Ее строгий профессор

Массивная стрелка часов, противно тикающих над дверью архива, медленно подползала к шести вечера. Вернее сказать, она будто застыла на отметке 17:55, ехидно покачиваясь из стороны в сторону. Минуты здесь тянулись так медленно, что у Гермионы закрадывались сомнения: не наложено ли на архив Министерства магии заклятие растяжения рабочего времени. Она ненавидела пыльную работу в архиве. Однако для неё, как для молодого специалиста-практикантки, подвал являлся основным местом обитания. В этом огромном душном помещении без окон проходило восемьдесят процентов её рабочего дня. Да… не так она представляла себе взрослую жизнь. Совершенно не так… Ну что поделать. Пока она не заработала для себя допуск к материалам, имеющим секретность, кроме архива оставался лишь вариант лаборанта. А мыть полы и колбы девушка считала занятием, не подходящим уровню её интеллекта. Поэтому большая часть её рабочих обязанностей заключалась в поиске и расшифровке старых рукописей, переписи неработающих артефактов и еженедельной бумажной волоките для начальства. Ничего из вышеперечисленного, разумеется, не сравнится с практическим применением заклинаний защиты от тёмной магии, сражениями с Волдемортом и его приспешниками или защитой любимой школы. Но после окончания войны за Хогвартс тихая, однообразная, даже скучная работа воспринималась Гермионой как своеобразное горькое лекарство, которое необходимо «пить» для исцеления. Прошёл всего год после легендарного сражения. По слухам, школу восстановили, но девушка так и не нашла в себе силы приехать туда. Все экзамены она сдавала заочно. И, несмотря на то что в последнее время ей всё чаще хотелось вновь испытывать на себе приключения, по ночам девушке всё ещё снились кошмары. Она жалела о многом, произошедшем в те дни. Но больше всего — о потере одного конкретного человека… — Развиваешь телекинез? — не к месту задорный голос Девона Роршаха выбил её из унылой комы рефлексии. Девон работал в Министерстве уже давно, но до сих пор не имел доступа к секретности. Однако парень уже имел некое кольцо привилегий. По пятницам он относил собранные Гермионой материалы начальству, а перед этим, как правило, приносил ей дружеский кофе. Сегодняшний вечер не стал исключением. С самодовольной улыбкой парень поставил перед девушкой большой картонный стакан со светло-зелёной крышкой. — В смысле? — вскинула брови Гермиона. — Ты уже несколько минут смотришь на перо перед тобой, даже не заметила, как я дверью хлопнул, — засмеялся Девон. — Вот я и решил, что ты его хочешь без палочки летать заставить. Гермиона благодарно обхватила стакан ладонями и сделала два жадных глотка. — Спасибо за кофе, Девон. Я не помню, ела ли сегодня. — Завал? — понимающе кивнул Роршах. — Скоро квартал заканчивается, все бегают как ужаленные. — Да, я еле успела всё подготовить. А ты, я смотрю, сегодня мне не только кофе принёс, но ещё и работы подкинуть хочешь? Девушка грустно посмотрела на огромную коробку бумаг в левой руке коллеги. Наверное, принёс ещё кучу старых летописей, которые, если бы не отчётность, ещё тысячелетие пылились бы на полках. — Там есть хоть что-то интересное? Или мне даже не надеяться? — без особого любопытства спросила девушка. — Кстати! — просиял Девон. — Сегодня мне действительно есть чем тебя порадовать. Он с грохотом поставил коробку на стол и принялся с энтузиазмом в ней копаться. — Смотри, какое! — воскликнул парень, выудив из-под груды бумаг какой-то свёрток. — Признано недействительным артефактом и направлено в архив. Трогать тебе его, конечно, нельзя, но если никто не узнааааааееееет… Глаза волшебницы загорелись, и она с нетерпением протянула руку. В небрежном бумажном свёртке оказалось крупное кольцо-печатка с квадратной серебряной сердцевиной. В центре печати красовалась минималистичная фигура, похожая на песочные часы. С недействительными артефактами Гермионе взаимодействовать действительно было нельзя. По инструкции она должна была, не разворачивая, положить свёрток на полку и больше никогда не вспоминать о нём. Но это — единственное, что попадало в архив кроме бумаг и несло в себе хоть исчерпанную, но всё же реальную магию. Поэтому юная, любопытная волшебница буквально не могла устоять. Она миллиметр за миллиметром изучала каждый попавший в её руки артефакт и как ребёнок радовалась, если ей удавалось извлечь из него остатки волшебства. — Девон! Спасибо! — протянула Гермиона, не отрывая взгляд от кольца. — Тебе что-нибудь о нём известно? — Да, — парень самодовольно выпрямил спину. — Это кольцо Мерлина. По легенде, оно позволяет исправить одну ошибку прошлого и, вроде, ещё способно омолаживать… не помню точно. Но никто из наших экспертов так и не смог заставить его работать. Волшебник рассмеялся и уверенно добавил: — Ну, это они просто тебя не просили попробовать. Уверен, что у тебя оно сможет хотя бы сломанный ноготь починить. — Ты ведь не расскажешь никому, что я его изучу? — Гермиона закусила нижнюю губу. — Как всегда, я — могила. Такие умы, как твой, не могут оставаться без головоломок. Ладно, я побежал — мне ещё твои бумажки начальству относить, а вы тут развлекайтесь. Девон многозначительно посмотрел на кольцо и торопливо направился к двери.