По следам любви

***

Ночной город освещали фонари, горящие кажется повсюду. Трассы ослеплялись яркими фарами траспорта, что рассекал по вечно шумной и никогда не спящей столице. Хоть время и давно завалило заполночь, город не спал, даже не думал спать, кругом разговоры, музыка струиться из каждого заведения, пытаясь привлечь внимание гостей. Спешащие обитатели города несутся по делам и совсем неважно, есть ли у них цели или нет, они просто идут не оглядываясь, не обращая внимания на других, каждый зациклен только на себе и это абсолютно нормально для такого шумного места целой страны. Центр города никогда не спит, местные уже привыкли, научились спать под шум и гам. Они прилавчились к этому и прилавчился бы любой, кто захотел бы жить в таком большом и шумном городе - Мадриде.

Среди простых, отдыхающих сквозь толпы народа яростно и целеустремленно несся странный человек. Бежал так быстро, что казалось, вот-вот и обгонит быстро летящии машины. Но так и не обогнал. Человек как человек, что странного? Маска. В его руках была маска, маскорадная маска, будто с детского утреника, но что-то в ней было необычное. Аксессуар был покрыт блестящими стразами, что слепили глаза, все было покрыто глянцевым прозрачным лаком, по бокам торчали перья, некоторые места были нарочно изрисованны хаотичными золотыми линями, придавая шарм украшению. Сама же маска прикрывала бы половину лица, недавая догадаться, кто скрывается под ней. Это только добавляло загадочности человеку, который сейчас спешил сквозь толпу, крепко держа в руках названный аксессуар. Колючий и порывистый ветер, будто бы на зло, дул именно в лицо юноше, что уже добегал до нужного помещения. Классический фрак с клетчатой бабочкой и черным желетом, а также черные перчатки с прорезями для пальцев — наряд молодого человека на сегодня, который бежал сломя голову несколько минут без перерывов. Для полного подчеркивания образа оставалось только надеть маску. Быстро прокрутив ее в руках,оценивая прелесть безделушки, голубоглазый быстро натягивает ее на себя,проходя в здание за другими прихожанами. Гости, облаченные в вечерние наряды, плавно заходят в роскошный вестибюль, освещенный светом свечей и люстр. При входе в огромный просторный зал для бала всех встречает величественная дверь, украшенная резьбой, отражающая атмосферу мероприятия. Она открывается с легким скрипом, придавая моменту ощущение тайны, словно все прихожане,участники плаксивого романа с очевидно глупым концом. Внутри встречает мягкий свет, исходящий от люстр, которые напоминали звездный свет в глубинах ночи. Основное помещение было просторным, с высокими потолками и большими окнами, что позволяли свету мягко проникать внутрь. Стены оформлены в теплых тонах, покрыты бархатом с роскошными драпировками. Расставлены элегантные столы и стулья, обитые драгоценными тканями. На столах стоят изысканные украшения — цветы и свечи. В углах зала можно увидеть картины и зеркала, что весьма кстати добавляют шарма и глубины пространству. Потолок украшен лепниной с узорчатой росписью, что вновь напоминала ночное зарево. В воздухе царит легкость и непринужденость мероприятия. Легкая музыка, смех и шепот гостей создают уютную и праздничную атмосферу. Кажется, что время здесь приостановилось, и гости могут наслаждаться моментом, погрузившись в волшебство этого чудесного события. Юноша не был исключением. Очередной бал, который он ожидал всю неделю и строил планы на этот долгожданный вечер, которые должны провалиться, как и прошлые. Вся обстановка желала только лучшего и он поддался этому соблазну вновь, натягивая улыбку до ушей и оглядываясь на новых гостей. Взгляд бегал по всему залу, искал жертву или же человека, с которым удастся поговорить и провести этот незабываемый маскарад. У самого дальнего столика с которого прекрасно видны широкие окна стоит мужчина. Одет он в белый смокинг с длинными лацканами и белым желетом, а дополняли этот образ элегантные наручные часы покрытые золотом и бархатные белые перчатки. На лице человека также была полумаска. На ней