Тлеющий уголёк

— ВИ! Мы не можем навредить Узи! — кричал парень, удерживая свою бывшую напарницу на месте. — Мы делаем свою работу, что ЭТА ТВАРЬ от нас отстала! — кричала ему в ответ демонтажница, желая как можно быстрее поймать убегающую всё дальше цель. — Я не понимаю о чём ты! Потому что ты не говоришь мне! — заорал Эн, парировав клинки демонтажницы и оттолкнув её назад. Уже готовая идти напролом, Ви застыла на месте, глядя ошеломлённым дисплеем в глаза парня. Она просто не понимала, что происходит. Она… не хотела это признавать. Но горящие ненавистью очи, оскаленная пасть, сжатые в кулаки, позволили ей всё понять. Уже слишком поздно. Она опоздала. — Чего ты так боишься! — продолжал кричать Эн, начав наседать на подкошенную демонтажницу. Ви нерешительно сделала шаг назад, но после упёрла шпильки глубоко в землю. Нет. Может быть, он ненавидит её страшной ненавистью. Может быть, она для него уже ничего не значит. Но… Он значит для неё всё. И она не отступит. Пусть возненавидит до смерти. Пусть убьёт. Но она спасёт его. Чего бы ей это не стоило. — Я не боюсь. — Холодно произнесла Ви, занеся клинок к горячей шее. Эн просто не понимает. Он ничего не понимает. Ничего не помнит. Может оно и к лучшему. Что подарили ей воспоминания? Только ужасную боль. Боль и отстранённость от того, кого она любила больше всего в жизни. Может больше самой жизни. — А я ДА! И Узи тоже! Она ребёнок, как и мы Ви! ДА ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК! Да что с тобой не так! Снова и снова крутилось в быстро заполняющимся страхом и болью процессоре Ви. Что с ней не так? Всё. Ёбнутая психопатка-маньячка, не признающая никаких чувств и слабостей, презирающая всех и вся, стоящая на вершине горы… В одиночестве. Её образ, сотканный психикой из беспомощности, новых потребностей и возникшего желания убивать, убивал её саму. В кого она превратилась? Стараясь заглушить боль литрами масла, она стала настоящим чудовищем. Чудовищем внутри. И теперь это чудовище получило по заслугам. Оно было проткнуто в самое сердце доблестным рыцарем с сияющим нимбом, желающим спасения для всех. Героем, что не сломался в построенной из трупов тюрьме. Спасителем, восставшим против сил зла и спасшим целый бункер невинных. Добрым другом, что не бросил в беде. Мучеником, принявшим удар на себя, когда злобное чудовище захотело убить её принцессу. Она чудовище. Она тварь. Она само зло. По крайней мере, она стала чистым злом для него. И он верит, что она — зло. Ведь ничего другого он в ней не увидел и не увидит. Потому что она всегда была холодна. Она всегда была черства. Она всегда отвергала его. И он устал. Он ненавидит её. И он полностью прав. Но что если… Что если перестать боятся? Ведь она боится. Правда боится. Боится, что прошло, ранит его. Боится, что прошлое прямо сейчас убьёт её. Боится, что он бросит, отвернётся от неё. Боится, что она навсегда останется одной. И она останется. Потому что потеряла его. И если прямо сейчас, прямо в эту секунду она ничего не сделает, то потеряет его навсегда. — Эн, прошу… СТОЙ! — развернувшийся к ней спиной Эн уже распустил крылья, собираясь бросить всех и отправиться на поиски дорогой подруги. Но внезапный, даже слезливый возглас позади заставил его остановиться. — Я… Я хочу поговорить… Наедине. — Повернув свою голову, Эн начал пристально глядеть своими холодными очами прямо ей в сердце. Ви же, впервые треснув, треснула ещё раз, повернув голову в сторону. — Я надеюсь, мы не потеряем время зря… — тяжело протянул Эн, всё же распахнув крылья и взлетев ввысь. Ви тут же срывается с места, стараясь не упустить из вида любимого, даже не обернувшись в сторону ошеломлённых дронов.

***

Звёздная ночь планомерно двигалась к своему концу. Через несколько часов грозное солнце сожжёт проклятую землю, обратив всех страшных тварей в пепел. И несколько из этих тварей прямо сейчас сидели под открытым небом, освещаемые плеядой ярких звёзд и тёплым светом костра. Пусть огонь пытался греть, но сколь близко демонтажница не прислоняла к нему руки, сжатое ядро лишь морозило. Это чувство. Холод. Было столь непривычно, что Ви согнулась в клубок, прижав тонкие шпильки к своей груди. Эн куда-то отошёл. Он же и выбрал один из пустующих кемпингов, разведя небольшой костёр. Чем дольше его не было, тем сильнее беспокоилась Ви. Может быть, всё это было лишь отвлекающим манёвром? Может быть, Эн давно улетел искать свою ненаглядную, оставив мешающий и опасный балласт под ногами? Может быть, эта тонкая струйка огня — всё, что он мог ей предложить. Ви прижимает голову к холодным коленям, полностью скрывая своё лицо от жестокого мира. Ей хотелось плакать. Не первый раз за последние несколько недель. Но раньше она хотя бы была уверена, что рядом точно никого нет. Что она останется в полном одиночестве. Что никто не сможет увидеть её уязвимость и ударить в самое сердце. Но здесь, у всех на виду, в огромном лесу, где за каждым деревом могло что-то скрываться, она не могла позволить себе слабость. И, тем не менее, на её дисплее появлялись тусклые пиксели, быстро скатывающиеся по матовому дисплею вниз. Стоило полностью уйти в себя, как тут же нагрянул гром. Ви в последний момент успела очистить дисплей, когда внезапно с небес на неё упала массивная фигура. Расклеившаяся демонтажница уже хотела приготовиться к бою, как внезапно ей в глаза бросилась охапка сухих дров, в после мощное тело возлюбленного. Несколько секунд они смотрели друг на друга в тишине, и Ви ждала, что он начнёт подкладывать дрова в их костёр. Но тут произошло что-то непривычно страшное. Внезапно безэмоциональное лицо парня оскалилось, после чего мощные руки бросили все поленья в пламя. Спустя мгновение кропотливо уложенные ветки и палки, с огромным трудом сдерживающие злостные порывы холодного мёртвого мира, рассыпаются в прах, оголяя еле-еле горящее пламя. Машинально отшатнувшись, Ви с нескрываемым страхом глядит на разрушенное кострище, которое с каждой секундой становилось всё меньше и меньше. В конце концов, от него остался только тлеющий уголёк. Оба демонтажника молчали, не в силах сделать что либо. Каждый из них был погружён в свои тяжёлые мысли, оставляя огонь на съедение стихии. И всё же, спустя несколько секунд девушка потянулась к ещё не мокрым от снега поленьям. Ви просто не могла дать ему погаснуть. Этот костёр. Эн разжёг его с таким трудом. Он создал тёплое пламя в этом холодном аду. Он привнёс частичку тепла туда, где был беспросветный хлад и морок. И Ви не могла дать ему погаснуть. Пусть даже если теперь сам парень этого не хотел. Пусть готов был сломать его. Готов был разжечь новый, свежий, огромный костёр, который будет греть с головы до ног, а не обжигать пальцы и капитулировать перед сжатым от холода сердцем. Но Ви была не готова. Она не была готова отпустить этот костёр. Она не хотела отпускать. Теперь, когда он был на самой грани, она поняла, что может потерять. И она не хотела потерять свой последний очаг. Она не хотела замёрзнуть навсегда. Внезапно их руки соприкоснулись. На холодные отстранённые пальцы Ви, уже держащие свежее бревно, наслоилась толстая и тёплая ладонь. Ви подняла голову. Их взгляды пересеклись. Девушка слегка дёрнулась, когда холодные очи её бывшего напарника пронзили её. Она не хотела злить его ещё больше. Не хотела, чтобы он окончательно разочаровался в ней и улетел прочь. Она так сильно этого боялась, что этот страх частично выплеснулся наружу. Но тут что-то изменилось. Спустя несколько секунд взгляд демонтажника смягчился. Глядя в её измученный дисплей, Эн не выдержал. Скулы расслабились, оголяя невероятную усталость и печаль, успешно скрываемую за напыщенным оптимизмом или дикой яростью. Крепче обхватив её пальцы, парень направляет руку девушки обратно к костру. Вскоре на место было поставлено первое полено. Ви поняла его без слов. Да тут и не нужно было что-то говорить. Осторожно высвободив руку, девушка принялась самостоятельно