Беличий хвост

Ночью Шалем услышал вой. Выползать из-под Лето не хотелось — тот был горячим из-за температуры, сам жался к Шалему, ища контакта, и, если честно, это было приятно. Руан совсем немножко позволил себе представить, что рядом с ним был Кайден. До тех пор, пока Лето не начал хныкать и тереться о него. Снова вой. — Лето, — Шалем вынырнул из-под одеяла и навострил уши на звук. Сквозь запах уже уходящей течки он все равно не мог определить, сколько волков приближалось к хижине, но дело все равно было плохо. — Лето. — Мннмм… — омега моргнул. Шалем поймал его расфокусированный взгляд и вздохнул. — Дай мне вылезти, — пробормотал руан. Лето нахмурился. А затем наклонился и потерся о рыжие волосы Шалема носом. Ненадолго Шалем позволил себе еще разок расслабиться и прикрыть глаза. Но когда опять раздался вой, ему пришлось встать. Он потрепал омегу по волосам и выглянул в окно. Ожидаемо — ничего не видно. Лишь бесконечный ковер белого снега и вздымающиеся ввысь сосны. Шалем не хотел признавать, что ему было страшно. И что он не знал, что делать. Лето был не в состоянии, чтобы вывести их из этого места — к тому же, их бы быстро нагнали на по запаху. С каждым днем щенок в животе Шалема ощущался все сильнее. Теперь руан был уверен, что он точно там. Это из-за него Шалема тошнило, а еще тянуло есть хвойные почки и обниматься. Лето, благо, был достаточно крупным, чтобы накрыть его собой и спрятать, хоть немного утоляя нужду в чувстве безопасности. Присев у печи, руан вытянул руки. Лето на кровати приподнялся и сонно заморгал. — Не выходи, — хрипло попросил он, кутаясь в одеяло. Шалем нахмурился. — Если я не выйду, то тебя выебут. И меня заодно. — Шалем, — Лето помрачнел. — Я сам выйду. Не смей подставляться с щенком. — Завались. — Кретин. Шалем весело усмехнулся. — Да пошел ты. — Жалкая шлюха, — выплюнул Лето, прижимая уши. — Думаешь, будешь нужен вожаку, когда придешь весь в чужой сперме? Руан знал, что Лето его просто провоцирует, пытаясь защитить. Он рассмеялся, поворачиваясь к нему, и смерил теплым взглядом. Омега побагровел, поджимая колени к груди. Он хотел было что-то сказать, но вдруг снова раздался вой, а затем сразу — рычание. И еще одно. И еще. Лето рывком схватил Шалема за хвост и дернул на себя. Подтолкнул к стене, себе за спину, и накрыл их одеялом. Шалем затрепыхался. — Пусти! — фыркнул он. — Я посмотрю! — Какой же ты тупой!! — шепотом рявкнул Лето. — Заткнись, уродец, или я тебя!… Звук драки и скулежа заставили их замолчать. Лето поерзал и они вжались друг в друга, поджимая уши. — Если нас не съедят, — прошептал Шалем, — то я дам тебе покрестить ребенка. Хочу, чтобы у него был сумасшедший крестный отец. Ладно? — Ладно, — тихо ответил Лето, жалобно сводя брови. — Я буду защищать щенка. — Еще бы… Дверь хрустнула. Шалем скульнул, обвивая хвостом собственный живот, и ткнулся носом в шею Лето, глубоко вдыхая. Омега сжал его руку. — Они заберут меня, а тебя не тронут, — пообещал Лето, поглаживая пальцем ладонь руана. — Все будет хо… Снова хруст досок. Шалем услышал, как дверь проломилась. Почувствовал, как затряслась вся изба. — Стойте там. Шалем вздрогнул. Навострил уши. Нет, ему точно не послышалось. Либо он сошел с ума, но Шалем был уверен, что нет. Голос Кайдена! Шалем выбрался из-под одеяла и, весь взъерошенный, вскочил с кровати. Кайден стоял возле сломанной двери, глядя огромными глазами на руана. Его руки подрагивали, уши прижаты, а выражение лица было суровым. Однако, стоило ему осознать, что перед ним Шалем — и Кай медленно выдохнул, выпрямляясь. Шалем заскулил. Он поджал губы, пытаясь не разреветься, но уже чувствовал, как по щекам текут горячие слезы. Его хвост дрожал между ног, и руан не мог сдвинуться с места — он почувствовал такое облегчение и восторг, что готов был взвыть. Кайден сам к нему подошел. Упал на колени и обнял, вжимая в себя. — Шедар, — хрипло выдохнул чернышка и Шалем прижался носом к его волосам, хныкая и вдыхая любимый запах. Как же он скучал! Сейчас это все навалилось сильнее — и руан, наконец, почувствовал себя защищенным. Его Кайден был такой большой, такой страшный волк, такой сильный. Шалем всхлипнул и зажмурился. — Шалем. — Ка-а-ай… — Я здесь, — прошептал Кайден, проводя рукой по его щеке — пальцы коснулись нового шрама и он мгновенно помрачнел, но не стал ничего говорить, только внимательно его рассмотрел. — Все хорошо. Иди сюда, — он поднялся и хотел было взять Шалема на руки, но с кровати послышалось шуршание, и Кайден резко повернул голову, замирая. — Лето. Лето сидел, вжавшись в угол. Он сглотнул, исподлобья глядя на Кайдена, и Шалем с жалостью подумал, что он выглядит совершенно беззащитно. Несчастного Лето тоже хотелось защитить. — Кай, — позвал Шалем. Уголки губ Кайдена поползли вниз. Он достал из-за пояса нож. Лето зажмурился. Шалем перегородил чернышке дорогу. — Не вздумай, Кай. Он омега. — Я все знаю, — Кайден перехватил рукоятку ножа и оскалился. — Риз видел вас. Я знаю, что эта тварь тебя украла. — Прекрати, — Шалем наморщил нос. — Послушай ме… Кайден зарычал, глядя на руана, и Шалем инстинктивно прикрыл свой живот руками, оскаливая клыки в ответ. Он не даст Каю убить Лето. И не… — О, блять. — Взгляд чернышки упал на живот Шалема. Он судорожно вздохнул и мотнул головой. Затем провел рукой по лицу. — Я выпотрошу эту суку. Как ты вообще… — низко, опасно произнес Кай, поворачиваясь к Лето. — Как ты, блять, вообще решился, ебанная ты мразь? Тронуть моего мужа и моего щенка… — Кай! — голос Шалема сорвался. В избу заглянули три обеспокоенные морды. Шалем немного успокоился, увидев Блайта, Деона и Зеврана. Он кивнул им на Кайдена и те переглянулись. Шерсть на теле Кая уже начала выступать — поползла по рукам и шее, и Шалем отступил ближе к Лето, намереваясь защитить омегу. Блайт и Деон медленно зашли в домик. Теперь здесь стало ужасно тесно. Лето тоже был крупным, но худым, и не занимал столько же места, сколько один Кайден. А трое огромных альф… Блайт и Деон схватили чернышку под руки, тормозя трансформацию. Кайден попытался вырваться — нож выпал из дрожащих рук. Шалем чувствовал себя виноватым, но он не мог поступить по-другому. Он сглотнул, глядя на то, как Кая вытаскивают из избы, и вздрогнул, когда послышался лай, рычание и скулеж. В дом вошел Зевран. Он выглядел непривычно серьезным и задумчивым, когда посмотрел на Лето. Даже к нему Шалем теперь чувствовал беспокойство. Течка Лето только-только закончилась, и теперь руан считал этого омегу слишком чувствительным и беззащитным. Он просто не мог… — Я заберу его, — сказал альфа. Лето встрепенулся и в ужасе округлил глаза. — Нет! Пошел к черту! Шалем встал между ним и Зевраном. — Он не хочет, — медленно сказал руан. — Или так, — спокойно сказал Зевран, загипнотизированно глядя на Лето, — или Кайден его убьет. Рано или поздно. — Нет! Лучше убьет! — омега почти всхлипнул. Шалем сжал кулаки. — У него нет выбора, Шалем, — надавил Зевран. Шалем это понимал. Это было ужасно, но это являлось правдой. Он обернулся на омегу. — Лето… — Нет, нет, не