Мятные апельсины

      Джисон понятия не имеет, как здесь оказался. Дома у Минхо, на его кровати, с раздвинутыми ногами и маленьким вопросом в глазах: его сейчас нежно залюбят или будут не нежно ебать?       Они ведь даже не общались никогда, Джисон не знает его любимый цвет и что он любит на завтрак, зато плечи уже немного ноют, скучая по его губам, которые не целовали всего минуту, и колени сладко дрожат от ощущения мягких ладоней на них.       Джисон знал его через семь рукопожатий от друзей друзей и иногда стоял за ним в очереди в столовой. Они почти не пересекались и никогда не здоровались. Минхо всегда было в другую сторону, на другой автобус и в другое крыло здания, а Джисон даже не думал о нём так много. Не следил за ним, не был подписан на него в инстаграме и не знал, сколько у него котов.       Джисон разве что залипал иногда, ловя пятиминутные влюблённости в его нежную улыбку, но это не было мило, скорее — тревожно, потому что Минхо всегда замечал его взгляд, и приходилось нервно прятать глаза за длинной чёлкой.       Минхо просто был красивым. На него хотелось смотреть, особенно, на какой-нибудь скучной линейке или в той же столовой, отвлекаясь от далеко не вкусной на вид еды. Взгляд сам собой цеплялся за его внешность, Джисон это не контролировал. Но и не мечтал стать ближе, чтобы иметь негласное разрешение так откровенно пялиться. Нет.       Джисон жил свою скучную жизнь с единственной вытоптанной тропинкой от универа до общаги и новые локации открывать не собирался, а чтобы пересечься с Минхо было бы надо. Такие, как он, наверняка живут свою лучшую жизнь: клубы, бары, вечеринки. Вряд ли у Джисона был хоть один шанс даже просто оказаться рядом, учитывая, что единственный его план на жизнь — пересмотреть всё аниме на свете до старости. Дотянуться до яркой юности Минхо из-под одеяла в общаге было просто невозможно. Джисон и не пытался.       Джисон иногда ловил себя на том, что думает о Минхо на скучной лекции или фантазирует о нём с рукой в штанах перед сном. Ничего серьёзного, просто Минхо красивый. Это не тянет на настоящую влюблённость. Джисон сам придумал ему качества, нарисовал в голове характер и подкрепил какой-то идеальный для себя образ его привлекательной внешностью, но это единственное, что было реальным, и этого было мало для правдивых чувств. С таким же успехом Джисон мог спокойно влюбиться в персонажа любимого аниме, что, кстати, и делал, пока впервые не увидел Минхо.       Джисон прекрасно понимал всё, что испытывал, и почему. Он чётко делил реальность и свои фантазии, поэтому даже пытаться подружиться с Минхо всё ещё не хотел. Наверное, он понимал, что это бы разбило всю идеальность и ни к чему хорошему бы не привело.       Джисон предпочитал наблюдать. Оставался подольше в столовой, пока Минхо первый не уйдёт, и часто смотрел в окно, надеясь случайно заметить его во дворе университета.       Джисон стоял у подоконника, подперев щеку рукой, и занимался как раз этим — лениво обводил глазами студентов на улице. До начала пары оставалось десять минут, когда Сынмин подошёл к нему и встал рядом. Обычно они не общаются в универе. Джисон так сильно достаёт его в общаге, что Сынмин вне стен комнаты, которую они вот уже второй год делят на двоих, искренне делает вид, что они не знакомы.       — Пойдёшь на концерт вечером?       — Разве там будет что-то интересное? — ответил Джисон и даже не посмотрел в его сторону. Университетские мероприятия всегда такие скучные, что утопиться было бы раз в десять веселее.       — Вряд ли, но за явку препод по праву обещал простить отработки, поэтому я пойду.       — Тогда и я пойду, — грустно вздохнул Джисон. — Надеюсь, Минхо тоже пойдёт, иначе я там усну и буду храпеть на весь зал.       Сынмин пихнул его в бок, и Джисон недовольно проныл, обернувшись, чтобы возмутиться ему в лицо. Он уже открыл рот, но заметил мимо проходящего Минхо, который удивлённо вскинул брови.       Глаза Джисона смешно расширились, а сердце пропустило пару ударов. Вот надо же было ему именно сейчас здесь оказаться. Джисон за три года учёбы ни разу не видел его в левом крыле, но стоило произнести его имя, как он совершенно случайно прошёл мимо и всё услышал.       