После практики

В душной раздевалке колледжа пахло потом и дешевым одеколоном. Матвей переодевался после практики в ресторане, бросая мимолетные взгляды на Рому, который возился со своими кросовками, пытаясь развязать упрямый узел. Матвей, голубоглазый шатен, был старше Ромы на два года. В свои восемнадцать он казался уже вполне сформировавшимся мужчиной, с красивым телом и уверенным взглядом. Рома, кареглазый брюнет шестнадцати лет, выглядел чуть старше своих лет, но в его кофейных глазах горел неподдельный интерес к окружающему его миру. Они учились в одной группе на официантов, и за этот год их дружба стала чем-то большим. Матвей ценил в Роме его острый ум и ту нежность, которую тот старался скрыть за маской юмора. Рома же восхищался силой Моти, спокойствием и той заботой, которую он проявлял по отношению к нему. — И долго ты будешь с этими шнурками возиться? — Усмехнулся Матвей, наблюдая за действиями младшего. — Очень смешно. —Рома вскинул на него глаза, немного раздраженно. — Сам бы попробовал, а не пялился на меня. Матвей подошел ближе и опустился на корточки рядом с ним. Он улыбнулся и своими ловкими пальчиками принялся развязывать его шнурки. Рома немного смутился от его близости. Матвей был высоким, и когда он наклонялся, Рома чувствовал его тепло и запах одеколона. Он ощущал, как щеки предательски краснеют. Матвей ловко развязал узел и выпрямился. Рома промолчал, глядя на Матвея снизу вверх. Его голубые глаза казались такими ясными и добрыми. Он вдруг почувствовал непреодолимое желание прикоснуться к его лицу, провести пальцами по его щеке. Этот импульс напугал его. Рома всегда считал себя абсолютно гетеросексуальным. Но Матвей... Матвей был другим. Он был его другом, его близким человеком. И вдруг, он начал видеть в нем нечто большее. — Спасибо, — пробормотал Рома, отводя взгляд. —Пожалуйста? — ответил Матвей, немного удивленный его поведением. — Всё нормально? — Да, просто устал от этой практики, — отмахнулся Рома. Матвей лишь пожал плечами , продолжая наблюдать за Романом. Они вышли из колледжа и направились к автобусной остановке. Стоял прохладный осенний вечер. — Может, зайдем ко мне, чаю попьем? — Предложил Матвей. Рома колебался. Он хотел побыть с Матвеем, но боялся своих собственных чувств. Боялся, что не сможет их контролировать. — Ладно, — наконец согласился он и неловко улыбнулся. В квартире Матвея было уютно и тепло. Пахло свежей выпечкой и уютом. Они сели за кухонный стол, пили чай и разговаривали. Разговор тёк легко и непринужденно. Но Рома не мог расслабиться. Он чувствовал постоянное напряжение, как будто пружина в нём готова была вот-вот распрямиться. В моменте на кухне повисла неловкая тишина. Матвей посмотрел на Рому. — Что-то случилось? Ты какой-то странный сегодня. —Я не знаю, как тебе это сказать. — "И стоит ли быть настолько честным с тобой?" Рома лишь опустил голову, смотря на свои руки, будто на них были ответы на все его вопросы. — Просто скажи, как есть, — подбодрил его Матвей, пытаясь предугадать фразу друга. — Как бы ты отреагировал, если бы тебе признались в чувствах? — Парень решил зайти сдалека, стараясь не сказать всего и сразу. Матвей замер, удивленно глядя на него. Он не ожидал этого вопроса. Мотя задумался, пока ничего не подозревая. — Это бы определённо зависело от человека, который мне бы признался. Если бы у меня был к человеку неподдельный интерес, то я бы, скорее всего, смог ответить взаимностью. Ну или.. Его прервали, буквально заткнули.. Поцелуем. Рома не мог больше держать над собой контроль. Он буквально сорвался с места, вцепившись в футболку друга. Он примкнул к его губам так резко и неожиданно, что старший даже не успел среагировать. Он не оттолкнул его от себя, а лишь прикрыл глаза, отдаваясь происходящему. Он всегда видел в Роме просто друга, младшего брата. Но сейчас, чувствуя его губы на своих, глядя в его полные искренности и страха глаза, он начал понимать, что чувствует к нему нечто большее. Он прижался к Роме и аккуратно взял его лицо в свои руки. Это был поцелуй, который перевернул весь их мир. Когда они отстранились друг от друга, в глазах обоих читалось смятение. — Прости.. —прошептал Рома, осознавая, что он только что сделал. Матвей задумался, а его щеки медленно покрывались розовым румянцем. Он слегка улыбнулся и снова прильнул к губам Ромы..