я хотел бы лишь остаться с тобой.

*** гнетущая тишина повисла в зале заполненного людьми дома. все из них стремились держатся группой, выстраивать взаимоотношения и доверие - но есенин, в отличии от них, держался особняком. перекидывался парой-тройкой слов с домовладельцем, мог поговорить с некоторыми жильцами, но не переходил эту грань - хотел верить, что весь этот пиздец ненадолго, и его пристанище в виде чужой неуютной обители тоже временное. скрывал настоящее имя за выданным ему прозвищем, и занял единственную никому не приглянувшуюся комнату. и благо, что никто больше на неё не претендовал, небольшой диванчик едва ли вмещал его самого. так есенин и провёл несколько дней, в гордом одиночестве, нисколько об этом не сожалея. однако, медленно но верно, в дом стали приходить перемены. ебучие кчс добрались и до невзрачного дома на окраине - забрали сперва одного человека, а затем ещё несколько, с ложными обещаниями что это ненадолго, что это всё лишь ради человечества и прекращения апокалипсиса, что своим доверием к кчс мы можем спасти этот мир..вот только ни одного человека так и не вернули, а значит, пришло время впустить в дом новых людей. незнакомых, непредсказуемых и угрожающих - кто знает, где человек, а где гость, который тихой ночью вопъется в твою шею и ни кусочка не оставит от тела? есенин уже смирился с такой участью, лишь хотел, что бы до него очередь дошла последним. страшно умирать, когда не знаешь, что будет после того, как сердце прекратит биться и душа покинет тело. тошно от этих мыслей. одно лишь хорошо - пока ты один в комнате, мысли можно смело говорить вслух. ответа, конечно, не последует, но есть легкое мнимое облегчение, чувство, что ты выговорился, а не погряз лишь глубже в мыслях. – лишь бы ко мне не подселили какое-нибудь отродье..одному то тошно. а с кем-то, наверное, окончательно ебнусь. мм.. - есенин вытянулся на диване, благодаря вселенную что он тут один и может позволить занять всё место. затем неохотно, ленясь встать, протянул руку к лежащей на полу около дивана книжке, как бы иронично не было, есенина, и открыл страницу, на которой ещё вчера загнул уголок что бы продолжить чтение позже. – "чёрный человек.." - произносит тот вслух название произведение. а уже, на всякий случай в мыслях продолжает ход мысли. – жил у нас тут один такой, говорил что-то про добро и вечно улыбался. а зубы то были белоснежные, а после обнаружения его чрезмерной доброты в виде мешков с трупом и всех признаков гостя, домовладелец вышиб ему мозги.. – черт, даже тут от всей этой поебени не отвлечься. "друг мой, друг мой, я очень и очень болен. сам не знаю, откуда взялась эта боль. то ли ветер свистит над пустым и безлюдным полем, то ль, как в рощу сентябрь, осыпает мозги алкоголь." упоминание алкоголя заставляет тут же бросить взгляд на несколько пустых банок пива валяющихся на полу. черт, а он же собирался позаимствовать у домовладельца лишь одну. когда он успел столько выпить? моменты, когда он вновь выпивал оставались лишь пробелами в памяти. вряд-ли хозяин дома будет рад, если все его запасы окажутся выпиты за ближайшие пару недель. неожиданно, раздается стук в дверь. – вспомнишь говно, вот и оно.. - вслух выдает есенин. не успевает тот подойти к двери что бы открыть лично, как домовладелец сам открывает дверь. – никакого, сука, личного пространства. тогда зачем стучался? мало ли, что я тут де.. - есенин не договаривает, и застывает на середине очередной едкой фразы, заметив в проходе кого-то еще. фигура незнакомая, но не кчс. значит, пришли не по его душу. однако, легче не стало. – другие комнаты заняты. - не церемонясь выдает домовладелец, пока силуэт новичка за его спиной никак не решается войти внутрь, ожидая развязки диалога, который уже начался в не особо-то гостеприимном тоне. – а кладовка? там же никого. – он сказал, что боится, что чем ближе к двери, тем холоднее, да и места там немного. – холоднее? что блять за бред? домовладелец лишь устало вздыхает, и с облегчением слышит, как его окликает дочь соседа, с недавних пор поселившаяся у них. – ну, мне пора. разберись сам. дверь закрывается сразу после того, как из темноты коридора парень проходит в освещённую комнату. теперь разглядеть его не составляет труда - теплая, даже жаркая одежда. первым в глаза бросаются пышная куртка и огромный шарф. для полноты образа путешественника на северный полюс не хватает только блять, меховой шапки да толстенных перчаток. кожа парня при этом бледная, зрачки подозрительно суженные и взгляд пустой, не человеческий. – а меня он блять ещё проверяет..