Горе луковое

- Нарыдался и вырубился, гадость моя ненаглядная... - ворчал про себя домовладелец, укладывая на скрипучую кровать крепко спящего парня. - Тяжелый, гад... - разогнувшись и хрустнув спиной, мужчина сел на кровать рядом со спящей тушкой иностранца. Время приближалось к полудню, а значит, самое время лечь спать, ведь в ином случае пережить самый пик солнечной активности будет трудновато. «Ну и на кой чёрт я его к себе-то притащил, и так места мало, положил бы на диван к долговязому, и черт с ним», - резко осенило мужчину, но лишний раз тревожить и без того уставшего парня не хотелось, поэтому, стянув свитер и оперев ружьё на тумбу, он аккуратно лег на противоположный край кровати. «Ну и день выдался...» - мужчина закрыл глаза и почти сразу провалился в сон под тихое сопение парня за спиной. *** В этот раз чуткий сон домовладельца прервал вовсе не привычный стук в дверь, да и для ночных визитов было ещё слишком рано, ведь сквозь плотные шторы тонкой полоской в спальню пробирались красные лучи закатного солнца. Его шею опаляло тёплое дыхание, от чего по спине бежали мурашки. Довольно непривычное чувство, уже и не вспомнить, когда мужчина чувствовал чьё-то тепло настолько близко. Может, во времена школы или училища? Когда пьяная однокурсница ввалилась в его комнату в общаге, и они провели вместе жаркую ночь. Тогда на утро он так же проснулся, ощущая спиной чужое горячее дыхание. Но тогда он поддался моменту, не сказать, что он был таким уж любителем развлечений с женщинами. «С женщинами...» Домовладелец повернулся на другой бок, лицом к парню, мирно спящему с ним на кровати. «Ресницы длинные, такие красивые...» - мужчина уставился на лицо иностранца, что-то в нем было такое, что заставляло его хотеть провести с ним побольше времени, хотеть понимать то, что он говорит, может даже выстроить с ним более глубокую связь, чем просто выживший и хозяин убежища. «Да и в принципе он вроде ничего такой... Симпатичный... Даже если учесть нижнюю половину лица, очень даже симпатичный, особенно когда брови не хмурит». Небольшая прядь черных как смоль волос упала парню на лицо, от чего тот поморщил нос и немного нахмурился. Мужчина осторожно протянул руку к его лицу и, аккуратно подцепив непослушные вьющиеся волосы, заправил их ему за ухо. «Ещё и волосы у него мягкие...» - он запустил руку глубже в кудри парня напротив, перебирая их пальцами, сердце отчего-то начало биться чаще, а на лбу проступил пот. - «Кажется, совсем перегрелся, поскорей бы солнце успокоилось, совсем уже мозги плавит...» - мужчина заправил ещё несколько выбившихся прядей ему за ухо, как вдруг заметил небольшую золотую серёжку, и руки сами потянулись потрогать. - «Ха, на правом, он из этих что ли?» - мужчина усмехнулся. - «Хотя если и из этих, мне-то какая разница?» - в голове домовладельца начали всплывать небольшие сюжеты с участием этого симпатичного иностранца, вот его со спины обнимает какой-то парень, нежно гладит талию, запускает руки под его футболку, страстно зацеловывая его шею, стягивает с него джинсы, обнажая бедра, о эти бёдра ещё с самого начала бросились ему в глаза, интересно, а сможет ли он дышать, если парень зажмёт ему голову между ними, на секунду мужчина подумал, что всё бы отдал, чтобы оказаться на месте этого человека, что гладил иностранца в его фантазиях. Внизу живота потянуло, плохо, это очень плохо... Точно не когда в его кровати лежит другой человек, да не просто человек, а человек, на которого у него и привстал. Раскрасневшись, домовладелец перевернулся обратно лицом к окну и зажмурил глаза, сейчас ему больше всего хотелось быстрее снова уснуть. *** Снова стук в дверь, снова спросонья натянув свитер и закинув ружьё на плечо, он отправился к двери, мимолётно кинув взгляд на уже пустующее место на его кровати. Первым делом в дверь постучали люди в жёлтом и, в очередной раз немного повздорив с хозяином жилища, вытащили из его дома жильца, в этот забрали девчонку, а жаль, он уже успел к ней прикипеть, но ему не привыкать, кого-то забирают почти каждую ночь, в условиях, когда каждый день может стать последним, вообще нельзя ни к кому и ни к чему привязываться. «Завтра могут забрать гробовщика, могут долговязого, а могут и иностранца...» На последнем мужчина задумался, он бы не хотел, чтобы этого странного парня забирали, они ведь ещё даже не познакомились. «А почему я вообще хочу с ним знакомиться?..» Из размышлений домовладельца вырвал уже привычный стук в дверь, на пороге стояла странного вида женщина, увешанная бусами и амулетами, лицо её было как-то неестественно