В ту брачную ночь у невесты прорезались клыки

Миша сидел за своим столом, расшифровывая показания по делу о краже видака «Электроника ВМ-12» из коммуналки на Васильевском. Рука машинально выводила буквы, глаза устало бегали по строчкам. В коридоре шаркали сапоги, хлопала дверь - всё шло своим чередом и ничего не предвещало… ничего. И тут дверь его кабинета распахнулась с такой силой, что стоявшая у стены вешалка дрогнула. На пороге, тяжело дыша, стоял Андрей. Ковбойская шляпа сбилась набок, глаза сверкали каким-то дурацким восторгом. - Мих… - начал он загробным голосом, как будто только что вышел с сеанса спиритизма. - Мих, ты не представляешь… какое нам досталось дело… Миша закатил глаза: - Опять кто-то украл колбасу и закопал на даче? Андрей медленно вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь и ещё больше сгустил голос: - В ту брачную ночь… у невесты прорезались клыки. Миша на секунду даже перестал писать и уставился на напарника: - Что? - Слушай дальше, - Андрей сел на край стола, явно наслаждаясь моментом. - Она укусила своего жениха за шею. Дважды. Как вампир. И сбежала. Босиком, прямо в свадебном платье, в ночь, в мороз. Исчезла. - Ты это сейчас придумал? - спросил Миша, устало потерев виски. - Да нет, блядь, серьёзно, - Андрей вытянул из-под мышки тонкую папку и хлопнул ею по столу. - Вот, смотри. Протокол. Заявление написал сам жених. Уже утром, как очухался. Судмедэксперты подтвердили: проколы - от клыков. От двух чётких, острых зубов. Миша всё ещё не верил: - Сказочник… А я всё думал, кто все эти рассказики про ведьм и леших в «Пионере» пишет, ё-моё? Не ты ли случайно, Андрюх? - Ага. Только это не байка. Девица - пропала по-настоящему. Следов нет. Миша откинулся на спинку стула, перелистнул несколько страниц дела и вздохнул: - Ну что… поехали расследовать дело о невесте-вампирше. - Поехали, - оживился Андрей. - На Мойке, дом сто четвёртый. Там всё и случилось. Серый «Москвич» подпрыгивал на выбоинах узкой улицы. Ленинградский декабрь встречал их привычной сыростью и утренним полумраком - казалось, рассвет передумал приходить. Дом № 104 на Мойке выглядел как и сотни таких же - облупившаяся штукатурка, старая парадная с облезлой табличкой «Домофон не работает» и запах кошек, перемешанный с ароматом тушёной капусты. Жених ждал их на лестничной площадке. Молодой мужчина в застиранной рубашке и шерстяном жилете был бледен так, будто всю ночь провёл в морге. Под глазами легли синеватые тени, руки дрожали. - Заходите, товарищи, - сказал он глухо и пропустил их в квартиру. Комната встретила их вчерашним праздником: на столе - уже подсохший «Оливье» в хрустальной салатнице, бокалы с разводами от шампанского, гирлянда на окне всё ещё мигала, весёлыми огоньками. - Значит так, - начал Миша, открывая блокнот. - Расскажите всё по порядку. С момента, как вы остались вдвоём. Мужчина сглотнул. Голос у него дрожал. - Я… я вообще не ожидал от неё такого, - сказал он и посмотрел куда-то мимо них. - Мы сначала сидели с ней, пили шампанское, разговаривали. И тут внезапно она как будто озверела. Он замолчал, вцепился пальцами в подлокотник кресла. - Подскочила ко мне, будто не в себе. Набросилась, укусила за шею - сильно, до крови. Я даже крикнуть не успел. А потом… потом просто убежала. В чём была. В платье, босиком. На улицу. Я за ней - а её уже нет. Как сквозь землю провалилась. Андрей переглянулся с Мишей. Тот закрыл блокнот и всмотрелся в жениха внимательнее. Чем дольше