пойду… — Лето отчаянно замотал головой. — Отъебись! — он крикнул на Зеврана, но тот все равно не отступил. Только заметнее потянул носом и сузил глаза. — Шалем. Что-то в голосе Зеврана заставило руана отойти в сторону. Лето забился в угол, кутаясь в одеяло, но это только облегчило альфе доступ — он легко подхватил его, завернув, как в кокон, и забросил на плечо. — Пойдем, красавица, — с неуместным весельем хмыкнул Зевран. — Шалем, где его обувь? Руан взял ботинки, что грелись около печи. Но прежде, чем отдать, пробормотал: — Зевран, я знаю, что ты благоразумный альфа, — он нахмурился. — Пожалуйста… — Я пытаюсь спасти ему жизнь, — альфа улыбнулся уголком губ и протянул руку, чтобы потрепать Шалема по волосам и забрать ботинки. — Отсюда до вашей деревни ближе всего. Для начала отвезу его к лекарю. Не переживай. — Я убью тебя, если ты… — Шалем. Лето всхлипнул. А затем горько заплакал. Сердце руана сжалось. С улицы снова послышалось рычание. Зевран кивнул Шалему и торопливо направился на выход. Руан сел на кровать. Правильно ли он поступил? Так он сможет сохранить жизнь Лето… трудно было заглядывать в будущее, особенно сейчас, но Шалем надеялся, что это был хороший выбор. Зевран славился своей справедливостью и силой, и Шалем надеялся… — Блять! — Кайден рявкнул, входя в дом голый. Он отряхнул с отросших волос снег, затем поднял лежащую на полу дверь и поставил на место. — Не смейте входить! Схватив со стола первую попавшуюся рубаху, он вытер кровь с лица. Затем хмуро посмотрел на Шалема. Несмотря на весь ужас ситуации, руан, глядя в полутьме на своего альфу, почувствовал легкое возбуждение. Тени подчеркивали мышцы Кая, его красивые черты лица и… — Белка, — резко, досадливо сказал Кайден, подходя ближе. Он сел на кровать и зарылся носом в рыжие волосы. Его голос потеплел: — Бельчонок… Теперь Шалем почувствовал, как снова накатывает грусть. Он хныкнул и обхватил Кая за шею, повисая на нем. К черту мысли о Лето и обо всем другом. Сейчас чернышка был рядом — его милый, нежный Кай, который наверняка чуть не лишился рассудка, пока искал его. Кайден обнял руана. Затем опрокинул на кровать и навис сверху, грея всем телом. Какой он был большой. Горячий. Не сравнится с Лето. Шалем зажмурился и судорожно вздохнул. — Я думал, что сойду с ума, — прошептал чернышка, упираясь лбом в его грудь. — Шалем… — Прости, — в тон ему отозвался руан, зарываясь пальцами в черные волосы. — Прости, Кай. — Тебе не за что… — Кайден медленно выдохнул. Он сполз вниз и прижался щекой к животу Шалема, еще совсем маленькому. — Я идиот. Прости. — Хе-хе, — Шалем поднял взгляд в потолок. — Я люблю тебя, Кай. Кайден нежно коснулся губами его живота. — Я тоже люблю тебя. Больше всего на свете. Ты мне так дорог, бельчонок. Никогда не убегай от меня, — прошептал он, целуя еще раз. А затем еще и еще — вверх, к солнечному сплетению. Он сел, наклонившись над телом Шалема, и принялся целовать все — его руки, ноги, приподнимая под коленями и прижимаясь губами к ступням. Он целовал рыжий хвост, терся о него лицом и даже тихо поскуливал. У Шалема плавилось сердце при взгляде на своего альфу. Кай легонько покусывал его за пальцы на ногах, за выступающие косточки. Он целовал коленки, бедра, таз. Терся о пах, метя себя запахом — предэякулят с члена Шалема размазывался по его щекам и блестел в полутьме. Зарывался носом в рыжую шерстку на лобке и глубоко вдыхал. Руан с тихим вздохом приподнял бедра, тыкаясь членом в чужие губы. Бросив на него нежный взгляд, Кайден приоткрыл рот, ловя