Не называй меня "детка"!

"Детка". Кто ему вообще позволил называть меня так? Без сомнений, в начале это можно было счесть за обычную фамильярность, но сейчас мне хотелось верить в этот вариант, как в единственную действительность. Я снова здесь. В затхлой канализационной дыре, именуемой "Буйной флягой". Со стороны титул главы гильдии воров может показаться романтичным и притягивающим своей загадочностью, но ровно до тех пор, пока ты не встретишься с бюрократией. Я листала учётный журнал раз за разом от начала и до конца, пытаясь найти место, где остановилась в прошлый раз. Фоновый шум болтовни, шарканья сапогов об пол и чьего-то смеха уже начинали порядочно раздражать, так что подхватив книгу под мышку, я направилась к выходу в цистерну, как вдруг чья-то клешня не схватила меня за плечо, потянув назад. И я уже знала, какому грязекрабу она может принадлежать. -Куда спешишь, детка? - Брин сложил руки на груди, оценивая мой внешний вид. Я тупо упёрлась взглядом куда-то между его бровей. -Не называй. Меня. "Детка", - четко по словам произнесла я, надеясь, что каждое из моих слов влетит ему в ухо и, прежде чем вылететь из другого, хотя бы ударится пару раз о стенки его рыжей головы. -Не обижайся, детка, - нет, слова все же вылетели из его уха сквозным арбалетным болтом, - мне просто интересно. Так в чем дело? Не могу сказать, что Бриньольф мне не нравится от слова совсем. Да, он действительно симпатизировал своим спокойствием и отрешённостью, иногда, правда, слишком сильно проявлявшимися в его поведении. Он был хорошим товарищем, верным другом и отстветственным членом организации, правда, кое-что в нем не давало мне покоя до сих пор. Тут важную роль играли две вещи, вытекающие одна из другой - его нестабильность и его панибратское отношение ко мне. Безусловно, гильдия за этот год стала мне второй семьёй, и неформальные отношения между мной и ее участниками были лишь вопросом времени. Я легко могла шутить с Делвином, обсуждать сложные поручения с Векс, оценивать любопытные вещички с Тониллой. Но всех их объединяло одно - стабильное расположение к моей персоне. Делвин не мог один день рассказывать мне забавные случаи из своей практики, но на следующий день избегать меня в упор. А Бриньольф мог. Сначала он называл меня этой пресловутой "деткой", а потом будто бегал от меня, отмахиваясь фразами по типу "Не сейчас, детка", "Я занят, детка". Именно это сочетание фамильярного обращения ко мне с полным отсутствием внимания раздражало больше всего. Я уже не хотела болтать, не хотела травить байки, я хотела простого понятного объяснения и обсуждения реально важных вопросов гильдии с опытным человеком. Я раздражённо выдохнула и сжала пальцами переносицу. -Ты не трогал мои записи? У меня исчезло несколько страниц, и я хочу знать, кто это сделал. Его лицо вдруг стало совершенно серьезным. Он нахмурился, кинул взгляд на книгу в моих руках и снова устремил его мне в глаза. Я привыкла к этому. Привыкла к тому, что этот лис, не иначе, всегда смотрел собеседнику в глаза, как хищник, следящий за жертвой. -Это серьезно. Ты не помнишь, где в последний раз оставляла записи? Я снова устало вздохнула. -Да там же, где и обычно - рядом со своей кроватью. Кому вообще нахрен сдались эти отчётности о количестве награбленного и списки имён обиженных? Не знаю, это либо крысы, либо какой-то вор-неудачник, решивший пошатнуть этим нашу систему... Да какая разница, мне все равно сейчас придется это все переписывать... Но ты не брал? - я снова повторила свой вопрос. -Нет, - ответил Брин. И снова тишина. Нужно было либо продолжать диалог, либо покинуть его как можно скорее. Я слишком долго не говорила с ним, и, признаться честно, совсем разучилась поддерживать диалог с этим рыжим мерзавцем. Внезапно мне показалось, что этот момент может стать чуть ли не единственным для того, чтобы задать вопрос, который терзает меня который день. -Скажи, - я сделала шаг вперёд, - почему ты меня избегаешь? Роковой вопрос прозвучал в полной тишине темного коридора. Где-то за стеной что-то капало с потолка, там же копошились злокрысы. Копошились и скреблись, скреблись так же, как то, что так досаждало моим мыслям. Я уже мысленно смирилась с тем, что не получу ответа, поэтому, разорвав глазной контакт, опустила голову, собираясь уже уходить. -Прости, наверное я просто что-то себе надумала. Чего не покажется из-за устало... Я не успела договорить. Боюсь, у меня и не было шансов. Чужие горячие ладони притянули лицо к другому, заставляя податься чуть вверх и упереться подбородком в колкую щетину. Моих губ коснулись чужие, будто ударив короткой вспышкой тока и заставив мое тело обмякнуть в чужих руках. Сама не знаю почему не оттолкнула его в этот момент. Что-то держало, заставляло стоять на том же самом месте, разделяя поцелуй с тем, от кого меньше всего на свете могла этого ожидать. Я не заметила, как эта Даэдрова книга выскользнула из моих рук и шлёпнулась на пол, как звук от ее падения разнёсся эхом по коридорам подземелья. Я словно приросла ногами к полу, а губами к этому норду, не в силах пошевелиться. Все кончилось в один момент. Я снова одна в переходе этой темной промозглой дыры. Стою, с растерянным видом сжимая в руках листы той самой отчётности, которые чьи-то проворные пальцы, способные обворовать хоть самого императора, подсунули мне. Стою, уставившись на раскрытую книгу, валяющуюся в ногах на полу, а об стенки головы бьется одна и та же мысль. "Воры не умеют признаваться в любви. Воры умеют только таскать вещи, убегать и дразниться, надеясь, что их наконец-то кто-то поймет. И мне жаль, что я поняла."