Ночные тени

Дрожь, пробиравшая до костей, и холодные капли пота, стекающие по худощавому, беззащитному тельцу юного парня, что только и мог, вжавшись в подушку, прикрывшись одеялом, поджав ноги под себя, всматриваться во тьму. Он искал то чудовище, которое так жалобно выло во тьме и при этом без остановки смотрело на него. Во всей комнате царила атмосфера, казалось бы, вечного ожидания и напряжения. Парень не раз светил в комнатную «пустоту» телефонным фонариком, дабы, якобы, спугнуть неизвестного, но даже так его страх лишь возрастал. Слёзы, вызванные непониманием, уже давно текли по щекам подростка, и он, совершенно не желая ничего видеть, укутался в одеяло. Дыхание участилось, руки с силой сжали простынь, пытаясь хоть как-то контролировать собственное самочувствие, но его попытки были тщетны. Хану было обидно из-за того, что он сейчас в таком состоянии, он осознавал, что находится один в комнате, но при этом никак не мог избавиться от навязчивых мыслей. Сжавшись в клубок, подобно измотанному коту, парень уже собирался спать, но, услышав поскрипывание пола, он напрягся и сквозь сон начал прислушиваться. Хан, спишь? — Шёпотом где-то прямо над головой раздался спокойный знакомый голос, которому парень доверял и оттого соврать не мог. В ответ Джисон выглянул из своего кокона, на улице уже давно перевалило за полночь, и плотные шторы были задёрнуты, оттого чтобы увидеть растрепавшиеся волосы Джисона Минхо понадобилось время. Ли присел на край кровати, прикоснувшись к макушке укутанного парня. — Ты плакал? — внезапно спросил старший. Единственный вопрос, крутящийся в голове Хана: — И как он догадался? — но озвучивать его не пришлось, Минхо слишком догадливый, видимо, и сейчас понял, что же так волнует собеседника. Ты укутываешься в одеяло только когда плачешь… — Ли Минхо хотел сказать ещё что-то, но осёкся и отвел взгляд. — Иди ко мне, — парень протянул руки перед собой, намекая на объятия, и Джисон, не раздумывая, подполз к нему, обнимая. Минхо усадил того к себе на колени, попутно накрыв их двоих одеялом, ведь сонливость, а вместе с ней и чувствительность Хана никуда не делась. Что тебя расстроило? — прошептал Минхо прямо на ухо парню. Ничего… — Хан Джисон замялся, не зная, следует ли признаваться в пережитом, и всё же, собравшись с мыслями, он решился сделать шаг к изменениям. — Мне показалось, что в комнате кто-то есть, я испугался… Минхо молчал пару минут, а после снова усадил Хана на кровать перед собой, поправил одеяло на нем и, смотря на него, начал: — Не переживай, я никуда не уйду… Это должно быть было очень страшно… Но не волнуйся, здесь только ты и я. Хочешь, я включу свет и проверю квартиру? Нет… Всё нормально… — Хан смутился от такого беспокойства, ему было невероятно приятно, что его старший отнёсся к проблеме серьёзно, и парень снова обнял его, притягивая к себе, заваливая на кровать. Минхо не сопротивлялся, он поглаживал Джисона до тех пор, пока тот не уснёт. И тот уснул в тёплых объятиях.