он смотрел, тем явственнее становилось: с этим человеком что-то не так. Он не просто устал или пережил шок - он был смертельно бледен и, казалось, немного не в себе. - Вас трясёт, - заметил Миша. - Вы плохо себя чувствуете? - Да я… не знаю… как будто сил нет, - пробормотал тот. - С самого утра. И голова кружится. Андрей присел на край стола, скрестил руки: - Кровопотеря серьёзная? - Нет… - жених покачал головой. - Врачи ваши милицейские приходили, сказали, крови немного потерял, но… следы странные. Глубокие. От двух зубов. Клыков. -Ага, - проговорил Андрей с загадочным выражением. - Ну прямо чистая классика. Миша вздохнул: - Ох, не начинай, ё-моё! Он ещё раз окинул взглядом комнату - разбросанные вещи, следы небольшого застолья. Всё выглядело буднично и жутко одновременно. - Заявление вы написали, - сказал Миша. - Теперь наша очередь искать. Они попрощались с женихом и вышли на лестничную площадку. - Исчезла после укуса… босиком… в брачную ночь… Мих, ты понимаешь, к чему это всё ведёт? - К чему? - спросил тот, уже догадываясь, что услышит. - К вампирам, конечно, - совершенно серьёзно сказал Андрей. - Я тебе говорю: невеста обратилась. Миша вздохнул так, как будто только что выгрузил полный грузовик картошки: - Господи, Андрей… ты хоть раз можешь обойтись без этой чуши? - Это не чушь. Это факты, - ответил Андрей с важным видом. - Укус, исчезновение, следов нет. Всё сходится. Миша снова закатил глаза: - Пошли по квартирам, - сказал он. - Начнём с тех, кто ближе всех к ним живёт. На втором этаже им открыла женщина в халате и с бигуди, от которых пахло нашатырём. Она явно ждала их: лицо её вспыхнуло от радости, как у человека, которому наконец-то есть что рассказать. - Ой, товарищи милиционеры! Такую ночь мы пережили! - заговорила она с порога. - Кричала она страшно… не человеческим голосом. А потом - хлопнула дверь, и я слышу босые ноги вниз по лестнице… топ-топ-топ… и всё. Тишина. - Вы видели её? - уточнил Миша. - Только мельком. В платье белом. Как моль пролетела. На первом этаже дверь открыл сухонький старик с густыми бровями и затуманенным взглядом. Говорил он тихо, будто боялся, что стены подслушивают его: - Я её видел, - сказал он. - Видел, как она к двери бежала… а потом - как дым. Пух! Испарилась. Словно и не было. Андрей насторожился: - Испарилась? Прямо на ваших глазах? - Исчезла, - упрямо повторил старик. Когда они отошли, Андрей оживлённо зашептал: - Видишь? Очевидец подтверждает: это чертовщина какая-то. - Очевидец, которому лет восемьдесят, и который едва различает свою кошку от половика, блин, - буркнул Миша. - Ты глаза его видел? У него же катаракта. Но даже он не мог отрицать: история становилась всё страннее. Банкетный зал всё ещё пах розами и шампанским. Белые скатерти уже сняты, стулья поставлены на столы, и только зеркальная стена с гирляндами напоминала о вчерашнем веселье. Официант, долговязый парень в мятом жилете, отвечал неохотно. Видно, не хотел связываться с милицией. - Да, я работал вчера, - признался он, переминаясь с ноги на ногу. - Всё шло как обычно. Сначала тосты, танцы, потом ближе к ночи невеста куда-то вышла… и больше её никто не видел. Сначала думали, в уборную пошла. Потом - что с подружками ушла фотографироваться. Искали всюду - на кухне, во дворе, даже в подсобке. Но она будто растворилась. - А жених? - спросил Миша. - Жених? - парень фыркнул. - Жених был уже никакой. Его друзья чуть ли не на руках вынесли, в машину запихнули и домой