Сквозь пелену дождя

Дождь шёл третий час подряд. Капли мягко ударялись о стекло, стекали вниз тонкими линиями, и город за окном казался акварельным. Свет из окна ложился на стены мягкими полосами, и тень Йеджи чуть качалась, когда она двигалась — то лежала на кровати, то садилась, то снова падала в подушки с недовольным вздохом. — Почему ты так громко страдаешь? — лениво спросила Рюджин из угла, где пыталась дочитать что-то на ноутбуке. — Я не страдаю, мне просто скучно, а ты не обращаешь на меня внимания со своей работой, — Йеджи недовольно повернулась к ней и цокнула.  Рюджин оторвалась от экрана, посмотрела на неё поверх ноутбука, устало, но с тем самым выражением, которое у неё появлялось только при Йеджи. — Так я работаю, любовь моя. Не всем повезло быть безработной музой, которая может ныть по расписанию, — смешок скользнул по губам. — Эй! — Ладно, ладно. Что хочет моя королева скуки? — Внимания, — просто сказала Йеджи, глядя прямо на неё. В комнате на секунду стало тише, как будто даже дождь за окном задержал дыхание. Рюджин моргнула, потом фыркнула, будто отгоняя лишнее напряжение. Она поставила ноутбук на комод, смотря на свой объект обожания. — Ты же получаешь внимание каждый раз, когда начинаешь ныть, — сказала она, подходя ближе. — Рабочая схема, да? Манипуляторша. — Рабочая. Но не идеальная. Потому что мне хочется, чтобы ты сама захотела, — Йеджи лукаво улыбнулась, следя за каждым её шагом. — Я и так с тобой каждый день, ты получаешь огромное количество внимания, — Рюджин легла рядом с ней, целуя ее в щеку.  — Не считается, — тут же возразила Йеджи, не отводя взгляда. — Это внимание по расписанию. Типа «доброе утро», «спокойной ночи» и «где мой зарядник?». Я говорю о настоящем, Рю. Когда ты просто смотришь на меня и думаешь, как тебе повезло. — Поверь, я думаю это чаще, чем ты предполагаешь. Просто не каждый раз об этом докладываю, —Рюджин тихо рассмеялась, уткнувшись носом в её волосы. — Вот, — Йеджи ткнула её в плечо. — А я хочу, чтобы докладывала! Я заслужила! Я, между прочим, сегодня приготовила ужин, хотя могла просто заказать доставку и сделать вид, что забыла. — Не дуйся, милая. Я оценила, в этот раз даже ничего не сгорело, это прогресс. — Рюджин! — возмущение Йеджи прозвучало громко, но с улыбкой, — ты хоть иногда можешь сказать что-то без сарказма? — Могу, — протянула та, глядя на неё с лукавым прищуром. — Например: «спасибо, моя прекрасная, гениальная, немного опасная Йеджи, за то, что ты не спалила кухню и снова заставила меня чувствовать себя счастливой» Йеджи попыталась сохранить обиженное выражение лица, но не выдержала и уголки ее губ дрогнули. — Вот так бы сразу, — пробормотала она, притягивая Рюджин за ворот футболки ближе. Рюджин не сопротивлялась, а наоборот, позволила ей притянуть себя ближе, чувствуя, как знакомое тепло проходит между ними, будто и не было никаких пауз, дел, усталости. Йеджи пахла дождём и чем-то домашним, родным, её волосы касались лица, и Рюджин поймала себя на мысли, что всё в мире может рушиться, но этот миг всегда один и тот же: тихий, мягкий, целиком принадлежащий им. — Помнишь, как всё началось? — вдруг спросила Йеджи, её голос прозвучал неожиданно мягко, почти сонно. — Ты про нас? — уточнила Рюджин, скользнув взглядом по её лицу. — Про тот день, — Йеджи улыбнулась. — Когда я пришла к тебе… *flashback* Дождь барабанил по крышам Сеула, будто проверял, кто сегодня готов слушать его до конца. Воздух пах мокрым асфальтом, каштанами и теплом от уличных ларьков.  