ставить остальные брёвна в круг. Демонтажница задержала дыхание. Ощущение мягких пластин парня всё ещё не отпускали её. То и дело поглядывая на тыльную сторону ладони, Ви задумывалась. А когда она вообще трогала его? Когда нежно касалась его милого лица или стильного пальто? Когда могла позволить себе провести рукой, прислониться к его мощной груди? Она уже и не помнит. Может быть, никогда… Вскоре работа была окончена. Дерево было уложено плотным строем, сохраняя тот единственный осколок тепла, что вообще остался. Окружённый защитой и заботой, он начинал постепенно разгораться. Но было видно, что одних его сил уже не хватит. Вновь взглянув на Эна, Ви меняет руки на клинки. Спустя пару секунд девушка, по примеру парня, выбивает из собственной стали искры, позволяя огню вспыхнуть сильнее. Вскоре всё новые и новые язычки пламени сливаются в один, позволяя огню, наконец, разгореться. — Извини… Мне правда очень жаль. Я… вспылил. — Внезапно произнёс Эн, закупорив кострище сверху последней деревяшкой. Его усталый тол заставил девушку ещё сильнее потерять хватку. Она посмотрела ему в лицо. На дисплее демонтажника высвечивалась болезненная гримаса лёгкого стыда и непривычной апатии. — Не извиняйся. Это… Это всё моя вина. Вообще во всём. И то, что мы здесь. И то, что было. Прости. — Не в силах смотреть ему в лицо, Ви стыдливо отводит взгляд в землю, вновь сев на скамейку позади. Слова сами вырывались из рта, подстёгиваемые проснувшейся совестью. Она не хотела так сразу капитулировать. Не хотела показаться слабой. Но что-то внутри подсказывало, что именно нужно произнести. — Ви… Я… Понимаешь, всё, что произошло за последнее время довольно сильно повлияло на меня. Все эти потрясения, новые открытия, друзья, ситуации. Я познакомился с новыми, совершенно новыми для меня дронами. Но… Я также заметил изменения в старых. — Ви слушала его с замирающим сердцем. Каждое слово резонировало с реальностью, заставляя демонтажницу с замиранием сердца слушать подступающий к ней рассказ. И когда дрон рядом умолк, девушка взглянула на него. — И ты ненавидишь эти изменения. — Утвердительно ответила Ви, с силой сжав промёрзшее дерево под собой. Она ненавидела себя. Ненавидела себя за многое. И ждала от окружающих того же. В конце концов, она вела себя со всеми как мразь. Чего другого она заслуживает? Эн же, к её огромному удивлению, покивал головой. — Нет. Я не имел именно это ввиду. Вообще, ты наоборот стала немного мягче… Но знаешь, что меня действительно беспокоит? Я совсем перестал тебя понимать. И это… болезненно. Раньше я точно знал, как ты отреагируешь, что сделаешь и что примерно скажешь. Я всегда был готов к твоей грубости или отстранённости. Но… Я не понимаю, почему ты так ненавидишь Узи. — Спокойно и размеренно говорил Эн, иногда выдерживая паузу, чтобы лучше сформулировать мысль. И после конца своего монолога он уставился в горячие жёлтые глаза Ви, надеясь получить в них ответ на свой вопрос. Ви же, слегка дезориентированая небольшим комплиментом, быстро пришла в себя, стоило парню произнести чёткий вопрос. И всё же её сердце сжалось, когда она поняла, как все эти годы к нему относилась. — Неужели ты ничего не помнишь… — отстранённо произнесла Ви, вновь уткнув голову в снег. Воспоминания. Как же она их ненавидит. Возможно, если бы не они, то она бы уже давно открылась ему. Она бы так перестала бояться непонятно чего. На она пересилила себя. Она стала заложником минувших дней. И этим она уничтожила своё будущее. — Я устал от загадок, Ви. Мне надоело додумывать. Я… Я помню что-то. Что-то неясное и мутное. Раньше я думал, что это помутнение и воспоминание кого-то из рабочих, что я поглотил. Но потом воспоминания стали просыпаться чаще и… Я стал надеяться на это. Но сегодня я наткнулся на одну кассету… И там… — Эн замолк. Демонтажник закрыл лицо руками, после чего упёр их в колени. Глядя на это, Ви не знала, что ей нужно делать. Она никогда никого не утешала. Она просто не умела этого делать. Или, быть может, просто забыла… — Особняк, Эллиоты, Син. Я поминаю. Я понимаю, что за ад там был. Ведь сама каждый день оказываюсь в нём. Именно поэтому я пыталась не спать. Я просто… Я просто хочу забыть весь этот ужас. Но не могу… — аккуратно подползя к поникшему парню, Ви осторожно берёт его за плечо. Этот контакт дался ей невероятным трудом. Но гораздо труднее было решиться выдавить из себя те проклятые слова, что она только что произнесла. Её голос почти дрогнул, но она всё же смогла сдержать себя до последнего. — В любом случае, это прошлое. Сколь бы ужасным оно не было, оно уже давно позади. Мы не можем жить прошлым. Я не могу. Все эти 20 лет я искал смысл своего существования, а не причину появления здесь. Я считал свою жизнь бессмысленной. До недавнего времени… — что-то резануло Ви. Что-то заставило её на миг сжаться, превратив спокойные глаза в нервные нолики. Всего парой предложений Эн ударил по ней с такой силой, что девушка готова была зашататься. Он просто взял и отпустил прошлое? Просто забыл его? Просто хотел двигаться дальше… А она… Но. Что значит «До недавнего времени…»? — Ты прав. Ты прав. Ты, как всегда, прав. И всё же, оглядываясь назад, я хотела бы… Попросить прощения? Я знаю, что это не лучшее время. И всё же… Прости, что так относилась к тебе. Я просто… — Я рад, что мы смогли поговорить об этом. Вернёмся к этому как-нибудь потом. Я хочу знать одно. Почему. Почему ты так испугалась Узи? — холодно произнёс Эн, перед этим тяжело вздохнув. Его монолитный взгляд пробил её насквозь. Но его слова пробили ей сердце. Дамоклов меч, что повис над Ви с момента проигрыша в бункере рабочих, наконец, сорвался, пронзив грудь демонтажницы насквозь. Даже их совместное прошлое больше не имело никакого значения. На первом месте была Узи. И только Узи. — Потому что она превратилась в монстра. Она стала чудовищем. — Холодно произнесла демонтажница, повернувшись к Эну спиной. Она больше не хотела с ним говорить. Она больше вообще ничего не хотела. Где-то внутри теплилась надежда, что этот диалог, что этот костёр что-то значит. И вот, казалось бы, она начала открываться… И ради чего? — Что ты такое говоришь? Узи не монстр! А если ей плохо, то мы должны ей помочь! — воскликнул Эн, вскочив с лавки. Но Ви не было до этого никакого дела. Она, наоборот, лишь упёрла руки в колени, после чего закрыла лицо ладонями. Пусть он уже, наконец, оставит её одну. Она ему в любом случае больше не нужна. Не успела Ви сказать что-либо, как откуда-то из леса послышался пронзительный крик. Эн тут же встрепенулся, готовясь к угрозе, в то время как Ви лишь взглянула в сторону смертельной чащи. Она была права. Интуиция её не подвела. Узи превратилась в ту же тварь, какой когда-то давно была она. Жестокой, безжалостной и очень сильной. И всё же… безликой и беспомощной марионеткой. Это уже была не Узи. — Чёрт! Больше нельзя здесь просиживать! Ребята могут быть в опасности! — орал Эн, уже распустив крылья и приготовившись к полёту. Его гневные призывы должны были увлечь за собой Ви. Но девушка не шелохнулась. В конце концов, не получив ответа, демонтажник яростно стучит хвостом об снег, после чего взмывает в воздух, оставляя девушку в одиночестве. Стоило Эну уйти, как по чужому матовому дисплею начали пробегать горькие жёлтые слёзы. Одна за другой они пачкали дисплей, тут же пропадая в небытие. Так же пропасть желала и Ви, вжавшись в собственные колени. Свернувшись калачиком, девушка начала горько рыдать, то и дело болезненно всхлипывая. Было больно. Было невероятно, невообразимо больно. Ви буквально разрывало изнутри от всех тех эмоций, что она испытывала в этот момент. Она ненавидела себя. Ненавидела так, как не ненавидела никогда. Она хотела прямо сейчас расчленить себя на куски, лишь бы не чувствовать, как ядро сворачивает и сжимается с невероятной силой. Она была готова на всё, лишь бы унять эту боль. Лишь бы смириться с тем, что она теперь пустое место. Что теперь она для него ничего не значит. Он был единственным, что двигало её вперёд. Все эти двадцать лет бессмысленных смертей. Всё это было только ради него. «Выполнишь работу, и вы будете свободны». Болезненное воспоминание начало сжигать изнутри. Он был смыслом её жизнь. Она любила его. Любила больше жизни. Её, как и Эна с Джей, вообще не должно было никогда существовать. И всё же, что у неё осталось? Ничего. Но если он её ненавидит… Если он поставил на ней крест. Если она теперь его не заботит. То есть ли ей смысл жить дальше? Есть. Осталось одно не завершённое дело. Узи. Она монстр. Он с ней не справится. Попытается уговорить и умрёт. Нет. Она этого не допустит. Она убьёт монстра и спасёт его. В последний раз. И пусть она умрёт в схватке. Или пусть он, в порыве ярости, убьёт её после содеянного. Так будет даже лучше. Она не сможет жить в мире без него. А он сможет. Поэтому остаётся только одно…