тебя как пустили то, а? - есенин чувствует, что звучит крайне грубо. но сейчас эмоции берут верх, домовладелец совсем выжил из ума, пустив это подобие человека на порог? – ..через дверь. - невозмутимо отвечает новичок, и сверлит немного потерянным и озадаченным взглядом место рядом с есениным, будучи не до конца уверенным, стоит ли садится рядом. рядом, конечно есть кресло, но выглядит она куда менее надёжным и просторным. – ладно уж, садись, только ночью меня не сожри, и не мешайся. буду звать тебя..пальто, а меня зови есенин. - новичок с облегчением выдыхает, то ли от позволения занять место рядом, то ли от того, что не придется выдумывать себе имя - он его не знал. не помнил ничего, кроме зияющей пустоты и пронизывающего холода. не знал, на что он способен, может ли он себя назвать человеком или нет. отголоски прошлой жизни порой отдавались в голове, но толку от этого было мало. все попытки вспомнить прерывались диким холодом, мурашками по измученному телу и стуком собственных зубов. есенин же взялся за книгу, которую никак не доводилось дочитать. всё кто-то отвлекал. "черный человек на кровать ко мне садится черный человек спать не дает мне всю ночь." *** казалось бы, нашел теплое место, и тело окутывает шерстяное одеяло. да вот только на деле, тело по прежнему окутывает холод. зубы дрожат в унисон с телом, ударяясь об друг дружку и противно стуча. в мыслях одно - как же согреться? не волнует ни новое сожительство, не то, насколько чуткий его сон. а к сожалению пальто, достаточно, что бы.. – ты что, серьёзно, настолько мёрзнешь? уснуть, блять, невозможно от того, как ты зубами стучишь. спать ложись. - говорит есенин, приподнимаясь на локтях и недовольно поглядывая в сторону новичка. – да, я совсем не могу согреться. извини, что мешаю. - изначально, пальто думал добавить "могу уйти", но уходить не хотелось. от одних воспоминаний о том, как зябко было снаружи, хотелось зарыться поглубже в одеяло и вжаться в диван. – ..ладно, но ты у меня в долгу. - есенин неохотно поднимается с дивана, больше не доверяю самому себе и тому, насколько здрав его рассудок. он и вправду занимается такой бесполезностью? но внутри, он чувствует легкое сочувствие к новому соседу - все таки, в нём осталось немного эмпатии даже несмотря на черствый характер. да и понять его можно. должно быть, ему сейчас холодно также, как самому сейчас жарко. спустя минут десять препинаний с домовладельцем, тот возвращается с широким и на вид очень тёплым пледом в руках. вязаным, видимо, вручную. может, от бабки остался, на пару с стоящим в комнате сервизом. – спасибо. - говорит пальто, все еще не особо веря в такой поступок со стороны сожителя. ну, или не веря в его искренность. чувствуя себя ненужным всем, начиная от общества и заканчивая космосом, трудно поверить в доброту человека, которого ты даже имени не знаешь. этой ночью он чувствует себя немного теплее. правда, скорее ментально, нежели телом. то продолжает содрогаться от холода, зато, удаётся уснуть, на некоторое время отключившись от вечных мук. *** – скука смертная. - уставшим тоном процедил есенин, положив руки за голову и уставившись в потолок, лежа на уже ставшим родным диваном, который в первое время казался ужасно старым и неудобным. оказывается, ко всему ведь можно привыкнуть. то же самое касалось и его нынешнего соседства - в первое время было тяжело. приходилось всякий раз делать замечания новому жителю дома, а порой помогать с тем или иным вопросом. тому было заметно сложно освоится в новом месте, а ещё, также как и есенин, он не шел на контакт. не с ним, не с кем либо ещё из жильцов. и сейчас, сказав что ему скучно, он уж тем более не ждал ответа на свою фразу, пальто частенько молчал в ответ даже на прямые обращения к нему. но сегодня, к большому удивлению есенина, тот решил поддержать диалог. – да, и вправду скучно. может, э..