Отдых, который мы заслужили

Пвчаты живут в старой в двушке с дряхлой мебелью, что постепенно латается подручными материалами, если на это есть время у двух работающих парней. Маленькая кухонька с жужжащим холодильником и обеденным столом, за которым слишком часто сидел Модди после бессонных ночей с ноутбуком и чашкой уже остывшего чая. Скрипучая доска в коридоре раздражала, но стала слишком родной, чтоб её чинить, да и Модди уже выучил где она находится и аккуратно переступал её, если вставал ночью. Эта родная, еле уловимая тишина квартиры, которую регулярно разрушал шум соседей: будь то звонкий смех, что прилетал из открытого окна или топот сверху в позднее время, оканчивающаяся проклятиями Пугода, который сильнее жался к уже спящему Модди, словно тот мог защитить его от шума. А про шумоизоляцию в ванной и вовсе говорить не стоит. Иногда их неторопливые разговоры на кухне заходят на тему подслушанных в ванне сплетен, и вот они сидят обсуждают как некой Светлане изменил муж с её лучшей подругой, пытался отсудить у бизнес леди деньги, а та лишь хотела спокойной жизни для будущих детей. Грустно? Да. Но интересно настолько, что иногда мелькает мысль об установке микрофона, но быстро отметается из-за абсурдности. В спальне в основном сидел Модди, поскольку вторую комнату нагло занял Пугод для работы, хоть они особо и не спорили по этому поводу. Кабинет был полупустым со столом и комодом, на котором стояла еда и разные нужные вещи. На стенах старые пожелтевшие обои с какими-то подтёками, местами они вовсе были содраны. Из всего этого выделялся рабочий стол с тремя мониторами, с двумя компьютерами и с уже потрёпаным, но не менее удобным игровым креслом. А в спальне старая кровать с новым матрасом, рабочее место Модди и такие же жуткие обои, но без оторванных кусков и мерзких разводов. Солнце только начало подниматься из за горизонта, уведомляя беззаботных жителей о наступлении утра и что пора просыпаться. Но один человек уже не спал. Проснулся он задолго до своих товарищей в городе, сидя в тишине под светом настольной лампы с ноутбуком на столе. Его пальцы быстро бегали по буквам, разрушая хрупкую тишину комнаты в старой многоэтажке не громким клацаньем. Его размеренное дыхание было почти не слышно. На голове висели наушники в которых негромко играла музыка, в которую никто не вслушивался. – Чёрт, – сквозь зубы процедил Модди, быстро и часто нажимая backspace. Ошибка была исправлена и буквы вновь быстро начали появляться на экране, изредка подсвечиваясь разными цветами, чтоб проще было понимать разные отсеки многогранного кода. Из некоего транса его вывело шуршание одеяла, которое послышалось в коридоре, а после и одежды под тихие шаги проснувшегося. – И в кайф же тебе ночью работать, – прохрипел сонный, заходя на кухню заварить чай и окончательно проснуться, сидя рядом. Парень с ноутом лишь угукнул, продолжая быстро вводить символы, чтоб те делали то, что ему нужно. Минут через десять оба сидели рядом за столом в тишине, пили чай и наслаждались прохладным утром. Техника была закрыта, в данную секунду ноутбук никому не нужен… – Модди, ты спать нормально собираешься? – Да-да, я пытался поспать, но чёт не пошло, – позванный потёр глаза, кладя голову на плечо рядом сидящего, – И ты давно просил меня сделать эту фигню, так что я решил, что не буду тратить время зря и наконец сделаю её. – Модди, – утро должно было быть спокойным, тёплым и тихим, но громкий голос заставил разлепить глаза, всматриваясь в лицо, не скрытое под шляпой, – Это не значит, что надо калечить своё здоровье ради этого! – Ну подумаешь не спал. У меня просто больше часов в сутках чем у тебя, Пугод! – неспавший улыбнулся, зная, что на такой глупый аргумент будет не менее абсурдный. – Что? – смешок в этом вопросе предательски вырвался, – Что за бред, – хихикая прошептал проснувшийся, обнимая работягу одной рукой. Тот лишь отпил чай, вслушиваясь в окружение, положив наушники на стол. Соседи сверху явно проснулись и неохотно шоркали тапочками. На улице вовсю разъезжали