изображались элегантные арабески, выполненные белым и жёлтым цветом, сделанные контрастным шнурком. Стразы были обклеины по бокам, в оранжевом и жёлтом цветах, которые будут ловить свет и создавать заметный блеск. А в верхней части маски была декоративная белая паутина. Этот человек явно не догадывался, что стал одной из очередных жертв голубоглазого. - Здравствуй! - Подошёл юноша, попутя снимая перчатку и протягивая правую ладонь, в качестве приветствия, но в ответ получая молчание и игнорирование жеста. - Я Лололошка. Лололошка Рейнатт Уильям, - гордо сказал он,чуть прищуриваясь,а после, вновь открывая глаза. - Джон Дейви Харрис. - Коротко и ясно представляется собеседник, окидывая Лололошку хмурым взглядом. - Чего-то нужно? Я не нацелен сейчас на разговор. Это было правдой. Джон никогда не врал, как и твердил последние года. Мужчина был в хмуром, недовольном и ужасном настроение, из-за чего мог нахамить кому угодно под влиянием эмоций. - А что тогда делаешь здесь? Соревноваться с декорациями пришел: кто кого лучше скопирует? - Смеётся он и прикрывает рукой рот. Собеседник не оценив эту шутку цокает и отворачивается. - Я же просто шучу! Что у Вас такого случилось? Расскажете? Через маску этого было почти что незаметно, но Джон закатил глаза и насупился, складывая руки на груди: - У Вас своих дел нет? Я пришел сюда расслабиться, а не болтать с невежами. У таких как вы обычно на уме алкоголь и вечеринки, я то знаю. - Я не невежа! Ко всем и ко всему нужен свой подход. Может, я неправильно начал разговор? - Лололошка подходит ближе, - не возражаете, если этот вечер мы проведем вместе? Думается мне, у нас много чего общего. Рейнатт мягко улыбается, стараясь заглянуть в глаза собеседника. Чужой взгляд был направлен в пол, будто находясь в раздумьях. - Хорошо. Бал всегда ассоциируется с чем-то праздничным, приятным, наполненным интересными событиями. Лололошка не был исключением и считал точно также, только приходил каждое воскресенье немного по иной причине. Безусловно, ему очень нравились бальные залы, танцы, закуски, в том числе и гости этого потрясающего места. Для юноши это буквально был отдельный мир. Но больше его привлекала мысль, что когда-нибудь здесь, именно в этом волшебном, чудесном маленьком мирке, он наконец-то повидается со своей судьбой. Рейнатту большего и не надо было. Родственная душа - это первое, что хотелось наладить в этой жизни. Только поиски продолжались уже второй год, а успехов практически никаких. На балу царила атмосфера пышного веселья. Роскошный зал сиял в свете хрустальных люстр, а хохот гостей доносился даже за пределами расписных стен. Гости разговаривали друг с другом, обсуждали интересное и гуляли по просторному помещению. В перерывах на бесконечные танцы, прихожане обменивались любезностями,хотя,в правилах это было сторого запрещено. Лололошка стоял в сторонке и не удержался от привычной манеры речи и своего собственного мнения. Джон моментами чесал подбородок и кивал, соглашаясь на все сказанное. Не перебивал, не отвлекался, а просто слушал. - У меня в универе просто жесть! Моего друга завалили, потому что он пропустил всего одну лекцию! одну! А я не ходил на этот предмет и вовсе. - Лололошка уныло смеётся, мысленно представляя своё будущее, - зато я живу рядом, поэтому, нет необходимости въезжать в общежитие и танцевать чечётку с тараканами. Я, кстати, недавно начал квартиру снимать в районе Аргуэльес. Именно поэтому я теперь спокойно добираюсь и никаких проблем у меня нет. - Знаешь, Лололошка, иногда кажется, что рот у тебя просто не закрывается и ты готов болтать весь день, весь вечер и всю ночь. - Шутит Джон, но подмечает в голове чужой район на заметку. - Хватит шутить и расскажи уже хоть про себя что-то. Я поведал про всю свою родословную уже, а ты только улыбаешься и киваешь! Этот вечер проходил хорошо, даже прекрасно. Настроение было - говорить безумолка, а состояние Уильяма это идиально подтверждало. Прошло совсем немного времени, а собеседник был уже в курсе о месте проживании, друзей и даже первом