Первое свидание

Цифер проверила телефон. 18:47. Она пришла на тринадцать минут раньше, что было совершенно на неё не похоже. Обычно она опаздывала везде — на уроки, на встречи, даже на собственный день рождения в прошлом году. Она стояла под тентом соседнего магазина, руки в карманах потрёпанной кожаной куртки. Капюшон откинут назад — Гиацина однажды сказала, что ей нравится видеть её лицо полностью. Цифер провела языком по зубам, проверяя, не застряло ли что-то после жвачки. Потом понюхала собственное плечо. Пахло стиральным порошком и дешёвым дезодорантом. Она постирала куртку вчера специально для этого. "Идиотка. Это просто Гиацина. Та самая Гиацина, которая видела тебя с разбитым носом, покрытой грязью, блюющей в мусорное ведро после того вечера с бутылкой украденного виски." Но она знала, почему нервничала. Потому что Гиацина назвала это свиданием. Произнесла слово вслух, стоя у её шкафчика в прошлую пятницу, с розовыми щеками и решительным взглядом. "Пойдём на свидание, Цифер. Настоящее. В субботу вечером." И Цифер просто кивнула, не в силах выдавить ни слова. Автобус с шипением затормозил на остановке через дорогу. Двери открылись. Вышло несколько человек — старик с тростью, женщина с пакетами, двое подростков. А потом Гиацина. Воздух на секунду застрял в горле. Гиацина была в светло-голубом платье — простом, до колен, с длинными рукавами. В руках она держала маленькую плетёную сумочку. Она огляделась, и её взгляд нашёл Цифер. Лицо озарилось — не вежливой улыбкой для одноклассников, а настоящей. Цифер вышла из-под тента и подняла руку в ленивом приветствии. — Привет, Розочка. — Прозвище появилось месяца три назад, после того как Гиацина заступилась за первокурсника перед задирами из параллельного класса. "У роз есть шипы," — заметила тогда Цифер. — Привет. — Гиацина пересекла улицу, подождав зелёный свет. — Ты... ты давно ждёшь? — Только что пришла, — соврала Цифер легко. Гиацина наклонила голову, и в её глазах промелькнула догадка. Но она ничего не сказала. — Ты хорошо выглядишь. — Ты... — Цифер осеклась, потом хмыкнула и кивнула на платье. — Новое? — Старое. Просто я редко его ношу. Ты правда думаешь, что оно... подходит? — Идеально подходит, — выпалила Цифер быстрее, чем успела себя остановить. Щёки Гиацины порозовели. Она закусила нижнюю губу, и Цифер проследила за этим движением, потом резко отвела взгляд. — Пойдём внутрь? Я умираю от желания попробовать их лавандовый латте. — Конечно. — Цифер шагнула вперёд и открыла дверь кафе, придерживая её. — После тебя. Гиацина прошла внутрь, и их плечи на мгновение соприкоснулись. Цифер уловила запах — лаванда или ромашка. Что-то очень Гиацина. Внутри было уютно. Мягкий джаз играл из динамиков. За стойкой девушка с татуировкой совы на предплечье протирала кофемашину. Несколько столиков были заняты — пара студентов за ноутбуками, пожилая женщина с книгой, компания друзей. — Там, у окна? — предложила Гиацина, указывая на угловой столик. — Идеально. Они уселись друг напротив друга. Деревянный стол был старый, исцарапанный, с чьими-то инициалами. Гиацина сложила руки на столешнице. — Итак, — голос прозвучал чуть нервно, что странным образом успокоило Цифер. Она тоже нервничает. — Что ты будешь заказывать? Цифер взяла меню. Пересчитала мысленно деньги в кармане — двадцать семь с мелочью. Достаточно на два напитка и, может быть, одну булочку. — Американо. Чёрный. И, может... — Мы возьмём лавандовый латте, американо, и вот эти миндальные круассаны, — перебила Гиацина, обращаясь к подошедшей бариста. — И два кусочка этого шоколадного торта. Пожалуйста. Бариста записала заказ и ушла. Цифер нахмурилась. — Гиацина, я же не сказала, что хочу торт. — Но ты хотела. Я видела, как ты разглядывала его на доске. И не спорь со мной о деньгах. Это моя идея, моё приглашение. Я плачу. — Нет, — Цифер полезла в карман. — Я не из тех, кто... Гиацина накрыла её руку своей. Тёплая. Мягкая. Цифер замерла. — Цифер. — Голос был тихим, но твёрдым. — Позволь мне сделать это. Пожалуйста. Я хочу угостить тебя. Это не... это не из жалости. Просто я хочу, чтобы сегодня ты ни о чём не беспокоилась. Хорошо? Цифер перевела взгляд с их рук на лицо Гиацины. В её глазах не было снисходительности. Только искренность. — Хорошо, — сдалась Цифер, переворачивая ладонь и переплетая пальцы. — Но в следующий раз плачу я. — В следующий раз? — Гиацина подняла бровь, в глазах засветилось. — Значит, ты уже планируешь следующий раз? — Я... — Жар поднялся к щекам. — Ну, если ты захочешь. Если сегодня не будет полной катастрофой. — Почему это должна быть катастрофа? — Потому что я не умею... это. — Цифер жестом указала между ними. — Свидания. Всю эту романтическую фигню. Я, наверное, скажу что-то не то, и ты пожалеешь. Гиацина сжала её руку крепче. — Цифер, посмотри