головку. Насадился всем горлом, до упора — и Шалем тут же кончил, вскрикивая. Кай сглотнул и скользнул еще ниже, чтобы вылизать его сзади. Язык щекотно скользнул между ягодиц, проник внутрь — и руан засучил ногами по кровати. Он посмотрел вниз, на сосредоточенного чернышку — тот лизал его, лаская себя, и из-за этого Шалем возбудился по новой. Кайден кончил, а затем лег рядом и притянул к себе руана, накрывая их сверху одеялом и пряча. Шалем спрятал ступни между ног чернышки и закрыл глаза, глубоко вдыхая их смешанные феромоны. — Как вы нас нашли? — шепотом спросил Шалем. — Волк Зеврана почувствовал свою омегу, — хрипло пробормотал Кай, потираясь носом о волосы руана. — Он сорвался, как больной, и нам пришлось следовать за ним. До этого мы несколько дней блуждали по лесу. — Как в стае? — Все хорошо. Помнишь старейшину? Который поддержал меня? — Кай поцеловал Шалема в макушку. Затем вдруг осторожно развернул руана к себе спиной и обнял, кладя большую ладонь на живот. — Он мне помог. Сейчас присматривает за деревней. Блайт вернется туда с Деоном, а мы сможем съездить к тебе и быть там, пока не родится щенок. Сколько захочешь, бельчонок. — Спасибо, — пробормотал Шалем. — Я должен был просто подождать… — Да, должен был, — фыркнул чернышка, шумно вдыхая. — Больше никогда так не делай. Не хочу становиться тираном и держать тебя под замком. Шалем захихикал, ерзая. Кое-что настойчиво упиралось ему в поясницу уже какое-то время. Он немного выгнулся, пуша хвост, и запрокинул голову. — У нас теперь щенок, — сконфуженно произнес Кай, нахмуриваясь. — Сначала нужно спросить у лекаря. И из-за этого урода ты ранен. — Все уже зажило, — Шалем снова поерзал. — Хи-хи. Кай, — он завел одну руку назад, обхватывая Кайдена за затылок, и наклонил к себе. — Поцелуй меня. Кайден недовольно заворчал, но послушался — его теплые губы накрыли рот Шалема, а следом добавился и язык. Он скользнув вглубь рта, медленно лаская, и руан с облегчением застонал, вытягиваясь. — Фпряфь нофи поф офеяло, — не разрывая поцелуя, сказал Кай, и Шалем послушно поджал стопы. Удовлетворенно улыбнувшись, чернышка облизал Шалему язык и клыки. Опустив руку, руан обхватил твердый ствол альфы и направил к себе — он был весь мокрый, и член Кайдена тоже истекал, поэтому все должно было пройти легко… — Нельзя, — настоял Кай. — Хотя бы немножко, — жалобно простонал Шалем. — Хочу еще твой запах на себе. Я так скучал. Мне было грустно, Кай. — Н… н-нельзя… Шалем закатил глаза. Потом он надавил на член Кайдена, слегка прогнувшись, и легко протолкнул головку внутрь. Они оба замерли. — Нгх… — когти Кая слабо царапнули бедро. — Дурила. Не двигайся. Он шумно выдохнул, сдвигая руку, и обхватил ладонью член Шалема. Тот задрожал, чувствуя, как осторожно пальцы Кая смыкаются под головкой. Он медленно задвигал кулаком по его члену. — Хочу глубже, — всхлипнул Шалем. Головка растянула его, но вошла недостаточно, чтобы руан почувствовал себя наполненным. Кайден зашипел ему в ухо, затем легонько его прикусил и слабо покачнул бедрами. Шалем кончил почти сразу — вскрикнул, впиваясь когтями в запястье альфы, и тот охнул. Бедра Кая тоже дрогнули. Он вошел еще на пару сантиметров глубже и выплеснулся внутрь — это принесло удовлетворение и чувство спокойствия. Шалем глубоко вздохнул, чувствуя, как накатывает нега. — Спи, — мягко прошептал Кай. Он попытался отодвинуться, но Шалем схватил его за бедро. — Не вынимай. — Хорошо, — покладисто согласился чернышка. — Останусь так. Засыпай. Утром поедем домой.