***

Ви проиграла. Тварь, притворившаяся Узи оказалась сильнее. Их бой длился всего пару минут и за это время девушка потеряла всё. Несколько подростков были убиты. Лиззи отбросило взрывом. Да и она сама пострадала от поспешного решения. Всё-таки пускать ракету вплотную было не лучшей идеей. Ви отлетела в ближайшую ель. В спину, меж рёбер вошёл острый сук, прочно фиксируя демонтажницу на месте. Но Ви уже было наплевать. Правая рука была разорвана до локтя, половина головы превратилась кашу, живот… господи, даже говорить было страшно, в каким месивом стал её торс. Там, где раньше был тёплый и мягкий животик, теперь красовалась уродливая дыра, сочащаяся сладостным маслом и выпячивающая на всеобщее обозрение биомеханические органы демонтажницы. Ранее прекрасная и даже вызывающая грудь была сильно повреждена и залита чёрным, не позволяя кому-либо, кроме любителей гуро, насладиться зрелищем. И там, под тёмной плёнкой, разорванной формой вожатой и частично уцелевшей синтетической грудью, окружённая стальными рёбрами, за лёгкими из плоти скрывалось всё ещё бьющееся в унисон ядро. Ноги были сломаны и лишь левая рука поднимала вверх дрожащий ПП, готовая биться до самого конца. Стоило наклонить голову влево, как единственный глаз начинало заливать чёрная кровь. Но если не удержать проткнутую осколками шею и наклонить голову вправо, то она быстро умрёт из-за маслопотери. Крепления крыльев деформировало из-за чего их открытие разорвёт девушку на части. Тонкий хвост оторвался, завлекая за собой тяжёлую колбу, что быстро разбилась, начиная плавить окружающий мир. Ви харкнула маслом, постепенно принимая свою участь. Закрыться крыльями, убежать или сражаться она больше не может. Это был конец. Неизбежный, жестокий, уродливый конец. А самое главное… Он был бессмысленным. Она не смогла. Она провалилась. Она не убила тварь. Не искупила свои грехи. И теперь она погибнет ни за что. Просто так, в попытке наполнить свою жизнь хоть каким-то. Умрёт, узнав в последний час своей жизни, что она бесполезный мусор. Ви оскалилась. Всё это было нечестно. Она сражалась с богом. По крайней мере, с безумным подростком, у которого появились силы бога. Если бы не это, то фиолетовая тварь умерла бы ещё тогда… в их первую встречу в бункере. Но жизнь никогда не была к ней справедлива. Она была убита тварью, коей сама и являлась. Забавно. Чисто теоретически они дальние сёстры. Что же, с такими родственничками и врагов не нужно. Восстановление гадины шло гораздо быстрее, чем демонтажницы. Быть может, в этом были виновны размеры. А может очищенный первородный солвер. Кто знает. В любом случае, это уже ничего не решает. Чудовище полностью восстановилось и играючи приближалось к ней. Навострив появившиеся когти, Узи злобно скалилась, видно испытывая сильную боль после взрыва. Но Ви это не волновало. Попытавшись прицелится через глючащий дисплей, девушка закрыла глаза, когда тварь приготовилась к прыжку. В последний миг её жизни она испытала страх. Страх за свою жалкую жизнь… И тут с небес явился ангел-хранитель… Ви не могла разглядеть, что происходит. Системы отключались одна за другой. Поэтому она практически ничего не видела и совсем ничего не слышала. Лишь очертания. Силуэты. И в последние минуты своего существования Ви узнала его. Она не могла не узнать. Даже на грани смерти его широкие плечи, форма вожатого, стальной взгляд и горящая душа. Эн. Мысли о нем успокаивали. Хотя бы в последний миг она сможет увидеть его. Жаль, что не сможет почувствовать. Не сможет тронуть, обнять, соединиться. Она уже ничего не сможет. Лишь смотреть. Смотреть, как его светлый жёлтый нимб сражает чудовище. Как по белому снегу растекается новая чёрная кровь. Как одно из крыльев летучей мыши остаётся лежать не земле, в то время как тело устремляется куда-то далеко, к звёздам. Потом силуэт застывает. Но спустя несколько секунд ангел отправляется назад, на небо, оставляя её в одиночестве. В свои последние секунды Ви улыбается. Интересно, а он всё ещё считает меня красивой?

***

Было тепло. И мягко. Девушка чувствовала, будто бы её тело было накрыто уютным одеялом. Сладко потянувшись, Ви не собиралась открывать глаза. Здесь было так хорошо. Она никогда себя так не чувствовала. Никогда не ощущала это тепло. Не жар ядра, что неизбежно убьёт её. Совсем нет. Это было мягкое тепло. Такое, словно ты обнимаешь котёнка. Ви стала чувствовать себя кошкой, хотя никогда не видела их в живую. И всё же что-то в этом было. Лежать было так приятно. Совсем не так, как на жёстких и неудобных креслах. Она бы хотела спать здесь целую вечность. Как же было хорошо, наконец-то нормально растянуться в тёплой постели, после чего хорошо отдохнуть. Теперь она может никуда не спешить, ведь у неё была целая вечность. Ви не хотела открывать глаза. Её устраивал тот рай, что она уже ощущала. И пустота вокруг лишь придавала ему большей ценности. Больше никакого удушающего мира. Никаких его диких правил. Никакого зверского голода. Никакого холодного одиночества… А рай ли это? Может быть, она ошибается? Почему она вообще должна была попасть в рай? Она не заслужила этого. За все те зверства и мерзости, что она совершила, ей была уготована только одна дорога. От одной только мысли об этом по всему корпусу прошёлся холодок. Тело непроизвольно сжалось, приняв позу эмбриона. Внезапно до слуховых сенсоров донёсся какой-то треск. Прислушавшись, демонтажница понимает, что это был треск огня. Ви поплохело ещё сильнее. Разгоняемая мыслями о неминуемом вечном наказании, девушка стала тяжело дышать, пытаясь хоть немного успокоиться. А после она что-то почувствовала. Вернее, она кого-то почувствовала. Некое существо встало прямо рядом с ней, после чего уже измученная мыслями о дьяволе, Ви начала тихонько дрожать. И дрожь лишь усилилась, когда массивная тёплая рука дотронулась до её светлых волос. А потом… Она почувствовала умиротворение. Когда большие мягкие пальцы стали аккуратно гладить её, Ви начала медленно успокаиваться. Сначала пропала дрожь. Потом исчезло тяжёлое дыхание. В конце концов, непослушные руки сами потянулись к источнику тепла, обхватив дублёную кожу. Она так бы и продолжила лежать, наслаждаясь каждой секундой, если бы не бархатный голосок, окончательно развеявший её наваждение. — Ви… Ты в порядке? — еле слышно произнёс неизвестный, взяв одну из рук демонтажницы в свою. — Эн? — непроизвольно вырвалось изо рта девушки, пока настраивался её дисплей. Всё было мутным, нечётким, до ужаса плавным. Единственной выделяющейся деталью на тёмном фоне стал яркий жёлтый ободок, превратившийся в нимб. — Как ты? Тебе стало лучше? Ничего не болит? — нежно произносил демонтажник, продолжая поглаживать её по голове. Всё ещё полностью дезориентированный процессор девушки мало понимал, что происходит и до сих пор не удосуживался провести проверку систем, из-за чего Ви лишь невнятно мычала, не имея возможности ответить на столь простые вопросы. — Я не знаю… Но… Кажется, сейчас мне… лучше. — Почти промурлыкала