Модель для татуировки

— Да не бойся ты так, не упадешь, — Зубл хохотнула, хватая своей рукой чужой локоть. Отчего-то ей очень понравился этот балкон с лестницей вниз. — Тут высоко, откуда ты знаешь? — Гэнгл схватилась за неё, наконец поднимаясь наверх. — И вообще, вдруг лестница отвалится? Кто сказал, что ей безопасно пользоваться? — Ой, да ладно тебе, — Зубл усмехнулась. Запуская её внутрь. — Как одежда? — Надеюсь отстирается. На кухне пахло чаем с черной смородиной. Студентка режиссуры закинула одну заварку на две чашки и залезла в шкаф, вытаскивая вафли. Гэнгл радостно улыбнулась, тут же вытаскивая одну вафлю и откусывая кусочек. — Я так и знала, что ты согласилась только из-за вафлей, — Зубл усмехнулась, присаживаясь напротив. — Неправда! — Я тебе не верю, — она отрицательно помотал а головой. — А ещё, ты извини, у меня не было зелёного чая. Совсем недавно узнала, что соседка обожает зелёный чай и пьет только его, абсолютно всегда. — Ничего, я и черный попью, — та улыбнулась и помотала головой. Миленькая. Но сегодня это не доставляло такую дозу дофамина, как обычно. Вместо этого внутри живота скручивало ужасное предчувствие чего-то плохого.

***

Вздох. Вот, что она предчувствовала. Все было прекрасно до этого дня. Зубл проснулась и, подойдя к зеркалу, снова йокнуло где-то под ребрами, вызывая отторжение. Опять приступ ненависти к себе. Её чуть не вырвало в то утро. Смогла сдержаться, чтобы не разбить зеркало в ванной. Забилась в угол комнаты и чуть ли не задыхаясь, выкурила почти все пачки сигарет в квартире. Сил выйти в магазин за новой пачкой нашлось только в час ночи. На следующее утро написала старосте, мол, сильно заболела, поэтому в универе пусть не ждут. Она буквально лежала в своей кровати — это был просто двухспальный матрас без каркаса — на протяжении всего дня. Иногда её отрубало, только тогда было проще. Ей хотелось содрать с себя кожу. Было мерзко настолько, что у неё сводило мышцу на ноге. Телефон лежал на полу рядом, заряжался. Она видела, что ей много пишут. Очень много. В частности Гэнгл и Гаммигу. Но Зубл не могла ответить, ведь каждый раз, смотря на экран, видела своё отражение. С другой стороны, ей невероятно свезло, раз свалило с ног её именно в те недели, когда она сделала себе отпуск. Клиентов в это время все равно нет. Удачно настолько, что у неё сейчас начнется рвотный рефлекс. Все ведь только начало налаживаться.