[…]

— С щенком все в порядке. Кайден с облегчением выдохнул. Шалем клыкасто улыбнулся и обернулся к чернышке. — Я же говорил, — затем он снова посмотрел на Иссо — лекаря. — А трахаться нам когда можно? Кай подавился воздухом от возмущения. Лекарь кашлянул. — Нет. Хотя, если вы не будете принимающим… Шалем обрадовался, а Кайден побледнел. — Бельчонок… — Ну что?! — взвился Шалем. — Я не могу есть, не могу нормально ничего делать! Я слишком эмоциональный, чтобы сейчас решать дела стаи. Я постоянно бл… ыгх… Иссо схватил деревянный таз и подсунул Шалему. Кайден тут же подскочил и присел рядом. — Тошнит? — вид у чернышки был такой побитый и виноватый, что Шалем рассмеялся. А затем его вырвало в ведро. Кайден прижал уши, гладя руана по волосам. Он смотрел так ласково, что Шалема чуть не вывернуло еще раз. — Такой капризный щенок, — вздохнул Иссо, подавая Кайдену полотенце. Тот вытер морду Шалема, затем наклонился и поцеловал его в лоб. — Наверняка омежка. — Я не смогу ехать в деревню чарн в таком состоянии, — уныло сказал Шалем, глядя на Кая исподлобья. — Блайт за всем присмотрит. Пусть едут с Деоном. А мы будем здесь, — чернышка снова его поцеловал. — Сегодня вечером простимся со старейшиной и… Шалем всхлипнул. — Шедар. Прости, — Кайден тут же расцеловал его щеки. — Бельчонок… — Фу-у… — взвыл Шалем, смаргивая слезы. — Я нытик. — Нужно было, чтобы рожал я, — пробормотал Кайден. Эти слова вдруг развеселили Шалема. Он засмеялся, но потом горечь от утраты дорогого ему оборотня снова захлестнула его. Чернышка осторожно подхватил его на руки, прижимая к себе, и кивнул лекарю. — До встречи. — Я пошлю к вам Виви. Она принесет полезные травы. Помогут от тошноты. Шалем зарылся носом в шею Кайдена и закрыл глаза. Запах чернышки теперь регулировал и его настроение, и самочувствие, и весь мировой порядок внутри руана. И Кай, благо, не отходил от Шалема ни на шаг. — Я схожу на охоту днем. Может, у бельчонка будет настроение на зайчика? — низко, но ласково поинтересовался Кай. — Не будет… — пробубнил Шалем. — Олененка? — Не хочу… — Кабанчика? — Буэ… — Может, испечь тебе пирог? С яблочками. — Ничего не хочу, — Шалем крепче зарылся в шею Кая. — Тебе нужно хорошо кушать, — заворчал чернышка. — Как следует потолстеть. Чтобы бельчонку было легко и хорошо. — Мнмм… — Почитаем книжечку дома? — Да… а вечером зажжем свечи и… — И? — с придыханием прошептал Кай. Он толкнул калитку их дома. — И ты будешь соблазнительно танцевать мне… Кайден замер. Шалем пнул его ногой. — Ш-Шалем… Руан оттолкнулся от Кая и спрыгнул в снег. Отряхнув ботинки, он вошел в небольшой домик, но не успел ничего сделать сам — Кайден поспешил снять с него шубку, а затем разуть. Затем он пошел проверять камин, а после — потащил Шалема на кухню. За окном медленно садилось солнце. Вода в котелке кипела. Чернышка нашел единственное, от чего Шалема не мутило — картошка. Запах у нее был свежий и спокойный, даже ароматный. Так что Кай собирался сделать ему картофельное рагу с… с картошкой, в общем. Шалем зевнул, закидывая ногу на соседний стул, на котором лежала подушка. Скользнул взглядом по свитку. — Дороги, значит? — лениво поинтересовался он. — Шириной в две повозки, — подтвердил Кайден, что-то мешая в котелке. — Расчистим от корней, утрамбуем, отметим каменными вехами каждые полчаса пути. Зимой будут флажки и костры, а летом сигнальные столбы, — он обернулся через плечо и прищурился. — Принести еще