погадаем на книге?.. - неуверенно сказал парень, нервно вцепившись пальцами рук в своё поношенное пальто. не то что бы тот стеснялся или боялся самого соседа, скорее, боялся что его предложение звучит неестественно и люди таким не занимаются. он попросту не знал и не помнил, как себя нужно вести. но вчера, мельком зайдя на кухню, услышала как недавно поселившаяся у них дома гадалка предлагала нечто такое домовладельцу. правда, тот отказался, а затем прозвучало что-то про аффирмации на понос. но это наверняка не лучшее времяпровождение, да и вряд-ли вообще им является, поэтому пальто остановился на первом варианте, терпеливо ожидая ответ есенина, который видимо, слегка опешил, ведь вообще не ожидал что сосед что-то ответит, так ещё и предложит совместную деятельность. – ты ошибся, гадалка у нас на кухне. - усмехнулся мужчина. – извини, я от неё это и услышал. – да ладно уж..нам тут ещё, наверное, долго сидеть. скоро будем заниматься и не такой херней, так что гадание должно быть вообще не самое худшее, что нас ждет. но учти, я во весь этот бред не верю. просто уже повесится охота от скуки. пальто, который видимо уже потратил весь свой словарный запас на сегодня лишь молчаливо кивает, подавая тому книгу со сборником стихов есенина. так вот, откуда пошло его прозвище..стоило бы запомнить. - по стихам решил гадать? ну, ладно, давай я начну. только вот, я не уверен что тут получится как на книгах. да и неохота мне так заморачиваться. буду просто вслепую тыкать пальцем в отрывок на той или иной странице в середине, начале, или конце, и он будет ответом на вопрос, сойдет? уж прости, но за профессиональным гаданием за чем угодно тебе не ко мне. - сосед, задержав взгляд на соседе ожидает ответа. – хорошо. давай в середине, страницу семьдесят четыре, а вопрос..когда мне не будет х-холодно? - произносит пальто, отведя взгляд суженных зрачков на последнем слове, будто боялся его произносить вслух. а ещё страшнее было, что он задаёт такой идиотский вопрос, несвойственный обычному человеку. но похоже, есенин привык к его странностям, и невозмутимо открывает старую книгу на названной странице. пока тот закрывает глаза парень вовсю пользуется моментом - с любопытством осматривет собеседника. надо сказать, что у него достаточно красивые руки, не выдают ни одного признака гостя, чистые и безо всяких раздражений кожи. красивые, с длинными пальцами. невольно происходит сравнение со своими, вечно болящими и зудящими от холода, с погрызыннами до мяса ногтями. благо, если есенин это ещё не заметил. благо, тот был не настолько любопытный, как пальто, который лишь выглядел незаинтересованным, а на самом деле ловил любую мелкую возможность рассмотреть соседа. ночью его мучала бессонница, а есенин смиренно спал, даже не подозревая, что чужой взгляд прожигает насквозь. отмечает приятную внешность, куда менее угрожающее во сне нежели в бодрости лицо, высокий рост и опрятную, легкую одежду. конечно, когда мужчина был в сознании, пальто никогда не позволял себе так нагло пялиться. это было бы так стыдно и странно, если бы его застали врасплох. но если честно, он не много отвлекался от холода, когда уходил в мысли о другом человеке, а не о себе самом.. – эй, ну ты опять за своё? я тебе пятый раз повторяю строчку, а ты меня словно не слышишь. - раздается из глубины мыслей голос соседа, заставляющий вернуться в реальность и вздрогнуть и тут же стыдливо отвести взор от чужих рук. – а! прости, я задумался. повтори, пожалуйста. – ты спрашивал про холод, так? спешу огорчить.. "ночь морозная. тих покой перекрестка. я один у окошка, ни гостя, ни друга не жду." пальто несколько секунд обдумывает выпавшие ему строчки, а затем заметно меняется в лице. из обычного, немного озадаченного но спокойного выражения лика, оно принимает куда более грустный вид. – ночь морозная?..значит, я так и буду мёрзнуть. вечно. – да ну, не верь ты в этот бред..