***

Зубл курила на кухне, в тот момент, как в дверь постучали. — Кого там занесло? — жалобно протянула она, отталкиваясь руками от подоконника и оставляя окурок в пепельнице. Она в любом случае собиралась за сигаретами, так что насрать, откроет. Щелк. Студентка нажала на ручку и приоткрыла дверь, опираясь на проем плечом. На лестничной клетке стояла её соседка снизу. Обычно, она бы наверняка завопила с радости, что та поднялась к ней, но сегодня на это нет ни сил, ни желания. — Извини, что я так внезапно, — сходу начала Гэнгл. — Просто ты мне не отвечала, а я сильно переживала... Вот я и решила... — Ну вот, смотришь на меня, видишь, что я живая, довольна? — Зубл скрестила руки на груди. Собеседница замялась, окинула подругу взглядом и заправила прядь волос за ухо: — Почти. Ты куда-то торопишься? Не дашь войти? — Что тебе от меня надо? — студентка перекрыла вход подруге собственной рукой. — За сигаретами собиралась, у меня грязно, не хочу приводить гостей в бардак. Говори здесь. Её поведение было странным и нерациональным. Сама себе не отдавала отчет, самой себе делала хуже. Скажи: «мне плохо, извини, давай в следующий раз?» и закрой дверь. Ну же, Зубл давай, ты должна сказать именно это... — Чё молчишь? Если больше ничего, то проваливай. Душа скулила где-то на дне лёгких. Соседка же не виновата абсолютно ни в чем. Противное чувство, когда тело не слушается. Язык говорит вовсе не то, что хотелось бы, а лицо не изображает нужных эмоций. — Слушай, у нас мюзикл ставят, — аккуратно, все тем же своим мягким голоском, начала Гэнгл. — И мне необходимо найти партнёра. Помни тоже надо было и она Гаммигу привела, им разрешили, поэтому я и подумала, что ты будешь не против... Тату-мастер проследила глазами за плавным движением чужой руки. Хотелось свернуться в маленькую точечку и стать чужой родинкой на лице, а не стоять здесь. — Почему я должна тебе помогать? — её глаза ничуть не поменялись, оставались такими же недовольными и безжиненными. Соседка после этого вопроса сразу подняла голову и посмотрела прямиком в чужие зрачки. Она впервые смотрела на неё настолько странно, что стало страшно. — Потому что мы друзья? — совсем шепотом ответила студентка, хотя это больше напоминало вопрос. — Мы друзья? — бровь приподнялась чуть выше. — Разве нет? Губы чуть скривились, а пальцы на руках задрожали. — Зубл, всё точно хорошо? — спросила Гэнгл, приблизившись. — Почему ты не отвечала? — теперь та была уверенней. — Дай мне войти. Они будто на допросе. Тату-мастер нахмурилась: — Отвали, — Зубл вытянула левую руку и уперла её в другую сторону проема, так, чтобы нельзя было просто пройти. — Я не должна оправдываться перед тобой. — Что случилось? Мы стали так близки за этот месяц, но ты правда не считаешь меня своим другом? — девушка всплеснула руками, приподнимая брови. — Это не относится к теме разговора. — Ещё как относится! — Гэнгл дернула головой и чуть повысила тон голоса. — Я сказала, что не относится! — уже крикнула Зубл, не сдержавшись. — Я не спрашивала тебя относится это или нет. Я вообще ни о чем у тебя не спрашивала и ни о чем не просила! Ни находится здесь, ни допрашивать меня, ни писать мне и уж тем более не проверять в порядке ли я! Между ними повисла вязкая и противная тишина, прерываемая тяжёлым дыханием тату-мастера. Что она наделала? — Что ты чувствуешь сейчас? — тихо-тихо спросила студентка, отшагивая назад. — Полегчало? Зубл не ответила. Её лицо граничило между разъяренным и просто флегматичным. Желваки напряглись так, что начинало сводить челюсти, а ладони то и делали, что сжимались в кулак и разжимались обратно. Гэнгл молча и внимательно следила за её лицом. Её темные глаза, казалось, видели больше, чем могла увидеть в себе сама студентка режиссуры. Правда, сейчас она смотрела на неё не так, как раньше. Её глаза теперь были разочарованы. Впервые они были почти безразличны, но в них, казалось, скапливались слезы. Уголки глаз начинали блестеть. Это конец. Она помолчала ещё какое-то время, а затем добавила: — Извини, что потревожила, у тебя и впрямь нет причин помогать мне. Развернулась и быстрым шагом скрылась за углом лестницы, даже не взглянув напоследок на свою соседку. Зубл закрыла дверь и облакатилась на неё спиной. Съехала и осела на полу, пряча лицо в коленях. Всхлип. Она плачет? Слезы щипали глаза, стекая одна за другой по её щекам и каплями падая на клетчатые домашние штаны. Во всем, как обычно, виновата она сама...

