Другая судьба

Лежащее тело на койке в одной из комнат не двигалось и будто не дышало, но на удивление это был живой человек с травмами, который вот недавно получил из-за одного объекта. Температура тела лишь со временем пришла в норму, как и сам человек. Открывая глаза, в которых было всё размыто, и неприятно болело из-за резкого света, проникавшего в них. Стараясь встать с места, где он лежал, но плохо это удавалась и повалил на пол какую-то баночку с чем-то внутри. На звук треска стекла прибежал его знакомый Винсент и его дочка заодно. Увидев тоже не самую веселую картинку, но хотя бы немного успокаивающую, так как хотя бы его знакомый жив и здоров, несмотря на то, что с него взяли чуть больше нормы крови – ну, как здоров почти. На его шее всё так же красовались бинты, которые перевязал ему Винсент. Для этого им пришлось снять всетаки свитер Джона, но это же для его жизни. Ощутив на своем теле холодок, ведь во дворе не лето да и в помещении не было тепло. Он попытался встать полностью, что вышло довольно неплохо. Повернувшись к Винсенту, он попросил вернуть его свитер, который с него сняли. Пока знакомый отошёл в соседнюю комнату, тот спустился ближе к Софии, спрашивая её : — «София.. Тебя же так зовут, да? Что тут вообще произошло? Кх..». Что она выдала ему такой ответ: — «Я точно не знаю, но папа принес тебя сюда и обработал раны, которые у тебя были на шеи». Парень не сразу ощутил, как бинты, находящийся обмотанные кожу на шее были на нем. Там, где находилась сонная артерия, там же и был укус, который сделал ему Линч. По крайней мере, так помнил сам Джон. Приглушенный топот ног послышался из далека, заходя в комнату, где были двое людей. У того в руках находилось кофта, которое попросил вернуть его очкарик. Отдавая ему с рук на руки, тот сразу же оделся. Попросив Софию оставить его наедине с её отцом, та послушно побежала в другую комнату. После прокашлявшись и подняв голову, он серьезным и обеспокоенным тоном спросил: — «Что произошло с Линчем? Я же правильно понимаю? Винсент, я видь прав..?» Из уст гробовщика не послышался ответ, но тот сделал кивок, этим объясняя, что все таки случилось. В тот день его друг всё таки стал не человеком, и теперь неизвестно, возможно ли от этого избавиться. Выдохнув тяжелый вздох, очкарик попросил провести его к нему, так как тот уже понимал, что скорее его заперли в чём-то. Давая пройти, ведя за собой в параллельную комнату, скрип досок отдавался ушам. Подойдя в комнату, где стояла железная, специальная, оборудованная клетка, в которой сидел Линч. Он сидел на полу, смотря в никуда, будто показывая всем видом, что не слышал или не хотел слышать, что к нему пожаловали гости. Джон осторожно подошел к клетке, вдыхая воздух из легких, а после начал говорить: — «Линч? Ты все еще помнишь, кто я?» Не ожидая услышать голос своей добычи или же товарища в прошлом, увидев , что тот неохотно поднял глаза на него, кивнув в ответ на заданный вопрос. Что самое главное, Джон с облегчением вздохнул – как видно, тот ещё здраво мыслил. Из губ журналиста послышалась насмешка, отразившаяся в его глазах: – «Джон, сложно забыть запах твоей сладкой крови, да и твои черты лица слишком знакомы». Вставая с пола, приближаясь ближе к нему, он смотрел прямо на встревоженное лицо очкарика, стараясь притронуться к пухлым щекам что было напротив – наклоняя лишь её выше, нахмуренные глаза смотрели прямо на него. А на щеках ощущались тонкие когти рук товарища, тот с улыбкой смотрел на него. Произнеся слова: – «Вытащи меня отсюда, дружище, пожалуйста». Стараясь выдавить из голоса мягкий тон, будто щенячьими глазами пытаясь уговорить его. Но эти уловки не сработали на нём, тот лишь убрал руку с его лица, отходя от клетки чуть дальше. И тихим и спокойным тоном произнёс: – «Прости, Линч. Но пока что я не могу вытащить тебя отсюда, пока не узнаю хотя бы, как тебя вылечить или же… хм… как подавить твою жажду голода. Чтобы мы смогли, как и раньше, ходить вместе на задания». Небольшая улыбка спала с лица журналиста, опустившего руки. Смотря в пол, он медленно качал головой, оставляя за собой лишь тишину.