одинокие машины, а торопливые пешеходы кутались в куртки, пряча носы в шарф или высокий воротник. Осень вроде только началась, но не жалела своим холодом никого. Снег, выпавший вчера, растаял, напоминая о себе лишь мерзкой грязью и колючей прохладой. – Ты чего вскочил? – чай медленно заканчивался в кружке, но его тепло неплохо бодрило и согревало тело, заставляя расплыться в улыбке, полностью отдаваясь этому утру, – Насколько я помню, у тебя сегодня не такие грандиозные планы, чтоб вставать ни свет ни заря. – Я открываю глаза, а рядом со мной нету удобной подушки для обнимания, – саркастично говорит Пугод, лениво жестикулируя рукой с чаем, чтобы напиток не расплескался, – Вот как так, Модди? Он ничего не ответил, лишь хмыкнул. Оба знали, что этот конфликт уйдёт в никуда, либо станет всеобщей причиной для шуток над друзьями. Как обычно. Уйма споров заканчивалась так. Неравнодушные друзья подходили узнать, всё ли у них хорошо, или подливали масла в огонь, давая паре больше тезисов против друг друга. А было и так, что кто-то высказывал совершенно отличную от их точку зрения и это было хуже всего. Спорящие объединялись, чтобы убедить третьего в его неправоте. Ещё никто не выдерживал такие долгие перепалки с этими упрямыми баранами, но вот друг с другом они ругались и спорили постоянно. Были готовы спорить каждый день, но им было интереснее обсуждать новости, теории, скандалы и интересы, слушать истории и мысли, подкидывать идеи. Модди улыбнулся, поднимая голову с плеча вновь почти уснувшего Пугода, который вопросительно посмотрел на сидящего рядом. Неспавший лишь поднёс мозолистую руку к щеке Пакета, оглаживая большим пальцем родинки под глазом. Сонный парень улыбнулся, чувствуя, с какой нежностью к нему относятся. Оба друг на друге залипли взглядами, метаясь по лицу другого, чтобы запомнить, понять, прочувствовать, а через мгновение сомкнули глаза, утягивая друг друга в ленивый поцелуй что прекратился так же быстро, как и начался. – Мне работать надо, – Модди убрал руку с лица любимого, поставил чай на стол, притянул технику. Пробежался глазами по тексту, дабы вспомнить, а что он вообще пишет. Разнеженный таким утром Пугод возмущённо вздохнул и цокнул языком. Ну кто так делает? Хотя, ответ очевиден, так делает Модди, в которого угораздило влюбиться. – Никакой в тебе романтики, – Пакет протёр глаза, пытаясь окончательно проснуться. Он знал, что сейчас не прав. Работающий, но романтик, каких ещё поискать. Чего только стоит его признание в чувствах в саду Ники, которой ой как не нравилось, что два хаотичных балбеса будут находиться в её саду, однако она лишь попросила ничего не уничтожить и потом объяснить, зачем парню так нужен её сад настолько, что он согласен помочь ей с механизмом. А как же те незначительные колкости на людях, которые порой выводили из себя. Но стоит остаться с Модди наедине, он и слова сказать не даёт, ведь рот занят поцелуем. Который очевидно начал Пугод, ведь он прижимает дразнящего к стене, чьи руки лишь лежат на чужих плечах, сначала в попытке оттолкнуть, а теперь в желании притянуть ближе. Рассчитывал ли на это Модди? Да, ведь, когда они открывают глаза, он победно улыбается, вызывая этим смешок. – Ты просто её не ценишь, – их друзья давно в курсе, что пара в отношениях. Трудно не заметить, когда два ярких человека пропадают, а через минут пять появляются улыбающиеся, порой растрёпанные и с красными губами. Единственная мысль – это благодарность что они ценят личное пространство друзей. – Пугод, – позванный оторвал глаза от интересного ничего в кружке чая, смотря на работающего, – Я люблю тебя. -Фу, я тебя тоже, – он должен был пойти собираться, но упрямо смотрел, как текст на экране перекрашивался в другие цвета, помогая различать в стене текста детали. Пугод знал, что Модди редко сосредотачивается на работе, а если и сосредоточился, то вывести его из транса можно любым движением. И потому лишь смотрел на сосредоточенное лицо, на любимые руки, что бегали по клавишам наперебой. На неприкрытую свитером