Panty & Stocking ALT

В лучах яркого закатного солнца по широкому шоссе ангельский кабриолет пересекал прилежащие к городу Дрочену необъятные просторы. Рами, свергнутый король Рая и ныне отправленный в ссылку, дремал на заднем сиденье, сражённый возрастом и бременем проигрыша. Его сыновья, Полиэстер и Полиуретан, сидели впереди и молчали, боясь разбудить своего идола. Раньше они никогда не видели отца спящим, и теперь ощущали неподъёмную ответственность и даже неловкость из-за того, что видят Рами в таком уязвимом положении. Полиэстер был чуть спокойнее, потому что за рулём был не он, а Полиуретан, и было на кого в случае чего свалить вину. Тот всё прекрасно понимал и не смотрел на брата, вцепившись вспотевшими руками в руль, обшитый премиальной кожей. “Папа… - думал Полиуретан, пробуя на вкус название новой основной должности Рами. - Наверное, он очень устал. Мне нужно быть осторожнее! Нельзя его подвести!” Наверное, иные родители позавидовали бы такой преданности. Но для Рами семья была лишь инструментом для воплощения своих честолюбивых планов. Слово “священный” для него значило не “чистый и божественный”, а “идеально подходящий мне”. Рами, как показала финальная битва, был настолько же заражён пороком, что и его брат, только другим. Гордыней. И ненавистью к другим видам и семьям. Прямо на середине дорожной полосы показался крупный булыжник. Полиуретан не смог заставить себя резко повернуть, и камень со скрипом пробороздил по низкому днищу кабриолета. Чуткий сон Рами был нарушен. - Что это было? - поднял он голову, ранее откинутую. - Кажется, мы зацепили камень, - констатировал Полиэстер без всякого сострадания. - Ясно. Будь осторожнее, Полиуретан. Иначе пробьёшь защиту. Сам понимаешь, к чему это может привести. - И-извините, Ваше Высочество. Я просто… - Теперь замолчи. Не мешай мне отдыхать и лучше сосредоточься на дороге. - Да, Полиуретан, тебе стоит быть внимательнее, - вставил Полиэстер, а затем бесстрастно поправил солнцезащитные очки и вернулся к созерцанию видов за окном машины. Полиуретан незаметно бросил на подхалима испепеляющий взгляд, а потом целиком вернулся к вождению. Это же надо, так облажаться! И так всегда: как только что-то происходит, его ругают вдвоём. И что, что он младше? Он себе такого не позволяет, когда Полиэстер лажает! Ну ладно, иногда Полиуретан злорадно улыбается, пока брата одного отчитывают, но это - ничто по сравнению с реальными замечаниями! Как младший близнец знал из райского школьного курса химии, полиуретан - это не один материал, а результат реакции нескольких компонентов. На уровне молекул это соединение представляет собой чередование жёстких и мягких сегментов, связанных в единую цепь. Полиуретан чувствовал в себе сходство с этой химической системой: с одной стороны, он любил Полиэстера и почитал отца, но с другой… В их отношениях не наблюдалось тепла, но было жёсткое неприятие ошибок. Братья-ангелы были искусно спроектированным продуктом: машинами для убийства и прислуживания, которым не нужна любовь. Не нужна привязанность. Даже друг друга. Поэтому Полиуретан и придавал большое значение каждой мелочи. Он знал, что его уровень на порядок выше, чем других потомков богов, и он наравне с братом ближе всего к совершенству, к признанию. Чем ты лучше, тем сильнее цепляешься за пустяки. Но пока им позволяли только поддакивать или улыбаться. Может, теперь, когда они сосланы, всё будет лучше? - Кстати, а куда мы едем? - вдруг спросил Полиэстер. - Типа… я не помню, чтобы у нас был план. - Не знаю. Штурман, вообще-то, ты, - отозвался Полиуретан. - У тебя есть карта? - Сейчас посмотрим… - залез в телефон Полиэстер. Тут подал голос вновь проснувшийся Рами: - Вы что, не знаете, куда едете?! - Эээ… - замялись братья. - Вы вроде ничего не говорили на этот счёт, Ваше Высочество! - Вы же каждый день бываете на земле, я думал, вы знаете, куда везёте меня! - Мы всегда убивали призраков только в Дрочене, - сказал Полиэстер, - и мы совсем не знаем окрестности, кроме города с казино! - Да! - подхватил Полиуретан. - Тогда возвращаемся в Дрочен! - приказал Рами и добавил, - Идиоты. Несмотря на свою идеальность, даже ангелы иногда невообразимо тупили. - Подождите! - вдруг воскликнул Полиэстер. - Я вижу что-то вдалеке! Какую-то вывеску! Когда они подъехали ближе, то смогли прочитать надпись: “Парк развлечений”. Братья переглянулись, а потом повернулись к отцу. - Может, заедем? - робко спросил кто-то из близнецов. - Мы никогда не были в парке в Раю! Рами сначала нахмурился, но потом махнул рукой. - Поехали. Всё равно делать нам теперь нечего. Полиэстер и Полиуретан дали друг другу пять. Кажется, дела налаживались.

