Кагуя-сама и ее учитель разрушения

      Кагуя поклонилась мистеру Грину:       — Я приношу свои глубочайшие извинения за случившееся! Из-за недоразумения с алкоголем и стрессом, я вела себя непозволительно! Прошу вас забыть об этом и оставить все это конфиденциальным! Взамен, я тоже не выдвину никаких претензий по поводу вашего неправомерного поведения, сенсей!        — Вот как, — равнодушно сказал Чарльз Грин. — Мисс Шиномия, а вы не думали о том, почему вы так себя вели вчера?       — Стресс и алкоголь, который я случайно употребила, — ответила Кагуя. — Это было недоразумение!        — Отчасти так! — Ответил учитель. — Стресс и алкоголь послужили катализаторами, но они не могли создать внутри вас чего-то совершенно нового и лишь запустили глубоко спавшие желания!       — Вы принимаете желаемое за действительность! — Холодно произнесла Кагуя.        — О нет, мисс Шиномия! — Ответил мистер Грин. — Я исследователь жизни! Я не подгоняю реальность под свои убеждения, домыслы и желания! Я наблюдаю ее и анализирую! Сложный путь, но для меня нет другого!       — Вы намекаете на то, что я подавляю в себе влечение к вам, учитель? — Спросила Кагуя с нарастающей злостью.       — Может, не именно ко мне, но в целом, нереализованное подавленное эротичское желание!        — Учитель, — гневно ответила Кагуя, — прекратите это и оставьте меня в покое! Мне не       интересно ваше ненормальное влечение ко мне! Так достаточно понятно?!        — Более чем! — Так же холодно ответил Чарльз. — Но мне, честно, будет неприятно потерять вас! Вы такая многогранная нестандартная личность! Нежная и наивная добрая девушка, а еще, опытный безжалостный игрок семьи Шиномия, и элегантная безупречная леди, образец социального поведения и нравственности, и скромная читательница-интроверт.  Внутри вас столько смешалось: романтические чувства к президенту студсовета, презрение и ненависть к семье, жажда признания и одобрения, чувство вины, гордыня, и, похоже, подавляемые чувства к одному взрослому мужчине, что проявил к вам интерес! Или это просто желание быть нужной кому-то по-настоящему?! Вы столь интересны, противоречивы, разносторонни, как очень хорошо прописанный персонаж этой жизненной пьесы!        — Какой примитивный подкат! — сказала Кагуя с хитрой улыбкой. — Доказывать мне, какая я особенная и не по годам умненькая, неповторимая! Любители школьниц все такие предсказуемыемые?        — Ах, это предсказуемо? Что ж, может быть и так, — без всяких эмоций ответил Грин. — Тогда позволь сказать тебе еще пару вещей, раз уж это конец, потому что мне не все равно и я думаю, что ты мало это слышала, если вообще слышала!       Кагуя напряглась и посмотрела на учителя.       — Я хочу сказать, — начал Чарльз, — ты не виновата, что твой отец — социопат, сколотивший состояние, идя по головам и уничтожая личное счастье сотен людей!       Кагуя напряглась еще больше, и сжала кулаки.        — Ты не виновата, — продолжил учитель. — Что твоя мать зарабатывала себе на жизнь продажей своего тела, пока не встретила твоего отца!        Кагуя задрожала и ее глаза наполнились слезами.       — Замолчите! — Тихо сказала она.       — И ты не виновата, что твоя мать умерла во время твоих родов! Ты отвечаешь лишь за свои поступки, остальное ты не выбирала!       Кагуя задрожала и слезы потекли по ее щекам.       — Заткнись! Кто ты такой, чтобы копаться в моей душе?! Почему просто не оставишь меня в покое?! Я ненавижу…       Кагуя не успела продолжить, потому что учитель подошел к ней, обнял и прижал к себе, гладя по волосам. Кагуя лишь еще больше заплакала на его груди. А мистер Грин гладил ее по голове, пока она всхлипывала.       — Спокойно! — Тихо сказал он. — Все хорошо! Ты здесь, в безопасности, ты ценная и я вижу тебя, вижу тебя настоящую! И ты прекрасна!        Кагуя вдруг перестала плакать и посмотрела на учителя.        — Вот какое лицо я мечтал увидеть! Растерянное, в слезах, но такое настоящее, когда все маски разбиты, — он вытер тыльной стороной пальцев слезы с ее щеки и поднес их к губам. — Какой насыщенный соленый вкус!       — Вы ненормальный… — Тихо прошептала Кагуя       — Несомненно! — Тихо ответил учитель. — Это настолько очевидно, что даже как-то глупо проговаривать это в голос, причем далеко не первый раз! А теперь, как ты и просила, я оставляю тебя в покое! Так что проваливай!        Учитель мягко выставил Кагую за порог и закрыл дверь за ее спиной.       “Да уж, на таких качелях нас еще не катали!” — сказала Дарт Кагуя.       А сама Кагуя лишь медленно провела пальцем по двери кабинета.       — Учитель, как же сильно я вас… Ненавижу!       Кагуя развернулась и пошла в кабинет студсовета, пугая одним лишь взглядом всех, кто попадался ей на пути.       Шли долгие недели, и учитель Грин даже не пытался как-то сблизится с Кагуей, которая его тоже тщательно игнорировала за пределами уроков. А на занятиях их общение было чисто формальным. Все это продолжалось до одной вечерней тренировки в клубе лучников. Было уже довольно позднее время и Кагуя тренировалась одна, так как другие члены клуба ушли домой. Чарльз Грин притаился в тени зала, на втором этаже, и наблюдал за ее тренировкой.        Бледное красивое лицо девушки было сосредоточено, но не напряжено. И как обычно на нем не читалось никаких эмоций. Черные блестящие волосы цвета вороньего крыла чуть отдавали синевой и мягко спадали на высокий лоб, сзади они как обычно были собраны в хвост и перевязаны красной лентой. Даже в кимоно и хакаме девушка выглядела неотразимо. Ее действия были плавными, мягкими и столь грациозными. Рукой в кожаной перчатке она брала стрелу, клала ее на лук и максимально натягивала. И в это время было видно, как ее мышцы напрягаются под кимоно, а потом девушка выпускала стрелу, которая чаще всего попадала ровно в цель. Чарльз подумал, неужели даже в него попала ее стрела?       Эта девушка так сильно походила на лунную принцессу Кагую. От нее исходило сияние мягкой нежной элегантной, но ослепительной красоты. Если бы додзё был доступен для кого-то кроме членов клуба и учителей, тут бы наверняка собиралась толпа фанатов полюбоваться этой безупречной красавицей. Такая сияющая и такая недосягаемая, как и мифическая лунная принцесса, удачно ей выбрали имя!        “Жаль, мне не хватает мудрости короля, что сжег письмо и эликсир бессмертия Кагуи, понимая что не сможет последовать за ней на луну. Он не желал вечность страдать в одиночестве и осознавал, что природа вещей быстротечна. — Подумал Чарльз. — Король был мудрым и смиренным. То, что мне всегда было чуждо! Почему все религии учат смирению? Я его ненавижу! Я иду по пути борьбы, отрицания, революции и эгоизма, по пути Люцифера, а не всех этих смиренных наставлений. И буду повержен огненным мечом и брошен в геенну огненную за свою гордыню! Пусть так! Все равно не смирюсь и не здамся!”       “А вообще дурак был этот король, а не мудрец! Мог бы взять эликсир бессмертия и терпеливо ждать! И полетел бы к своей любимой вместе с Нилом Армстронгом, а скорее всего и гораздо раньше, если бы посвятил этой идее тысячи лет своей жизни. К черту смирение, не оно позволило нам создать такую цивилизацию, а мятежный огонь Прометея! Со смирением мы бы еще не выбрались из пещер! И я не смирюсь! Дотянусь  даже до самой луны!” — И мистер Грин протянул руку в сторону Кагуи.       — Если хотите схватить меня, учитель, то полагаю надо подойти поближе! — Сказала Кагуя, развернувшись и посмотрев на Чарльза.       — Как ты меня заметила?       — Я всегда знаю, если за мной кто-то наблюдает!       — И как же это? — Спросил Грин с улыбкой.       — Дар Будды! — также с улыбкой ответила Кагуя. — Чтобы защищаться от демонов вроде вас! Что вы, кстати, здесь делаете?       — Заинтересовался стрельбой из лука! — Сказал Чарльз, спускаясь вниз к Кагуе.       — Правда? Это потому вас не было ни на одном соревновании по стрельбе, но вы пришли на мою индивидуальную тренировку?! Я такое хорошее воплощение этого искусства?       — Ты хорошо стреляешь, — ответил учитель, — гармонично выполняешь все действия. И я и не думал, что у тебя такое спортивное тренированное тело!        — О, минута разговора и мы уже перешли к моему телу, вы такой озабоченный учитель! — Сказала Кагуя с улыбкой.       — Ты сегодня не прочь пофлиртовать, я уж думал сбежишь сразу после того как пять раз попросишь меня быть прилежным учителем!       — Это не флирт, не обольщайтесь, учитель! И я не всегда такая строгая!       — Проверим твою меткость? — спросил Чарльз с улыбкой. Он достал из кармана яблоко и подошел к мишени, после чего показал яблоко Кагуе.       — Вам не жаль вашу руку? — Удивилась она. — А если я промахнусь?       — Руку? О, нет-нет, ты неправильно поняла! Рука здесь ни при чем! — Чарльз стал спиной к мишени и оперся на нее, после чего поставил яблоко себе на голову. — В детстве видел такие трюки в фильмах, попробуем?       — Ты с ума сошел? — Спросила Кагуя.       — Боишься, что не справишься? Брось, ты же мастер в этом!       — Хватит придуриваться! Это уже не смешно! — возмутилась Кагуя.       — А я пока и не смеюсь!       — Если я случайно раню или убью тебя, моя семья все равно все замнет, — сказала Кагуя, — а ты умрешь глупой смертью!       — Глупой? А кто и как определяет какие смерти глупые, а какие умные? — спросил учитель.       Кагуя взяла в руки лук, положила на него стрелу и направила на учителя.       — Самое время отступить!       — Ты это себе говоришь? — Спросил Чарльз.       — Ты всегда так хорошо читаешь меня, — сказала Кагуя, — неужели не понимаешь, что я правда выстрелю?!       — Стреляй! — Спокойно ответил учитель.       — А от чего ты бежишь? Будет честно, если признаешься перед выстрелом! Моих демонов ты ведь знаешь!       — Хорошо, тебе признаюсь! — Ответил Грин. — Все просто, бесконечная скука и бесконечное одиночество!       — Завел бы себе спаниеля, они такие потешные!        — Ты очень дерзкая девчонка! — Сказал Грин с улыбкой.       — Может хоть глаза закроешь?       — Вот уж нет, если это конец, я хочу чтобы последней, кого увидят мои глаза, была ты!       — Польщена! Бедный одинокий озабоченный учитель, что сохнет по своей ученице! — Сказала Кагуя и добавила. — Тогда прощай! — после чего спустила тетиву.       Свист стрелы и глухой удар в мишень. Тонкие струйки яблочного сока потекли по щекам Чарльза. Он с удовольствием заметил, что его руки чуть дрожали, а сердце, во время выстрела, пропустило удар. Неужели он еще живой и способен чувствовать страх? Это было приятным открытием. Значит, надежда еще была! А еще Чарльз подумал, что давно уже не чувствовал себя таким живым. Он вытер пальцем сок со щеки и облизал его. Кисло-сладкий - любимый контраст!       — Отличный выстрел! — Сказал Грин и направился к Кагуе, снимая с головы несколько кусочков яблока.       — Вы безумны, учитель! — Со злостью сказала кагуя и швырнула лук на пол. — И я с вами становлюсь такой же!       — А может мы просто альтернативно мыслящие? — Спросил Грин с улыбкой. — Хочешь яблочка? Твоя награда! — он протянул Кагуе оставшийся после выстрела кусочек.       — Спасибо, учитель! — Сказала она с хитрой улыбкой, нежно взяла руку Чарльза в свои и, не отводя взгляд от его глаз, губами взяла кусочек яблока, облизав пальцы учителя. — Действительно вкусно!        — Что ж, мне пора, учитель! — Сказала Кагуя через несколько мгновений тишины. — Вы чуть не погибли, я чуть не стала убийцей, полагаю, на сегодня хватит занятий психологией! — И Кагуя вышла из зала.       И снова неделями Чарльз и Кагуя никак не контактировали за пределами занятий, и их обоих раздражало одно, что они занимали слишком много мыслей друг друга. Однажды Грин получил записку от Кагуи с предложением встретиться после занятий в комнате архива. Это было странно и подозрительно, а значит интересно, конечно же он пришел.       Кагуя сидела на столе в центре комнаты, закинув ногу на ногу, и играла туфлей на ноге. Девушка с интересом рассматривала учителя, ее глаза слегка блестели.       — О, мой дорогой учитель! — Тихо сказала она. — Ты пришел!        — Ты чего-то хотела, Кагуя? — Спросила Чарльз.       — Нет! Это ты всегда чего-то от меня хочешь! И я решила пойти на небольшую уступку, подарок от всей души! — Сказала она с хитрой улыбкой. — Помнишь, как на нашем первом свидании ты любовался моими ножками и еще говорил что ты фут-фетишист? Ты вообще много чего говоришь, но вот интересно, что из этого правда?! Но, если ты не врал, то у меня для тебя подарок! — Кагуя сбросила с ног сначала одну туфлю, потом вторую. — Оближи мои ноги!       — Ты снова выпила алкоголя? — Спросил Грин, подойдя к девушке.       — Нет! Я больше к нему не прикасалась! — Ответила та.              — Я не знаю, что за игру ты ведешь и что это за проверка, — сказал Чарльз. — Но если ты сама предлагаешь такое, то у меня нет причин отказываться! Я правда хочу этого и мне плевать на последствия!       — Вот как! — Сказала Кагуя с еще более хитрой улыбкой. — Тогда приступай!        Чарльз подошел ближе и потянулся к ногам Кагуи.       — Нет-нет! — Возразила она и убрала ногу. — Так не пойдет! На колени!        Учитель улыбнулся и стал сначала на одно колено, а потом и на второе.       — Кажется, госпожа Кагуя, сегодня в интересном настроении!       — Хороший мальчик! — Сказала Кагуя и протянула свою ногу. — И мне приятно, когда ты так меня называешь! А вот и твоя награда!       Чарльз аккуратно взял ножку девушки в руку, после чего мягко коснулся губами нежной кожи.       "Что же я творю? Но я просто не могу остановиться!” — Эта мысль пронеслась в голове у них обоих.        Учитель начал покрывать мягкими поцелуями ножки Кагуи, от чего она издала нежный вздох.        — Ах, учитель, вы не боитесь, что кто-то зайдет в кабинет и увидит вас в таком виде?       — А разве не в этом твой план? — Спросил Грин. — Или ты установила где-то здесь скрытую камеру?       — А ты все мечтаешь, чтобы я уничтожила тебя? — спросила Кагуя и засмеялась. — И не надейся! Здесь только мы и никакого подвоха. А теперь работай язычком усерднее!        — Вот же стерва! — Тихо сказал Чарльз и, чуть сжав ноги Кагуи, немного потянул на себя, от чего она чуть не упала на спину, но вовремя облокотилась на руки. — Тебе повезло, что мне все это так нравится!       Он начал медленно облизывать каждый пальчик на ноге Кагуи. Потом целовать стопы, чуть покусывать пятки, провел языком по каждой стопе и снова вернулся к пальчикам. Кагуя за это время издала несколько тихих вздохов.       — Ты правда этим так наслаждаешься? — Спросила девушка.       — Очень! — тихо выдохнул Чарльз. — Если честно, я давно об этом мечтал!       — Извращенец! Так старательно вылизывать ножки своей ученицы, ты ужасен!       — А ты не наслаждаешься этим? — Спросил Чарльз и с интересом посмотрел в глаза Кагуе.        — Вовсе нет! — ответила покрасневшая Кагуя и опустила взгляд. — Я терплю все это! —  добавила она тихо. — И мне так жарко!       Вдруг ее руки потянулись к воротнику и начали расстегивать форму.       — Что ты делаешь? — Удивился Чарльз.       — Я вся горю! — Сказала она. — Я хочу твои губы везде!        — Прекрати! — Учитель схватил ее за руки и почувствовал какие они горячие, потрогал лоб — тоже самое. — Вот черт! У тебя сильный жар, надо срочно в медпункт! — Он быстро надел девушке туфли на ноги и взял ее на руки.       — Ого, ты такой сильный, учитель! — Сказала она с улыбкой, ее глаза блестели от высокой температуры! — Хочешь, я буду твоей кошечкой? Мяу-мяу! — Кагуя погладила Чарльза по щеке.       — Представляю, заснять тебя на камеру сейчас и показать это видео тебе, когда ты будешь в адеквате, — сказал учитель со смехом. — Ты сначал меня убьешь, а потом себя! Ладно, сейчас не до этого!       Чарльз довольно быстро доставил Кагую до медпункта и наблюдал как ей оказывают первую помощь. Девушке сбили температуру, и она заснула. Почему-то учителю хотелось продолжать стоять и смотреть на эту спящую девушку хоть до утра, но скоро здесь появятся лучшие врачи Японии, а также слуги и родственники семьи. Пора незаметно исчезнуть!        — Ты ходячее стихийное бедствие! — Тихо сказал Чарльз, глядя на девушку. — Мое любимое стихийное бедствие!       Учитель покинул комнату и направился в свой кабинет. Градус безумия их отношений рос так быстро, что он уже и сам не знал, а что же будет дальше?