Джисону казалось вечностью, пока Минхо молча смотрел на него те три секунды. Он усмехнулся и ушёл, а Джисону потребовалось ещё полтора часа лекции, чтобы прийти в себя.       Джисон решил, что теперь точно не пойдёт на концерт и плевать на отработки, но Сынмину первое слово дороже второго, поэтому он чуть ли не силой утянул его с собой в актовый зал.       Джисон задницей чувствовал приближающуюся катастрофу, но считал, что это будет просто ещё один неоднозначный взгляд Минхо, который снова пройдёт мимо. Он даже не знал, хуже так или если Минхо уже забыл, как выглядит лицо того, кто произнёс утром его имя, и если честно надеялся, что он просто не придёт.       А Минхо пришёл. Пришёл и сел рядом, потому что свободное место было только рядом с Джисоном и на первом ряду рядом с кем-то из преподавателей, при ком в телефон не залипнешь.       Джисон отвернулся и постарался сделать вид, что его ни капельки не заботит Минхо на соседнем кресле. Минхо, который поглядывал на него время от времени и касался локтем его руки.       Джисон сидел как на иголках половину концерта, а потом Минхо наклонился и шепнул ему на ухо:       — Ты скоро задымишься от напряжения.       — А? — Джисон растерянно посмотрел ему в глаза и сразу опустил голову.       — Я думал, ты хотел, чтобы я пришёл.       — Да, но вроде как не хотел, чтобы ты об этом слышал.       Минхо нежно улыбнулся и легконько задел его плечом, как будто они дружат и всё это шутки.       — Да ладно тебе. Расслабься, я не кусаюсь.       И Джисон расслабился. Опустил плечи и перестал чесать коленку. Он почувствовал себя дрессированным щенком и ещё немного жалким.       Джисон не понял, как, но вышел из актового зала с номером Минхо в телефоне, вечером написал ему сообщение, а в выходные согласился с ним погулять. Он удивился, что на улице может быть даже лучше, чем в кровати с ноутбуком, а в воздухе приятно пахло мятными апельсинами. Но это от Минхо. Потому что он ел мятные конфеты, а его одеколон отдавал нотками цитруса.       Минхо, оказалось, тоже любил аниме и легко поддерживал интересную для Джисона тему. А ещё он был мягким.       — Хочешь в кино? — спрашивал с улыбкой, когда на улице становилось прохладно. — Или лучше в кафе?       Джисону казалось, что в реальности с таким красивым лицом у Минхо непременно должен быть сучий характер, но он угощал Джисона кофе, платил за него в кино и интересовался, стоит ли его провести до общаги, а то поздно.       Джисон не очень понимал, что происходит и почему Минхо вдруг такой... дружелюбный, но спросить было неловко, да и не помнил он об этом, общаясь с Минхо. А Минхо продолжал быть собой и что-то спрашивал. «Как учёба?» или «Чем занимаешься вечером?» — были обычными вопросами, раз в пару дней всплывающими в переписке, но были и не совсем обычные вопросы.       Сидя с Джисоном где-нибудь в кафе и болтая с ним о всяком за стаканчиком молочного коктейля, Минхо становился загадочным, словно в состав его коктейля входило что-то крепче кофейного сиропа.       — Тебе нравится чизкейк? — спрашивал Минхо, листая меню, и, пока Джисон думал над ответом, добавлял: — А парни?       Джисон чувствовал себя обманутым, отвечая «да» на первый вопрос после второго и видя коварную улыбку напротив. Не то чтобы он врал в итоге, но лёгкое напряжение ощущалась.       Минхо выглядел хитрой, игривой лисой. Он сужал глаза, растягивал уголки губ и был довольным собой, смущая Джисона своими словами.       Джисон не чувствовал, что Минхо хотел посмеяться над ним или что-то такое, но и что в его голове — было непонятно. Он внезапно появился, внезапно стал другом. Так странно.       Минхо с ним гулял, писал ему смски, брал за руку. Невзначай, как будто случайно. А если Джисон был не против, сплетал с ним пальцы.       — Хочешь выпить кофе? — спросил Минхо, как-то вытащив Джисона на прогулку с самого утра. — А поцеловаться?       — Да, — сонно кивнул Джисон, потирая глаза. — Подожди, что?       