подушку? Спина не болит? — Готовь, — фыркнул Шалем. — Тогда каждые два часа должен быть малый пост. Чтобы и крыша, и очаг, и склад с запасами. — И смешанный гарнизон, — чернышка кивнул. Огонь в печи тихо потрескивал, убаюкивая. Кайден что-то налил в кружку и поставил перед Шалемом. — Картофельный бульон, — сказал он. Руан озадаченно принюхался, двигая его к себе. — Центральным пунктом будет перевалочный лагерь, — Кай наклонился и чмокнул Шалема в макушку. — Попробуй попить, — он снова вернулся к котелку. Взял нож и морковь. — Построим склад, конюшню, лекарскую избу, рынок. Ну и патрули. Смешанные. — Нужно будет постоянно менять пары, — заметил Шалем, — чтобы знакомились и привыкали друг к другу. — Он сербнул из кружки и тут же ойкнул, прижмуриваясь. — Обжегся? — Кай уже был рядом. Он вынудил Шалема открыть рот и высунуть язык. Затем подул. Боль сменило веселье и руан, хихикая, оттолкнул от себя навязчивую морду. Чернышка недовольно нахмурился. — Сейчас сделаю отва… — Фа я фрофто оффеф яфык!! — Шалем заржал, покачнулся на стуле и запрокинул голову. А затем в дверь постучали и они оба вскинулись. — Помощница лекаря, — пробормотал Кай. Затем он серьезно посмотрел на руана: — сиди здесь и не двигайся. Вообще. Понял? — Фофял. — Умный бельчонок, — чернышка поцеловал его в нос и встал. Когда на деревню руанов опустились сумерки, то тишина сменилась барабанным эхом, разносящимся по лесу. Шалем даже из окна видел, как вздымаются в небо искры из огромного кострища. Он нетерпеливо потоптался на месте, дожидаясь, пока Кайден закончит одеваться, а затем тут же попытался вылететь в снег. Кай его остановил — схватил за капюшон, дергая обратно, и как следует укутал в шарф. Из Шалема осталось видно только глаза да пушистый, рыжий хвост. До площади идти было всего ничего, но Шалем быстро устал, поэтому примерно с середины Кайден снова нес его. Странно, но руан ни на секундочку не чувствовал себя беспомощным. Наоборот, волк внутри был страшно доволен таким покровительственным вниманием и проявлением любви. И Кайден, казалось, тоже. На площади они сели поближе к костру. Шалем забрался к Каю на колени и завороженно смотрел на огонь, вслушиваясь в бой барабанов. Его стая выла, оплакивала ушедших, и Шалем тихо поскуливал, вторя им. Когда из костра вырвались волки — по площади прокатился восхищенный вздох. Зазвенели колокольчики, задребезжала лютня. Шалем сполз с колен Кая на снег и замер. Волки носились вокруг костра, как юные щенки, лезли к детям и взрослым, тыкались носами и давали себя погладить. Дедушка шел к Шалему не спеша, точно дразня. Он поджимал уши, вилял хвостом, и хвост самого руана невольно бился от счастья. Но через мгновение дедушку сбил другой волк, игриво толкая в снег — старейшина, понял Шалем. Они покатились по снегу, весело сцепившись и рыча, и между их полупрозрачными телами носились и рассыпались искры. — Дедушка, — прошептал Шалем, когда волки, бесясь, добрались до него. Он ткнулся лбом в лоб дедушки, а затем в лоб старейшины. Волки скульнули, виляя хвостами. — У тебя будет правнук. Старейшина, у вас тоже. Волки облизали Шалему лицо. Руан рассмеялся, смаргивая слезы, и обернулся на Кая. Тот выглядел смущенно, но покладисто опустился на корточки рядом — и два старых волка облизали и его. Шалем видел, как задрожала нижняя губа чернышки, и как заблестел его единственный глаз. Он не переживет, если Кайден расплачется и прыгнет прямо в костер. Господи.

