Господин Пак Сонхва

Заместитель СЕО по модельному размахивал бедрами, идя по коридору на очередную деловую встречу по продажам и аналитике. За круглым столом уже сидят представители других компаний, сотрудники этого филиала и представитель фирмы - генеральный директор Пак Сонхва. Улыбка Кима тут же сползает, когда он при входе в конференц-зал видит милую беседу Сонхва с каким-то мужчиной. Заместитель кладет какие то бумаги на место Пака и идёт к своему, раскладывая оставшиеся документы. Закипать пока рано. Держим себя в руках. Работа идёт полным ходом и на удивление, достаточно продуктивно - 3 новых сделки, рост популярности и прибыли, расширение филиалов. – Заместитель Ким, что у нас по набору новых кадров и целевой аудитории рынка? – Господин Пак, один из экземпляров отчёта лежит на вашем месте, для удобства можете им воспользоваться. Несколько кандидатов успешно прошли собеседование и скоро выйдут на работу, дабы разгрузить других работников и более эффективно выполнять поставленные задачи. Мои сотрудники во главе со мной провели анализ рынка...– Хонджун знал свое дело, а ещё знал, что Сонхва сейчас думает о том, как бы отсосать ему или, может быть, быть разложенным прям здесь. – Спасибо, Господин Ким. Задержитесь здесь после окончания встречи. Рыжеволосый заместитель прекрасно знал, что его директор явно задерживает здесь не для обсуждения рабочих моментов. – Спасибо всем за проделанную работу. Продолжаем в том же духе, не расслабляемся! Все свободны, – строго сказал Сонхва, – кроме вас, Ким Хонджун. К черноволосому подошло несколько человек уточнить какие то детали работы и продвижение фирмы. А вот тут уже можно закипеть. Можно не держать себя в руках. Последний мужчина ласково улыбался. На самом деле было забавно видеть, какой его Хва серьезный, напыщенный и ужасно строгий на работе, но как только нога касается порога квартиры - он превращается в самого милого и мягкого человека на свете, в самого милого и заботливого мужа. Но сейчас не об этом. Мужчина приобнял Сонхва за талию, о чем то спрашивая, а тот, в свою очередь, любезно отвечал. Слишком любезно. Хонджун был готов вспыхнуть огнем ярости и ревности, сидя на своем месте и смотря на этих двоих. Их даже не смущало, что их "личную" встречу нарушает присутствие Кима. Он сверлит взглядом руку, которая с каждой секундой сильнее сжимает талию Сонхва, а расстояние между ними становится все меньше. – Господин Пак, не хотите встретиться в неформальной обстановке как-нибудь? Всё за мой счёт, – мужчина приулыбнулся, – такого умного человека в начальстве хочется держать поближе к себе, – собеседник рассмеялся. – Ни в коем случае не подумайте! Я не...из этих и вижу ваше кольцо на пальце. И может быть грудь рыжеволосого не так сильно пронзала бы ревность, только вот согласие Сонхва на предложение разорвало ее на мелкие частички. Поджатые губы, холодные пальцы и ярость. Животная ярость. Трогают его, трогаю то, что принадлежит ему, нагло забирают. Хонджун не выносил людей вокруг его мужа. Может, стоило бы уже давно сказать о их браке, но не тот случай, не та работа, не те обстоятельства. Между парой было прочное доверие и любовь, но страх, что вот вот от Кима уйдет его драгоценный СЕО поселился где то в голове. Парень не мог просто сидеть, пока какой то утырок держит Сонхва за талию. Он подрывается с места и вот уже легонько нажимает на руку, чтобы убрать. – Вы не могли бы соблюдать субординацию? Ваше время вышло, покиньте зал, пожалуйста, – процедил Хонджун. В его глазах так и читалась ненависть, обида и страх. Его кипящая злостью аура переполняла помещение. – Ох, простите, я не специально. Спасибо вам за время, Господин Пак, – мужчина поклонился обоим и вышел. Хонджун хватает Сонхва за руку и ведёт знакомой дорогой в свой кабинет, закрывая его на ключ. – Джун..