Странный буклет

Спящий майор Саргас действительно не выглядел как человек, способный убить человека без капли страха. Полный бумаг стол, спящий на стуле майор, кружка с остывшими остатками кофе… Казалось, он работал, не прерываясь на обед. Хотя и Петер, и Уинстон давно подозревали, что крикливый Саргас покидает свой вагон только ради того, чтобы уничтожить барабанные перепонки проводников.  Петер, от которого всё ещё несло дешёвыми сигаретами, саркастически умилялся беззащитному состоянию майора. Но Уинстон видел, как горят его глаза. Желание отомстить Саргасу за головные боли взыграло не только у старшего проводника. Не успел Уинстон озвучить свою идею, а уже наблюдал за тем, как друг берёт кружку, удаляется в столовую, возвращается и ставит дымящийся кофе на стол. Подмигнувший Петер сделал что-то. Что-то… добавил? Уинстон знал, что его товарищ в здравом уме ни за что бы не преподнес Саргасу кофе, ибо тот действительно считал, что Саргас милый только когда спит зубами к стенке. Уинстон нервничал. Он проработал на поезде не так много и всё ещё волновался о том что майор вышвырнет его на ближайшей станции. Наверное, именно это послужило главной причиной, по которой он подошел к столу. Проводник собирался вылить куда-нибудь кофе под фырканье Петера, но только он потянулся, как заметил странную листовку. «Увеличение члена» Гласил зелёный рекламный буклет. Открытие ввело Уинстона в краску и он хотел проигнорировать прочитанное. Но увидел следующую бумагу. Неприличная надпись шокировала и возмутила проводника. «Список дел: Трахнуть Уинстона» После этого он не стал мешать Петеру. Развернувшись на сто восемьдесят, Уинстон попросил товарища добавить побольше слабительного в кофе и вылетел из купе под ехидный смешок Петера. Узнал о том, что в кофе было вовсе не слабительное Уинстон только ночью. Когда ввалившийся, разгорячённый и слишком уж целеустремлённый Саргас повалил проводника прямо на кровать, впервые игнорируя кота. Был ли у Уинстона выбор? Нет. Нравилось ли Уинстону лицезреть обнажённую мускулистую грудь майора? О да. Уинстон никогда не расскажет Петеру, как раздвигал перед начальником ноги или как садился тому на лицо. Увеличивать член Саргасу вовсе не нужно было - орган и без того был до того длинным, что несчастный Уинстон робел от одного воспоминания о тех ощущениях.