отвезли. Сам бы он и шагу не сделал. Друзья жениха не могли поведать ничего внятного. Кроме одного. Он согласился открыть дверь только после того, как Андрей бессовестно пригрозил взломом. Уставший и помятый, с красными глазами, он и сам натуральнейшим образом напоминал вампира. - Да, я был с ним, - сказал он, усаживаясь на край дивана. - Дотащили мы его до квартиры, положили на кровать. Он лежал, как бревно, даже не храпел. Все ушли, а я остался рядом - ну, мало ли… вдруг там… ещё чего, ну, как Джими Хендрикс. Не хотелось потом всю жизнь себя корить. Он замолчал на мгновение, потом продолжил: - Часа через два он очнулся. Пошатывался, но говорил уже связно. Мы даже налили ещё по чуть-чуть… шампанского. И тут - бах! - дверь распахивается, и она влетает. В свадебном платье, босиком, волосы растрёпаны, глаза бешеные… и рот - весь в крови. Андрей нахмурился: - В крови? Вы уверены? - Абсолютно. Я думал, мне конец. Она как заорёт: “пошёл нахуй отсюда”, как посмотрит на меня - я только и смог, что выскочить вон. С тех пор я её не видел. И его тоже. Когда дверь за другом закрылась, в подъезде повисла тишина. - Ну что, - сказал Андрей, глядя на Мишу, - теперь ты мне скажи: ну разве не мистика? Миша не ответил сразу. Он задумчиво посмотрел на лампочку под потолком, моргающую в такт его собственным сомнениям. - Это тянет на очень странную историю, - наконец сказал он. Андрей усмехнулся и поправил воротник плаща: - Посмотрим, кто из нас окажется прав. Они нашли подругу невесты не сразу - та жила на другом конце города, в старом доме на Васильевском. Дверь им открыла девушка лет двадцати пяти, в мятом халате и с огромными солнечными очками, которые она не сняла даже в полумраке квартиры. С первых секунд всё казалось не так. Девушка двигалась скованно, старалась не делать резких поворотов. И только когда Андрей заметил, что под рукавом её халата неловко прячется огромный синяк, а на щеке темнеет расползающийся кровоподтёк, губа её была рассечена. - Что с вами произошло? - спокойно спросил он. - Упала, - быстро ответила она. - На лестнице. - Может, нам скорую стоит вызвать? - уточнил Миша. Она не ответила. Только губы дёрнулись - словно она прикусила их изнутри. - Вас не смущает, что ваша подруга пропала? - спросил Андрей. - Она взрослая - сама найдётся, - отрезала девушка и отвернулась к окну. Взгляд Миши стал тяжёлым, прокурорским: - Знаете, что интересно? Все остальные почему-то обеспокоены. А вы - нет. Как будто и знаете, где она. И что это такое? - Миша указал рукой на пару валяющихся возле кровати белых туфель. - Это мои… - Наденьте их тогда, - предложил Андрей. Тишина снова повисла. Потом она выдохнула, словно решаясь: - Ладно. Она была здесь. - Голос её дрогнул. - Пришла ночью. Вся в слезах, в платье, пьяная в дым. Орала, что я сплю с её женихом. Что я тварь. Я пыталась объяснить, что это бред, что мы даже не общаемся больше. Но… она не слушала. Набросилась, как фурия. - И вы? - мягко спросил Андрей. - Я защищалась, - она закрыла лицо руками. - Она потащила меня за волосы, я толкнула её… Слишком сильно. Она как хлоп, зубами об угол стола. Я, честное слово, жутко испугалась, думала, она умерла! Подбежала к ней, а она вскочила - два зуба передних у неё не было, выбила, видать, когда стукнулась. Ну, потом она убежала. Когда они вышли из квартиры, Миша достал сигарету, и закурил. - Значит, вот откуда кровь, - произнёс Андрей. - Вот почему клыки. Передние выбиты - остались боковые. И укус