не расстраивайся, давай и мне погадаешь, мне тоже небось выпадет что-то эдакое, что расстроит или заставит задуматься. не по комедии ведь гадаем. – мг, давай. – ну, давай эту же страницу, что бы уж точно понял, что это все хуйня, в произведении дело. – а вопрос? тут-то есенин понял, что просчитался. не хотелось рассказать лишнего про себя, задав вопрос в духе "когда я брошу пить" или "когда перестанет вечно быть так тошно" а вопрос про судьбу - банальщина, да и не хочется думать о будущем, когда вокруг такой пиздец, что его может и не быть, а настоящее уйдет на тяготы размышлений о том, чего ещё не случилось. неожиданно, в голову приходит до ужаса дурная идея. – давай на то, что будем с нами двумя в будущем. строчку в конце. - сперва мужчина думал сказать "с нашими взаимоотношениями", да боялся признать того не просто временным чудаком соседом даже самому себе. боялся привязаться. – хорошо.. - пальто прикрыл глаза, и тыкнул пальцем сизуродованным ногтем в низ страницы. затем, открыв глаза, тот пробежался глазами по строчке. от осознания прочитанного мурашки пробежали по телу, заставив парня перечитать строки ещё раз. но те, к сожалению, не спешили меняться или уходить в начало стиха. ему правда, правда хотелось не верить в то что глупое гадание по собственному выдуманным правилам может быть правдой, но что-то заставило его перевести взгляд на другие строчки и прочитать их заместо прошлых. те, конечно тоже были неприятные, но скорее относились к самому пальто, а собственная боль уже давно перестала так сильно пугать. – "друг мой, друг мой, я очень и очень болен. " – ты меня надурить пытаешься? я произведения есенина так знаю, что они у меня от зубов отлетают. и эти строчки из самого начала, а не из конца. дай ка сюда.. "никого со мной нет. я один...и разбитое зеркало.." – и ты решил не читать эти строки? даже не знаю, считать мне это за глупость или милость с твоей стороны. – это прозвучало так, будто кто-то из нас умрет. я не хотел тебя огорчить. - честно сознался пальто, не решившись предпринять жалкие попытки соврать. он и так лгал слишком много, выдумывал все, что не мог вспомнить. – ха..ну, только если кто-то из нас гость. домовладелец не станет церемониться, тут же вышибет мозги. он, кстати, проверял твои признаки?.. - последние слова были сказаны более тихим тоном. то ли с переживанием, то ли со страхом, что хозяин дома услышит чужой разговор на такую щепетильную тему. – ещё нет. *** паренек стоит около зеркала в ванне, с ужасом всецелого осознания своего положения смотря на бледные руки с содранными в мясо ногтями. подтвердился последний признак гостя. в голове сложился четкий пазл, пришло понимание того, почему в голове прошлое лишь отдается отголоском и тенью, а всё людское кажется таким далеким и неясным, тяжёлым и поддельным. и кажется, зияющая дыра в животе с больно тянущей пустотой тоже всё это время была самым очевидным признаком его искренной сущности. он понимает, что его время на исходе. но встретить пулю в голову не самое страшное - самое страшное, навредить ему. ни в чем не повинному, настоящему человеку. с чистыми руками, желтоватыми ногтями и вполне обычными глазами и внешностью. ему нечего скрывать от пальто. и он тоже хочет, что бы ему было больше нечего скрывать. но знает, что если он признается, то больше не сможет находится с ним рядом. он будет вынужден сделать то, что убережет их обоих. осознание давит, загоняет в угол и ужасает. но у него нету иного выбора. пальто заходит в комнату, с облегчением замечая то, что зашедший для проверки есенина домовладелец уже покинул зал, так и не дождавшись паренька, который, должно быть, был наиболее подозрительной персоной в этом доме. наверное, для него уже заготовлена лишняя пара пакетов и его личная пуля, что в мгновение лишит его жизни. – он уже проверил меня, и искал тебя. когда понял, что ты в ванне, этот придурок сказал, что вернётся позже. пальто смотрит куда-то сквозь полностью пустым взглядом, и на ватных ногах подходит немного ближе к соседу, даже не смотря на него и крупно дрожа. словно не от холода, а от чего-то выше, страшнее и куда более угрожающего. – мне нужно тебе кое-что показать, и отдать..