Йеджи стояла перед дверью квартиры Рюджин уже минут пять. Промокшая, с прилипшими к щекам прядями, с сердцем, которое, казалось, било в два раза громче, чем шум дождя. В голове мелькало: «Не сейчас», «это глупо», «она засмеётся»,  но руки уже сделали шаг вперёд и постучали. Ответ пришёл быстро, щёлкнул замок, и дверь чуть приоткрылась. — Йеджи? — голос Рюджин был хрипловатым, сонным, она стояла в старой толстовке, волосы небрежно собраны в хвост, на щеке отпечаталась подушка. — Ты вообще живая? На улице же ливень. Как ты— Йеджи вдохнула, открыла рот и без единого предупреждения сказала: — Стань моей девушкой. Рюджин моргнула. — Что? — спросила она после долгой паузы, будто проверяя, правильно ли расслышала. — Стань моей девушкой, — повторила Йеджи. Секунда. Рюджин подняла палец, как будто собиралась что-то сказать, но передумала. — Погоди, — выдохнула она и закрыла дверь. Прямо перед носом Йеджи. Браво. — Прекрасно. Я только что призналась в любви и получила дверью по лицу. Аплодисменты, Хван Йеджи. За дверью слышалось, как кто-то торопливо ходит туда-сюда, потом глухое «чёрт!» и крики то ли радости, то ли чего-то другого. На пороге стояла Рюджин: волосы растрёпаны, взгляд ещё сонный, щёки покраснели — от смущения или от того, что бежала. — Я… — она выдохнула, запнувшись. — Мне нужно было минуту. — Минуту, чтобы захлопнуть дверь у меня перед носом? — Йеджи подняла бровь. — Да! Потому что ты не можешь просто ввалиться в мою квартиру и сказать такое! — Рюджин провела рукой по лицу, будто пыталась проснуться силой воли. — А как надо? Цветы, оркестр, воздушные шары? — Йеджи скрестила руки, но губы уже дрожали от сдержанного смеха. — Хотя бы сообщение в мессенджере! — Рюджин почти в отчаянии махнула рукой. Йеджи покачала головой. — Сообщение? Типа: «Привет, как дела, Рюджин, а кстати, будь моей девушкой»?Очень романтично. — Йеджи… — Рюджин тихо рассмеялась, наконец сдаваясь. — Ты безнадёжная. — Безнадёжная, но честная, — пожала плечами та. — Я не хотела ждать, пока ты снова уйдёшь в спячку. Обе замолчали. В паузе слышно, как дождь шепчет за спиной Йеджи, и как где-то вдалеке лифт щёлкает на другом этаже. Рюджин немного смягчилась, опустила взгляд, потом снова подняла прямо на неё. — Ты уверена? Серьезно сейчас?  — Более чем, я думаю о тебе все 24/7, не могу спать, — Йеджи кивнула — Заходи уже, пока не простудилась, безумная. — Это «да»? — Йеджи улыбнулась широко, освещая комнату своей сияющей улыбкой. — Серьёзно, я думала, что ты рассмеёшься или что-нибудь скажешь вроде: «Ах, ну конечно, как всегда, неожиданно». — И? — Рюджин подняла бровь. — Ага, почти так и было, — Йеджи усмехнулась, пряча улыбку. — Закрыть дверь прямо перед лицо, ты такая романтичная, я уже собиралась уходить с разбитым сердцем. Но прости, что без цветов и прочего, все цветочные были закрыты, а утром я бы передумала опять, знаю же себя. — Ты такая странная, знаешь? — пробормотала Рюджин, слегка толкнув её плечом. — Я? Нет, это ты странная, — Йеджи ухмыльнулась.  Рюджин засмеялась, тихо, почти шепотом, от чего Йеджи улыбнулась ещё шире. — И знаешь что, — продолжала Рюджин, — я думаю, что это был лучший дождливый день в моей жизни. Йеджи почувствовала, как её щёки вспыхнули. Она привыкла быть уверенной, дерзкой, той, кто всегда знает, что делает, но сейчас, под взглядом Рюджин, она вдруг ощутила себя уязвимой. Её пальцы нервно теребили край мокрой куртки. — Я серьёзно, — сказала она, глядя прямо в глаза Рюджин. — Я не знаю, как это сказать красиво, без всей этой романтической ерунды, ноты в моей голове всё время. Я вижу тебя во всём — в дурацких песнях, которые играют по радио, в запахе дождя, когда вижу парочек, которые гуляют за руку, когда гуляю по улицам, где мы были вместе, когда ем мороженое, да просто везде вижу тебя. Это пугает, знаешь? Но я не хочу, чтобы это прекращалось. Рюджин молчала, её губы слегка приоткрылись, будто она хотела что-то сказать, но слова застряли. Она сделала ещё один шаг, теперь стоя так близко, что Йеджи могла чувствовать тепло её тела, несмотря на холод, который всё ещё цеплялся за её мокрую одежду. — Ты правда думаешь, что я бы смогла просто посмеяться над этим? — голос Рюджин был тихим, почти шёпотом. — Йеджи, я тоже об этом думала. Не так, как ты, может, не так громко и открыто, но чёрт, ты же знаешь, как я к тебе отношусь.  