Штиль

      Конец ноября обрадовал новостью: в связи с массовыми больничными учащихся, пары специальностей объединили. Стелла не знает, чем заслужила такое счастье, но курс архивистов объединили с фотографами и вокалистами. Из единственного минуса — им придется сидеть на парах других специальностей, что уже не сильно радовало Стеллу. Она не горела желанием слушать про сольфеджио или постановку света.       Но Март и это ничуть не смущало. Пока они вместе шли до колледжа, она трещала без умолку. Стелла тоже была рада тому, что целую неделю они будет учиться вместе, но её и волновало то, что вся её энергия будет уходить на разговоры, а не учёбу. С Дань Хэном всё иначе — с ним она не уставала и полностью посвящала себя занятиям. — О-о-о, а ещё ты наконец познакомишься с профессором Рекой! Он крутой, тебе понравятся уроки с ним!       О, Стелла сомневалась. По словам некоторых однокурсников, профессор Река очень напоминал сбежавшего психа со странным мировоззрением. Оставалось надеяться, что на уроках фотографов профессор Река разрешит архивистам и вокалистам заниматься своими делами.       С приближением к колледжу Стелла всё больше переживала о том, что с Март она не до конца поймет темы. Поэтому, заходя на территорию училища, она тихо окликнула подругу, прерывая её нескончаемый монолог. — Март? Ты не будешь против, если я сяду с Дань Хэном? — А? — Март повернулась к ней, а потом улыбнулась. — Конечно нет, садись! — Ты не обидишься? — недоверчиво спросила Стелла. — Нет, всё хорошо. У меня много хороших однокурсниц, я найду с кем сесть! — Стелла с благодарностью кивнула. — Спасибо. Если хочешь, на лёгких уроках можем сесть вдвоём. — Договорились!       Оставшийся путь до аудитории Март продолжала болтать про профессора Реку. Когда они поднялись на этаж и зашли в аудиторию архивистов, Март мигом побежала к своей подруге с вокала. — Зарянка! Привет! — Стелла медленно плелась следом за подругой, всматриваясь в их с Дань Хэном последнюю парту.       Парень уже, разумеется, сидел там. Подняв голову на громкое появление Март, он сразу же нашел взглядом Стеллу и кивнул ей. Она улыбнулась ему в ответ и, уже поравнявшись с Март, опустила взгляд на её собеседников.       Напротив Март стоял Воскресенье, а рядом с ним — Зарянка, его сестра. Девушка, выглядевшая как будущая модель или певица, походила на своего брата — вплоть до серёжек с крыльями. Её нежно-белое платье будто бы сверкало, а от неё самой приятно пахло кокосом. Стелла кивнула своему однокурснику и взглянула на обратившую на неё внимание студентку из параллели. — Привет! Я Зарянка. — Девушка мило улыбнулась Стелле, а та только кивнула. — Стелла. — Зарянка добродушно кивнула в ответ, и пока она знакомила Март с Воскресеньем, Стелла сбежала к последней парте. — Привет, — зачем-то снова поздоровалась она, усаживаясь рядом с Дань Хэном. — Привет. — Дань Хэн пробежался глазами по девушке и остановил взгляд на её глазах. — Снова сбегаешь? — Он кивнул в сторону Март, Воскресенья и Зарянки, которых Стелла оставила позади себя. — Ага, скоро уже в привычку войдёт, — эмоционально взмахивая рукой, пошутила она. Дань Хэн хмыкнул и посмотрел в сторону активно разговаривающих студентов. — Я думал, ты сядешь с Март. — О, это… Так получилось. Я подумала, что буду сильно отвлекаться, если сяду с ней. — Понял, — кивнул он. Стелла повернула голову к соседу, заметив бросающийся в глаза янтарный галстук на белой рубашке. Подняв взгляд выше, она столкнулась с внимательным взглядом голубых глаз. Ярких, голубых глаз. Сперва она не поняла, что именно привлекло её внимание, но спустя мгновение осознала: раньше глаза выглядели серыми и с небольшой голубизной. Кажется, янтарный цвет галстука подчеркнул их истинный цвет. — Кстати, — она не знает, как долго всматривались в цвет его глаз, но когда осознала быстро отвела взгляд и вовремя вспомнила про то, что должна была вернуть. Она полезла в сумку и положила на стол пакет с идеально сложенным свитером Дань Хэна, — вот. Ещё раз спасибо, — добавила она уже тише. — Без проблем. — Парень отложил пакет рядом со своим портфелем. — Не замёрзла? Вечером похолодало. — Нет, твой свитер очень тёплый, — Стелла мягко улыбнулась, чуть приподнимая уголки губ. — Хорошо. — Дань Хэн кивнул, а его взгляд смягчился. — Я рад.       