Ви, обхватив двумя руками чужую конечность. — Я рад. Мне отойти? Или ты хочешь, чтобы я остался? — внезапно произнёс Эн довольно смущённым тоном. — Я не знаю. Если ты не хочешь, то можешь отойти. Хотя нет. Останься. В любом случае, это всего лишь сон. — Уже почти полностью придя в себя, Ви понимает, что находится на просторной и уютной кровати. Укрытая тёплым одеялом, она была согрета не только крепкими стенами одной из хижин лагеря, но и разожжённой кем-то буржуйкой. Сама демонтажница была одета в свою стандартную одежду, как и стоящий на коленях рядом с её постелью Эн. — Сон? Но почему ты так думаешь? — немного помедлив, спросил Эн, уставившись прямо в её нежные неоновые глаза. Взглянув на него в ответ, Ви замешкалась. Но вскоре на её лице проступила безмятежная улыбка. — Почему? Потому что… Я умерла. Разве это не очевидно? — спокойно ответила ему Ви, прикрыв глаза и улыбнувшись ещё шире. Однако образ Эна в её голове совсем не желал принимать эту информацию, сменив умиротворённое лицо на напряжённый взгляд. — Узи убила меня. Вернее то, во что она превратилась. Знаешь, я бы очень хотела попросить у тебя прощение. За то, что не справилась. За то, что подвергла твою жизнь опасности. Я же знала, что ты не одолеешь её. Будешь пытаться успокоить и уговорить. И она убьёт тебя. И… И… Прости… Прости, что не смогла защитить тебя. — С каждым словом мнимое спокойствие улетучивалось на глазах. В конце концов, девушка не выдержала, исказив свой дисплей слезами. — Ничего. С ним всё будет хорошо. Я уверен, что он что-нибудь придумал. — Пытался успокоить её парень, начав поглаживать закрывшую лицо руками девушку по её нежным волосам. — Да. Он справится. Ты был всегда сильнее меня. Только не мог раскрыть свой потенциал. Мне не стоило сравнивать нас. Ты во всём был лучше меня. Выше, сильнее, красивее, дружелюбнее, открытее. Ты так быстро нашёл новых друзей… и подруг. И я… Я… Я больше была тебе не нужна. — Не желая больше валяться, девушка поднимается в сидячее положение, всё ещё скрываясь под тёплым одеялом. Вот только ей больше не было тепло. Горькая правда снова разбила ей сердце. И вот-вот успокоенный дисплей вновь поплыл горькими слезами. — Ты же знаешь, что это не правда. Эн бы никогда от тебя не отвернулся. Он всегда был бы рядом. — Поправив затмившие золотые глаза волосы, парень осторожно берёт девушку за плечи, после чего со всей возможной нежностью обнимает её. — Если уж это сон, то почему хочешь, чтобы в нём были только мы вдвоём? Хочешь, чтобы эта хижина была только для нас. И чтобы мы вместе прогнали из неё все несчастья и горе? Хочешь, чтобы в эту тихую ночь я был твоим и только твоим? — нежно шептал ей на ухо Эн, поглаживая нежную спину демонтажницы. Ви же продолжала плакать, но не от горя. Её переполняли эмоции. Эмоции, которым она не давала вырваться. На слова, которые она уже никогда не ожидала услышать. — Я хочу. Господи! Как же я хотела этого всю свою жалкую жизнь! Но… Всё это больше не имеет смысла. — Радостный отклик вскоре утоп в непролазном болоте мучительной реальности. А вернее нереальности. Да, это то, к чему она стремилась. То, что хотела получить. Но имеет ли всё это смысл после её смерти? — Что ты такое говоришь? Конечно, же имеет! Ну же, посмотри на меня. Разве я иллюзия? Прикоснись ко мне. — Нежно отвечал ей Эн, слегка отстранившись. Парень взялся за потеплевшие щёчки Ви, после чего смахнул одну из застывших на её дисплее слёз. Удивительно, но пиксели растворились в движении, словно настоящие капли, позволяя парню увидеть чистые, но беспокойные очи девушки. — Я не знаю. Всё кажется таким реальным. Таким осязательным. Это одеяло такое мягкое. Этот домик такой уютный. Печка такая тёплая. А ты… Ты такой же милый, красивый, проницательный и любимый, как и всегда… — Не удержавшись, Ви касается чужого матового стекла. Её рука упирается в твёрдый, как камень, дисплей, на котором отображались такие родные глаза. — И всё же, знаешь, ты прав. Может быть, всё это лишь моя иллюзия. Может быть, настоящий Эн остался по ту сторону. Может быть, ты — это то, что я хотела увидеть. И, тем не менее, я рада, что ты здесь. Что ты сидишь здесь со мной. Слушаешь меня. Трогаешь меня. Говоришь со мной. Мне так всего этого не хватало. И, наконец, я могу снять с себя ту ношу, что самолично набросила на свою шею. Может, теперь я смогу ослабить тот узел, что сдавливал меня все эти годы. — Долго глядя в золотистые глаза парня, Ви, наконец, с облегчением выдыхает. Здесь она в полной безопасности. Худшее осталось позади. И теперь она может сказать всё то, что так долго боялась выпустить наружу. Теперь никто ей не помешает. Никто не осудит. Никто не отбросит. Ведь он — всё, что у неё есть. Так почему бы не принять этот факт. — Я выслушаю тебя, Ви. Даже не так. Я хочу услышать всё, Ви! Я хочу, чтобы ты выговорилась! Чтобы выплеснула все эмоции! Я хочу узнать всё, сколь бы правда не могла быть ужасной. Сильнее всего на свете я хочу, чтобы ты была счастлива! Чтобы ты хоть раз в жизни смогла вздохнуть спокойно! И я не перебью тебя! Не прерву! Не бойся сказать мне всего, что так желала. — Волнительно произносил демонтажник, взяв одну из рук девушки и немного сжав. Столь открытый, столь порывистый, столь настойчивый порыв эмоций вдохновил её. Чувствуя его тёплые руки, Ви поняла, что действительно находится безопасности. Что Эн не исчезнет, не бросит её посреди мёрзлого леса. Он будет здесь. И он будет только её. — Знаешь, Эн. Вообще, я должна была сказать это в конце. Должна была подвести к этому сладостному и волнительному финалу. Но я не могу. И если я не скажу этого сейчас, то мой бред станет для тебя ещё более бессмысленным. — Тяжело вздохнув, Ви начинает свой рассказ. Девушка то торопится, то, наоборот, останавливается, обдумывая свои дальнейшие слова. Но, в конце концов, ей по настоящему нужно сказать только одно… — Я люблю тебя… Люблю и любила долгие, мучительные, по настоящему холодные годы. Я любила тебя ещё тогда. Моё… Наше прошлое было ужасным. Она было омерзительным. Но среди всех страданий, всех монстров, всех непосильной работы, среди всего этого хаоса был Ты. Ты стал для меня единственным лучиком света, что вытащил моё сердце из пучины отчаяния. Там, в особняке, я влюбилась в тебя с первого взгляда. Та искра, что пробежала между нами, вскружила мне голову. Помню, как в первую после этого ночь я не могла выключить дисплей. Лишь сжимала руки на груди, борясь с готовым вырваться от волнения из груди ядра, и думала о тебе. — Но потом всё закончилось… И мы оказались здесь. В этом холодном аду. В этом проклятом мире без цели, без будущего, без самих себя. И тогда я сломалась. Я просто не смогла принять реальность. Чтобы не сойти с ума, я сошла с ума намерено. Все эти убийства… Все эти смерти позволяли мне дистанцироваться от мира, от тебя. Но что осталось от Нас? Практически ничего по сей день, что уж говорить о том времени, когда мы только вылупились из яйца. Я помню, как мы сворачивались в комки прямо на полу, словно животные, ожидая следующей ночи. — Но постепенно воспоминания возвращались ко мне. Их триггером был ТЫ. Именно ты пробуждал во мне настоящую Ви. Наверное, по той же причине я осознала куда больше, чем вы вместе взятые. Я не знаю, что могло двигать тебя вперёд. Я могу представить, что двигало вперёд Джей. Джей… Господи. Я помню её. Да, она была стервой. Да, пинала нас и обижала. Но она ценила нас. Она защищала нас. Но здесь… Здесь от неё осталась лишь блеклая оболочка. — И потом Ты… Ты остался таким же, что и был раньше. Но… Что-то в тебе было не так. Что-то изменилось. И это пугало меня. Но не только это. Честно, я не знаю почему. Просто где-то глубоко внутри, в самом ядре, стоило мне посмотреть в твои нежные глаза, как тут же становилось дурно. Общаясь с тобой, я испытывала иррациональный страх. Нечто заставляло меня трястись, когда ты был рядом. И я… Я… — Я просто бросила тебя. Я не справилась. Я