Йеджи моргнула, её сердце забилось быстрее. — Знаю? — она усмехнулась, пытаясь скрыть волнение. — Ты же мастер шифроваться, Рюджин. Полгода назад ты чуть не сбежала, когда я случайно коснулась твоей руки. Рюджин закатила глаза, но её щёки предательски порозовели. — Ой, да ладно тебе, — она легонько толкнула Йеджи в плечо. — Я просто не знала, как реагировать. Ты всегда такая… слишком. Я боялась, что если начну, то уже не остановлюсь. Йеджи замерла, её взгляд смягчился. Она вдруг поняла, что Рюджин, несмотря на всю свою уверенность и остроумие, сейчас так же нервничает, как и она сама. Это было странно, видеть её такой открытой, без привычной маски лёгкости. — И что теперь? — спросила Йеджи, её голос стал чуть хриплым. — Ты собираешься останавливаться? Рюджин посмотрела на неё, и в её глазах мелькнула искра, та самая, которая всегда заставляла Йеджи чувствовать, что мир вокруг становится ярче. Она медленно покачала головой. — Нет, — сказала она твёрдо. — Не собираюсь. Йеджи почувствовала, как её губы расплываются в улыбке, которую она уже не могла сдержать. Она шагнула ближе, сокращая последние сантиметры между ними, и её пальцы осторожно коснулись запястья Рюджин. Это было лёгкое касание, почти невесомое, но оно будто электричеством прошло между ними. — Тогда… — Йеджи запнулась, её голос дрожал от смеси нервов и счастья. — Это значит, что ты моя? Рюджин рассмеялась, коротко, искренне, и этот звук был лучше любой музыки. Она наклонилась чуть ближе, так что их лбы почти соприкоснулись. — А ты моя? — ответила она вопросом, её голос был тёплым, с лёгкой насмешкой, но глаза говорили больше, чем слова. Йеджи не ответила. Вместо этого она подалась вперёд, и их губы встретились осторожно, почти робко, но с той искренностью, которая не нуждалась в словах. Дождь за окном, казалось, затих, будто давая им этот момент. Их первый, настоящий, без недосказанности. Когда они отстранились, Рюджин посмотрела на Йеджи с лёгкой улыбкой, но её глаза блестели. — Знаешь, — сказала она, убирая мокрую прядь с лица Йеджи, — ты всё-таки сумасшедшая, что пришла сюда под таким ливнем. — А ты всё-таки странная, что не выгнала меня, — парировала Йеджи, её голос был лёгким, но сердце всё ещё колотилось. *end of flashback* Дождь за окном не унимался, стуча по стёклам с упрямой настойчивостью, будто напоминая о том дне, когда всё началось. Свет от уличных фонарей проникал в комнату, смешиваясь с мягким сиянием лампы, и тени на стенах танцевали в такт их дыханию. — Сумасшедшая, — повторила Рюджин, её голос был пропитан теплом и лёгкой насмешкой. — До сих пор не верю, что ты тогда просто взяла и пришла. Без плана, без намёка, просто… Йеджи в своём репертуаре. Йеджи фыркнула, повернувшись к ней, её глаза блестели от озорства. — А ты до сих пор мне это припоминаешь? — она легонько ткнула Рюджин в бок. — Между прочим, если бы я не решилась, ты бы так и сидела в своей берлоге, прячась за своими шуточками и «я подумаю». Рюджин рассмеялась, качая головой, но в её взгляде мелькнула тень признательности. — Может, и так, — призналась она, её голос стал чуть тише. — Но знаешь, я рада, что ты не дала мне спрятаться. Я тебя люблю. Йеджи посмотрела на неё, её лицо смягчилось. Она придвинулась ближе, так что их колени соприкоснулись, и положила голову на плечо Рюджин. Этот жест был таким привычным, таким их, что Рюджин невольно улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается внутри. — Иногда я думаю, что было бы, если бы я тогда струсила, — тихо сказала Йеджи, её голос был почти шёпотом, будто она боялась спугнуть момент. — Если бы я просто развернулась и ушла. Рюджин повернула голову, её губы коснулись виска Йеджи, лёгким, почти невесомым движением. — Я бы тебя нашла, — ответила она уверенно. — Может, не сразу, может, через пару дней, но я бы не отпустила. Ты же знаешь, какая я упрямая. Йеджи хмыкнула, но её губы дрогнули в улыбке. — Упрямая? Это ты-то? — она приподняла голову, глядя на Рюджин с притворным недоверием. — Ты, которая до сих пор не может выбрать, куда пойти на ужин, пока я не ткну пальцем в меню? — Эй, это другое! — Рюджин рассмеялась, слегка толкнув её плечом. — Выбор ужина — это искусство, я доверяю это дело тебе.  