- – И что это было? – кажется, сейчас даже Сонхва был напуган от его тона, взгляда и атмосферы вокруг него. – Ты о чем? – О чем? Например о том, как мило ты ему улыбался, как согласился пойти куда то там и главное, как его рука лежала на тебе. – Джуни, почему ты злишься на меня? – Я не на тебя, блять, злюсь, а на этого ебасоса. Нельзя трогать что-то моё, я не делюсь, я не разрешал. Хотя знаешь, тебе наверное понравилось? Нравится, когда при мне тебя трогают другие, да? Ненавижу, просто, сука, ненавижу! – Ким зажал мужа между собой и рабочим столом, на который Сонхва опёрся руками, чтобы не упасть. – Милый, конечно не нравится, что ты такое говоришь, пожалуйста, не кричи...Это всего лишь пустой разговор, я согласился из вежливости, мне не нужны плохие отношения с нашими сотрудниками. Не более. Сонхва был для Хонджуна больше, чем муж, больше, чем самый любимый человек, больше, чем сокровище. Он души не чаял в нем, был по уши влюблен. Ким всегда все сделает для его Сонхва, он был буквально готов ему прислуживать верным слугой и псом. Он всегда защитит его, всегда будет рядом. Не дай бог что то случится с его нежным Хва. Слишком хрупкий, слишком ценный. – Не более? Да по глазам читалось как он хотел, чтоб ты под ним оказался. – Джуни! – Да тебя невозможно не хотеть потому что блять. Ты слишком красивый, слишком сексуальный, слишком невероятный. И тысячи глаз тебя поедают, как назло облизывают, не стесняясь при мне. Я просто не выношу этого, сука, не выношу. Ты только мой блять, только я могу на тебя смотреть, любить и трахать, только я буду тебя обнимать. Никакие чужие руки не должны тебя касаться, я готов их отрезать каждому, кто заденет тебя. – Ты такой секси, когда ревнуешь, – Сонхва сдул выпавший из лакированной укладки волос. – Что? – Говорю, я и так только твой, Ким Хонджун. Ты мой муж, между прочим, не забывай. – Я то не забуду- – Я тоже хочу, чтоб меня касался только ты. Знаешь, как я схожу с ума, когда вижу на тебе все взгляды? Ты их просто не замечаешь из-за ревности ко мне, только я вот тоже грешу ей. Мое сердце отдано только тебе, дорогой, мои глаза всегда только на тебе и я хочу быть только под тобой. Ну, или на тебе, как пожелаешь. – Блять, – Ким посадил Хва на стол и грубо поцеловал, схватя за шею. – Заместитель Ким, вы что делаете? А как же субординация? – Боюсь, начальник - мой любимый муж, а это значит, что мне можно абсолютно всё здесь. – И ведь не соврали, Ким Хонджун, – Сонхва затянул мужа в новый поцелуй. Рубашка СЕО была быстро растегнута, а ремень ослаблен. Пак податливо подставлял шею под поцелуи и засосы. Он ласково тянул руки, чтобы прижать Хонджуна ещё ближе. – Джуни, солнышко, сними свою одежду тоже. – Не в этот раз. – Любимый! – протянул Хва. Хонджун прекрасно знал, что его муж без ума от его тела. И не только тела. – Сегодня потрать свои усилия на сдерживание стонов лучше, солнце, иначе все узнают, что мы в браке. Хонджун спустился поцелуями к груди, обвел языком соски и облизал ложбинку. Руки на его плечах сжали ещё сильнее черный пиджак. – Пожалуйста, Хони. – М? – Разложи меня уже на твоём рабочем столе. – Что-что? – Хочу скулить под тобой, как шлюха, разложи меня уже здесь, – Сонхва лукаво посмотрел. Уже вставший член Кима, кажется, встал ещё раз. – Будет потом что вспомнить, пока пишу отчёты для моего драгоценного СЕО, – Ким подтолкнул нижнего, чтоб тот лег. – Черт, подожди, слишком много бумаг, думаю будет весьма странно их получать нашим коллегам с остатками