шею. На ноги, одна из которых отбивала в такт музыке из наушников, что вновь были на голове. Только одно ухо было освобождено от поролона в пользу разговора. Пальцы застыли над клавишами, а глаза пробежались по тексту, губы еле видно двигались. Модди закончил код? Курсор потянули к кнопке, означающей старт и… нет ошибок. – А вот теперь я спать, – довольная улыбка не сползала с лица, выдавая, что неспавший доволен своей работой. – В смысле?! Нет, Модди! Сейчас ты идёшь со мной, ибо у меня на тебя красивого планы, – Пугод резко пересел с дивана на колени Модди, хватая обеими руками его лицо, – И никакие твои отговорки не сработают. Я всё предвидел, – наглая и гордая улыбка не сползала с лица, а хитрый прищур делал ситуацию хуже. Не уйдёт человек, которому всё это приготовили. – Даже то, что я не спал? – кивок, – Даже то что у тебя работа, – снова кивок, – А если у меня планы? – парень на коленях вновь цокнул языком, закатив глаза. Этот жест умилял Модди, ведь он знал, что Пугод так делает лишь когда его достанут. Его рекорд за день: тринадцать цоканий и пять с закатанными глазами. – Модди, если эти планы важнее меня, то ты можешь уйти. Но я не думаю, что эти планы настолько уж важны, да и ты их выдумал, – выражение лица быстро сменилось с наглого на серьёзное. Пугод поднялся с чужих колен, – Я узнавал, ты сегодня свободен, – неспавший сквозь зубы чертыхнулся. Не повезло же ему с памятью и друзьями. Уже проснувшийся растормошил и без того растрёпанные волосы работяги, улыбаясь, – Так что давай, красиво одевайся и мы пойдём. – Куда? – Я не скажу! – после этих слов Пугод пропал за дверью ванны, заставляя терпеливо ждать, когда тот выйдет, ибо в душ хотелось не только ему. Через полчаса они уже шли по улице до ближайшего магазина. Холодный ветер бил в лицо, заставляя поёжиться и идти быстрее. Угрюмые прохожие лишь ворчали что-то под нос, когда мимо них шли парни, хихикая и обсуждая что-то из последних фильмов. Одним словом утренняя романтика. Им нужно было в продуктовый по плану, о котором Модди знать не знал, чтобы купить еды к фильму. В основном вредной, из-за чего неспавший пару раз со смешком спросил, точно ли Пугод это Пугод. Он буквально за руку тащил Модди к очередному стенду, на котором нет ничего интересного. А если и есть, то они это не купят, лишь посмеются. – Может, газировки? – над самым ухом прошептал Модди, пугая Пугода, что присел на корточки, дабы рассмотреть чай, – Извини, – смешок не смог спрятаться от внимания упавшего на не самый чистый пол парня. – Модди, блин! – протянутую ему руку он не проигнорировал, хватаясь за неё, чтобы встать, – С тобой быстрее в могилу отправишься, чем за едой, – упавший поправил цилиндр на голове, – Можем взять, только выбирать будешь ты, – Модди кивнул, удивлённый тем, что его предложение вообще приняли. Маленькая тележка всё больше и больше наполнялась разными товарами: чипсами, сухариками, булочками, лапшой быстрого приготовления, пачкой чая, небольшой разновидностью газировок и малым количеством овощей, видимо желая исправить это недоразумение. Их корзина больше напоминала покупки двух школьников что смогли найти тысячу рублей, только их чек вышел на большую сумму. Путь обратно был куда скучнее. Модди глубоко вдыхал прохладный воздух, чтобы насытить тело кислородом и взбодрится, но очевидно стал менее активным. В отличии от Пугода что, казалось, не замолкал, всё говорил и говорил. Ему хватало даже обычного смешка, чтобы продолжить разговор. – Модди, всё хорошо? – в ответ кивок сопровождаемый зевком, что упорно пытались сдержать, – А я говорил спать идти. Дошли они в тишине. Выспавшийся нервничал, что всё пойдёт не по плану из-за засыпающего, но тот взбодрился, когда звонкий голос начал расписывать план дня. Смотреть кино и отдыхать. Кошмар, Пугода подменили, а Модди и не заметил. Но всё встало на свои места, когда диалог на кухне зашёл о технической стороне серверов и нужде в, как сказал Пугод, хех работах, на которые ушёл его сервер сегодня. Они высыпали пачку чипсов в