[…]

— Замри. Кайден вздрогнул и застыл, поджимая хвост. В руке он держал топор. Дело близилось к середине весны, а стоило Шалему заикнуться о том, чтобы побыть ведущим, как Кая как ветром сдувало — сразу находились дела и в сарае, и на огороде, и на рынке нужно было что-то купить. — Сейчас почти ночь. Куда собрался, одноглазый? — оперевшись на косяк и рассматривая свои коготки, поинтересовался руан. — Д-дрова, — судорожно выдохнул чернышка, прижимая к голове уши. Он обернулся через плечо и жалобно посмотрел на Шалема. — Мгм, — брови руана приподнялись. — Значит, мне здесь хреново день и ночь… меня тошнит, все болит, лезет шерсть, вырос живот… а ты ходишь на блядки? — Что? — Кайден в ужасе округлил глаза. Он непонимающе заморгал и медленно поставил топор в угол. — Собственный муж надоел? Я потолстел? Стал некрасивым? О, ну конечно, — Шалем притворно надулся. — Можешь идти развлекаться. — Бельчонок, я… — Кай медленно подошел к нему, выставляя перед собой ладони. — Бельчонок самый красивый омега на свете. Я люблю и хочу только его, не могу ни на кого смотреть. Как ты можешь такое говорить? — он осторожно опустился на колени и обнял Шалема, прижимаясь щекой к животу. А что еще было делать Шалему? Кайден даже не представлял, насколько соблазнял его, когда возвращался весь потный и в крови с охоты! — Ты избегаешь меня, — в этом он тоже немного лукавил. Кайден не отходил от него почти не на секунду. А когда отходил — заставлял свою маму и Иветту следить за ним. Шалем, в какой-то степени, чувствовал себя как в яслях, но было приятно, что все вокруг хлопотали над ним и заботились. — Прости, бельчоночек, — траурно пробормотал Кай, поднимая жалобный взгляд. — Просто это не альфье… — Шалем выразительно вскинул бровь. — Альфа не должен… — Кай. — Я помоюсь и вернусь, — голос чернышки звучал обреченно. Но Шалем почему-то не сомневался, что тот будет в восторге. Пока Кайден готовился морально и физически, Шалем в спальне по возможности сделал расслабляющую атмосферу. Ну, как он надеялся. Он зажег свечи, подготовил масло и разделся, забираясь на шкуры. Весной стало уже совсем тепло — и окна в доме были всегда открыты, впуская ночную прохладу и насыщенный запах хвои и первых цветов. Шалем как раз собирался уже вставать и вытаскивать Кайдена из бани, когда тот вернулся, завернутый в полотенце и выглядящий, как мокрый, брошенный щенок. Если он думал, что это разжалобит руана, то катастрофично ошибался. — Сюда, — Шалем клыкасто улыбнулся и похлопал по кровати рядом с собой. Кай, весь на иголках, преодолел расстояние между дверью и ним, и аккуратно сел, сжимая ноги. — Убери полотенце, чернышка, — руан горячо выдохнул, становясь на колени, и поцеловал любимого за дрогнувшим ухом. Кайден шумно сглотнул. Осторожно выпутался и отложил полотенце на стул. Шалем усмехнулся. Член у Кая уже был твердый — руан был уверен, что ему все нравилось. Кайдену приходилось по вкусу все, что делал Шалем, нужно было только немножко подтолкнуть к удовольствию. Для начала Шалем его поцеловал, пытаясь расслабить. Чернышка, конечно, не расслабился, но на поцелуй охотно ответил — весь покраснел, как дурашка, и настойчиво тянулся лизаться, желая обласкать Шалема. Но сегодня руан не собирался давать ему возможность перехватить инициативу. Опустив руку между ног Кая, Шалем легонько провел ладонью по его твердому, подрагивающему члену, и размазал влагу на головке. — Я не смогу ничего сделать сам, — тихо прошептал Шалем. — Я такой неповоротливый. Тебе придется повернуться ко мне попой. Мм? Кайден побагровел от смущения. Он отрицательно замотал головой, затем увидел расстроенный взгляд Шалема — и со стоном, медленно перевернулся, едва ли не кряхтя. — Повыше, — Шалем легонько шлепнул Кайдена по ягодице. Кай вздрогнул и ткнулся лицом в подушку, поднимая зад, но не прогибаясь. Его