попугайчике, который скончался от рук его друга детства. Собеседник тяжело вздыхает: - Здесь очень шумно стало. Может быть прогуляемся? Гул голосов, звонкий хохот и оглушительная музыка создавали несмолкаемый шумный фон для танцующих пар. Гости веселились, танцевали и заводили новые знакомства, забывая обо всем, стараясь бежать от своих проблем в личной жизни и не только. Здесь нет места грусти и печали, только радости и счастья. Музыка, навеянная ветром, плыла по воздуху, обволакивая каждого. Вся атмосфера говорила о том, как прекрасно это пространство. Этот маленький и чудесный отдельный мир. Именно поэтому Харрису хотелось бежать отсюда. С момента встречи голова начинала расклалываться, а музыка и шум только усугубляли ситуацию. Да вот,деваться было некуда. Парнишка ощущался пиявкой, плотно присосавшись к ноге, а отлипать он нн хотел до самого конца: ходил постоянно хвостиком, рассказывая под нос истории из жизни, добавляяя разные рода словечки и моментами жестикулируя, показывая свое недовольство на счёт какой-то ситуации, или наоборот положительно оценивал ситуации. От этого Джон изредка тер пальцами переносицу, слегка опуская маску так, чтобы не было видно большую часть глаз. Анонимность хотелось сохранять до конца всего вечера. Город окутан таинственным спокойствием. Луна, словно страж ночи, светит ярко, отбрасывая мягкие тени на тротуары и здания. Улица наполняется тихими звуками: где-то вдали слышен гул автомобиля, время от времени проезжающего мимо, а в воздухе витает легкий шорох листьев, когда ветер нежно проходит сквозь деревья. Тишину время от времени нарушают шаги прохожих, которые спешат домой,а может наслаждаются вечерней прогулкой. Холодный и свежий воздух проникает в лёгкие, от чего становится намного лучше и легче дышать. Харрис тянет небольшую улыбку, хотя,правильнне сказать ,тянет кончиками губ,формируя что-то на подобии удовлетворяющей улыбки, и поворачивается к юноше. - Уже значительно похолодало, - подмечает он поправляя свою маску, - не замёрзнешь? - Так мило, что ты внимательно заботишься о незнакомом тебе человеке. Мужчина тяжело вздыхает и отворачивается, скрещивая ноги и смотря куда-то в небо, видно разглядывая звёзды: - Это была разовая акция. Джон бросает едва слышный смешок и направляется медленным шагом к центру города. Лололошка опомнился не сразу. Разглядывал свой образ с ног до головы, а также проверял уведомление в телефоне, который на время выключал. Догоняя первого быстрым шагом, начинается вновь разговор. Увлеченная речь парня была повсюду и от нее было не спрятаться. Трудно признать, но этот голос был почти не раздражающим,от которого хотелось сдерать с себя волосы, скребя ногтями по бледной коже,а даже в какой-то степени приятным. - Я очень рад, что завел с тобой разговор. Думается мне, я бы уже был дома, если бы не трогал тебя, - Лололошка едва заметно улыбается, поправляя маску свободной рукой, которая так и хотела сбежать с лица обладателя, - это гораздо лучше. Спасибо, правда. - Ты так не любишь бывать дома? Почему? - Внезапно интересуется Джон, кажется, впервые за весь вечер. Лололошка закусывает губу и отводит непроизвольно взгляд: - Ничего особого. В университете вызвался плакат нарисовать. Новая тема, все дела. За последнее время много чего накопилось, так что вот. Разговор зашёл в тупик. Атмосфера между парнями стала чуть напряженной. Никто не знал, как продолжить диалог и что сказать. Лололошка теребил пальцами рукава, метаясь взглядом со стороны в сторону. Стало жутко некомфортно, когда речь зашла резко про более личные темы для юноши. Это не оставалось незамеченным. - Я тоже редко бываю дома, - неожиданно начинает говорить Джон, пытаясь поддержать разговор. - Правда? А почему? - Работа. Много работы. - Уныло закатывает глаза он, подтягивая свою маску вновь на глаза. Подмечая чужой взгляд на себе, Джон невольно улыбается, - не смотри так на меня. Все равно не скажу, кем работаю. Холодный ветер приятно освежал лицо, прохожие посмеивались и любовались городом. Время постепенно приближалось к