А с тобой всё было проще. Я просто знала, что не хочу тебя терять. Йеджи прищурилась, её губы изогнулись в той самой лукавой улыбке, которая всегда заставляла Рюджин чувствовать, что она вот-вот попадётся в какую-то ловушку. — О, так ты знала, что не хочешь меня терять? — протянула Йеджи, наклоняясь чуть ближе, так что её дыхание коснулось щеки Рюджин. — А я-то думала, ты просто поддалась моему обаянию, потому что устоять было невозможно. Рюджин закатила глаза, но её щёки предательски порозовели. Она откинулась назад, притворяясь, что не замечает, как Йеджи придвигается ещё ближе, будто кошка, готовая к прыжку. — Обаяние? — Рюджин хмыкнула, скрестив руки. — Это ты про то, как ты постоянно рушишь мои планы, используя свои секретные техники? — Признай, тебе это нравится, — Йеджи легонько толкнула её плечом, но её рука осталась лежать на бедре Рюджин, пальцы чуть сжались, будто невзначай. — Тебе нравится, когда я немного… беспорядок вношу. Иначе ты бы уже сбежала. Рюджин приподняла бровь, её взгляд скользнул по руке Йеджи, а затем вернулся к её лицу. Она наклонилась чуть ближе, сокращая расстояние между ними, и её голос стал ниже, с лёгкой хрипотцой. — Сбежать? От тебя? — она усмехнулась, но в её глазах мелькнула искра. — Это ты от меня не сбежишь, даже если я начну дразнить тебя за тот раз, когда ты пыталась «романтично» зажечь свечи и чуть не подпалила занавески. Йеджи громко ахнула, её глаза расширились в притворном возмущении. — Это был один раз! — она ткнула Рюджин в грудь, но её губы дрожали от сдерживаемого смеха. — И, между прочим, ты тогда сказала, что это было мило! — Мило? — Рюджин прищурилась, её голос стал ещё более поддразнивающим. — Я сказала, что ты выглядела мило, когда паниковала и бегала с полотенцем, пытаясь потушить свою «романтику». Это разные вещи, любовь моя. Йеджи фыркнула, но её рука скользнула чуть выше по бедру Рюджин, и теперь уже Рюджин почувствовала, как её собственное дыхание сбилось. Йеджи заметила это и наклонилась ещё ближе, её губы были так близко, что Рюджин могла чувствовать их тепло, но Йеджи, как всегда, остановилась в миллиметре, дразня. — Знаешь, — Йеджи почти прошептала, её голос был низким, с лёгкой хрипотцой, — я могла бы сейчас устроить тебе настоящую романтику. Без свечей, без пожаров. Только ты, я и… — она сделала паузу, её глаза блеснули, — этот дождь за окном. Рюджин сглотнула, пытаясь сохранить самообладание, но уголки её губ уже дрогнули в улыбке. — О, так ты теперь эксперт по романтике? — она наклонилась чуть ближе, их носы почти соприкоснулись. — И что ты предлагаешь, моя госпожа? Ещё одну вылазку под дождь? Или что-то намного поинтереснее? Йеджи ухмыльнулась, её пальцы медленно скользнули по воротнику футболки Рюджин, слегка потянув ткань. — Поинтереснее, — ответила она, её голос был почти шёпотом, но в нём было столько обещания, что Рюджин почувствовала, как её пульс ускорился. — Но только если ты перестанешь дразнить меня за занавески. Сделка? Рюджин рассмеялась, но смех вышел чуть хриплым, и она поняла, что проигрывает эту игру. Она схватила Йеджи за запястье, останавливая её руку, но не отстраняясь. — Сделка, — сказала она, её голос стал тише, но в нём была та самая искра, которую Йеджи так любила. — Но только если ты докажешь, что твоя «романтика» стоит моего внимания. Йеджи прищурилась, её улыбка стала ещё шире, почти хищной. Она наклонилась так, что их губы почти соприкоснулись, но вместо поцелуя она прошептала. — О, я докажу. Но учти, Рю, после этого ты будешь умолять меня о продолжении. Рюджин закатила глаза, но её рука уже скользнула на талию Йеджи, притягивая её ближе. — Умолять? — она хмыкнула, но её голос предательски дрогнул. — Посмотрим, кто тут кого будет умолять «не останавливаться». Дождь за окном, казалось, стал громче, но ни одна из них уже не обращала на него внимания. Комната наполнилась их смехом, перебиваемым тихими перешёптываниями и лёгкими касаниями, которые обещали, что этот вечер будет таким же незабываемым, как тот день под ливнем, когда всё началось.