вышел… хищный. Миша кивнул, устало потирая переносицу: - И никакой мистики, сказочник. Обычная женская ревность. - Обычная? - Андрей усмехнулся. - Женщина в белом, босиком, с кровавым ртом мчится через весь город мстить неверному. Это, по-твоему, обычная история? - Для Ленинграда? - Миша пожал плечами. - Самая обыкновенная. Нашли её в квартире у сослуживицы с её работы, на пятом этаже старого кирпичного дома. Сослуживица, бледная как мел, стояла на пороге и сразу принялась оправдываться: - Я ничего не знала! Она пришла ночью, вся в слезах и крови, я испугалась. Я думала, с ней что-то страшное случилось. - Милицию сразу вызвать или хотя бы скорую вам в голову не пришло? - строго отчитал женщину Миша. Та растерянно пожала плечами. На диване, укрытая пледом, сидела она - невеста. Свадебное платье превратилось в тряпку, подол в грязи, волосы растрёпаны, глаза красные и пустые. Увидев Андрея и Мишу, она не закричала, не бросилась бежать - только закрыла лицо руками. - Ну здравствуйте, - тихо сказал Андрей, снимая шляпу. - А мы вас ищем, весь город облазили. - Не надо было… я всё равно не вернусь, - шепеляво прошептала она. - Он мне врал. Он меня предал. Миша сел напротив и наклонился чуть ближе, глядя прямо в её покрасневшие глаза: - Кто вам это сказал? - Все… - она всхлипнула. - Сказали, что он с моей подругой бывшей. Что прямо перед свадьбой был у неё. А я-то думала, почему она на свадьбу идти отказалась. Андрей переглянулся с Мишей и тихо сказал: - Знаете, мы сегодня уже слышали вторую сторону этой истории. И знаете что? Там её нет. Ни измены, ни интрижки. Есть только ваша ревность, пара рюмок шампанского и очень плохая идея тащиться босиком через весь город. Они правда встречались, но за год до встречи с вами. Она подняла голову, не веря: - Вы… вы уверены? - Мы следователи, гражданка, - ответил Миша с уверенной полуулыбкой, вынуждая Андрея удивлённо заломить бровь, - Мы обычно проверяем такие вещи. Тишина. Потом она вдруг захохотала - сначала тихо, потом громче, и в смехе этом слышалось отчаяние и облегчение сразу. - Господи… - выдохнула она. - Я идиотка. Я… я избила свою подругу, представляете? А потом… потом его укусила. Я думала, что убью его. - Не убили, - сухо сказал Андрей. - Но напугали до смерти. Через несколько часов они уже сидели все вместе - она, жених с повязкой на шее и сослуживица, разливающая чай дрожащими руками. Разговор получился тихим, неловким и почему-то очень человеческим. Слёзы перемешивались со смехом, обиды - с извинениями. - А зубы мы вставим, будут лучше прежних… - А прежние тебе чем не нравились? - Ну, там у тебя щербинка такая была… - Что-о-о-о-о?! *** Когда они вышли на улицу, над городом уже серел рассвет. Дело было раскрыто в течение суток. - Ну что, сказочник,мой милый, - сказал Миша, застёгивая свою зелёную куртку. - Никаких вампиров. Только любовь, алкоголь и дурь. Андрей посмотрел на бледное северное небо, где солнце едва пробивалось сквозь тучи, и усмехнулся: - Ты недооцениваешь силу любви, Мих - иногда она страшнее любого вампира. - Ага, особенно когда кто-то без основательно ревнует, - заметил Миша, хитро прищуриваясь. Они пошли по пустынной улице к своему «Москвичу», и шаги их эхом отдавались в тишине. Мимо прошла женщина с букетом в руках, и цветы пахнули прохладой и чем-то новым. Андрей задержал на ней взгляд и вдруг подумал, что утро всегда наступает - даже после самой чёрной ночи. А город снова делал вид, что ничего не случилось.