подвела тебя. Но и ты пойми! Я так боялась! Я так боялась вновь всё потерять! Вновь потерять тебя! Вновь стать монстром! Я… Спокойно. [тяжёлый вдох] Ты, наверное, уже и не помнишь, но в первые годы мы много общались. А потом я резко от тебя отвернулась. Наверное, поэтому все эти годы ты ждал меня. Надеялся на меня. Бегал за мной. Но не решался. Может, догадывался. Может просто стеснялся. Я не знаю. Иногда, глядя на тебя, я тоже терялась в догадках. — И с каждым годом мне становилось всё труднее принять тебя назад. Казалось, что прошло уже так много времени с нашего разрыва, что начинать всё сначала казалось мне глупым и бессмысленным. Чем дольше мы были порозень, тем больше я верила в то, что ты отвергнешь меня. И этот страх отвержения лишь нарастал с годами. Да, это очень глупо. Я знаю. Но ничего не могу с этим поделать. Этот страх, он куда более глубокий, чем ты думаешь. Особенно, когда видишь, что рядом есть кто-то ещё… — Я горжусь тобой, Эн. Ты правда молодец. Ты герой. Ты спас в тот день не только целый бункер, но и меня. Не знаю, смогла ли я дальше держаться, если бы не этот переломный момент. И всё же… Ты вышел из него не один. И это ударило по мне гораздо сильнее втаптывания в бетон и последующего пленения. Я… Я была парализована. Я была в ярости. Я хотела крушить и убивать. Именно поэтому я вела себя так с тобой. Я не ненавидела тебя, правда. [всхлип] Просто… просто не могла по другому выразить свои эмоции. Мне… Мне так жаль. Я просто не смогла пересилить себя. Пересилить свою ревности. И ты отказался от меня. Пожалуй, к лучшему. — Тогда в капсуле, прямо перед походом на бал. Я попыталась… Но было уже слишком поздно. [всхлип] Прости. Прости, что срезала тебе голову. Я просто… взорвалась. Не сдержала себя. И сделала тебе больно. Прости. Тогда я почувствовала, что что-то треснуло внутри. И последующие события лишь доказали мне болезненную правду. — Летя сюда, я ненавидела тебя. Ненавидела по настоящему. Потому что чувствовала, что ты меня бросил. И всё же где-то внутри теплился тлеющий уголёк надежды. Нужно было просто дать ему погаснуть… Стоило закончить свой чрезвычайно долгий монолог, как дисплей вновь поплыл. Ви пыталась справиться с этим. Она пыталась быть сильной. Но не смогла. Матовое стекло быстро заполнили горькие слёзы. Они вырывались также мучительно, как и столь долго сдерживаемые слова. Не в силах успокоиться, тело как бы само до боли сжимает мощный торс Эна, заставляя последнего резко вздохнуть. Но Ви не слышала этого. Уткнув голову в толстую шинель, девушка начинает горько плакать. — Тише, солнышко. Не плачь. Всё будет хорошо. Всё хорошо. — Нежно говорил Эн, обняв заплаканную девушку в ответ. Осторожно проводя рукой по её белоснежным прядям, демонтажник глядел куда-то в пустоту впереди, пытаясь обдумать всю полученную информацию. — Прости меня… Прости! Прости, что не была достаточно сильной! Прости, что не смогла спасти тебя. Прости, что не смогла помочь самой себе. Ты ведь справился. Ты сильный. Ты смог победить её. А я… — горло сжало, сказать что-либо ещё она не смогла. Стиснув зубы, демонтажница впивается в шинель парня, начиная оставлять на ней еле видимое пятно из своей слюны. — Ви, всё в порядке. Я здесь. С тобой. Всё хорошо… — однако не успел Эн что-либо сказать, как девушка перехватила его за локти, после чего оторвалась от его груди и уставилась своим изнеможённым взглядом прямо на него. — ПРОСТИ! ПРОСТИ! ПРОСТИ, ЧТО ПРИШЛОСЬ УВИДЕТЬ МЕНЯ ТАКОЙ! ПРОСТИ, ЧТО УВИДЕЛ МОЮ СЛАБОСТЬ! ПРОСТИ! ПРОСТИ, ЧТО ТЕБЕ ПРИШЛОСЬ СМОТРЕТЬ НА МОЙ ХОЛОДНЫЙ ТРУП! ПРОСТИ! Я НЕ ХОТЕЛА СДЕЛАТЬ ТЕБЕ БОЛЬНО! НЕ ХОТЕЛА! НЕ ХОТЕЛА! Я ТАКАЯ ТУПАЯ ДУРА! КАКАЯ-ЖЕ Я ТУПАЯ СУКА! ПРОСТИ! — орала Ви, после чего, не выдержав, оттолкнула перепуганного Эна, сжалась в комок и зарылась в одеяло. Она никогда не позволяла себе подобного. Никогда не срывалась настолько. Никогда не была столь жалким и ничтожным существом. Да, она могла рыдать в одиночестве. Но никогда не билась в истерике. Быть может, именно из-за этого она сейчас сошла с ума? — Ви, прошу, хватит! Успокойся! Ви! ВИ! — пытался достучаться до девушки Эн, стараясь вытащить её из того кокона, куда она самолично забралась. Но чем больше силы он применял, тем сильнее сопротивлялась Ви, дёргаясь и срывая каждое прикосновение. В конце концов, парень не выдержал и, взяв всю девушку целиком, поднял её на руки. Демонтажница пыталась брыкаться, однако то одеяло, которое она считала своей защитой, обернулось смирительной рубашкой, что не давала ей нормально двигаться. Да и сил на сопротивление уже не было. Столь сильный и главное резкий эмоциональный взрыв полностью опустошил девушку. И всего спустя пару секунд она полностью обмякла, сжавшись в клубочек и прислонившись к широкой мужской груди. — Тише, Ви. Всё хорошо. Я здесь. Со мной всё в порядке. С тобой всё в порядке. Видишь, всё хорошо. Тише, милая. Не говори о себе так. Ты чудесный и очень сильный дрон. Я горжусь с тобой. — Нежно шептал Эн, пытаясь успокоить девушку. Слегка покачивая её на руках, демонтажник бродил туда сюда маленькими шажками. Вскоре, поняв, что дрон на его руках утих, парень осторожно садится прямо напротив печки. — Ты гордишься мной? Но за что? Я ведь всегда была такой… слабой, нерешительной, жалкой. Знаешь, только сейчас я поняла, как недалеко я ушла от себя из особняка. Такая же забитая. Такая же подавленная. Вот только тебя уже не было рядом. И мне было так холодно… Но я сама в этом виновата. — Уныло говорила Ви, перевернувшись в сторону огонька. Ей стало стыдно. Стыдно за саму себя. Поэтому она не хотела смотреть ему в лицо. Особенно тогда, когда он показал ей свою силу и твёрдость. — Это неправда. Ты была очень храброй, когда решилась на бой, в котором могла умереть. Ты была очень сильной, несмотря на все те кошмары из прошлого, что мучили тебя годами. Я действительно горжусь тобой. И теперь, зная всё, я горжусь тобой ещё больше. Ведь не смотря ни на что, ты продолжала верить и продолжала быть рядом. — Перебил её Эн, став аккуратно разворачивать тёплое одеяло. Его слова снова и снова проносились в голове Ви, постепенно успокаивая её раненую душу, в то время как измученное тело вяло поглаживало чужие широкие колени. — Огонь скоро погаснет. — Тихо сказала Ви, взглянув внутрь затухающей печки. Последние дрова скоро догорят, превратившись в тёплые угли, а после в холодный пепел. — Ты права. Мне нужно достать ещё. Милая, пожалуйста, отдохни немного. — Сказал Эн, немного помедлив. Уже протащив руки под спину и шпильки демонтажницы, парень приготовился её поднять. — Нет! Прошу, не уходи! Не оставляй меня одну! — услышав его слова, Ви снова встрепенулась, ухватив парня за шинель. Она не хотела его отпускать. Не хотела остаться одной. Где-то внутри вновь проснулся страх. Он, словно червь, медленно двигался к её сердцу, заставляя девушку сжимать пальцы всё быстрее и быстрее. — Хорошо. Ви не хочешь… Чтобы я лёг вместе с тобой? — выпалил парень, залив свой дисплей краской. Ви, совсем не ожидавшая подобного вопроса, тоже засмущалась. Но, некоторое время подумав, утвердительно кивнула головой. — Отлично. Тогда пойдём. Только обещай мне, что будешь спать хорошо и крепко. — строго сказал Эн, после чего мило улыбнулся. Сбитой с толку демонтажнице ничего не оставалось, кроме как соглашаться со всем, что он от неё хотел. Увидев милое личико возлюбленной, Эн осторожно поднялся, после чего направился к постели. Небольшая кровать была не предназначена для двух персон из-за чего молодым пришлось бы спать, практически вплотную друг к другу. Впрочем, Ви это устраивало. Она наоборот была рада, потому что могла полностью раствориться в объятии необъятного тела любимого. Эн же немного нервничал, но не показывал этого, осторожно опустив девушку на матрас. Закончив, он вернулся назад за оставшимся на полу одеялом, после чего вновь оказался прямо рядом с уставшей демонтажницей. Накрыв девушку одеялом, парень