извини. сразу скажу, извини, если сможешь. пальто дрожащими пальцами расстегивает куртку. холод сразу заползает под одежду, бьет по коже и проникает внутрь. но сейчас это не так важно. рывком тот задирает заношенный свитер, обнажая свой секрет - зияющую дыру прямо на том месте, где должен быть живот, где должно быть тепло, слой кожи, органов.. – теперь я уверен, уверен, я гость. прости, я знаю, я.. впервые он видит есенина в таком состоянии, тут же замолкая и пытаясь опознать чужую реакцию. он не уверен, но это похоже на смесь страха и полного шока. лишь одно не понятно - почему он не проявляет отвращение, все еще не убил предоставляющего явную опасность парня голыми руками? почему он опешил, а не закончил все тут и сейчас? – я не позволю этому ублюдку убить тебя. - резко процедил мужчина, все ещё не веря в происходящее. и в свои же слова. ведь когда этого чудака впихнули в его жизнь, он хотел от него избавиться. хотел сдать в кчс или на проверку домовладельцу. или лишь убеждал себя, что ни в ком не нуждается и ни к кому не станет привязываться?..это не важно. больше не важно. – но почему? - с искренним непониманием спрашивает пальто, преисполненный сейчас ненавистью к самому себе и ощущением отрешенности от всего этого мира, где он чужой, чудом нашедший что-то родное и тёплое, что не должно ему принадлежать. – потому что..сука, потому что ты человечнее любого ебаного подобия человека здесь. один наш домовладелец чего стоит, он совсем, совсем пизданулся. не дрогнув прихлопнул мужика с женой. он не был гостем, просто был не в ладах с хозяином и имел несколько признаков по ебучему, блять, совпадению..толку быть человеком, но при этом быть хуже монстра? скажи мне. я не хотел ни к кому привязываться, пока весь мир сходит с ума. каждый день больше и больше..но ты мне показался таким человечным и искренним, что плевать, кто ты на самом деле. я стащу сигареты, что бы твои зубы стали желтее, и с руками что-то придумаем, и.. – стой. да, мы что-то придумаем..ты прав. но сперва, забери это..там..не так важно, откроешь позже. - пальто вкладывает в чужую руку конверт, криво но старательно сложенный из найденной дома бумаги, и приукрашенный парой глупых наклеек, тоже найденных где-то на просторах их временного убежища. есенин напрягается, но не перечит. предполагает, что домовладелец ушёл спать и переносит проверку, и предлагает пойти тоже вздремнуть, а завтра решить что делать дальше. вот только пальто знает, что "завтра" уже не будет. *** ночью тот в последний раз оглядывает человека, ставшего столь родным за этот жалкий промежуток времени. убедившись в том, что уже отданное ему письмо лежит на своем месте, бережно накрытое сборником стихов есенина, он тихо закрывает дверь и покидает эту комнату раз и навсегда. зал, чьи стены даже если сгорят дотла от жара солнца упокоят в порохе память об этих двоих, о каждой секунде проведённой в компании друг друга, от начала до конца. *** есенин держит в ослабевших руках письмо, перечитывая каждое предложение по несколько раз. пытаясь анализировать, осозновать, думать..но каждый раз сбивается, не верит в прочитанное, хочет верить, что его хватил солнечный удар и он сейчас в диком бреду, что это все не в заправду. но это точно, точно его почерк. немного кривой, дрожащий и мелкий. это точно его слова. полные тепла, тепла, которого он всегда был полон изнутри, но не снаружи. то тепло, которое он мог дать другим, но никогда не чувствовал на себе. " если ты это читаешь, меня, скорее всего, уже нету рядом. прости. я знаю, что это больно, но так будет лучше для нас двоих. я узнал что я гость. у меня не осталось на то сомнений. и в тот же день, как я это узнал, я признал в одном из наших жильцов гостя. я не могу позволить тому, что бы один из нас забрал твою жизнь. и все это время, я думал. думал что бы я сделал, став я обычным человеком. когда я скитался от дома к дому, укрывался от холода на улице, я думал, что первым делом я бы согрелся. лёг в горячую ванну, под одеяло, под палящее солнце. но когда я встретил тебя, я понял, что я бы лишь хотел остаться с тобой. быть таким же человеком и быть с тобою рядом. прости меня. "