двенадцати. Оба понимали, что уже пора прощаться. Лололошке предстояло трудное расписание пар на завтра, а также новые преподаватели, которые, по словам студентов, были невыносимы. Также требовалось настроить режим сна. Синяки под глазами были видны уже под несколькими слоями тонального крема. Было ощущение, что парня избили, оставив на бледном лице ужасные темно-фиолетовые фингалы. Даже возникали мысли носить парадную маску уже в университет, чтобы хотя бы так прятать свой внешний вид. Некоторые считали его задротом, ибо чем тогда можно заниматься до поздней ночи, или даже раннего утра? Но Рейнатт и сам не знал ответ на этот вопрос. Каждый день и каждую ночь его может не быть дома. Обычные посиделки у друзей, репетиторы и свое личное хобби давали о себе знать. Парень поддерживал общение с друзьями каждый божий день, будучи инициатором всех встреч. Они расслабляли его, но друзей, видимо, не всегда, раз сбрасывали трубку при любом удобном случае. - Ты обещал показать свое лицо, - намекает Лололошка, что пора уже расходиться. - Так хочется увидеть, как выглядит мое лицо? А сам то хоть покажешься? - Джон прячет руки за спиной, а глаза направлены в пол. - Возможно. Но не сейчас, - хмыкает, подходя ближе и протягивая руку для рукопожатия на прощание. Но в ответ получает игнорирование и отстранение собеседника на несколько шагов. Это вводит Лололошку в расплох и полное недоумение. - Почему ты отстраняешься? Я не грязный вроде. Мужчина тянется за электронным устройством в карман, не поддерживая зрительный контакт. Уже после заказа такси, Харрис поворачивает голову к юноше на против. В чужих глазах читается недоумение и искренность, а в глазах Джона некий азарт. Руки автоматически тянутся к своему лицу, снимая украшение и открывая вид на свое лицо, будучи не находясь под маской. Обладатель серо-голубых глаз сразу же обращает внимание на Джона: Большие, выразительные карие очи создавали ощущение открытости, когда под маской они вовсе походили на маленькие, даже на узкие, при этом придавая человеку больше скрытности и анонимности на балу; Широкие скулы и мягкий подбородок, а дополняло это все небольшие светло-коричневые пятнышки - веснушки. В это же время воздух неожиданно наполняется особым запахом, свежим и с нотками земли, когда капли воды начинают медленно сползать с облаков. Небо становится серым, и свет теряет свою яркость. Первые капли начинают падать на землю, стуча по крышам, асфальту и листьям деревьев. Начинается дождь, а возможно, даже ливень. - Ты.. У тебя очень интересная,в плане необычная внешность! Я представлял тебя немного иначе. - Лололошка не обратил внимание на капли дождя, которые увеличивали свой темп с каждой секундой. - Было бы интересно послушать, но боюсь, что пора и правда расходиться. - Джон смотрит на небо, моментально жмуря глаза от капующих маленьких капель. - Я заказал нам такси. Как знал, что что-то произойдет. Не пойдешь же ты по такой погоде домой, верно? - тот медленно и смущённо кивает головой, - отлично. С минуту на минуту должно подъехать, не волнуйся. В считанные секунды подъезжает машина, мигая фарами прямо попадая на парней. Те садятся в транспорт по разные стороны, пытаясь не смотреть друг другу в глаза. Из-за посторонних ушей было трудно начинать разговор, но это никак не мешало наслаждаться обстановкой с новым, так скажем, комфортным приятелем и смотреть в окно автомобиля на районы, которые уже накрыл дождь. Вскоре он становится более интенсивным, наполняя то и дело улицу громкими звуками. Лужи на тротуарах начинают расти, отражая темное небо и искры света, пробивающиеся сквозь облака. - Приехали. - Коротко бросил водитель, останавливать у самого подъезда. Лололошку будто водой холодной окатили. Всё это время он находился в своих мечтаниях, не отрывая и взгляда от окна. Быстро проморгавшись, Рейнатт тянется за своим кошельком в карман брюк, но его тут же останавливает голос собеседника:

- Не стоит. Беги домой лучше, пока ещё не так льёт, - мужчина улыбается и отворачивается, - мы ещё встретимся.

- Обязательно.

***