Девушка смущённо отвела взгляд на вошедшего в класс профессора Рацио. Ей-богу, он её спаситель от неловких ситуаций и незнания, что сказать. — Доброе утро. — Веритас окинул взглядом небольшую часть присутствующих и облокотился на свой стол. Закатывая рукава атласной чёрной рубашки, он начал: — Сразу оповещу вас о том, что на этой неделе первые два дня мы учимся по расписанию архивистов. Далее — по расписанию фотографов, последние два — вокалистов. Следовательно, вы учитесь в разных аудиториях по этим дням. — Он прочистил горло, после чего продолжил: — Сегодня нас немного, поэтому проведём занятие в режиме повторения. Если успеем завершить всю запланированную работу, освобожу вас с последней пары.       В итоге, после десяти минут монолога, фотографы сумели отвлечь профессора от темы. Стелла даже не сразу поняла, как с изучения природы ценностей, Рацио перешёл на обсуждение домашних животных. — Профессор Рацио, а профессор Анакса рассказывал о своей морской свинке. А у Вас кто-нибудь есть из животных? — Да, черепаха. И жена.       Все, даже некоторые архивисты, начали бурно обсуждать черепаху профессора и выпрашивать фотографии. Пара философии пролетела слишком быстро. Стелле было жаль своего зря потраченного времени. Хотя бы теперь она поняла, почему на каждой перемене Март выбегает веселая и ничуть не уставшая. — Я чувствую, как деградирую, — как только началась перемена, пошутила Стелла, но Дань Хэн серьезно кивнул. — Лучше бы я провёл это время в библиотеке или подработке. — Какие же вы душные! — крикнула с другого ряда Март, улыбаясь. Стелла тяжело вздохнула, положила руки на парту, легла на них и отвернулась от подруги. Оказавшись лицом к Дань Хэну, она заметила, как тот надевал наушники, и протянула к нему руку. Парень помедлил, но всё-таки вложил ей второй наушник. — Тебе не понравится, — параллельно с этим сказал он. — Мне без разницы что слушать, лишь бы занять себя от обсуждения тусовок и личной жизни преподавателей, — недовольно проговорила Стелла и надела наушник.       Дань Хэн понимающе кивнул, некоторое время пролистывал плейлист и, наконец, включил музыку. Девушка прикрыла глаза, как только начало звучать вступление песни. — Сколько минут идёт эта перемена? — тихо прошептала она, даже не понадеявшись, что сосед её услышит. — Тридцать, — донёсся такой же тихий и спокойный голос справа.       Стелла устало выдохнула и окончательно расслабилась. На прошлой неделе она провела слишком много времени среди людей, что выжило из неё все силы. Ночью Келус, иногда забывая о позднем времени, громко ругался на своих соперников в игре, чем постоянно будил сестру. Поэтому она словно и вовсе не спала: утром проснулась такой же усталой, как и легла.       Теперь, когда выдался шанс хоть немного поспать (целые полчаса!), она готова воспользоваться этим временем вдоволь. Плевать на то, что её будет будить каждый шум.       Музыка в наушниках постепенно убаюкивала. Вообще, Стелла не была поклонницей тех песен, которые, кажется, любил Дань Хэн. Но не смотря на это, ей приглянулись некоторые из них. Особенно ей понравился голос исполнителя — он чем-то напоминал спокойный голос Дань Хэна. Нужно будет попросить его отправить эти песни.       С этими мыслями она незаметно для себя заснула, а Дань Хэн, всё это время избегавший взгляда на нее, опасаясь вызвать чувство неловкости, наконец решился посмотреть на Стеллу.       Её обычно всегда нахмуренные брови теперь расслаблены, а ресницы едва заметно трепетали. Парень заметил бирюзовые тени, которыми были подчёркнуты веки девушки. На первый взгляд выглядело по-обычному, однако за всё время учёбы Дань Хэн успел привыкнуть к тому, что Стелла чаще всего использовала тёмные оттенки теней — бордовые или чёрные. Поэтому резкая смена цвета на более яркий не осталась без его внимания.       