тарелку, заварили чай и пошли в спальню, где их ждал пакет с магазина, из которого пропали овощи и лапша. Осталось лишь всё, что называлось вредной едой. Всё ещё тёплая после сна кровать так и звала в свои объятия, в которые, недолго думая, Пугод и отправился. Чай встал на тумбочку, рядом с ним расположились чипсы. Какой-то фильм из списка “надо как-то потом посмотреть его” был выбран и, как только начались заставки разных студий, день кино был начат. Пара фильмов и они уйдут работать. Случаются такие дни редко и, в основном, по инициативе Пугода. Модди просто не хотел мешать планам любимого, да и ему было проще отдохнуть в компании с самим собой. Где-то на середине фильма организатор сего действа встал, пробубнил, что ему нужно в туалет и вышел, оставив фильм на паузе. Но ушёл он в свой кабинет искать непримечательную коробочку. А потом перед зеркалом, с мятым листом, на который записал небольшую, но эмоциональную речь, быстро повторил написанное и сел на край ванны, глубоко дыша. Пугод боялся. Ему было страшно, что он торопится, что его отвергнут. Глубокий вдох. “Всё будет хорошо,” – сказал сам себе парень выкидывая бумажку и возвращаясь в спальню. – Модди, – Пугод стоял посреди комнаты, преграждая вид на чужой монитор, – У меня к тебе важный разговор, – позванный поднялся на кровати и сел, отставив миску с чипсами. Организатор ленивого дня переминался с ноги на ногу, теребя рукав длинной кофты. И вот как ему сейчас говорить? Как ему поднять эту тему, когда на него с любопытством и волнением невероятно преданно смотрят этими глубокими глазами? Реально ли вообще так смотреть на кого-то? Пугод вдохнул, прикрыв глаза. Чертыхнулся, поняв, что забыл всю свою заготовленную речь. Но ведь он вот только что повторил её перед зеркалом! Плевать. – Ты будешь со мной и в горе, и в радости? – он облизнул губы, протягивая картонную коробочку. Модди с непониманием взял её, даже открыл, но упрямо не понимал, что от него хотят. В картоне было заключено кольцо. Неспавший нахмурился, смотря на бижутерию, а потом на взволнованного и обратно, его уставший мозг упрямо отказывался понимать, что здесь происходит. А потом… – Блин, да, конечно, Пугод! – Модди буквально почувствовал, как комок волнения распустился у его любимого человека. Труднее было лишь не почувствовать резкие объятия, с которыми Пугод упал на кровать, рассыпая чипсы, – И кто из нас менее романтичен? – Ну я! Но я обещаю, что сделаю это предложение правильно, в кругу наших друзей, чтобы тебе было некомфортно сказать нет, – хихикнул парень, что собирал пару упавших на кровать чипсин, дабы лечь обратно в объятия своего уже не парня, а жениха. Пугод чуть ли не буквально светился от радости. – Ладно, спасибо, что так не романтично, – хмыкнул Модди, кладя ладони на чужие щёки, чтоб поцеловать улыбающегося в нос, лоб, губы, куда только успел и дотянулся, пока Пугод не отпрянул от него, – Что? – Ты красивый. Модди хихикнул. Ему до ужаса хотелось спать, но сильнее ему хотелось, чтобы этот наглый парень лёг и что-то бубнил над ухом, а не сидел посреди кровати, убирая несчастную тарелку на тумбу, и смотрел на лежащего, словно пытаясь понять, что тот думает. Но простой жест убедил Пугода лечь рядом, становясь тёплой подушкой, которую хотелось обнимать. Фильм, что прервался на середине, продолжил играть, словно не было никакой паузы. Но смотрел его только один человек, что периодически начинал говорить о глупости героев, об абсурдности происходящего, как просто можно было этого избежать, или хвалил монтаж и съёмку, но видя, что его друг не отвечает утихал, аккуратно проводя по длинным растрёпанным волосам рукой. –Спокойной ночи, Модди, – Пугод оставил лёгкий поцелуй в лоб Модди, выключил монитор, отнёс посуду на кухню, с грустью подмечая, что зря они накупили столько всего. Спальня вновь была таковой. Пугод тихо сидел в своём кабинете, работая, а Модди спал, хоть сейчас и день. Всё стабильно. Но два кольца, так и оставшиеся в коробочке, навязчиво блестят, говоря больше, чем нужно кому-то знать.