Сказ гор

      Высокие своды княжеских палат тонули в полумраке, лишь отблески пламени из жаровни плясали на расписных стенах, выхватывая из темноты то лик святого, то затейливый узор восточного ковра. Вечерняя прохлада проникала сквозь узкие оконца, укутывая все вокруг дымкой таинственности.              Молодая княгиня сидела перед зеркалом, в котором отражался ее бледный, тревожный лик. Чёрные нити волос, рассыпавшись по плечам, казались тусклыми в этом призрачном свете, придавая ей какой-то мистический шарм. Чёрными глазами, она водила по сверкающим каменьям дорогих украшений, что рассыпались на столе и играли с огнями свечей. Что-то не давало ей покоя, какое-то предчувствие, словно тонкий лед под ногами, на котором вот-вот появится смертельная трещина. Она выдохнула, пытаясь унять это странное беспокойство.              Князя Константина не было уже четвёртую седьмицу, хотя говорил, что спешиться и вернётся из столицы не позднее, чем заколоситься рожь. Рожь уже как несколько дней колосилась в полях, придавая им золотой оттенок. А Князя всё не было. Даже весточку не послал.       Тихо скрипнула дверь, и в палаты скользнула служанка, неслышной тенью приблизившись к княгине. Она наклонилась, начав шептать что-то, очень быстро и сбивчиво. От её слов чёрные брови княгини сошлись на переносице, а затем глаза удивлённо раскрылись. Она повернулась к дёрнувшейся служке.              – Где послание? – очень нервно и звонко спросила княгиня.              – Так ведь, княжич Станислав при себе оставил. – пискнула служанка, боясь посмотреть своей госпоже в глаза.              – Где он?              – Сразу же в столицу спешился… – девчонка не успела и слова сказать, как княгиня резко встала, задела рукавом рубахи украшения на столе и те со звоном разлетелись по полу.              – Одеяние походное… – девчонка замерла, а женщина лишь сильнее прикрикнула. – Быстрей!              – Княгиня, куда же, ночь на дворе! – взвыла служанка, но её никто не послушал.              – Вели разбудить Илью, и троих стрельцов. Снарядить коней, лучших – тех, что брат мой послал князю давече. – женщина будто бы и не слушала никого, быстро расхаживая по палатам и собирая вещи, что ей нужны будут в дороге. – Чего ты встала? – её чёрные глаза стали будто ещё больше и страшней, заволочённые дымкой злобы. – Беги же! – служанка поклонилась и выбежала из палат, чтобы донести приказ госпожи.              Служанка едва успела выбежать за двери, как княгиня уже щурилась в тусклом свете, стараясь найти необходимое одеяние. Она выбрала тёмное платье из плотной ткани, подходящее для ночного пути, и быстро затянула пояс, обрезая талию. Сердце её колотилось, мысли метались, как птицы в клетке, не в силах угнездиться. Неужели она действительно рискнет всем ради одного человека? Человека, который некогда был врагом, нетерпимым мужем, но при этом справедливым правителем и храбрым воином, что готов был отдать жизнь ради неё. Что же ей делать? Вопросы гнездились в её голове, но она знала, что не может оставаться бездействующей. Она быстро подошла к зеркалу и разделила свои чёрные длинные волосы надвое, заплетая в две толстые косы.              Стоило ей выйти во двор, где во всю суетились дворовые, как её за руку схватила чужая, тёплая и большая. Она обернулась, встречаясь взглядом с обеспокоенным лицом верного воина.              – Что случилось? Юла, куда ты собралась? – Илья волновался, хоть и не подал виду. Его явно только разбудили, но он уже успел собраться и был готов к отъезду.              – В аул к брату. – без толики сомнения выговорила княгиня.              – Зачем? Это не может подождать до утра? – Илья нахмурился.              – Нет! Не может! – Юла выдернула свою тонкую руку из захвата. – Константина обвинили в измене и готовят к казни! – лицо Ильи вытянулось от удивления. – Станислав получил послание из столицы и отправился туда, а мне нужно к брату.              – Зачем хану помогать русичам? Он нас не жалует.              – Зато жалует меня. – упрямо выдала княгиня. – Или ты едешь со мной, или я еду одна.              Илья вздохнул и поморщился.              – Конечно я еду с тобой. – выдал он от безысходности. – Если с тобой что-нибудь случиться. Князь мне голову оторвёт и на ворота повесит, другим в назидание. – Юла слегка улыбнулась, но тут же сдержано кивнула.              Илья хотел помочь княгине взобраться на коня, но та сама ловко запрыгнула на него. Дитя степей, что ещё сказать. Небольшой отряд двинулся в путь, прочь от княжеских палат, в черную пасть ночи. Юла сидела прямо, не отводя взгляда от темной тропы, пролегающей через поля и леса. Ей казалось, что каждая минута промедления может стоить жизни Константину. Мысли о нем не давали ей покоя. О нём и о будущем без него.              Дорога была нелегкой. Ночь выдалась темной и безлунной, лишь редкие звезды освещали путь. Кони, чуя неладное, несли всадников вперед, преодолевая ухабы и рытвины. Чем дальше они пробирались через густой сосновый лес, тем выше становились склоны гор и скалы. Юла чувствовала усталость, но она не могла позволить себе расслабиться ни на минуту. Она знала, что от ее решительности и скорости зависит судьба Константина. Илья молчал, как и другие, изредка давая приказы и осматривая местность. На удивление. Будто бы сама природа пропускала их в свои чертоги и указывала короткий путь до нужного им стана.              К рассвету отряд достиг границы русских земель. Впереди простиралась степь, бескрайняя и безмолвная. Юла знала, что ещё немного и они доберутся до ставки брата. Самая трудная часть – горы, они уже преодолели. Осталась лишь бескрайняя степь. То, что когда-то она считала домом. Она взглянула на Илью, ища одобрения, который ехал рядом с ней. В его глазах она увидела поддержку и преданность. Юла понимала, что он рискует всем ради неё. Она слегка кивнула ему в знак благодарности и направила коня в степь.              Уже к полудню перед ними показались очертания деревянных домов, а за ними и огромное поселение, что скрывалось за стенами и выглядело как неестественный остров среди пустынных земель. Увидев приближающихся всадников, из поселения навстречу им выскочило несколько стажников. Они были одеты в длинные кафтаны из тёмного сукна, поверх которых сверкала кольчуга и налокотники, широкие шаровары, а на ноги – кожаные сапоги. Голову защищали остроконечные шапки из войлока. Илья выехал вперед и что–то крикнул на тюркском наречии, после чего их пропустили в поселение.       Юла не видела брата тысячу лет, а точнее год после свадьбы с Константином. Свадьба произошла по сговору отцов, для закрепления мира между русским княжеством и степью. Юла не любила князя, но уважала его правду, его силу и его холодность. Вернее, раньше не любила, но с недавних пор всё чаще думала о нём, как о нечто большем, чем просто правителе и навязанном муже. Ей было приятно его внимание, которого раньше она чуралась. Он дарил ей красивые подарки, на которые она до этого и не глядела. И он действительно слушал её, потому что ему было интересно как ей живётся в тереме и чем ей хочется заняться. Рассказывал ей о своих делах и не редко даже просил совета.              