Отмечая, насколько хорошо бирюзовый оттенок подчёркивает красоту её янтарных глаз, он медленно отвёл взгляд от Стеллы и посмотрел в центр аудитории, случайно встретившись глазами с Март, пристально наблюдавшей за ним. Секунда прямого зрительного контакта, и подруга Стеллы снова влилась в разговор со своими однокурсницами, а Дань Хэн опустил глаза в свою тетрадь.       Его охватило странное ощущение, будто его застукали за каким-то личным занятием, хотя, казалось бы, его никогда не смущали такого рода переглядки.       Вздох. Дань Хэн снова устремил взгляд на Стеллу, и застал врасплох упавшую на её глаза прядь чёлки. Затем парень проследил взглядом за Март, которая вместе с Зарянкой и своей рыжеволосой соседкой покидала аудиторию, и, помедлив, протянул руку к лицу девушки.       Прошлая песня затихла, и следующая началась как раз в тот момент, когда Дань Хэн осторожно прикоснулся к волосам Стеллы, растрепавшихся на её щеке.       Пытаясь сохранить выстроенные ими самими границы, парень изначально намеревался сделать движение быстрым и незаметным, но волосы девушки оказались невероятно мягкими. Из, конечно же, простого интереса, Дань Хэн провёл пальцами по большой пряди челки, нежно опустился ими по длине пряди, а конец закрутил и бережно уложил волосы за ухо.       Собрав остальные выбившиеся локоны, он уже без лишних движений заправил их и поспешно убрал руку, словно обжёгшись.       Парень пытался не придавать значение этому жесту, но, кажется, это было их первым физическим контактом? Стелла, конечно, об этом не знает, и Дань Хэн эгоистично понадеется, что память об этом останется исключительно его личным воспоминанием.       Оставшееся время до конца перемены Дань Хэн следил за музыкой. Он переключал громкие, способные разбудить девушку, и по несколько раз включал свои излюбленные.       Когда до начала пары оставалось несколько минут, Дань Хэн аккуратно тронул девушку за плечо и, не сразу поняв этого сам, автоматически перешёл на шёпот. — Стелла, скоро начнется арифметика.       Девушка медленно раскрыла глаза и приподняла голову. — Я решил разбудить тебя пораньше, чтобы ты пришла в себя перед парой, — уже громче продолжил тот, внимательно следя за однокурсницей.       Стелла, благодарно кивнув, прикрыла рот рукой и зевнула. — Спасибо. Профессор Анаксагор был бы не сильно доволен спящим студентом на его уроке. — Она облизнула пересохшие губы и заправила свою чёлку за уши, повторяя недавние действия Дань Хэна. — Ты прямо спаситель. — Спаситель? — Парень неосознанно бросил взгляд на её чёлку и снова посмотрел в глаза, уже улыбаясь. — О, да я спас тебя от злейшего преподавателя колледжа, который хвастается своей свинкой. Приятная заслуга, спасибо за такое звание.       Стелла тихо засмеялась, вытащила наушник и протянула его своему соседу. Дань Хэн ответил ей улыбкой и принял предложенный наушник, затем снял и свой собственный.       Когда в аудиторию вошёл профессор Анакса, студенты поздоровались с преподавателем, а Стелла уже погрузилась в собственные мысли.       У неё не было сильной надежды на сон, ведь спит она чутко и просыпается чуть ли не от любого шороха. Спать в общественном месте — самоубийство для неё. Поэтому Стелла совсем не ожидала, что после короткого сна она станет чувствовать себя не́сколько лучше.       Быстро бросив взгляд на Дань Хэна, прячущего наушники в сумку, Стелла задумалась над тем, кто из них двоих причастен в её спокойном сне: успокаивающая музыка или присутствие приятного человека под боком. А может, нежные касания и…       Стелла зависла. Она отчётливо вспомнила момент, как во время сна чьи-то пальцы бережно поправили её волосы, укрывшие лицо, но… Дань Хэну ведь незачем делать подобное?       Взглянув с едва скрываемым беспокойством на с виду расслабленного парня, она взяла ручку и уткнулась в тетрадь, убеждая себя, что это воспоминание было всего лишь сном.