***

Смотря вместе с демоницами за маленькой кабинкой на самой вершине аттракциона, где сейчас Бриф признавался в любви Труське, Подвяз испытывал то чувство, что знакомо каждому старику: смотришь себе на молодых, на их юные серьёзности, и понимаешь, что тебе этого уже никогда не ощутить, потому что твои годы уже давно прошли. Пресвятого Подвяза было уже не искусить и не обрадовать поцелуем, его брало только что-то гораздо крепче. Впрочем, он ещё числился в священниках, так что даже по статусу было не положено искушаться так легко. Обычно Подвяз стоял до последнего. Но вот когда появлялось это самое последнее, самое мудрёное из извращений, он не выдерживал. Но что-то мы отвлеклись. - Я отойду, - шепнул Подвяз Стринге, устав наблюдать за остановленной каруселью, и направился искать уборную. Она вскоре была найдена. Как ни в чём ни бывало священник открыл незапертую дверь и увидел тех, кого точно не ожидал тут встретить. Да ещё в каком положении! Двое ангелов-близнецов драили губками унитаз, а над ними стоял Рами и что-то ворчал про то, что люди ужасно нечистоплотны и что он не будет пользоваться этой клоакой, пока она в таком состоянии. Подвяз был поражён этой картиной до глубины души и незамедлительно склонился перед братом самого Бога. - Простите за вторжение, Господин Рами! - выпалил он, закрывая за собой дверь. - Ты ещё кто? - скривился Рами. - Ой, это кажется тот негр, что на побегушках у Труськи и Чулки! - узнал Подвяза Полиэстер. - Вали отсюда! Не видишь, мы заняты? Подвяз уже собрался выполнить указание, но тут вмешался Полиуретан: - Эй, стой. На вот губку, лучше потри за меня! Священник остановился, а затем вернулся в кабинку. - Как скажете, - сказал он, принял у ангела губку, присел на одно колено перед унитазом и присоединился к чистке. - Вообще-то, он должен мыть за меня! Я старше! - возразил Полиэстер, отбирая у Подвяза губку Полиуретана и пихая ему свою. - Нет! Я первый придумал! - рассердился младший, выхватывая из рук брата губку и протягивая её обратно Подвязу. - Не ссорьтесь! - прервал их тот, беря обе губки. - Я могу поработать и за вас двоих! Это моя обязанность как служителя церкви! И принялся мыть. Возможно, надеялся на повышение. Что же, со стратегией он не ошибся. - Слушай, ты, - начал Рами, когда Подвяз начистил унитаз до блеска, - Кажется, ты неплох в хозяйственных делах. Хоть Труська и Чулка враги мне, сейчас нам бы не помешал помощник. Не хотел бы ты им стать? Я готов на время позабыть о твоей связи с моими племянницами, всё-таки, мы с сыновьями сейчас “в отпуске”, а значит, время забыть о распрях. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе - кажется, так говорится в одной пословице? Подвязу показалось, что именно так. - Ваше Высочество, служить вам - большая честь! - сказал он, почтительно склонив голову. - Но даже самый преданный слуга не может трудиться за просто так. Я готов согласиться, но только если буду работать по совместительству. Ваши племянницы и их команда - мои друзья, а ещё знатные лентяйки, и я не могу вот так их бросить. - Хм, - задумался Рами. - Ладно, так и быть. - Ваше Высочество! - воскликнул Полиэстер. - Мы серьёзно наймём этого никчёмного человечишку? Полиуретан толкнул брата локтем. Как смеет он спорить с волей отца? - Мне не очень приятно это говорить, но всё так, мальчики, - ответил бывший король. - А теперь подойдите ко мне, я кое-что вам ещё скажу. А ты, - обратился он к Подвязу, - выйди. Тот повиновался. Когда за ним закрылась дверь, Рами зашептал: - Дети мои, как же вы не догадались, что я всё продумал? Если этот человек будет работать на нас, мы сможем подкупить его и узнать всё о Труське и