А там уже было неважно — что. Потому что Минхо поцеловал. Прямо посреди аллеи притянул к себе за шею и поцеловал. А потом купил ему кофе и снова поцеловал.       Мозг Джисона отключился с первым касанием губ. Он не разбирал, что Минхо говорил в этот день, и не помнил, как вернулся в общагу. Обжигающее ощущение искусанных губ не давало ему подумать больше ни о чём, зато всю ночь снились поцелуи.       Джисону казалось, он так и не проснулся, потому что на следующий день Минхо снова поцеловал. Позвал погулять, встретил у общаги и увёл за угол, чтобы коснуться его губ своими.       Джисон не знал, сколько они так целовались по углам, пока в один из выходных Минхо не пригласил к себе. Он обещал познакомить его со своими котами и угостить пиццей, на которую убил два часа своей жизни.       Джисон кивнул, потому что хотел есть и любил котов, хотя совсем бы не расстроился, если бы его не покормили и не показали бы мяукалок. Но дома у Минхо правда были коты, еда и уют.       Джисон два часа сидел на полу, играя бантиком с пушистыми, и гладил их между ушами, пока Минхо смотрел на него глазами, которыми раньше смотрел только на СунДунДо.       Джисон старался не замечать его взгляды, а сам искал момент, чтобы поцеловать и чтобы это не было неловко. Он подходил близко, смотрел на губы и даже тянулся, но чувствовал себя слишком нуждающимся и не решался.       Минхо поцеловал сам. Снова. Коснулся ладонью его щеки и прижался губами.       Джисон, наверное, казался ледяной статуей, едва отвечая и совсем не двигаясь, но он просто боялся спугнуть момент и надеялся, что Минхо не примет его странные реакции за нежелание.       Минхо и не принял. Целовал, обнимал за талию, прижимал к себе. Джисон стоял с закрытыми глазами, робко зарываясь пальцами ему в волосы, и полностью отдавался ощущениям, чтобы запомнить все до самой маленькой детали и вспоминать их перед сном.       А потом какой-то провал в реальности, и Джисон находит себя обнажённым в кровати Минхо. Они же вот только-только целовались у столешницы на кухне и уже прижимаются голыми телами под одеялом.       Не то чтобы Джисону жаль и он хочет прекратить, просто насколько нормально, что две недели назад он не умел целоваться, а сейчас прогибается под парнем, на которого пялился последние полтора года?       У Джисона подрагивают колени и пальцы нервно сжимаются в кулаки. Он волнуется, но ему интересно. Минхо нависает сверху, оставляя короткий поцелуй в ямочке на ключице, и проводит ладонью по его бедру, накрывая ею пульсирующий член.       Джисон только в эту секунду понимает, что возбуждён и сильно. Низ живота приятно тянет, бёдра подрагивают, а протяжное «мяу» за стенкой от Дори ощущается как жалобный хнык изнутри.       Минхо касается губами его плеч, лаская в ладони твёрдый член, и давит подушечкой большого пальца на влажную головку, растирая по кончику смазку. Он целует в шею и за ушком, проводит кончиком носа по линии челюсти и обжигает горячим дыханием чувствительную кожу, оставляя на ней невесомые касания губами.       Джисон съедает несколько сладких стонов и понимает, что ему не так много осталось до оргазма. Он сводит коленки, зажимая между ними бедро Минхо, и накрывает его руку на своём члене ладонью.       — А ты... — он шепчет, открывая глаза и находя ими взгляд Минхо.       — М? — Минхо нежно улыбается и целует в уголок губ, всё ещё сжимая в руке влажный от естественной смазки кончик члена, но не двигая ею.       — А ты не возьмёшь меня? — робко произносит Джисон и кусает губы, чувствуя, как щеки начинают гореть ещё сильнее.       — Ты бы видел себя, — вздыхает Минхо и проводит свободной рукой по его волосам, зачёсывая их назад. — Тоже бы не стал.       — Ч-чего? — и взгляд такой потерянный.       — Нет, извини, я имею в виду, ты очень напряжён. Лежишь и жмуришься, как будто только и ждёшь, когда всё кончится, — немного расстроенно произносит Минхо. — Я чувствую себя насильником. Мне так не нравится.       — Я просто... — Джисон запинается, снова прикрывает глаза.       — Я знаю, — Минхо понимающе кивает. — Хочешь, я помогу тебе одеться и мы посмотрим какой-нибудь фильм, м?       — Нет.       — Ладно.       Минхо целует его в венку на шее, потираясь щекой о плечо, и не торопит с мыслями. Он продолжает двигать рукой, лениво скользя пальцами по члену Джисона, и поворачивается немного на бок, уже не нависая над ним, а скорее просто лёжа рядом.       Джисон осторожно приобнимает его за плечи, и ему нравится это ощущение, когда он давит Минхо пальцами на подбородок, и ему приходится задрать голову, чтобы получить тёплый поцелуй впервые по инициативе Джисона.       Джисон довольно уверенно прижимает его к себе и гладит по спине ладонями, вылизывая губы. Он всё ещё осторожный и не наглеет, но точно смелее тех робких касаний кончиками пальцев ещё пять минут назад.       Минхо улыбается ему в поцелуй, чувствуя его руки на пояснице и ниже. Он слегка выгибается и, упираясь ладонями Джисону в грудь, разрывает поцелуй.       — Так вот что тебе нужно, чтобы быть смелее, — он смотрит с лисьим прищуром.       — Наверное, — Джисон снова робеет и неловко чешет нос пальцами. — Я пока не очень понял, что именно мне нужно, но...       — Нет, перестань, — сердится Минхо и хватает Джисона за запястье, возвращая его руку себе на попу. — Твоя уверенность возбуждает. Ну же. Хватит смущаться.       И Джисон душит в себе робость, целуя его в губы. Он касается. Уверенно. Нависает сверху, сжимает в ладонях бёдра. Он не знает, так на него действуют слова Минхо или страх, что его выгонят с кровати за непослушание, но внутри горит, а голову — кружит.       Минхо не меняется с ним местами и не выглядит застенчивым, когда Джисон неприлично его трогает. Нет, он красиво выгибается, расставляет в стороны коленки и смотрит в глаза. Он приподнимается на локтях, чтобы видеть, как губы Джисона касаются его бёдер, и склоняет голову набок, улыбаясь довольным котом.       — Если я укушу, ты будешь злиться? — спрашивает Джисон, отрывая язык от нежной кожи на внутренней стороне его бедра.       — Нет, — обещает Минхо и заправляет ему за уши волосы. — Укуси.       Джисон кусает. Немного больно, но сразу зализывая след от зубов. Он ищет одобрения в глазах Минхо, а затем снова кусает, наслаждаясь маленьким, сладким стоном, срывающимся с его губ.       Джисон касается губами венки на его члене и широко мажет языком по алой головке, пряча её во рту. Теперь он немного смущён, потому что Минхо свои глаза вообще не закрывает, и старается сосать красиво, но закашливается уже на половине длины. Он морщится, раздражаясь, что с первого раза ни черта нормально не получается, а Минхо привстаёт, чтобы поцеловать в губы и успокоить.       — Хочу тебе предложить лечь и получить удовольствие, — шепчет он, прижимаясь с Джисоном носами, — но почему мне кажется, что ты снова будешь жаться к подушке, как бездомный щеночек?       — Я выгляжу таким жалким?       — Нет, но тебя тоже хочется накормить и укутать в плед.       Джисон улыбается ему в губы, совсем не обижаясь, и нежно гладит его пальцами по щеке. Ему всё это кажется милым и романтичным — разговоры во время секса, поцелуи после минета, взгляд глаза в глаза.       — Ну, ты можешь взять меня у стола или на полу. Где-нибудь, где нет подушки, — пожимает плечами Джисон.       — Ты милый, — нежно смеётся Минхо и тянется рукой под подушку, доставая смазку. — Но давай в следующий раз, а пока ты меня возьмёшь, м?       Джисон смотрит чуть растерянно, но не потому что волнуется, а потому что не до конца верит: ему правда можно взять Минхо? Вот так сразу? Когда они ещё даже не обсудили, кто они друг для друга?       Минхо его взгляд понимает по-другому и спрашивает:       — Хочешь, я сам растяну себя?       — А? — у Джисона на лице шок в шоке.       — Я не уверен, насколько это сексуально, но ты можешь смотреть.       Минхо игриво улыбается и щёлкает крышкой, выдавливая на ладонь смазку. Он снова ложится на спину и широко разводит бёдра, опуская руку вниз и накрывая пальцами тугую дырочку.       Джисон сидит у него в ногах и очень внимательно следит за тем, что Минхо делает. Он кусает губы, наблюдая, как влажные от смазки пальцы медленно проникают внутрь по одному, и даже не дышит.       