дрожащий хвост поджался между ягодиц и Шалем со вздохом наклонился, чтобы поцеловать поясницу альфы. — Расслабься, чернышка. Я так люблю тебя. Хочу, чтобы ты пах только мной. И чтобы тебе было хорошо. — Мгх… Шалем сам подцепил его хвост и легонько задрал вверх. Прильнул ближе, опаляя дыханием ложбинку между ягодиц. Кайден скульнул, его хвост напрягся, пытаясь опуститься обратно, но Шалем не дал — конечно, он не совсем успел насладиться и полюбоваться туго сжатой дырочкой, но времена требовали решительных мер. — А! — Кайден попытался вскочить, но Шалем с силой вонзил когти в его зад и широко лизнул от поджавшихся яиц до копчика. — М-мы так не договаривались!! — Ты почти каждый день меня тут вылизываешь, — с придыханием ответил Шалем, обводя длинным языком яйца. — Я тоже хочу. — Ты там… ах… вкусный… прекрати! Н-н… — Кайден весь задрожал. Шалем с ухмылкой обвел кончиком его дырку и прикрыл глаза, с наслажданием, совсем немного толкаясь внутрь. — Ты тоже, — прошептал он. — Как стыдно… — судорожно выдохнул Кайден, заползая с головой под подушку. Шалем хрипло рассмеялся, смягчая хватку, и продолжил вылизывать своего альфу, нежно поглаживая бедра. Несмотря на смущение, Каю все, очевидно, нравилось — его член пульсировал между ног, капая смазкой, и Шалему очень хотелось облизать и там, но дотянуться он не мог. Через время, когда дырочка Кайдена перестала походить на неприступную крепость, Шалем тихо взял с тумбочки масло и щедро полил его ягодицы. Шерсть на черном хвосте намокла и начала топорщиться, и руан осторожно убрал его, прижимая к спине чернышки. Пальцы вошли с трудом, но Кай быстро взял себя в руки, расслабляясь — он пыхтел и фыркал, но стоило Шалему ласково с ним поговорить, осыпать капризного чернышку поцелуями, и Кайден начал едва слышно постанывать и мычать. Когда Шалем приставил к его дырочке член — Кай почти не трясся. И не дышал. Он повернул голову, глядя из-за плеча огромными глазами на то, как руан, прикусив губу, медленно проталкивается внутрь него, и со стоном выдохнул, когда Шалем вошел до конца. — Ха-а… блять… — Шалем прижал уши и переминулся на коленях. — Как же хорошо. Кай, в тебе так хорошо. — Нгх… Шалем медленно задвигался, завороженно наблюдая, как покрасневшее колечко мышц натягивается вслед за его членом, словно не хочет отпускать. Хвост Кайдена дрожал. Он шумно дышал, выгибаясь, и, кажется, пытался потереться о кровать. — Я не дотянусь, — виновато прошептал Шалем, — потрогай себя сам. Кайден прижал уши. А затем его бедра мелко задвигались — и Шалем даже замер от изумления. Кай трахал свой кулак, одновременно самостоятельно насаживаясь на член Шалема. Боже, Шалем был готов кончить в любую секунду. — Приятно, Кай? — с придыханием спросил Шалем. — Нравится, когда тебя берет твой омега? — Ыгх… — Сейчас кончишь? — Шалем ускорился, чувствуя, что может двигаться уже размашистее. — Д-да… нх… блять… Руан задрожал, чувствуя, как подкатывает собственный оргазм. Он прижал нос, выгибая бедра и входя под самый корень, и кончил. Кай заскулил, медленно опадая вниз. Даже после оргазма он подрагивал. Тяжело дыша, Шалем опустился сверху. — П… понравилось?… — отдышавшись, спросил руан. Кайден тяжело вздохнул. Его дырочка сжалась и Шалем, все еще очень чувствительный, застонал. — Угу… — едва слышно выдохнул альфа. Шалем просиял. Он подполз выше, садясь к чернышке на спину, и, согнувшись, расцеловал его щеки. — Тогда я буду кончать в тебя каждый день! Буду трахать тебя, пока твоя дырочка не станет свободной и… — Бельчонок, — хрипло пробормотал Кайден. — Любимый. — Угу, — Шалем суетливо спрыгнул с Кая, ложась набок. Кайден повернулся к нему и поморщился. — Блять, там что-то… течет… Глаза руана загорелись. — Понял. Сейчас все сли… Кайден резко притянул к себе Шалема и устало выдохнул ему в макушку. — Просто полежи. Пожалуйста.