Чулке! Думаю, переманить нищего священника на нашу сторону будет несложно. Когда же мы узнаем тайну могущества их так называемой “семьи”, она сможет стать ключом, который отопрёт нам дорогу обратно в Рай. Не буду пока раскрывать все карты. - Это гениально! - загорелся Полиэстер. - Тише ты, а не то он нас услышит, - осек его Полиуретан. - Кстати, а как его зовут? - У нас ещё будет возможность спросить, - рассудил Рами. - А теперь, мальчики, будьте добры тоже покинуть это маленькое помещение, чтобы я мог воспользоваться им по назначению. Пока Рами и его сыновья обсуждали что-то в кабинке, Подвяз напряженно размышлял о том, как ему теперь стоит себя вести: падать в ноги или набивать цену? Рами сейчас уже не такой могущественный, но отрицать его мощь было ни в коем случае нельзя. Очевидно, он вздумал нанять простого человека из каких-то своих корыстных целей, а не потому, что ему действительно понравилось, как Подвяз почистил туалет. Но что же задумал коварный бог? Тут вышли близнецы. - Как тебя называть, священник? - спросили они. Подвяз назвал своё имя. - Оно подходит к твоим наклонностям, - заметил Полиэстер. Подвяз проигнорировал это и задал свой вопрос: - Могу ли я узнать, что такие высокие персоны делают в этом парке? - Всего лишь развлекаемся. Кто бы знал, что мы встретим тут тебя. Твои дружки где-то поблизости, верно? - Вы правы. - Наверное, тебе стоит возвращаться к ним. Мы позже с тобой свяжемся, - сказал Полиуретан. - Премного благодарен. До свидания. Когда Подвяз ушёл, Полиэстер усмехнулся. - Он такой жалкий. Мне не терпится задать ему самую грязную работу. - Не забывай, что надо будет переманить его и сделать нашим информатором, - возразил Полиуретан. - Если мы станем издеваться над ним, он быстро сольётся. Но я согласен с тобой, что это будет забавно - заставить его отрабатывать сполна свои монеты. - Это уж точно. Когда Подвяз вернулся к карусели, все ещё были на месте. Труська и Бриф уже спустились, и остальные, даже Оружейная Сучка, окружили их кольцом и поздравляли. Когда Подвяз подошёл ближе, к нему обернулась Стокинг. - Представляешь, Труська наконец-то назвала Брифа по имени и даже признала своим другом, - поделилась она. - Это так мило! - вытирала тем временем слезу Гольфа. - Бриф, ты, должно быть, очень счастлив! - Д-да… к-конечно, я счастлив! - уверял её Бриф, пряча глаза под чёлкой. - Труська ведь даже обняла меня! - О боже мой, сколько возни из-за пустяков! - засмеялась виновница шума, но потом вдруг добавила уже более серьёзно. - Слушай, задрот, ты извини меня, но мы правда не можем быть вместе. У меня уже есть домашняя секс-машина. Все замолчали, увидев, что плечи Брифа трясутся. - Я понимаю… - дрожащим голосом начал он. - В твоём сердце не место для такого задрота, как я. - Как это - не место? Ты мой близкий приятель! Ну, чего ты? - сказала Труська, хлопая его по плечу. Бриф был готов вот-вот разрыдаться от этого прикосновения, но вдруг на второе его плечо легла сильная рука Святого Подвяза. - Не печалься, Бриф, - с видом мудреца сказал он. - Быть другом для своей любви лучше, чем быть врагом, ведь тогда твои шансы когда-нибудь получить взаимность повышаются аж до двух триллионных процента! - Правда? - не поверил Бриф, поднимая глаза на священника. - Воистину, - ответил тот. - А давайте купим по горячему шоколаду с маршмеллоу? - предложила Стокинг. - А то я уже замёрзла. - Отличная идея, - поддержала Стринга. - Горячий шоколад прибодрит нас всех. - Л-ладно, - согласился Бриф. И они толпой отправились в кафетерий парка. Подвяз никому и слова не сказал о своей новой работе. Ведь если он хочет вести двойную игру, нужно, чтобы никто не узнал о ней.