Минхо тихонько стонет уже на втором и влажно проводит языком по пересохшим губам.       — Хочешь, я могу повернуться? — предлагает он, замечая заинтересованный взгляд Джисона.       — Хочу, но боюсь, что кончу нетронутым.       Минхо снова нежно смеётся. Он добавляет ещё смазки и возвращает пальцы внутрь, продолжая себя растягивать. Джисон осторожно тянет к нему руку, но оставляет её на сгибе бёдра.       — Могу я... — он не уверен, как правильно сформулировать, но Минхо протягивает ему смазку, без слов давая разрешение на всё, чего он там хочет, и убирает пальцы, чтобы Джисон заменил их своими.       Он тихо стонет, прикрывая на мгновение глаза, а затем снова смотрит на Джисона из-под опущенных ресниц. Он выглядит расслабленным и мягким, как моти. Его хочется съесть.       Джисон гладит его по коленке, раздвигая пальцы внутри нежной дырочки, и наклоняется, чтобы чмокнуть в родинку на плече.       — Мне кажется, что ты сейчас уснёшь, — шепчет Джисон, поджимая губы.       — В тебе когда-нибудь были чужие пальцы, Джисони? С этим ощущением сложно уснуть, — ласково, но с лёгкой хрипотцой произносит Минхо.       — Я обязательно перестану задавать глупые вопросы, как только это прочувствую, — обещает Джисон и целует.       Губы Минхо мягкие, как будто плюшевые, и Джисон играется, надавливая на них зубами, а затем зализывая кончиком языка. Ему самому хочется стонать, когда Минхо тихо поскуливает в поцелуй, но он терпеливо слизывает сладкие звуки с его приоткрытых губ и отстраняется, чтобы использовать больше смазки, прежде чем добавить третий палец.       Член ноет и просит внимания, но всё внимание уходит на поцелуи с Минхо, и Джисон правда чувствует, что мог бы кончить без рук. Он отрывается от зацелованных губ, вынимает из Минхо пальцы, и Минхо очень вовремя протягивает ему резинку, которую Джисон немедля раскатывает по члену.       Джисона бросает в лёгкую дрожь от того взгляда, который Минхо от него не отрывает ни на секунду, пока он приставляет головку своего члена к его дырочке. Он плавно толкается, и только тогда Минхо мягко прикрывает глаза, размыкая губы в беззвучном стоне.       Джисон медленно проникает на всю длину и замирает, очень волнительно следя за его реакцией, переживая, что ему больно. А ему похоже больно. Красивые, кошачьи глаза зажмурены, губы подрагивают, пальцы крепко сжимают в кулаке простынь.       Джисон бы сейчас всё отдал, чтобы Минхо посмотрел на него лёгким, мягким взглядом из-под ресниц и улыбнулся уголками губ. Возможно, даже нежно бы рассмеялся. Смех во время секса, наверное, не очень хорошо, но лучше, чем его болезненно стиснутые челюсти.       — Мин...       — Двигайся, пожалуйста, — на выдохе и очень тихо проговаривает Минхо, перебивая.       — А?       Двигаться? Серьёзно? Джисон уже готов был вытащить из него член и больше никогда и никого им не трахать, потому что это, кажется, совсем плохо. А он просит двигаться?       — Твой член очень... — Минхо сглатывает, — идеально давит внутри на какую-то ахренеть волшебную точку. И я сейчас или умру от искр из глаз, или потеряю в чувствительности, если ты не сделаешь с этим что-то, — на одном дыхании тараторит он и снова закусывает губу.       Джисон облегчённо улыбается и слегка отстраняется, чтобы начать плавно двигаться. Он тянется к губам Минхо, чтобы тоже их немного покусать и пооблизывать, и Минхо притягивает его к себе за шею, углубляя поцелуй.       Джисон клянётся, что это лучшее ощущение в мире, когда Минхо закидывает на его талию ноги и сладко стонет, пытаясь подмахивать бёдрами в такт толчкам. Он расслабляется и снова игривый. Он коварно смотрит, когда Джисон отрывается от его губ, учащая темп, и глубоко дышит через приоткрытые губы.       Джисон понемногу привыкает к тому, что он постоянно смотрит, и ему даже начинает нравиться. Настолько, что, когда Минхо в очередной раз прикрывает в удовольствии глаза, ему хочется сказать: Эй, нет, открой глаза, смотри на меня.       Джисон не говорит. Помогает ему кончить, обвивая ладонью его член, и толкается глубже, изгибая кисть на чувствительной головке.       