Рай у твоих ног

Блэйд знал, что про него говорили. Его боялись, кто-то даже ненавидел. Но это особо и не цепляло, это было даже в порядке вещей. Взгляд ярких, бордовых глаз заставлял чувствовать себя крайне некомфортно, он рушил надежды, он заставлял чувствовать опасность. Он был врагом всего живого, мерзостью, что никогда не сможет окупиться от своих грехов. Только смерть может помочь. Но и она не желает принять его в своих холодные, но умиротворяющие объятия. А ведь он пытался. Много, очень много раз. Шрамы от битв, от попыток умереть, никогда до конца не заживут. Они будут болеть всегда. Холодный блеск далёких звёзд манил, притягивал взгляд. Иногда, в редкие моменты слабости, он обращался к ним. Но звёзды оставались равнодушны к его страданиям. Он медленно шёл ко дну, что совсем скоро поглотит его полностью, не оставляя и следа. Темнота дна, что будет окутывать его, заставляя чувствовать душераздирающий холод, пробирающий до самых костей. Блэйд всё это прекрасно знал. Но... В его жизни всё таки был свет. Цзин Юань заставлял чувствовать себя спокойно любого, кто находится рядом, взгляд золотых глаз мягко наблюдал за всем происходящим перед ним. Блэйд обожал это. Он думал, что окончательно перестал что-либо чувствовать, кроме всепоглощающей ненависти, желания мести и смерти. Однако, он ошибался. Цзин Юань был единственным, кто заставлял Блэйда чувствовать себя... Живым. По настоящему. Рядом с ним даже желание закончить все страдания притуплялось, отдавая место теплу и чувству комфорта. Безопасности. Цзин Юань был тем, перед кем Блэйд вставал на колени. Он любил находиться в этом положении. Пока Цзин Юань сидел на каком-то диване, Блэйд сидел на коленях, обнимая ноги Генерала, уткнувшись в них. Теплая рука перебирала тёмные, в каких-то местах запутанные, пряди волос Охотника, грея того, делясь своим теплом с вечно холодным обладателем бордовых глаз. В такие моменты всё остальное было неважным. Работа, долг, переживания, всё отходило на дальний план, поглощаясь огнём. Блэйд прикрыл глаза, слыша, как за окном поют птички, в отдалении были слышны звуки города, голоса людей. В комнату пробирался игривый ветерок, проходясь по открытым участкам кожи. Он еле слышно вздохнул, расслабляясь. Сверху послышался мягкий смешок, рука продолжала играться с прядями, ещё больше расслабляя и усыпляя. Невольно и сам Блэйд приподнял уголки губ, поймав настроение своего Света. Да, всё остальное перестаёт иметь значение, когда рядом Цзин Юань. А-Юань.