Они проехали ещё немного до самой большой и богатой юрты. Это место она знала с детства, каждый уголок. Ткань, расшитая золотыми нитями, переливалась на солнце, а резные двери из темного дерева, украшенные слоновой костью, словно приглашали войти внутрь. Она рукой велела Илье остаться снаружи, хотя тот и порывался пойти с княгиней. Внутри юрты было прохладно и просторно. Мягкие ковры устилали пол, а вдоль стен стояли низкие столики с подушками, приглашая к отдыху. В центре юрты пылал очаг, над которым висел котел с дымящимся мясом. Запах костра смешивался с ароматом благовоний, создавая неповторимую атмосферу уюта и спокойствия.       Хан Данис сидел на подушке, подперев голову рукой. Его невысокая, но крепкая фигура излучала силу и уверенность. Темные волосы стриженные волосы подчеркивали его острые скулы и пронзительный взгляд черных глаз. Увидев сестру, Данис вскинул бровь, но не удержался от улыбки. Он поднялся, разводя руки в приветственном жесте и Юла тут же кинулась в объятия брата. Она скучала, очень сильно.              – Путеводная моя, я так рад тебя видеть. – Данис отстранился от сестры, чтобы заглянуть в её лицо. Он улыбался и осторожно провёл по щеке. От тёплого пальца на лице Юла зажмурилась. Сердце билось, от радости из-за долгожданной встречи. Она так сильно хотела сюда вернутся, но именно сейчас, находясь в родной юрте рядом с братом, ей было неспокойно. Она пришла не за этим. – Константин решил почтить меня визитом? – хан усмехнулся, явно издеваясь, а затем слегка нахмурился. – Или ты сбежала?              –Я не сбежала, ағай. – на этот раз княгиня сама отодвинулась от брата и посмотрела ему в глаза. – Я совру, если скажу, что не скучаю по тебе, но я пришла не за этим. Константина оклеветали! Его обвиняют в измене и хотят казнить. – Юла выпалила слова на одном дыхании, в отчаянии всматриваясь в лицо брата, пытаясь понять, что он думает.              Данис молчал, его лицо оставалось непроницаемым. Он опустился обратно на подушку и жестом пригласил Юлу сесть рядом. Она села, но не отрывала взгляда от брата. Каждая секунда казалась ей вечностью.       – И что ты хочешь от меня? Неужели ты думаешь, я помогу ему? – наконец спросил Данис, нарушив напряженную тишину. – Зачем мне помогать русскому князю?              – Хотя бы затем… – княгиня выдохнула от напряжения, стараясь держать контроль. – Что он мой муж?              Данис сначала нахмурился, а затем и вовсе рассмеялся.              – Муж?! heнле, да я найду тебе мужа в тысячу раз лучше! Каждый второй мечтает стать зятем степного хана! – Юла вздрогнула от этого. – Какое мне дело до грызни русских князей? Пусть они поубивают друг друга! – он усмехнулся. – Князя казнят, и останется лишь Станислав. Он слаб и податлив. Не выдержит натиска с двух сторон. Не придётся и пальцем шевелить, как он сам сдаст город.              Юла раскрыла рот в изумлении, а затем нахмурилась.              – О чем ты говоришь, ағай? – она не могла поверить, что слышит это от собственного брата. Она тут же вскочила на ноги. – Ты… Ты слышишь себя?! Ты хочешь развязать ещё одну войну?! – с каждой секундой внутри распалялась ярость, такая, какой она не чувствовала никогда. – Тебе было мало того, что годами воевали друг с другом?              – Тише, путеводная моя. Не кипятись. – Данис поднял руку, призывая сестру к спокойствию. – Русские князья подобны псам, грызущимся за кость. И пока они заняты этим, я могу забрать своё.              – Забрать своё? – она сжала ладони в кулаки, не веря, что это говорит её любимый брат. Он ведь всегда казался ей таким умным, смелым и взрослым, но то, что она слышала сейчас, вряд ли походили на слова того Даниса. – Какое своё? Горы? Леса? Это были змеиными землями! Полоз был их хозяином! – она сама не заметила, как повысила голос, а костёр в центре юрты заплясал каким-то своим пламенем. – И Полоза сразил князь Константин! По-твоему же условию! – Данис привстал и нахмурился, не спуская взгляда с сестры. – Ты хочешь сказать, что отцовский наказ для тебя пустой звук?! Что ты хочешь потерять мир, который годами строил хан Темир?! – огонь за спиной разгорелся, обдавая спину жаром. – За что ты отдал меня урусам?!              – Не смей так говорить со мной! – прорычал Данис, делая шаг навстречу сестре. В его глазах плескалась ярость, но Юла не сдвинулась. – Я отдал тебя замуж, потому что хан Темир просил этого, на смертном одре, чтобы укрепить мир, а не для того, чтобы ты учила меня, как управлять ханством! Ты забываешь, кто здесь правитель.       – Я ничего не забываю. – ответила Юла, стараясь сохранять спокойствие. – Но я не позволю тебе разрушить то, что было создано кровью и потом. Константин не предатель. И я докажу это.              – Докажешь? – Данис усмехнулся. – И как же ты собираешься это сделать, женщина?       – Я – Уральская княгиня. – Юла подняла подбородок, глядя брату прямо в глаза. – И я не позволю тебе совершить ошибку, которую ты будешь оплакивать всю свою жизнь. Я отправляюсь в столицу, и сама добьюсь правды. Задумайся, ағай, если Константина не станет, кто сдержит Московию от твоих земель?       – Ты никуда не поедешь! – Данис шагнул к ней и схватил за руку, но тут же отдёрнул её. Ладонь будто обожгло огнём.       – Я поеду – Княгиня говорила не громко. – С твоей помощью или без. – огонь взметнулся к потолку юрты, заставляя Даниса задрать голову в недоумении.              Он врезался в огромный череп змея, который год назад князь Константин лично принёс ему, в знак мира между ними и как калым за сестру. Этот огромный змей – великий Полоз, что веками обитал в горах и уносил жизни тысяч человек, смеющих вступить на его землю. Сейчас же от него осталась лишь огромная голова. Из пустых глазниц и раскрытой пасти с огромными зубами хлынул во все стороны огонь с такой силой, что ткани мгновенно задымились.              Обернувшись, Юла вышла из юрты, оставив Даниса в замешательстве и злобе. Туда хлынули слуги, в панике собираясь тушить пожар. Илья ждал ее у входа, взволнованно смотря на дымящийся шатёр и готовый вот-вот ворваться внутрь. Она взглянула на него, ища поддержки. В его глазах она увидела непонимание и множество вопросов.              – Мы уходим. – прохрипела княгиня и уже собиралась идти к коню, как её руку снова схватили. Она обернулась, смотря на недовольного брата, а Илья приготовился обнажить меч, но снова был остановлен. – Не лезь, Илья.              – Постой, – произнёс Данис, его голос был уже более спокойным, чем минуту назад. Огонь в юрте почти потушили, но запах гари витал в воздухе. – Я не могу отвернуться от тебя в такой момент.              Юла с облегчением выдохнула. Она знала, что брат любил ее, несмотря ни на что, и что он не позволит ей попасть в беду.              – Ты поможешь мне? – с надеждой спросила она.       – Я помогу тебе узнать правду. – поправил Данис. – Но я не могу рисковать ханством ради одного человека. Я дам тебе воинов, коней и все необходимое, чтобы добраться до столицы. Но помни, одна ошибка может стоить тебе всего.       Юла кивнула, понимая, что это все, на что она могла рассчитывать. Она обняла брата, благодаря его за поддержку. Илья облегчённо вздохнул, убирая руку с рукояти меча.              – Оставайтесь на ночь здесь, а завтра мы всё сделаем. – он подозвал одного из слуг и приказал найти для них юрту. – А ты располагайся в моей юрте.              – Не престало княгине спать в чужой юрте. – Юла усмехнулась, поддразнивая брата.              – Там ты княгиня, а здесь – моя маленькая hенле. – хан выдохнул, успокаиваясь и сам. – Только не сожги мой дом! – Юла кивнула, сдерживая улыбку.