аккуратно ложится рядом, чувствуя, как по дисплею текут капельки пота. Ви же наоборот, сразу же обхватила могучий торс парня, принявшись тихо мурлыкать от счастья. Сейчас ей было так хорошо, так тепло и так уютно. Пожалуй, это был лучший момент в её жизни. По крайней мере, в этой жизни точно. — Ну ладно, котёнок мой, отдохни. У нас будет ещё столько времени вместе. — Нежно сказал Эн, положив одну руку ей на пояс, а второй активно теребя мягкие белоснежные волосы. — Не называй меня так. — промурлыкала Ви, уткнувшись парню в грудь. — Тебе не нравится? — недоумённо спросил Эн, на секунду прервав ласку. — Очень нравится. Просто я немного не привыкла к таким словам. — Ответила Ви, тяжело вздохнув. Стоило только обдумать в голове слова парня, как по всему телу проходило приятное тепло. — Я люблю тебя, Эн. — тихо сказала Ви, посмотрев возлюбленному прямо в глаза. Его горячее дыхание обжигало. Его мощное тело укрывало от всех невзгод. Его яркая душа дарила ей надежду. — Я тоже люблю тебя, Ви. Всегда любил. — Отвечает ей Эн, после чего нежно целует в лоб. На миг мир для них остановился. И именно в этот миг Ви поняла, что получила своё счастье. Наконец-то почувствовала себя любимой и нужной. И уже ничто не сможет отнять у неё это. Ведь Эн больше никогда от неё не уйдёт…

***

Что-то произошло. Мир, до того тёплый и мягкий, стал более холодным и бледным. Пытаясь бороться с этим наваждением, девушка обнимает любимого по крепче. Но так желанное спокойствие всё не приходит. Наоборот, горячий и сильный торс парня в миг стал каким-то вялым и мягким. Перевернувшись на другой бок, девушка укутывается с головой, но и это не помогает. Внезапный холодок распространяется всё быстрее и быстрее, всё же вынуждая сладко спящую демонтажницу открыть глаза. Ви проснулась. Милая, тёплая, мягкая дрёма всё ещё преследовала её некоторое время. Однако стоило подняться в сидячее положение, как туман в голове быстро рассеялся, позволяя процессору обработать информацию об окружающем мире. Она была в одном из домиков лагеря 98.7. Печка, догорающая в её сне, окончательно тлела, развеивая на ветру последние два оставшихся уголька. Сквозь щели в окнах стал проникать холодный бриз, а в обонятельные сенсоры плеснул мерзкий запах тухлого масла. Но самым важным, самым животрепещущим стало отсутствие Эна. Немного посидев, девушка медленно поднимается, стараясь найти пропавшего парня. С каждой секундой ей становилось всё хуже. Мысли о вечном одиночестве внутри собственного сознания казались ей слишком уж жестокими. Однако… Нет. Подождите. Ви остановилась посередине комнаты, взглянув на свои руки. Сжав их несколько раз, а после поменяв несколько режимов, демонтажница оказывается в ступоре. Не удовлетворившись ответом, она начинает ощупывать себя везде, в том числе ранее сильно повреждённых местах. Однако прикосновения кажутся нормальными. Подойдя к печке, девушка засовывает внутрь руку. Конечность быстро прогревалась, заставляя демонтажницу вынуть её обратно. Тогда Ви посмотрела на улицу. Вместо пустоты на неё, сквозь промёрзшее стекло, глядели мёртвые сосны, холодный снег и замёрзшее озеро, посередине которого находилось странное сооружение. — Ничего не понимаю. — Сказала сама себе Ви, решив выйти на улицу. Её сознание просто не могло осознать тот факт, что она была жива. Жива и по видимому здорова. И всё же её беспокоил этот назойливый смрад. Нужно посмотреть, откуда он… Стоило зайти за угол, как девушка тут же встала на месте, словно сваренная. Прямо на против неё располагался большой уютный диван. Вернее, когда-то уютный. Ведь прямо сейчас он был от края до края перепачкан в чёрной крови. Ви, всегда любившая сладкое масло, впервые ужаснулась от его вида. В голову тут же стали лезть неприятные воспоминания, вскоре быстро заставившие ничего не понимающую демонтажницу попятиться назад. Упёрлась она в какую-то дверь. Присмотревшись, девушка увидела, что от дивана до двери идут хорошо видимые пятна. Желая удовлетворить собственное любопытство и обезопасить себя от возможной опасности, Ви осторожно открывает дверь. В лицо тут же отдаёт омерзительный запах. Раскрыв дверцу пошире, демонтажница видит крохотный гардероб и склад одновременно. Вот только среди испорченных временем и погодой вещей она, к своему великому неудовольствию, находит испачканную маслом форму вожатого. Но стоило присмотреться повнимательнее, как к горлу подошёл ком. Из самого дальнего угла на неё смотрела не просто разложившееся дерево, грязь или просто тёмная краска. Нет. Это было масло. А прямо в центре этого масла была ещё одна пара одежды. Вот только вторая форма была изорвана до такой степени, что больше никак не могла исполнять свои функции. Захлопнув дверь, Ви слегка сгибается. Что-то ей стало совсем дурно. Нужно уйти отсюда как можно скорее. Быстро согласившись с этой мыслью, демонтажница медленно направляется к выходу. Нужно уйти отсюда как можно скорее. Уйти, найти Эна и понять, как она вообще оказалась в этом доме. Но стоило только приблизится к двери, как по ту сторону начали доноситься странные звуки. Приготовив клинки, Ви встаёт в боевую стойку. Девушку всё ещё сильно потряхивало, да и процессор не до конца понимал происходящее. Но внезапно обретённая жизнь очень не хотела потеряться в пучине своего сознания вновь. — Ви? Ты уже проснулась? Всё хорошо? — однако, как только дверь открылась, Ви снова схватил ступор. Прямо напротив неё, держа в руках охапку дров, стоял растерянный Эн, не зная, как ему реагировать на поднесённое к горлу лезвие. — Эн? Эн! — поняв, кто перед ней, девушка не сдерживается, тут же бросаясь в объятия к любимому. Парень в последний момент роняет добытую с таким трудом сухую древесину, ловя широко раскинувшую руки девушку. Ви наслаждается его мощными объятиями всего пару секунд, после чего понимает, что натворила. — Оу! Всё хорошо? — опомнившись, девушка пулей вырывается из уютных рук парня, толкая его назад. Ничего не понимающий Эн сменяет глаза ноликами, в то время как Ви пытается скрыть свой налитый краской дисплей. Всё, что она пережила буквально пару минут назад. Всё это оказалось… сном. Получается, что в реальности она без причины набросилась на него и… Господи. — Я… Я… Я не понимаю! НЕТ! Всё плохо! Я… Боже! — Схватившись за голову, Ви понимает, что попала в собственный капкан. Её эмоции. Её потаённые желания выплеснулись в том чудесном, завораживающем сознание сне. И теперь, вернувшись в холодную и пустую реальность, она обняла не самого любимого на свете дрона, а чужого парня, что не понимает, почему ненавистная ему девушка позволяет себе такое. — Ви! Успокойся! Что случилось! — кричал парень, пытаясь достучаться до потрясённой демонтажницы. Ви же, окончательно убедив себя в нелепости всего происходящего, уже собиралась вылететь из проклятого дома и больше никогда не возвращаться. Вот только попытка проскользнуть мимо обернулась провалом. Юркую демонтажницу быстро перехватили мощные руки парня, после чего несостоявшийся побег был прерван прижиманием к мощной груди парня. — Эй! Отпусти меня! Что ты себе позволяешь! — выкрикивала Ви, поддавшись своим эмоциям. Девушка активно брыкалась, но с каждое её движение оборачивалось лишь большим усилием с противоположной стороны. В конце концов, обездвиженная демонтажница кусает обидчика за руку. — АЙ! ВИ! ЭТО БЫЛ НЕ СОН! — орёт на неё Эн, сжав от боли кисти с такой силой, что девушка почувствовала острую боль. — Что? — в миг весь мир застыл для неё. Находясь в полнейшем шоке, Ви не знала, что ей делать или сказать. Чувства просто встали в пробку из-за бешено разогнавшихся мыслей. Голова стала болеть от того количества вычислительный процессов. В конце концов, она ушла в себя настолько, что не заметила, как мягкий капкан раскрылся, после чего чужие пронзительные глаза оказались прямо напротив её. — Ви… Посмотри мне в глаза. Всё это реально. Всегда было реальным. — Нежно отвечал ей Эн, взяв растерянную