Хренохаки

Добежать до подземелий Драко не успел, тошнота накатила слишком неожиданно. Он успел прикрыть рукой рот и стараясь сдержать спазмы ринулся в ближайший туалет. Спрятавшись в ближайшей ко входу кабинке, он мысленно умолял всех учеников пройти мимо. Малфой боялся, что по Хогвартсу разнесется слух о его недуге. Горло раздирало кашлем, а от невозможности сделать глубокий вдох по щекам катились слезы. Сосуды вокруг глаз полопались, превращая Драко будто в редкий вид красных панд, которые есть в лондонском зоопарке. Он тужился наклонившись над унитазом и упирался руками в сливной бачок, пока очередной прибор не выскользнул изо рта, со всплеском падая в воду, окрашивая ту в розовый цвет от крови. Малфой сглотнул слюну с металлическим привкусом и вдохнул. Тяжело дыша, он ощупал языком щеку, чувствуя ранку. Значит ему не показалось, что он прикусил кожу, пока бежал до туалета. Обессиленно прислонившись к стене кабинки он достал из кармана платок, чтобы вытереть пот, слюну и слезы со своего лица. На белом шелковом платке с инициалами «Д.М.» остались кровавые паутинки, но Драко не обратил на это внимание. Его большей проблемой сейчас было это, опустившееся на дно унитаза. Он никак не мог оставить это тут или смыть его. Мало ли кто из домовых эльфов, что следят за чистотой труб, увидят это и доложат директору. Такие вещи ни в коем случае нельзя привозить в Хогвартс, это есть в своде правил «Что ученики обязаны, могут по своему желанию и не имеют право привозить в Хогвартс». Если это найдут где-то на территории школы, то обязательно начнется расследование, а там уже без проблем выйдут и на него. Тогда позора не избежать. Так что Малфою теперь в любом случае требовалось достать, а потом спрятать это там же, где и все предыдущие. Он сморщил нос и нехотя, медленно закатал манжету до локтя, стараясь подготовить себя морально. Одно дело вытаскивать это из собственного унитаза, который он лично чистил и дезинфицировал после каждого похода в туалет, как раз на случай если потребуется запустить в него руку, другое — общественный унитаз. Кто знает, когда эльфы последний раз проводили дезинфекцию и кто испражнялся сюда. А вдруг у учеников, что пользовались данным унитазом, глисты? Или еще чего похуже — венерические заболевания? Малфоя снова затошнило, но теперь уже от брезгливости. Однако выбора не оставалось, поэтому он отвернулся от унитаза и медленно запустил руку в воду, на ощупь пытаясь обнаружить это. Именно находясь в таком согнутом положении, с рукой опущенной в унитаз, Малфой услышал скрип двери и тихие шаги за дверью. «Черт!» — он замер и задержал дыхание. — «Кто бы ты ни был, уходи!» — молился Драко, чувствуя как пальцы немеют от холодной воды. Шаги стихли, раздался скрип заржавевшего крана и воды хлынувшей в раковину. Неизвестный покряхтел, кашлянул, закрыл воду и громко вздохнул, однако уходить кажется не собирался. «Неужели занимается самолюбованием?», — Малфой материл незнакомого парня, что так невовремя решил посмотреться в зеркало у раковины. Сейчас как никогда хотелось материть всех. И тех кто придумал зеркала, и тех кто расположил их в сортирах. А ведь раньше и сам Драко любил восхищаться собой любимым каждый раз, когда оказывался перед зеркалом. Блейз всегда хихикал над ним, когда Малфой прилизывал и без того идеальную прическу. Драко мысленно взвыл от негодования. Прошло секунд тридцать, прежде чем Малфой снова услышал шаги. Кто-то очень медленно двигался обратно ко входу раздражающе вальяжной походкой. Раздался звук хлопающей двери и Драко резко вытащил руку из воды вместе с этим, встряхивая ее в попытке согреть. Он обессиленно прижался к стене стараясь прийти в себя. Пульс зашкаливал, вода капала с пальцев на пол. Слишком много приключений выпало на его и без того расшатанную нервную систему за последние пятнадцать минут. Сначала подозревающий в чем-то Поттер, потом неожиданная рвота, и этот неизвестный, что чуть не застал его позор. Хотелось скорее добраться до подземелий, принять горячий душ, смыть все запахи общественного сортира и лечь в кровать, укутавшись в пуховое одеяло. И все равно, что ему поставят прогул. Какой вообще смысл ходить на занятия, когда ты умираешь? Не лучше ли почитать книгу пока еще остались силы. Драко так хотел успеть дочитать ту пьесу, что он тайком стащил у матери, про невозможную любовь светлой волшебницы Джульетты и темного мага Ромео. Напоследок, перед смертью, ему хотелось узнать существует ли такая любовь, что преодолеет общественное мнение и семейные предрассудки. Может ли светлая сторона любить темную? Могут ли они быть счастливы. Имеет ли он право чувствовать то же самое и любить самого светлого мага на свете? Он должен был знать, что такое возможно. Пульс выровнялся, мысли пришли в норму. Он оттолкнулся от стены чувствуя, что голова больше не кружится и потянулся к защелке кабинки. Дальнейшие события он ощущал будто в замедленной съемке. Дверь распахнулась, и перед его взором оказался взъерошенный Поттер, глаза которого округлились от неряшливого вида Малфоя. Он перевел взгляд с его бледного лица на мокрую руку держащую нечто напоминающее половой орган и обратно на лицо, замечая подтеки крови на подбородке. — Мал-фой? — его голос неожиданно дрогнул, а эхо гулко разнесло фамилию по пустому помещению. На этом последняя нервная клетка покинула Драко и он закрыл глаза обессиленно оседая на пол. Хотелось сдохнуть прямо тут и сейчас. Унижение, которое он заслужил всеми плохими поступками за свою жизнь нашло его в общественном сортире. Хуже такого расклада Малфой и придумать не мог в своем богатом воображении. Сама судьба наказывала его самым ужасным из всех возможных способов. — Малфой! Край сознания уловил испуганный возглас Поттера и Драко успел почувствовать его обжигающую ладонь на своей шее, прежде чем отключиться. Малфою снилась, что его кучерявая Гарриетта, в красивом красном пиджаке с кружевными лацканами, забирается на высокую башню, чтобы признаться в любви. В любви несмотря на то, что он был на темной стороне.