My little boy

.・゜゜・ ‎С самого утра у Тэхёна было подавленное настроение. Он плакал, капризничал и впадал в истерику. Причиной всему стала стирка его плюшевого тигрёнка без согласия омеги. ‎ ‎– Тэ, милый, не сидите на холодном полу. Пойди поиграй с другими игрушками, пока тигрёнок стирается, – пытался его отвлечь Чонгук. Однако Тэхён, сидя на полу перед стиральной машиной, продолжал плакать, сначала пытаясь открыть дверцу, а затем теряя самообладание. ‎ ‎— Папа! Я хочу тигрёнка! — всхлипывая, произнес омега, закрыв глаза и терев их кулачками, что-то невнятно бормоча себе под нос. ‎ ‎— Милый, тигрёнок сейчас принимает душ, и я не могу его достать, — в сотый раз пытался объяснить Чонгук, но, увы, получал ту же самую реакцию. ‎ ‎В ванной вновь раздались звуки плача. Альфа глубоко вздохнул, осознав, что уговорами успокоить Тэхёна не удается. Он без лишних слов поднял плачущего мальчика на руки и направился в спальню. ‎ ‎Омега продолжал реветь, и вскоре это могло перерасти в настоящую истерику. Чонгук тихо сел на край кровати и аккуратно усадил Тэ к себе на колени. Альфа мягко поглаживал его по голове и спине, стараясь успокоить малыша. ‎ ‎– Ну всё, зайчик. Успокойся, я уже объяснял тебе, что тигрёнку нужно искупаться. ‎ ‎Но его, похоже, не слушали, и его плач становился всё громче. ‎ ‎– Ти-Тигрёнок, я... я хочу... ‎ ‎Тэхён начал вырываться из объятий Чонгука. Он закрутился и замотал головой, бормоча что-то под нос. Альфа пытался его успокоить, но в ответ получил локтем по губам от омеги, так сильно, что та лопнула. ‎ ‎Тэ замер на месте, глядя на то, что только что сделал, и вновь у него на глазах выступили слезы. Чонгук, видя это, глубоко вздохнул, слегка шлепнул его по попе и помог ему встать. Затем, взяв Тэ за руку, он повел его в угол комнаты. Омега попытался вырваться и выйти из угла, но за это снова получил шлепок. ‎ ‎– Так, – произнес Чонгук с настойчивостью. – Если ты не умеешь себя вести, то будешь стоят здесь, понял? ‎ ‎Тэхён, недовольно отвернувшись к углу, продолжал сдерживать слезы. Эти слезы сопровождали его с самого утра по самым незначительным поводам. К примеру, сегодня он немного упал с дивана и тут же заплакал. Либо же, не желая смотреть мультфильм, расстраивался из-за того, что показывали не тот, который ему нравился. Или же его раздражало слишком яркое солнце. Причин для волнений накопилось немало, и нервы Альфы не были стальными. ‎ ‎— Я не слышу, — произнес он с ноткой строгости, скрещивая руки на груди и внимательно следя за Тэхёном ‎ ‎– Да... ‎ ‎Сказал он сквозь слёзы. Чонгук, ничего не говоря, покинул комнату. Истерики, хотя и случались нечасто, в такие моменты всегда принимали такой оборот. ‎ ‎Через примерно тридцать минут альфа вернулся. Он вошёл в комнату и подошёл к омеге, который стоял молча, опустив голову. ‎ ‎– Повернись и рассказывай, что ты усвоил за это время, – спокойно произнёс Чон. ‎ ‎Тэ повернулся к нему и, не поднимая головы, начал говорить: ‎ ‎– Я больше не буду капризничать и буду слушаться папочку. ‎ ‎Он произнес это тихо, почти шепотом, но альфа услышал. Он поднял своего малыша на руки и обнял его, получая в ответ такую же нежность. ‎ ‎– Пласти... ‎ ‎– Все в порядке, мой зайчик. Просто я хочу сказать тебе, что когда я что-то говорю, нужно внимательно слушать, а не плакать. Ты меня понял? ‎ ‎Тэхён кивнул головой в ответ. ‎ ‎Вечером того же дня омега все-таки получил своего тигренка и был невероятно счастлив. ‎