за щёки. Ви не знала, как ему ответить. Она просто не верила. Просто не верила, что это может быть правдой. — Ты… Ты мне врёшь… Это всё… Ещё один сон. — Дисплей грозного хищника исказился слезами. Каждое слово выдавливалось из неё сквозь всхлипы. Если это правда, то… Он знает всё. Абсолютно всё. И теперь весь её образ. Вся её защита рассыпалась в прах. Она больше не маньячка-психопатка. Она больше не хочет ей быть. — Ви… Моя прекрасная, моя ненаглядная, моя милая Ви. Прошу, посмотри мне в глаза. Разве я могу тебе врать? — нежно говорил Эн, мило улыбнувшись. Однако заплаканная девушка разревелась ещё сильнее, понимая, что пути назад нет. Что это действительно реальность. — Но… Почему тогда я не чувствовала, что это реальность… Почему я не почувствовала этот ужасный смрад, холодный ветерок, своё тело. — Шептала Ви, всё же опустив голову вниз. Все эти вопросы не давали ей покоя. Она действительно чувствовала себя так, будто не находилась в известной ей реальности. Но, похоже, её больной процессор просто поиздевался над ней. — Может, потому, что ты была сконцентрирована на других вещах? Знаешь, я ещё тогда хотел сказать тебе всё. Но потом я понял, что если бы ты поняла, что всё было взаправду, то никогда бы не смогла мне открыться. И поэтому я промолчал, а потом слушал твой нежный красивый голос. — Спокойно отвечал ей Эн, отвернуть девушку от запачканного её чёрной кровью дивана. — То есть, то, что ты тогда сказал, это… — Это правда. Я люблю тебя, Ви. — Закончил за неё Эн, после чего поцеловал окончательно потерявшуюся девушку в горячий лоб. — Эн… можно мы уйдём отсюда. Мне… Мне страшно здесь. — Ви долго молчала, уткнувшись парню в грудь. И всё же, спустя несколько секунд она немного дрожащим голосом попросила его вытащить её отсюда. Взгляд снова упал на проклятый диван. Стоило только взглянуть на него, как тело тут же начинало болеть. Не успела Ви отойти, как её тут же поднимают на руки. Совсем не ожидавшая этого демонтажница тут же вскрикивает, с силах обхватывая горячую шею парня. Удостоверившись, что всё хорошо, Эн быстро выходит на улицу. Ви тут же морщится от дующего на неё со всех сторон холодного ветра, что заставляет девушку прижаться к тёплому парню ещё сильнее. Не желая беспокоить её ещё больше, демонтажник решает немного пройтись пешком, тем более до другого домика нужно было идти меньше минуты. — Чёрт! Я же оставил там дрова! Ви, прошу постой здесь немного! Одну минутку! — поставив девушку на пол, парень с неудовольствием ощущает заметное похолодание. Пусть прошлый домик оставил после себя неприятный след, в нём всё же было гораздо теплее. Именно эта цепочка мыслей привела его к идее вернуться и разжечь огонь уже тут. В конце концов, он сделает всё мгновенно. Оставшись в одиночестве, Ви не может найти себе места. Всё, что происходило сейчас и то, что происходило ранее, не укладывалось у неё в голове. Ви казалось, что она просто сошла с ума. Но нет. Это была реальность. Самая настоящая, неподкупная реальность. И теперь она была… в отношениях? Боже. Это так странно звучит. Так странно и… приятно. Не успела Ви продолжить свою мысль, как внезапно внутрь убежища вторгается только что отсутствующий демонтажник, взявший с собой всё необходимое. Извинившись за неловкую ситуацию, парень, как ни в чём не бывало, начал разжигать новый костёр, взяв для этого те догорающие угли, что ещё остались от прошлого костра. Вскоре очередная буржуйка начала трескать ярким огоньком и дымом. Из-за чего парню пришлось закрыть крышку. Закончив все дела, демонтажник подсел на кровать к задумчиво глядящей куда-то в пустоту Ви. — Эн, я всё ещё не понимаю. Если это не сон, а правда, то… Что насчёт Узи? Я думала… Я думала, ты любишь её. — Тихо начала демонтажница, опустив голову к коленям. Она просто запуталась. Запуталась в своих чувствах. Но что ещё хуже, она запуталась в его чувствах. И поэтому не чувствовала себя правильно, получая всю эту внезапную заботу. — Узи… Знаешь, я всегда считал её близким другом. Скажу честно, это она постепенно приближалась ко мне. И вчерашней ночью я думал… Впрочем, это уже не важно. Узи дома. Всё в порядке. И ты здесь. Целая и невредимая. — Уверенно сказал Эн, взглянув девушке в лицо. Та же вновь окоченела. — То есть ты не убил её… — на дисплее девушки появились холодные, слегка подрагивающие кольца. Не ожидая столь испепеляющий взгляд, парень тут же теряется, портя лицо небольшими каплями пота. И что ему делать в этой ситуации? Что отвечать? Приготовившись к худшему, Эн сжимает кулаки. — Нет. Я успокоил её и доставил домой. Как и всех остальных рабочих. Сейчас они в безопасности. Все. И Узи никому не навредит. Я ручаюсь за неё. Прости, Ви. Я знал, как ты отреагируешь на это. Поэтому не хотел говорить. Прости. Но я не мог поступить по другому. Они ВСЕ мои друзья. Тэд, Лиззи. Кстати, с Лиззи всё хорошо. Если ты, конечно, вообще беспокоилась о ней. И вообще… Я смог наладить отношения с Ханом. Он был мне безмерно благодарен и позволил… — постепенно чёткая и уверенная речь парня превращалась в всё более беглое и стрессовое оправдание. Он знал, он видел, как Ви закипает, глядя на него. Он чувствовал её жгучий взгляд на своей шее. Он до боли сжал кисти рук, буквально сдавливая несчастное одеяло, лишь бы не потерять только-только полученную уверенность в себе. — Ты поступил правильно, Эн. Не кори себя. И никогда не ровняйся на меня. Я дракон. А ты Рыцарь. Ты всех спас. Я правда горжусь тобой. На самом деле я так рада, что ты смог найти настоящий друзей. Это так хорошо на тебя повлияло. — Вместо болезненного удара Эн почувствовал нежное прикосновение к своей руке. Вместо яростных обвинений — слова поддержки. Шокированный демонтажник посмотрел в лицо возлюбленной. Там он вновь увидел нолики. Вот только теперь они были наполнены лёгкой грустью, а не закипающей злобой. Похоже, он действительно перестал её понимать. И это… невероятно волнующе. — Спасибо, Ви. Подожди… Дракон? Нет. Ну конечно, нет. Ты моя прекрасная принцесса! Принцесса, которую я должен спасти из высокой башни, состоящей из кирпичиков ужасного прошлого, которое окружило её со всех сторон. — Задорно сказал Эн, начав трепать запутавшуюся в себе девушку по голове. Его заразительная улыбка передалась и Ви, заставив последнюю мило улыбнуться. — Спасибо тебе за всё, Эн. Ты… Ты так много для меня сделал. Я никогда не смогу отплатить тебе тем же. — говорит Ви, взяв демонтажника за его длинное пальто. Посмотрев ему в глаза, девушка видит в них столь яркий блеск, что кажется, вот-вот и она сгорит. Ведь чем дольше они здесь сидели, тем горячее становилось. И Ви уже не уверена, виновата ли в этом не разогретая маленькая печка. Несколько секунд двое дронов молча разглядывали друг друга, наслаждаясь красотой своих вторых половинок. Изо рта вырывался горячий пар, делая атмосферу ещё более неловкой. Но роботы совсем не чувствовали холода. Наоборот, где-то внутри них начинал бурлить жар. Они оба думали об этом. Они оба хотели этого. Они оба задержали дыхание. Они хотели почувствовать любовь друг друга на вкус. Взглянув на его пылкие губы, девушка тянется вперёд, наконец, объединяя двух дронов в единый союз. Стоило им соединиться, как милый мимолётный поцелуйчик превратился в горячую волну, захлестнувшую их обоих. Двое демонтажников просто не смогли контролировать себя. Те скрытые, запрятанные куда-то вглубь эмоции в одно мгновение вырвались наружу. Уже спустя секунду из синтетические языки яростно сражались друг с другом, доставляя своим обладателем ранее неизвестные ощущения. Не удержавшись и не желая больше сдерживать себя, дроны обхватывают друг друга. Эн ставит свои мощные длинные руки на её талию, в то время как Ви вжимается в ворот его шинели. Они не знают, сколько были единым целым. Но всё прекрасное когда-то заканчивается. В порыве эмоций, повалив девушку на мягкую кровать, Эн расцепляет их. Сладостный поцелуй заканчивается, заставляя