***

Вынырнула из дрёмы из-за звонка в дверь. Наверное, это Гаммигу, как обычно, решил проверить её. Зубл не двинулась. Даже если бы хотела открыть — ей не хватало сил. Она еле встаёт дойти до туалета, что уж там. После разговора с Гэнгл стало только хуже. Уже даже не считала, сколько дней прошло и уж точно не знала, какое сегодня число. Отвернулась к стене и сжала край одеяла в руке. Совсем скоро звонить в дверь перестали, позволяя снова прикрыть глаза. Он слишком быстро сдался. Почти уснула. Из открытого балкона — иначе в квартире стояла ужасная духота — начали доноситься приглушённые голоса: — Только ты спустись обратно через меня и расскажи как она, ладно? — Хорошо, мне не сложно. Если бы ей не было плевать, прислушалась бы. Сейчас её мечта снова задремать или уснуть и увидеть сон. Мечта хоть где-то забыться о том, как она ненавидит саму себя. Голоса стали громче: — Главное, не упади, ладно? — Да ты чё, не веришь в меня совсем? Рука сильнее сжалась на одеяле, а брови перестали хмурится. И в моменте, она даже почти уснула. Балконная дверь прискрипнула, заставляя нахмуренно обернуть голову на источник шума. Сквозняк что-ли? — М-да, я почему-то не удивлен, — лёгкий ветер развивал светлые волосы человека, чей голос, на удивление, не звучал слишком тихо или громко, не звучал слишком грубо или мягко. Глаза Зубл приоткрылись чуть сильнее, чем было нужно. Откуда-то появились силы приподняться на локти. — Гаммигу? Ты как зашёл? — она выглядела ошарашенно-удивленной, а ещё, судя по всему, невероятно смешной, ведь собеседник начал смеяться. — Через Гэнгл, ты сама рассказывала, что теперь ходишь к ней по пожарной лестнице. От упоминания соседки на душе стало тяжелее. — Она сильно злится? — студентка режиссуры не отказалась от руки помощи и приняла полностью сидячее положение. — На что? Максимум, выглядела обеспокоенной за тебя, — Гаммигу простодушно сделал эмоцию изумления, пока снимал обувь и скидывал джинсовку. — Тогда это уже неважно, — тут же отмахнулась девушка. — Извини, у меня не убрано. — Забей, не в первой. Ты не отвечала абсолютно никому, даже в универ не пришла, вот я и сложил дважды два, как и в тот раз. — Не напоминай. — Ты хоть что-то ешь? — Не знаю, предпочитаю спать. — Я принес чая и еды тебе, чтоб ты не подохла, — он открыл свой рюкзак, который принес с собой, и достал оттуда термос, тут же наливая теплую жидкость внутрь стакана. — У Помни ток зелёный чай был, сорян. Зелёный чай...прям как она любит. — И что? Будешь мне теперь еды приносить? — Зубл ухмыльнулась, все равно опустошая стакан. — Кто знает, может буду, может нет. Руки покажи, — его внезапно изменившаяся интонация в голосе очень насторожила. — Я больше этим не занимаюсь, ты же знаешь, — студентка вскинула руки в жесте капитуляции. Парень вздохнул и по-своему просто улыбнулся. Встал и пошел на кухню. Ну она и дура, раз подумала, что её вот так просто оставят. Сама ведь подружилась с такими назойливыми дураками. — Чё хочешь? У меня есть супчик, есть булочка из пекарни и ещё рис с курицей, — Гаммигу сходил за тарелкой и приборами, да сразу вернулся. Сел на пол и скрестил ноги. — Банка пива есть? — Нет, мечтай дальше. Решай давай, иначе я сам решу. — А суп какой? — Куриный бульон с лапшой, — тут же пояснил парень, вынимая нужный контейнер. — Прям отсюда ешь. — Ты будто моя мама. — Кошка-мама заботиться о своем тупоголовом котенке. Считай, как хочешь. Ешь давай. — Как дела у ребят? — Да нормально. Всё путём. Двигаемся. Пытаемся. — Судя по всему именно пытаетесь, — Зубл хохотнула, подавившись.