на меня. Цифер подняла взгляд. — Я не хочу идеального свидания из романтических комедий. Я хочу провести время с тобой. Настоящей тобой. Если ты скажешь что-то дерзкое — это просто будет ты. И мне это нравится. — Даже когда я прихожу к тебе в три часа ночи, испачканная в грязи и с подбитым глазом? — Особенно тогда. — Гиацина рассмеялась. — Потому что ты приходишь ко мне. Не к кому-то ещё. Что-то сжалось в груди Цифер — тепло и боль одновременно. — Ваш заказ. — Бариста вернулась с подносом. Лавандовый латте с рисунком на пенке. Чёрный американо. Два круассана. Два куска шоколадного торта. Гиацина отпустила руку, чтобы они могли есть. — Попробуй. — Она пододвинула латте к Цифер. — Один глоток. Обещаю, он не слишком сладкий. Цифер сделала глоток. Лаванда, молоко, лёгкая сладость. Неожиданно. — Ну? — Не ужасно. На самом деле... неплохо. — Я знала! — Гиацина хлопнула в ладоши. — Ты просто притворяешься, что любишь только чёрный кофе, чтобы выглядеть крутой. — Я и так крутая. За соседним столиком кто-то громко расхохотался. Компания студентов явно отмечала что-то. Бариста окликнула их, попросив потише, но те лишь махнули рукой. Цифер и Гиацина переглянулись и фыркнули. Они начали есть. Круассан был воздушным, слоистым, тающим во рту. Лучше всего, что Цифер ела за последнее время. — Расскажи мне что-то, — попросила Гиацина, отламывая кусочек. — Что-то, чего я не знаю о тебе. — Ты знаешь обо мне почти всё. — Не всё. Я знаю, что ты любишь кошек, прогуливаешь физику, и у тебя есть тайник с монетами в шкафчике. Но я не знаю... о чём ты мечтаешь. По-настоящему мечтаешь. Цифер замолчала, вертя кружку в руках. Керамика была тёплой. — Я мечтаю о доме. — Голос вышел тихим. — Не квартире. Настоящем доме. С садом, может быть. Где я могу завести столько кошек, сколько хочу. Где есть гостевая комната для детей, которым некуда пойти. И большая кухня, где... где кто-то готовит по утрам, и пахнет блинами и кофе. Пауза. Цифер уставилась в кружку, смущённая. Это звучало по-детски. — Это прекрасная мечта, — прошептала Гиацина. В её глазах блестелп влага. — Эй, не реви. Мы на первом свидании. Слёзы обычно не входят в программу. — Это слёзы счастья. — Гиацина промокнула глаза, улыбаясь сквозь них. — Просто... просто я хочу, чтобы у тебя было всё это. Ты заслуживаешь этого. — Может когда-нибудь. А пока у меня есть три кота за спортзалом и квартира размером с обувную коробку. Ну и ты. У меня есть ты. Слова вырвались прежде, чем она успела их остановить. Слишком честно. Но Гиацина сияла. — У тебя есть я. Навсегда, если захочешь. — Навсегда — это долго. — Я знаю. Поэтому я и сказала это. Они сидели так, держась за руки, пока торт таял на тарелках. Снаружи начал накрапывать дождь — мягкий, осенний. Джаз сменился чем-то медленным, фортепианным. — Хочешь знать, о чём я мечтаю? — Всегда. — Я мечтаю открыть клинику когда-нибудь. Маленькую, бесплатную. Где люди могут прийти, даже если у них нет денег или страховки. Где я могу лечить раны и слушать истории. — Гиацина замолчала, потом добавила тише: — И я мечтаю, чтобы ты была рядом. В доме с садом и кошками. Чтобы мы приходили домой друг к другу каждый день. Цифер резко подняла взгляд. — Ты... ты серьёзно? — Абсолютно. — Без тени сомнения. — Я знаю, мы молодые. Впереди колледж и вся жизнь. Но когда я думаю о будущем, ты в нём. Всегда. Цифер открыла рот, закрыла. Слов не было. Только переполняющее чувство — благодарность, страх, надежда. — Я не знаю, как это говорить. Все эти красивые слова. Но... но я чувствую то же самое, Розочка. Ты единственная, кто... кто заставляет меня верить, что всё может быть по-другому. Что я могу быть кем-то большим, чем воровка и неудачница. — Ты уже кто-то большее. — Твёрдо. — Ты самая храбрая, самая заботливая, самая удивительная девушка, которую я знаю. И я люблю тебя. Обе замолчали. Пена на латте осела. Цифер моргнула. — Ты... что? Щёки Гиацины горели, но взгляд был непоколебим. — Я люблю тебя, Цифер. Я любила тебя долгое время. И мне нужно было сказать это сегодня, потому что если я не скажу сейчас, я сойду с ума. Сердце Цифер билось так громко, что казалось, всё кафе его слышит. — Я... — Сглотнула. — Я тоже. Люблю тебя. Я люблю тебя так сильно, что это пугает меня. Гиацина засияла так, что в зале стало светлее. — Не бойся. Мы вместе. Помнишь? — Вместе. И потом, не задумываясь, Цифер наклонилась через стол. Гиацина встретила её на полпути. Их губы встретились — неловко сначала, носы столкнулись, потом нашли правильный угол. Мягкий поцелуй, сладкий, с привкусом лаванды и шоколада. Когда они отстранились, бариста у стойки подняла большой палец. Пожилая женщина за книгой кивнула одобрительно. — Для начала — неплохо, — выдохнула Цифер. — Ещё не закончилось. — Глаза Гиацины сияли. — У нас ещё есть торт.