веснушчатый бог

"Почему ты протягиваешь руку бездомному?" Хенджин надеется, что он окажется Богом. Возможно, тогда у него будет дом, и не надо будет ночевать в подвале школы, не надо будет бояться, что его снова найдёт охранник и выгонит, не надо будет спать на скамейке или воровать чужие куртки, чтобы не сдохнуть от холода зимой. Возможно, тогда не придется возвращаться домой и видеть качающийся труп мамы под потолком в её комнате. Никому нет дела. Полиция в этот район не поедет и под дулом пистолета. А снимать труп этой суки он ненамерен. Плевать. Пусть эта квартира станет ее склепом. А он как-нибудь переживет. Он дальше будет искать бога. Веснушчатый бог из его снов, он обязательно его найдет. Он ведет Хенджина, по скамейкам, по мусоркам, по пристанищам для бездомных, доводит до окраины города и истерик. Но дорогу прокладывает, почти на ходу рисует перед глазами подростка ярко красные следы на снегу. Хенджин верит, это его миссия, долг, предназначение. Он должен найти, выследить, докопаться, раскопать. Следы приводят на кладбище, старое как мир, железный заборчик пора хоронить со всеми остальными людьми, тот держится на честном слове и мертвичине, что расползлась по почве. Момент, когда Хенджин находит бога, словно ослепляет его, в глаза бьет резкий свет, резкий шум и крики, звук сирен бьет по ушам, но Хенджин лишь смотрит на него, это его бог. Бог холодный, синий и веснушчатый. Бог не двигается и не говорит, даже не смотрит на того, кто так страстно его искал, обошел все кладбища! Как он смеет! Хенджина охватывает ярость такая, что в глазах белеет, его трясет крупной дрожью, бог не дал ему дом. Он получил лишь горстку земли. Хенджин чувствует как его сердце разбивается, осколками вырезает его изнутри. Парень бросает обманщика на землю, встает на немеющих ногах, рука тянется за лопатой. Он успевает почувствовать как что-то врезается в его плечо, словно дротик, но пролетает сквозь. Он чувствует это перед тем, как врезать острие лопаты в шею мертвого лжеца. И он бы назвал это богохульством. Он – обманутый, преданный и бездомный. Сердце ноет от снов, что снятся в железной будке. Кровавые следы и обещания о доме, вера, святой-святой Феликс. Со своим святым мясом. Мертвым мясом. Он не был Богом. Обманул. Предал. Забрал дом. Хенджин вдруг оглянулся вокруг. Серые стены, телесный костюм с номером и железная дверь. Кровать по ощущениям как все те скамейки. Полиция, могилы, трупы... Феликс. Мозг пришел в себя, вернул реальность глазам и памяти. Хенджин пришёл в себя. В то утро его нашли с разбитой головой и кровавым пятном на стене. *** Мужчина нахмурившись читает газету, его лицо выражает мимолетное омерзение. Он вздыхает и, сложив, откидывает ее куда подальше. Все также хмуро смотрит вникуда, протягивает руку за кофе, вслепую нащупывает кружку, которую тут же роняет. – Черт! Что ж за день сегодня такой, все из рук валится, – принялся причитать он. – Что, Пак, не с той ноги встал? – Да скорее не с той газеты, видел вон что? – Воскликнул тот коллеге. – А, ты про Хвана... Да, если честно, по нему еще со школы видно было, что он... Ну, знаешь... Того. – Мужчина понизил тон голоса и по крутил пальцем у виска. – От него словно всем городом ждали чего-то такого. Джанмин, доубирав осколки, в очередной раз вздохнул и, посмотрев на заголовок газеты, сказал: – Дождались. Хван Хенджин, 20 лет, убийство родной матери и вандализм на кладбищах города. «Как сообщает полиция, у обвиняемого произошел психоз и диссоциация, какое именно расстройство узнать не удалось. Юный парень, о котором все отзывались как о застенчивом и тихом, на деле был запуган собственной матерью, видимо поэтому в какой-то момент его психика не выдержала, и он решил отомстить. Подстроил самоповешение. При задержании говорил про поиски бога, попытка допроса не удалась, задержанный не был в состоянии мыслить трезво. В ходе расследования выяснилось, что могила последнего из его "жертв" была могилой его давнего школьного друга. Феликс Ли, был убит в центральной церкви, рос в религиозной семье и как известно часто говорил с обвиняемым о Боге, цитата: "Бог подарит дом нам всем. Бог – есть дом"» Пролитый кофе разбежался по буквам страницы, газету скомкали и та полетела в мусор за ненадобностью. История о веснушчатом Боге встретила свой конец в мусорном ведре пожарной станции города Кванчхон.