Джисону тоже нужно не так уж много, чтобы дойти до пика. Он делает несколько быстрых движений и кончает, не вынимая. Он на секунду мечтательно представляет, как бы сексуально и пошло вытекала его сперма из растраханной дырочки Минхо, но вспоминает про резинку, которая летит в урну в следующее мгновение.       Джисон тянется за коротким поцелуем, ложась с Минхо рядом, и прячет нос в его шее, доверчиво прижимаясь сбоку. Он хочет что-то сказать или спросить. Может быть, даже больше, чем следует после всего недели поцелуев и одного раза, но собрать мысли в кучу не получается.       На языке одни глупые, сопливые признания, о которых Минхо не просил, и Джисон держится изо всех сил, чтобы их не наговорить. Они не встречаются и вообще едва знакомы. Джисон снова навыдумывал себе в голове разного, а в мысли Минхо заглянуть не смог. Может, ему всё это не надо? Может, он просто играется.       Минхо действительно кажется тем, для кого всё это весело. Развлечение и не больше. Джисон же ничего не знает про него. Даже о том, на каком факультете он учится или сколько ему полных лет. Минхо не рассказывал, а спросить было некстати. Нет, они, конечно, не только зажимались по углам с поцелуями, они разговаривали, но в основном про аниме или Джисона.       Джисон немного потерялся в своих чувствах. Минхо оказался таким милым и заботливым, каким он себе представлял. Он был учтивым, заинтересованным, добрым. Как будто вышел прямиком из головы Джисона.       Джисон так увлёкся своими ощущениями, что про Минхо спросить забыл. Впрочем, если для Минхо это всё было только интрижкой и на один раз, Джисон всё равно не жалеет. Последние две недели, которые они провели вместе, всё равно были лучше, чем двадцать один год до этого.       Джисон не знает, будет ли у них ещё время или Минхо утром с ним тактично попрощается? Пригласит ли снова к себе или больше не ответит на сообщение? Будет ли всё-таки тот следующий раз, про который он говорил, или Джисон так и не проверит на себе, можно ли уснуть с чужими пальцами в заднице?       Джисон не знает и жмётся к нему, как в последний раз, а Минхо гладит его по голове и целует в кончик носа.       — Хочешь сходить со мной в душ? — спрашивает, подкладывая ладонь себе под щёку.       — Так лень, — вздыхает Джисон, всё ещё думая о своём.       — Хорошо. А я схожу. Чувствую себя липким из-за смазки. Просто ужасно, — он мягко улыбается, морща нос. — Только не засыпай, хорошо? — просит, поднимаясь с кровати. — Посмотрим фильм.       Минхо почти уходит, когда Джисон опоминается, поднимаясь тоже.       — Ты чего? — Минхо приподнимает бровь.       — Я могу тебе помочь.       — Да?       — В смысле, отмыться от смазки.       — Тебе же лень было?       И Джисону правда лень, но вдруг больше не будет возможности сходить с ним в душ? Он строит щенячий взгляд, и Минхо берёт его за руку.       — Идём, — нежно и мягко.       Джисон стоит с ним в тесной душевой кабинке и использует мочалку, чтобы намылить Минхо плечи и спину, пока он стирает с живота разводы спермы, а с ляжек — лубрикант.       Джисон касается Минхо, как будто больше никогда не сможет — нежно и медленно. Дотрагивается до талии и бёдер, обнимает со спины. Минхо нежно смеётся, запрокидывая голову на его плечо, и поворачивается, чтобы чмокнуть в линию челюсти.       Делать что-то в первый и в последний раз в жизни — это разные ощущения. Джисон не думал, что испытает их в один вечер. Но всё равно трогательно.       Минхо даёт ему что-то из своей одежды, чтобы не спать в джинсах, а потом предлагает поесть. Джисон сидит с ним за кухонным столом и смотрит так, как смотрел, когда впервые увидел, — рассматривая каждую деталь, каждый сантиметр. Он правда очень красивый. Джисон немного забыл об этом, акцентируя на своих внутренних ощущениях в последнее время, но сейчас снова видит. Невозможно красивый.       — Что-то не так? — спрашивает Минхо, дожёвывая пиццу.       — Вроде всё хорошо?       — Ты как будто хочешь что-то спросить.       — Нет, просто смотрю, — Джисон жмёт плечами. — Мне нравится на тебя смотреть.       — Мне на тебя тоже. Очень. Просто сейчас твой взгляд немного странный, — Минхо смягчается, как будто чувствует, что давит. — Правда же всё хорошо?       — Да, — кивает Джисон, опуская взгляд в тарелку. — Просто... мы же увидимся завтра, да?       — Да. Конечно. Прямо утром, как только проснёмся.       — Нет, я имею в виду, когда попрощаемся, а потом какое-то время не будем видеться и...       Минхо вдруг смеётся и смотрит с нежностью. До Джисона доходит, что он просто пошутил. Это неловко. Он поджимает губы.       — Да, — повторяет Минхо. Он хочет что-то ещё сказать, но жалобное мяу под ногами не терпит отлагательств. Он отвлекается, чтобы покормить котов, и Джисон говорит, что включит пока фильм.       Он уходит в комнату, забирается на кровать с ногами и перебирает фильмы, щёлкая пультом от телевизора. Ему немного грустно, но он старается отвлечься. Интересный фильм с Минхо в обнимку должен вроде как помочь.       Минхо возвращается и прижимается сбоку, предлагая ужастик, а потом половину фильма прикрывает Джисону глаза на страшных моментах и разрешает от них прятаться в своей шее. Он сам в хорошем настроении и много смеётся, а Джисон держит его за руку и сухо сглатывает на каждом появлении призрака.       Минхо ставит на паузу.       — Тоже в горле сушит, принесу попить, — говорит он и слезает с кровати.       — Угу.       — Колу будешь? — спрашивает он, стоя в дверях, и добавляет за миллисекунду до ответа Джисона: — А встречаться со мной?       — Да, — кивает Джисон. — А? — он поднимает взгляд и видит нежную улыбку Минхо, который исчезает в проёме двери.       Джисону требуется чуть больше времени, чтобы сообразить, чем Минхо — сходить за напитками. Он глупо улыбается, прижимая колени к груди, и надеется, что это не просто милая шутка.       — А колы, кстати, нет, — говорит Минхо и протягивает баночку пепси, снова заползая на кровать.       — А ты... — Джисон пропускает его слова мимо ушей. — А ты это серьёзно?       — Да, конечно. Колы нет. Можешь сам сходить и проверить.       — Я не про это...       — Я знаю, — Минхо двигается ближе и кладёт голову ему на плечо. — Просто ты напряжён, а мне всё ещё кажется, что мои каламбуры могут тебя развеселить.       — Могут, да, просто... я правда хочу с тобой встречаться. И я сентиментальный, и мне это важно. Наверное, тебя это уже бесит.       — Совсем нет, — обещает Минхо и мягко поворачивает его голову к себе, касаясь ладонью щеки. — Я тоже хочу с тобой встречаться.       — Правда? — Джисон на самом деле чувствует себя бездомным щенком, которого уже почесали за ушами, но ещё непонятно, возьмут его в семью или нет.       — Да, — коротко и чётко отвечает Минхо. — Просто, знаешь, мне казалось мы начали ещё неделю назад, когда впервые поцеловались. Сказать вслух было неловко, а по действиям вроде всё прозрачно, и я подумал, ты всё понял. А час назад оказалось, что не понял. Но это не потому что ты глупый, а потому что я решил, что ты умеешь читать мысли. Неудобно вышло.       — Мне очень хотелось понять, — негромко произносит Джисон, опуская глаза. — Но было страшно, что в итоге бы я один думал, что мы встречаемся. Для некоторых людей секс ничего не значит, что уж говорить про поцелуи.       — Да, но нет, — немного сумбурно говорит Минхо и берёт его за руку. — Я эту квартиру снимаю четыре года, и ты в ней первый гость.       У Джисона так мило меняется взгляд. Вот прямо настолько он особенный?       — А как же друзья?       — У меня всего один, но мы обычно, если видимся, то где-нибудь вне дома, а если дождь или что-то такое, можем к нему зайти, потому что он живёт ближе.       — Я так мало о тебе знаю, — вдруг вспоминает Джисон.       — Но у тебя же будет время узнать обо мне больше, да?       — Выдели как-нибудь вечер, а я подготовлю список вопросов, — Джисон посмеивается, а Минхо вполне серьёзно кивает, мягко сжимая его пальцы в ладони.       — Договорились.       Джисон, честно, понятия не имеет, как это всё случилось именно с ним, но все эти случайные случайности с запахом мятных апельсинов ему очень нравятся.