***

Она снова в темноте, снова не может шевелиться. Ноги в какой-то мутной и до жути холодной жидкости, а перед её лицом появляется зеркало. В нём вовсе не её отражение. Изуродованное и исхудавшее лицо вовсе не походило на её собственное. Будто взяли и заменили. Неровно. С гадкими швами, и всюду торчащей ватой. Зубл резко раскрыла глаза, пытаясь отдышаться, смотря в темный потолок. Сейчас ночь. Села и нащупала пачку сигарет, вытащила оттуда одну. Начала искать зажигалку. Щелк. Маленький огонек вспыхнул совсем недалеко. Тату-мастер сразу наклонилась к источнику света, поджигая кончик и затягиваясь. Как выдохнула, отпустило. Так сразу и дошло, что сама по себе зажигалка загореться не могла. Повернула голову в сторону. Спиной к ней сидела небольшая фигурка, сложив локти на колени и одной рукой залезая к корням волос. Вторая рука держала зажигалку. — Гэнгл? Ты как здесь оказалась? — Я не понимаю... — тихо протянула она. — Почему ты? — девочка запнулась и растерянно сжала зажигалку сильнее. — Почему ты мне не рассказала? — Послушай... — отчего-то появились силы на то, чтобы скинуть одеяло и сесть. Опустила ноги на холодный пол. — Нет. Зубл, лучше скажи: ты мне не доверяешь? — соседка так и не подняла головы, смотря в одну точку на полу. — Что? Нет-нет, с чего ты взяла? — Зубл хотела коснуться её плеча, но не смогла пересилить себя. Она себя повела в прошлый раз просто ужасно и вообще не представляет почему сейчас эта девчонка сидит у неё на матрасе. — Так почему не рассказала о том, что тебе плохо? — та наконец сдвинула взгляд, на мгновение цепляясь за собеседницу. — В-времени не нашла... — Ты могла написать мне хоть одно сообщение за полторы недели, а не игнорировать мои. В тот раз, когда я приходила и ты накричала на меня. Ты могла сказать тогда. Так почему? — Я.. — Я бы могла тебе помочь. Я бы выслушала тебя и... — она вздохнула, опуская лицо в колени. — Ты бы могла просто объяснить в тот раз, а не кричать. — Прости. — Не дыши на меня, — от дыма та закашлялась. — Прости, — она усмехнулась, выдохнув дым в противоположную сторону. — Просто... Если... Я, — Гэнгл запиналась и не могла подобрать нужных слов, — у меня создаётся ощущение, что мы чужие люди. — Нет, я так не считаю... Просто, понимаешь, я никому об этом не рассказывала. — Но Гаммигу почему-то об этом знал. — Он мне как брат. Я–Мы с ним долго знакомы и он сам узнал.. — Ах, прости, забыла, что мы с тобой общаемся всего около месяца, — Гэнгл поджала дрожащие губы и подняла намокшие глаза наверх. — Я ведь переживала за тебя. Ты...хоть бы слово... Между ними повисло молчание, вязкое, но не такое же, как было в их последнюю встречу. Все ещё тягучее, но не такое утягивающее, как в тот раз. — Я...я... — она взглотнула и выдохнула. — Мне, наверное, стоит уйти? — совсем неуверенно произнесла она, поднимаясь с матраса. С ней было проще. Как бы тяжел не был диалог, Зубл успела забыть причину, по которой полторы недели не шевелилась. Откуда-то появились силы. Она моментально бросила окурок в пепельницу и схватила её за запястье. То самое запястье, на котором около месяца назад она била татуировку. — Не уходи. — Что? — она развернулась, чувствуя, как чужие пальцы сжимаются на её ладони. — Не уходи. Я же ясно сказала. — Но тогда ты выглядела так, словно больше видеть меня не хочешь, — Гэнгл отпрянула ещё на шаг и нахмурилась, но забрать свою руку не могла, её слишком сильно держали. — Разве что-то изменилось? — Я виновата, правда, извини меня, — на одном выдохе произнесла Зубл. — Просто мне правда ужасно плохо, я видеть себя не могла, а выходила только за сигаретами максимум, — она подняла взгляд, ища глазами чужие глаза. — Что угодно сделаю, только не уходи, прошу. Студентка смягчилась взглядом и повела плечом, аккуратно садясь рядом. Будто у неё где-то внутри сработал