Камни, пингвины и киты

Когда крейсер Республики причаливает на Корусанте, Энакин видит, каким быстрым шагом мастер Джинна спешит к нему, быстро сказав ученику заняться уроками и не следовать за ней, но Скайуокер, как и все юноши, не отказывает себе в том, чтобы понаблюдать за наставницей, потому что та была несколько дней довольно мрачной, а сейчас же на ее лице облегчение, которого не видел уже давно. Оби-Вэй выходит вместе с представителем Бинксом весьма уставшей. Первым же делом мастер обнимает свою бывшую ученицу. — Раздавите, — кряхтит Кеноби. Джинна же прикрывает глаза и, слегка качнув Оби-Вэй в объятиях, отвечает: — И не подумаю. Бинкс пытается занять их уши какой-то болтовней, но у него не выходит, потому что бывший мастер и бывшая ученица смотрят друг на друга практически без отрыва. Ему приходится уйти, косясь на обеих. После чего обе, еще раз пожав друг другу руки, идут к Храму Джедаев. Кеноби следует за своим бывшим мастером слаженно. Иногда Энакину кажется, что обе как продолжение одна другой. Их даже не отличить в суждениях. Но самое интересное случает в тот момент, когда обе доходят до Сада. Там Кеноби, заведя своего мастера в темный угол, припадает к ее губам с жадностью, так если бы оставалась без еды и воды более нескольких дней подряд. Самое странное, что Джинна с такой же страстью отвечает на поцелуй. Женщины хватаются друг за друга, цепляются так, словно в один момент одна из них растает как видение Силы. Когда поцелуй заканчивается, обе держатся в объятиях. Энакин смаргивает. Ни за что бы не подумал, что существует то, что он увидел сейчас. — Квай-Гонн, — вдруг хрипло произносит Кеноби. — Знаете, что не дало мне замерзнуть насмерть в эти три дня? — Только не говори, что тот камешек с чувствительностью к Силе, я тебя прошу, — закрыв глаза и разместив голову Кеноби на груди, удерживая за макушку, произносит Джинна. — Я подарила этой сучке камень. Сучки любят камни, — смеется нетипично для себя Кеноби, что заставляет Энакина округлить глаза. — Оби-Вэй, — немного грозно звучит Джинна. — Я уже жалею, что в детстве показала тебе тот вымерший вид. — Ну, согласитесь, пингвины стали неким символом наших отношений, — ласково улыбается Кеноби, после чего целует свою бывшую наставницу вновь. — Я итак знаю, что вы с Бинксом подражали тантаунам, а они привлекли вампов, прочла во сводке. — Все-то вы знаете, мой мастер, — зарывается носом в грудь Квай-Гонн Кеноби, после чего отстраняется и достает из кармана что-то похожее на обломок какого-то корня растения, но Кеноби поясняет другое: — Это кость от кисти хотского кита, в той пещере раньше было подземное море. Вам же всегда нравились легенды об этих существах? Это вам, мой дар. Может, кость тоже восприимчива к Силе и вы сможете в дальнейшем по ее следу усмирять китообразных на любых обитаемых планетах. Вас спасет умение общаться с Живой Силой, так же как меня спасли ваши уроки общения с любыми живыми существами… — Моя Оби-Вэй, — выдыхает с чувством Джинна, принимая подарок. Следующий поцелуй выходит очень долгим и нежным, так что Энакин устает наблюдать. Но вот спросить свою наставницу кое о чем решает твердо.

***

— Мастер Джинна, вы могли бы мне рассказать о пингвинах? — с доброй усмешкой задает вопрос Энакин. Квай-Гонн замирает с кружкой чая за столом. — Следил за мной? — строго спрашивает она. — Ну, вы же знаете про Падме, я решил, что я тоже кое-что должен знать, — широко улыбается Скайуокер. Джинна улыбается в ответ.