Бесишь

— Видел, что пишут в пабликах? — Садясь на кожаный диван, негромко произнёс Кай. — Сегодня времени даже в ТикТок зайти не было, что там? Опять про то, что мы педики, — с усмешкой произнёс Майс, любуясь собой в зеркале. Дима и сам любовался Серёжей, красивым и в одних боксерах, и лонге, который, кстати, принадлежит старшему. Серёжа, почувствовав на себе взгляд, повернул голову назад. Дима смотрел на него таким завораживающим взглядом, что хотелось узнать, что же у него в голове. Они встретились взглядами. Сергей толкнул язык за щеку, от чего Дима вздохнул и опустил взгляд на чужие обнажённые ноги. Младший снова улыбнулся и направился к возлюбленному, по-хозяйски усаживаясь на его бедра. Старший привык, он лишь немного поерзал и притянул Майса к себе ближе. Голубоглазый положил свои руки на чужие плечи и начал их массировать, тот же лишь ладонью сжимал его худое бедро. — Так, про что пишут? — Про тебя и Эрику, типа ты начал с ней мутить, чтобы не было слухов про нас, — с лёгкой раздражительностью цедил Кай и сильнее сжал чужое бедро. — Успокойся, ты же знаешь, что это ради нас, ради нашей карьеры и будущего, — Майс переместил одну руку на чужой подбородок и повернул его голову к себе. — Ангелок, ты же понимаешь это, неужели настолько ревнуешь? Брюнет улыбнулся, он знал, что шатен ревнует. Хоть Дима и понимал, что причин для беспокойства нет. Понимал, что они делают всё правильно, но в глубине души ему так хотелось говорить всем, что да, они встречаются, да, он парень Дмитриева, да, он трахает его зад, но нельзя, от чего становится грустно. — Я всё понимаю, просто обязательно было брать её за руку? Мог бы ещё поцеловать её при всех, чтобы уж точно поверили, — Ицков специально делал вид, что его это сильно задело. Ему хотелось только, чтобы Дмитриев намного чаще говорил, что он принадлежит ему. На эти слова Серёжа цыкнул и, схватив его руки, сцепил их со своими в замок. — Бесишь меня, — после этих слов он прильнул к пухлым губам, к любимым губам. Старший охотно отвечал, он чувствовал, как внизу живота начинает крутить. Их языки сплелись в танце, язык Димы так и проходился по чужим белым зубам. Воздуха было катастрофически мало, но Сережу это не волновало; он лишь начал ерзать сильнее, вызывая бабочки в животе у шатена. Спустя несколько секунд младший разорвал поцелуй, и они оба начали вдыхать воздух. Юноша отпустил их руки и уткнулся в чужое плечо. Старший же обхватил его спину и прижал ещё сильнее, хотя казалось, ближе некуда. — Я люблю тебя, — шепотом произнес Сергей.