режим переключения. — Я не злюсь, правда. Я так и думала, что у тебя что-то стряслось, — кивнула соседка, наблюдая за лунным светом, который освещал комнату через открытый балкон. — Как ты сюда попала? — на слегка сонный вопрос от Зубл, собеседница мотнула головой в сторону открытого балкона, заставляя сощуриться. — Ты же боишься этой лестницы, разве нет? — Знаешь, иногда, нужно перебарывать свои страхи, — Гэнгл совсем тихо хихикнула, будто через силу и снова вздохнула холодный ночной воздух Парижа. — Не хочешь рассказать? — О чем? — Обо всем. О том, как ты из Каркасона сюда перебралась одна, о том, что у тебя за проблема. Я имею ввиду, что я ни в коем случае не давлю, но... — Нн-х, тебе Гаммигу что-ли про Каркасон разболтал? — Зубл взялась за волосы. — Не надо лучше про это. Я ненавижу эту часть жизни. — Всё-всё, если не хочешь, не рассказывай, — мягко добавила Гэнгл, хватая её за руки, чтобы та не выдрала себе все волосы. — Но если ты не помнишь, то Каркасон ты упоминала ещё на сеансе по татуировке. — Он тебе про него не говорил? — Говорил, но я сама спросила. Брови приподнялись вверх. Она и представить не могла, что ей кто-то может интересоваться. Вплане запоминания мелких деталей, конечно же. — Ложись лучше спать, — студентка улыбнулась, до сих пор держа её руками за плечи. — У тебя такой вид, будто ты не спала всю неделю. — Не получится, — тату-мастер на мгновение задержалась взглядом на луне. — В последнее время я впадаю либо в короткую дрёму, которая заканчивается кошмаром, либо не сплю, а просто лежу с закрытыми глазами. — Бессонница? — Типа того. — Хочешь, я посижу с тобой, пока не заснешь? — неожиданно предложила Гэнгл, улыбнувшись. — Я итак уже достаточно повела себя, как эгоистка, — Зубл помотала головой. — Ты о чем? — У тебя завтра с раннего утра подготовка к мюзиклу, про который ты говорила. Лучше тебе идти спать. У меня в любом случае бессонница, — тату-мастер пожала плечами. — Ничего страшного, посижу с тобой. У меня всё равно нет пары, так что возможно меня уберут из него. — Извини за это. — Не стоит, я понимаю, что в таком состоянии тебе со мной просто говорить тяжело. Не говоря уже про игру на сцене, — тут же вскинула руки Гэнгл. — И кстати, мне Гаммигу предлагал взять в пару Чада на первое время, пока ты не ответишь, но я отказалась. — Почему? — уже более резко обернулась Зубл. — Он нормальный чувак, ответственный, да, немного стеснительный, но уж явно более сдержанный, чем я. — Слушай, я читала сценарий, а ты нет. Я не хотела брать кого-то кроме тебя. Считаю, с этой ролью никто лучше кроме тебя не справился бы. — Ты... — Если ты называешь себя эгоисткой, то дай побыть эгоисткой и мне, — попросила соседка, поджимая губы и совсем мелко улыбаясь. — Там всех убирают, кого можно, так что я ещё долго держалась одна. Если не приду, ничего страшного не будет. Она ещё немного помолчала, а потом добавила: — Ложись спать, правда. Утро вечера мудрее, — Гэнгл спрятала ладони в рукавах своего худи, видимо, похолодало. — Я посижу с тобой. Или полежу, мне неважно. Зубл будто впала в гипноз, по-другому это назвать нельзя. Она легла к стене, с распахнутыми глазами наблюдая, как студентка ложится рядом. — Спасибо, — тату-мастер улыбнулась. — Мне будет спокойнее рядом с тобой. Соседка не ответила, лишь улыбнулась в ответ. Наблюдала, как Зубл закрывает глаза, а затем аккуратно вложила свою ладонь в чужую и сжала. Она теплая. Как обычно. Ещё какое-то время Гэнгл просто лежала, наблюдая за чужим дыханием и светом луны на стене. Минут пять назад тату-мастер точно уснула, это стало понятно по дыханию. А вдруг, в тот раз у двери она была серьезна? Считает ли Зубл её своим другом? Они ведь так давно общаются... И стали достаточно близки для того, чтобы дорожить друг другом. А что насчёт самой Гэнгл? Что думает она?