двух дронов активно ловить ртом воздух. И это тяжёлое дыхание так… возбуждало. Да, возбуждало. Это. Именно это чувствовала Ви. Впервые спустя очень-очень много времени. Настоящее, текущее прямо по её маслянистым венам возбуждение. Бурлящие, неконтролируемое желание собственной плоти. И она не могла, не хотела, даже не собиралась ему противостоять. Она жаждала не только абстрактной любви. Она хотела любви настоящей. Она хотела его. Так сильно и так долго, что внутри всё сжималось от предвкушение. Пусть это будет резко. Может быть даже мерзко. Но она просто не может противостоять этому. Не может не попробовать. — Эн, мой прекрасный рыцарь. Скажи мне. Ты действительно любишь меня. — Нежно, даже вульгарно произносит Ви, проводя рукой от разгорячённой щеки демонтажника по не менее горячей шее к давящему вороту. — Да, моя принцесса. Я люблю вас всем своим механическим сердцем. Я живу и дышу, лишь бы лицезреть вашу завораживающую улыбку. — Уверенно отвечает ей Эн, стянув в себя всё ещё держащуюся на голове пилотку. Его слова были столь приятны и страстны, что Ви не сдержалась, выпустив лёгкий смешок. — Тогда… Покажи это мне. Докажи это мне… — прошептала демонтажница, после чего, откинув голову в бог, медленно стала разводить свои стройные шпильки. Дисплей Эна, и так покрытый румянцем, окончательно залился краской. Парень до последнего удерживал взгляд на её янтарных очах, но, как назло, Ви прикрыла их, всё же заставив сходящий с ума разум опустить взгляд. Эн намеренно стискивал зубы, лишь бы не капнуть слюной из своей грязной пасти на эти чудесные мягкие обтягивающие шортики. — Ты… Уверена? Уверена, что хочешь этого? — Сквозь силу говорил Эн, держась до последнего. Руки уже начинали потрясываться, а проснувшаяся жажда лишь усиливалась, умножалась с каждой секундой. Всё тело изнемогало, видя перед собой столь желанную жертву. Но и разум был не лучше. Сознание затуманила дымка, отдавая все действия на откуп плоти. А плоть жаждала только одного. И она уже не могла сдерживаться. — Да… — и в этот миг они оба сорвались. Это была абсолютно дикая, первобытная и страстная любовь. Вновь слившись воедино, дроны буквально вжались друг в друга. Их тела принялись изучать своих возлюбленных, залезая туда и делая то, что никогда бы не сделали ранее. Процессоры лишь ретранслировали эмоции, умножая их в десятки раз. Прямо сейчас ими руководили бешено стучащие сердца. Сердца, что они слышали друг у друга. Сердца, к которым хотели прислониться как можно ближе. Вкоре на потеплевший пол начали падать громоздкие предметы одежды, лишь мешавшие их слиянию. И когда на шее и плечах появлялись тёмные пятна от страстных укусов, и небольшой домик заполняли горячие стоны, тогда уже никто не смог им помешать. Никто и не мог. Потому что это был только их момент. Только их дом. Только их лагерь…

***

[3 дня спустя]

Двое демонтажников стояли в одном из коридоров бункера работяг, с напряжением глядя на стоящую напротив дверь. На лицах отражалась сильная неуверенность и даже страх, что стал настоящим шоком для проходящий мимо рабочих, до сих пор видящих их как бесчувственных машин для убийства. Однако суетливый шёпот где-то позади совершенно не волновал двух дронов. Всё их внимание было сконцентрировано на небольшой пластиковой карте, что им великодушно подарил Хан Дверьченко. Нервно сжимая её в руке, Эн беспорядочно вертел хвостом, пытаясь хоть немного успокоиться. Но стресс начал уходить только тогда, когда обхватившая его за плечо Ви связала хвосты, удерживая их на месте в форме причудливого сердечка. Взглянув на спутницу жизни, парень мило улыбнулся. Ему очень многого стоило протащить её сюда. Собственно, ему пришлось пожертвовать квартирой в самом центре бункера, сменив апартаменты на более дальние. Благо великодушный лидер, безумно благодарный ему лично за спасение дочери и ребят, не стал слишком далеко отселять их. — Не хочешь сама открыть дверь? — спросил Эн, поднеся карту ближе к девушке. Однако та помотала головой, отодвинув её обратно. — Нет. Я хочу, чтобы именно ты открыл новую главу в нашей жизни. — Нежно ответила ему Ви, поцеловав парня в щёку. Смущённый демонтажник мило улыбнулся, после чего всё же прислонил подаренную пластмассу к терминалу. Спустя секунду на лицах дронов застыл лёгкий шок. Их дом был точь-в-точь как у Узи. И даже больше, так как только что заехавшие не успели захламить квартиру разными вещами. Но у них вряд ли это получилось, так как в капсуле было особо нечего хранить. Но здесь… Ви прикрыла рот рукой. У неё в голове не укладывалось, что всё это было их собственность. Что теперь каждая комната, любая мебель — всё принадлежало им. Что теперь она могла, наконец, нормально высыпаться, не боясь завываний бурь или солнечного света. Могла разлечься на удобной широкой кровати, просыпаясь не с больной спиной. И самое главное, могла наслаждаться этой красотой и роскошью с кем-то. Кем-то дорогим и любимым. — Тебе нравится? — тихо произнёс Эн, находясь в таком же сильном впечатлении от увиденного. В его голове уже начинали строиться планы совместной жизни. Впрочем, пока отвлечённые из-за возникших проблем у Узи. Но когда они разберутся с загадочным солвером, то смогут, наконец, жить счастливой жизнью. — Да… Я… Я в восторге. До сих пор не верю во всё происходящее. — Мечтательно протянула Ви, вновь прислонившись в тёплому плечу парня. В её голове проносились всё новые и новые картины их совместной жизни. Девушка смотрела на пустые полки, уже зная, что хочет туда положить. И мир не сможет её остановить, какие бы трудности он не выставит на их пути. — Эн, мне нужно тебе кое-что сказать… — Внезапно сказала Ви, выведя парня из собственных мыслей. Эн встрепенулся. Что-то в её тоне тронуло его. Нотка не тревоги, а… Сильного волнения. Но волнения радостного. И это очень напрягало его. — В общем, я должна была сделать это сразу, но… Хотела подождать, пока мы действительно заедем сюда. В общем… — Ви мялась, пытаясь как можно лучше выбирать слова. Было видно, что она долго настраивала себя, чтобы сказать это. И Эна напугало это. Какую новость можно сообщить тогда, когда уверен в своём будущем? Что-то кольнуло внутри. Это ведь не то, о чём он думает… Тяжело вздохнув, девушка отступает назад и скрещивает руки. Она прикрывает глаза, всё ещё собираясь с мыслями. В конце концов, Ви мило улыбается, после чего меняет рисунок на дисплее.

[ПРОГРЕСС СОЗДАНИЯ ЯДРА ИИ: 0,46%]

— Ви… Это ведь… Это ведь то, о чём я думаю? — Эн замер. Эта надпись. Это было… Господи. Неужели это реальность? — У НАС БУДЕТ РЕБЁНОК! — воскликнула Ви, после чего с силой обняла своего парня. Она очень боялась. Впервые узнав об этом на следующий день после той ночи, девушка в ужасе забилась в каморку, не зная, что ей делать. После она списала это на шок от всего, что они сделали. Но сейчас, в эту минуту, в их новом доме, в объятиях своего любимого, она, наконец, почувствовала себя счастливой. Она впервые почувствовала, что у неё есть будущее. — Боже. Это же… Невероятно! Иди сюда! — Внезапно воскликнул Эн, крепко обхватив девушку за талию, после чего поднял её в воздух. Вскоре искрящееся от счастья лицо девушки стало покрываться горячими поцелуями. — Я… Я сама в это не верю… Сказала Ви, когда её поставили на место. Смахимая с дисплея слёзы радости, девушка уже представляла, как раскачивает чудного малыша прямо на этом мягком диване. — Я тоже… — задорно проговорил Эн, поглаживая любимую по голове. Прижавшаяся к его груди демонтажница мило мурлыкала, пока парень смотрел в пустоту впереди. Его мучили тяжёлые вопросы. Почему это вообще возможно? Почему у них есть всё для этого? Разве у демонтажников вообще должны быть подобные… органы. Ему нужно будет разобраться в этом. Здесь наверняка есть много данных. Но сначала нужно разобраться с проблемой Узи. Нужно всех обезопасить. Нельзя, чтобы тот ужас в лагере повторился. И в первую очередь ему нужно обезопасить их. Их… троих.