спермы, – заместитель аккуратно убрал все из под спины Хва. – Ложись. Рыжеволосый стянул брюки с себя и со старшего. – Блять, у нас ни смазки, ни презиков, что делать будем? Как бы я сейчас не хотел тебя, здравый смысл превыше этого. – Удача на нашей стороне сегодня, милый. Я забыл из твоей сумки вытащить с прошлого раза всё, – Сонхва мягко улыбнулся. Хлюпанье и тихое постанывание в руку заполнило весь кабинет. Третий палец уже был в нижнем. Вскоре Хонджун заменил его на свой член. Руки легли на тонкую талию, стискивая ее до следов. – Вот здесь могу тебя трогать только я, сладкий, – Ким грубо и часто вбивался в родное тело. Руки переместились на подкаченную грудь. – Здесь тоже. Шею обвили короткие худощавые пальцы с множеством колец. – И тут. Тоже, – Сонхва тихонько проскулил что-то невнятное. Рука легла на член и провела по нему несколько раз, заставляя Сонхва захлебнуться в своих стонах. – А здесь тем более, – Хонджун игриво подмегнул. – Будь тише, иначе нас услышат, Хва-я, и все узнают наш грязный секрет, все узнают, что наш директор разводит ноги перед заместителем и сладко стонет на ушко, умоляя. Побудь хорошим мальчиком. Кажется, Сонхва готов был кончить только от этих слов. Темп ускорялся, а шлепки по бёдрам становились все чаще. Ким сходил с ума по ним. Ким сходил с ума по Сонхва. – Блять, да, вот так...– и видеть закатывающиеся глаза его мужа - было наивысшем счастьем для него. – Боже, я только твой, я так тебя люблю, быстрее, твой хороший мальчик, да, пожалуйста, да, придуши меня, – не связано, через стоны, шептал Хва. – Ты такая ненасытная шлюшка, такой похотливый, да? Одно прикосновение, а ты уже закончился, – и это безумно нравилось Хонджуну. Одна рука легла на тонкую шею и слегка придушила. Моментальная финишная прямая. – Джуни, -ах-..! – любимое произношение его имени. Через стоны. Пару минут и с низким тихим стоном Хонджун кончает вслед. – Все хорошо? – Я выебан своим самым лучшим и любимом мужем на его рабочем столе, может ли быть все плохо? – Ну, знаешь, стол твердый...и вдруг я шею слишком сильно сжа- – Заткнись, дурак, – Сонхва утянул его в очередной мокрый поцелуй, обвив шею руками. – Когда у меня отпуск? – Одно твое слово - и ты в отпуске, любимый. – А когда он у нас? – Когда мое солнышко скажет, что устало и увидит, как устал я. – Тогда организуй нам его через неделю, – Хва ласково посмотрел на заместителя. Джун кивнул головой и улыбнулся. – Забавно, что нашего СЕО трахает человек на должность ниже, младше и ниже ростом, а дома он из строго дяди превращается в самое милое существо на планете. Хотя личико у тебя всегда милое, принцесса, особенно когда ты мне отсасы- – Ким Хонджун! У тебя только одно на уме? – Хва шутливо выругался и сделал паузу. – Но ваш СЕО вовсе не против, – Пак поднялся чмокнул мужа в нос. – Факт есть фактом, но я замужем за тебя явно не только из-за этого. И вообще не из-за этого! Парни оделись, но Сонхва все никак не мог отлипнуть от Джуна. Гендиректор действительно с любимым человеком превращался в сладкую приторную булочку, то заобнимает и зацелует до смерти, то испугается темноты, то приготовит самый вкусный ужин, а на ночь укроет уютным пледом их двоих. – Может быть, вечером мне позволят все таки посмотреть что там под рубашкой? – с ухмылкой спросил старший. – Я подумаю над твоим поведением, – Хонджун по-собственически притянул Хва к себе за талию и поцеловал. – И не снимай костюм дома, хочу тебе отсосать в нем, тебе он слишком идёт. – Я подумал. Позволю. В помещении раздался смех. Как бы не хотелось больше оставаться в объятиях, им пришлось вернуться к своей работе, но вечер дома обещает быть ещё более интересным.