натянуто на череп, и в целом доверия она не вызывала, но людей в доме становилось всё меньше, поэтому дверь перед ней открылась. Следом появился жутковатого вида мужчина с двухстволкой наперевес, но входить он не стал, даже когда дверь перед ним была распахнута, он лишь лихорадочно тараторил что-то о гостях и убийствах, заглянул хозяину в глаза и ушёл, стуча армейскими ботинками по крыльцу. Последним в дверь постучался мужчина, твердящий что-то о вере и смерти, и просил впустить своих людей для проведения какого-то мутного ритуала, уж чего-чего, а культистов он в своём доме видеть точно не хотел, поэтому вся эта компания получила лишь отворот-поворот. И когда стало ясно, что сегодня никто больше не придёт, домовладельцем было принято решение выпить пива и отправиться снова в кровать, хотя и спать вовсе не хотелось, другого занятия он придумать не смог. Мужчина вошёл на кухню, и в глаза, уже привыкшие к темноте, первым делом бросилось яркое пламя свечи, на секунду ослепившие его. - Это что ещё за дела... - щурясь от пламени, он непонимающе посмотрел на свою новую гостью, удобно расположившуюся за кухонным столом с толстой колодой неизвестных карт в руках. - Луна во Льве, самое время найти любовь. - Женщина загадочно улыбнулась, бросив на стол пару карт, и хитро посмотрела на мужчину, тот в ответ лишь кинул на неё недоверчивый взгляд и, открыв холодильник, достал оттуда заветный хмельной напиток и залил его в себя залпом. - Да какая ж тут любовь, свою б шкуру спасти для начала, а не шашни крутить. - Он вытер рукавом свитера рот и отправил пустую банку в мусорное ведро. - Самые прекрасные вещи создаются в самые трудные времена. - Она странно улыбнулась, обнажив два ряда ровных белых зубов. Мужчина, последний раз взглянул на женщину и вышел с кухни, этим он займётся завтра. Спать всё ещё не хотелось, и сейчас нужно было найти себе хоть какое-то занятие. Он приманил к себе толстого кота и взял его на руки, и только он хотел направиться к себе в комнату и заняться увлекательным вычёсыванием рыжей шерсти, как из ванной раздался всплеск воды и мокрые шлепки по плитке. "На дворе второй час ночи, а они тут..." Дверь ванной осторожно открылась, тот, кто был за ней, явно не хотел шуметь. В дверном проёме, в свете желтой лампочки, что светила ему в спину, появилась уже знакомая домовладельцу фигура. С вьющихся, даже в мокром состоянии, волос цвета вороньего крыла капала вода, оставляя темные пятна на красной толстовке, одетой, судя по всему, на голый торс. Штанов на нём не было, из-под края кофты торчали синие боксеры. В этот раз мужчина четко смог рассмотреть ноги иностранца. Бледная, словно прозрачная кожа, плавные изгибы, даже волосяной покров, доходивший аккурат до колен, всё это притягивало взгляд домовладельца и заставляло его сходить с ума. Заметив хозяина дома, парень стушевался и уже хотел было начать оправдываться за свой столь поздний поход в ванную, но, проследив его взгляд, в голову начали лезть другие мысли. Они уже спали на одной кровати... Но почему мужчина уложил его на свою кровать? Почему сейчас так жадно пялится на его тело? Это заставило иностранца задуматься. Он — гей, можно сказать, что открытый гей, хоть это и довольно часто причиняло ему неудобства на родине. Но даже несмотря на то, что он не скрывал свои предпочтения, с отношениями ему всегда не везло. И вот мир начал рушиться, он далеко от дома, и всё вокруг намекает только на скорую смерть. Умирать девственником совсем не хотелось, и сейчас перед ним стоит мужчина, что явно очарован им, уставшим, бледным, изуродованным и мокрым. Такой шанс выпадает один на миллион, поэтому, собрав волю в кулак, им было принято решение не упускать его. -{jxtim cj vyjq gthtcgfnm? - сказать это оказалось гораздо труднее, чем подумать, уши горели от стыда, а руки нервно теребили подол кофты. Очевидно, мужчина напротив не понял смысл сказанных слов, а значит, нужно было объяснить по-другому, единственным понятным для них двоих языком. Он аккуратно закрыл за собой дверь и, выключив за собой свет, повернулся обратно к мужчине и, решительно глядя на него, сделал пару шагов вперёд, оставляя на полу мокрые следы, и, уцепившись за край кофты домовладельца, посмотрел ему прямо в глаза, краснея, но стараясь не отводить взгляд от непонимающего, но также краснеющего мужчину. Секунда, и губы хозяина дома накрыли чужие, на удивление горячие и мягкие, даже несмотря на ранки, покрывающие их. Мужчина на секунду растерялся, но, ощутив на губах чужой горячий язык, остатки рационального мышления испарились, не оставив и следа