекам, потекли слезы. — Я тебя люблю. Благодаря тебе я... я начинаю выбираться из всего этого дерьма. Правда. Лайка перестал отворачиваться. Он смотрел на плачущего Шейна, и его улыбка стала мягкой. Он не сказал ни слова в ответ. Он просто легонько потянул его к себе и коснулся его губ своими. Поцелуй был бесконечно теплым. Я тоже — прошептал он. Когда губы Лайка и Шейна встретились в страстном поцелуе. Они обнимались, растворяясь в мгновении. Руки Шейна скользили по телу Лайка, исследуя тело. Сердце Шейна забилось, по его венам разливается волна эмоций. В тот момент он понял, что хочет большего. Он хотел сделать этот момент значимым, незабываемым. Пока они целовались, руки Шейна добрались до пояса шорт Лайка. Легким движением он начал спускать их, обнажая кожу. Лайка тихонько ахнула. Шейн на мгновение замер, любуясь возбуждением Лайка. Оно был небольшим, но идеальным. Он наклонился и нежно поцеловал кончик члена Лайка и он вздрогнула. Шейн поднял взгляд, полный вожделения и обожания. Я хочу, чтобы это было особенно пробормотал —Я хочу сделать твой первый раз незабываемым. С этими словами он обхватил губами член, скользя языком по чувствительной головке. Лайка заскулил губу, его пальцы запутались в волосах Шейна. Шейн не торопился он был, полный решимости доставить ему удовольствие. Шейн продолжал сосасать член, его губы доводили молодого человека до экстаза. Он чувствовал, как тело Лайки напрягается, а дыхание становится всё более прерывистым по мере приближения к пику. Сделав последний глубокий вдох, Шейн ощутил, как сперма заполняет его рот, наполняя тёплым, солено-сладким вкусом. Он проглотил всё до последней капли, наслаждаясь вкусом. Когда Лайка отошл от своего кайфа, Шейн отстранился, его губы блестели от семени. Он смотрел на него с возбуждением. Затем его руки нащупали упругие ягодицы, нежно сжимая их. Лайка приняв его прикосновению, и тихий стон сорвался с его губ. Он более чем готов, — пробормотал Шейн. —Но мы будем действовать осторожно и не торопясь, как и всё остальные, что мы делаем вместе. Шейн прижался к входу Лайка, чувствуя исходящее тепло. Он медленно скользнул вперёд, в тугую попку поддалось его давлению. Он тихонько вздохнула, его тело потянулось, чтобы принять полностью член. Шейн на мгновение замер, давая Лике привыкнуть к новым ощущениям. Затем он начал двигаться, покачивая бёдрами, чувственном ритме. Сначала он делал толчки неглубокими, давая Лайка привыкнуть к ощущению наполненности. Дыхание становилось всё более прерывистым, с каждым толчком с его губ срывались тихие всхлипы и стоны удовольствия. Шейн наклонился, захватив его губы в страстном поцелуе. Чувствуя приближение кульминации, Шейн ускорил темп, его бёдра рванули вперёд с нарастающей скоростью. Он чувствовал, как наслаждение нарастает, как туго сжатые грозят вот-вот лопнуть. Лайка вцепилась в него, впиваясь ногтями в спину, а его тело дрожало от надвигающегося освобождения. С последним мощным толчком и стоном экстаза Шейн излился в своего возлюбленного. Шейн и Лайка провели ночь, погрузившись в туман страсти, их тела сплелись и двигались, словно одно целое. Луна висела высоко в небе, мягко освещая их скользкую от пота кожу, пока они занимались любовью со всё возрастающим пылом. Шейн казался ненасытным, его желание к Лике не ослабевало, даже когда часы шли. После, казалось, вечности блаженного соития, они наконец рухнули на песчаный берег, с тяжело вздымающейся грудью и бешено колотящимися сердцами. Шейн прижал Лайка к себе, прижимая к груди, и они переводили дыхание. Он посмотрел на звёздное небо, и его охватило чувство благоговения и удовлетворения. Ночь тянулась, и Шейн снова почувствовал, как его член напрягается, его тело жаждет новых прикосновений Лайка. Он перевернул их, нависая над возлюбленной с жадным взглядом. Лайка посмотрела на него широко раскрытыми доверчивыми глазами, его тело всё ещё блестело от сияния их прежних встреч. Я не могу насытиться тобой, — признался Шейн. —Я хочу заниматься с тобой любовью всю ночь напролёт, пока солнце не взойдет. Лика подняла руку и обхватила лицо Шейна своей маленькой ладонью. —Тогда давай сделаем это, — прошептал он, и смелая улыбка играла на его лицо. — Я хочу быть твоим всю ночь и весь день, пока ты будешь со мной. Сердце Шейна переполнилось чувствами, и он наклонился, чтобы захватить губы Лики в жгучем поцелуе. Ночь расстилалась перед ними.