Пришелец в золотой диадеме

      По Омега-Таймлайну пронёсся неугомонный вихрь, сметающий всех и вся на своём пути. Монстры и люди едва успевали отскочить в сторону, а вслед обязательно грозили кулаком. Впрочем, были и те, кто просто устало вздыхал — это старожилы, хорошо знающие причину своего беспокойства по имени. И правда, не знать это бегущее со всех ног нечто нельзя было. Скажем так, в этом заключалась одна из особенностей данного индивида.       Разномастные здания и домики особого измерения мелькали мимо, смазываясь в единый холст пятнистых красок. Где-то вдали играла задорная музыка, слышались голоса и смех. Иногда посреди пространства, точно из ниоткуда, появлялись знакомые и не очень путешественники Мультивселеннной. На одного такого телепортировавшегося бегущий наткнулся и буквально сбил с ног, но очухался и побежал дальше, едва бросив слова извинения.       Хотя в Омега-Таймлайне не было смены дня и ночи, а небо и землю в равной мере заменяла белая Пустота, все знали — сейчас ранний вечер. Давным-давно ещё ориентировкой во времени стал Андертейл (что заслуженно, главная Вселенная всё-таки), так что когда там был вечер, этот факт отмечался и в «общем мультивселенском времени».       Распахнулась дверь кафе, звякнул серебряный колокольчик. На мгновение наружу вырвался шум заведения, но дверь быстро закрылась снова. Изменения — новый посетитель. Тот самый вихрь, который внезапно, после появления в кафе, стал нормальным существом и принялся пробираться между столиками.       В кафе привычно пахло корицей и крепким кофе, разбавленным вином. Стены украшались новогодними гирляндами круглый год, точно отдавая дань традициям Снежнеграда. Резная мебель поблёскивала в мигающем разноцветном свете.       За прилавком работал рыжеволосый человек, чью взъерошенную макушку было видно издалека. Он протирал прилавок, попутно готовя очередной заказ, а заодно успевал вести диалог с кем-то, скрытым толпой. Бариста посмеивался, но его голос тонул в общем гаме. Именно он, обернувшись, первым увидел примчавшегося сорви голову посетителя.       — Сумка! — бариста повысил голос, чтобы точно быть услышанным, и с улыбкой помахал рукой.       Спустя мгновение на стул за прилавком приземлилась девочка лет двенадцати. Её глаза радостно блестели, пальцы рук постоянно сжимались и разжимались в нетерпении, каштановые волосы стояли дыбом после бега. Девчонку было видно издалека благодаря ярко-синей старой сумке, что всегда висела на её плече. Настолько всегда, будто срослась с телом.       — Касс! — поздоровалась в ответ Сумка. Она как следует помахала обеими ладошками, а затем с важным видом заявила: — Мне как всегда!       Касс прищурился, позабавленный, и, кивнул, отвернулся к автоматам. Как обычно, он слегка пританцовывая в такт игравшей в кафе музыке, и был преступно расслаблен даже на работе.       Сумка не могла долго сидеть спокойно, так что неудивительно, что она принялась вертеться на месте, постукивать пальцами по прилавку и бормотать себе под нос почти сразу. Никто не обращал на это внимание лишь по той причине, что и другие посетители сдержанностью не отличались. Что уж взять с ребёнка?       — Эй. Привет, Сум, — раздался рядом незатейливый голос.       Девочка резко повернулась направо и замерла. Её глаза сначала чуть расширились — признак удивления, — но тут же расширилась и улыбка. Сумка едва удержалась, чтобы не броситься в ответ с объятиями.       — Эпик! Ты уже вернулся! — захлопала в ладоши Сум.       — Хэй. Ну я.       Сидящий рядом низкорослый скелет широко усмехнулся. Одна из его глазниц, как всегда, была закрыта, но зато во второй сиял весёлый огонёк. Узнаваемый благодаря пафосно-фиолетовому наряду, самый преданный посетитель кафе лениво подмигнул в знак приветствия.       Сумка, не раздумывая, придвинула свой стул поближе. Она уставилась на монстра с причудливой смесью радости, нетерпения и уважения. Последнее, к слову, и мешало ей быть излишне назойливой, что противоречило её обычному поведению.       — Я думала, ты всё ещё в своей Вселенной, — заговорила Сум, покачиваясь на стуле и прожигая собеседника таким интенсивным взглядом, что любой бы уже сбежал куда подальше.       Но Эпик не торопился уходить. Он был слишком ленив для этого… Ну и он просто привык, что тоже не исключено.       — Да, я был, — неторопливо отозвался Эпик. — Нужно навещать своих, какими бы занимательными ни были путешествия по Мультивселеннной… Но я вернулся пораньше. Я такой непостоянный.       Скелет насмешливо прищурил открытую глазницу и отвернулся. Он водил фалангой по краю своего пустого стакана, глядя при том именно на него — на блестевшее всеми оттенками стекло. Свет гирлянд пятнами скакал по пространству кафе, иногда падая на Эпика, чем немного окрашивали его белёсые кости.       Ненадолго повисло молчание: Эпик смотрел перед собой, Сумка едва могла спокойно сидеть, а Касс, отвернувшись, делал молочный коктейль. В это время зал шумел даже громче обычного, заглушая все членораздельные голоса и звон дверного колокольчика. Посетители сменяли друг друга за стойками, двигали стулья и смеялись с собственных шуток. В воздухе витали запахи выпечки и ягод.       Наконец, Касс обернулся и поставил на прилавок высокий стакан с коктейлем. Сумка тут же набросилась на него, а бариста повернулся к Эпику и недоумённо приподнял бровь.       — Ты, кажется, хотел что-то рассказать до того, как пришла Сум, — сказал Касс. — Что-то такое, что ребёнку лучше не слышать, а?       — Эй, я не ребёнок! — тут же возмутилась Сумка, но прозвучала неразборчиво из-за того, что в этот момент сделала большой глоток.       Эпик не перестал усмехался, но отвёл взгляд, на что Касс недоверчиво прищурился, однако не стал задавать новых вопросов. Вместо этого бариста сосредоточился на новом заказчике.       Сумка хлебала коктейль, мало на что обращая внимание, а Эпик продолжал странно бездумно пялиться на свой стакан. Их обоих отвлёк громкий голос, вырвавшийся из общего гама — некто попросил сделать звук включённого телевизора громче.       Сумка с энтузиазмом подняла взгляд на экран, прикреплённый к потолку, и туда же безучастно посмотрел Эпик.       С экрана телевизора на посетителей кафе смотрел ведущий — монстр, обычно работавший в мультивселенском телевидении по вечерам. Отличался он сдержанной, но театральной подачей, будто не новости рассказывал, а читал виртуозный стих.       — …возвращаясь к свежим актуальным новостям, наш телеканал снова хочет предупредить жителей и странников Мультивселеннной! — провозгласил ведущий, глядя прямо перед собой. — Зафиксировано уже три случая разрушительного внешнего вмешательства в различные таймлайны. Вселенные, подвергшиеся атакам, никак между собой не связаны. Судя по всему, враг действует непоследовательно!       Сумка недоумённо склонила голову набок, а затем перевела взгляд на Эпика. Она заметила, как тот напрягся, глядя на экран, что не могло не привлечь внимания. Пускай широкая усмешка не сходила с лица этого монстра примерно… никогда, однако взгляд и внезапная неподвижность выдавали его с головой.       К тому же и другие посетители кафе принялись обмениваться мнениями и обсуждать новости. Оказалось, многие были обеспокоены чем-то. И Сумка даже догадывалась, чем…       — Это причудливое существо пока ни разу не попало в кадр полноценно, — продолжал ведущий программы, и за его спиной транслировались отрывки съёмок с места событий. — Но свидетели все как один описывают его как монстра, состоящего из тёмной вязкой субстанции, орудующий смертоносными щупальцами, умеющий телепортироваться… Наши эксперты считают, что это — альтернатива Санса из неизвестной ранее Вселенной!       Сумка промолчала, что необычно. Оглядываясь и изучая выражение лица Эпика, она догадалась, что ситуация была серьёзнее, чем казалось изначально. Поэтому она не сказала ни слова, но придвинулась ещё ближе. Теперь, сидя почти впритык, Сумка привстала со своего стула и попыталась заглянуть товарищу в глаза.       Эпик вышел из подобия транса после того, как Касс резко поставил перед ним стакан. Заметив, что теперь на него смотрели сразу двое, Эпик нервно хмыкнул и отвернулся. Сумка и Касс продолжили испепелить его взглядами.       Выпуск новостей продолжился, стали показывать больше кадров с репортажами. Несколько жителей разных Вселенных давали показания, после чего таймлайн везде сбрасывался, дабы восстановить ход вещей. Диктор так же сообщил следующие детали:       — Неизвестный действует в одиночку. Его сила достаточно мощная, чтобы разрушать ткань пространства, однако он не действует подобно Эррору. Агрессивен и нестабилен, убил каждого, кто вставал у него на пути. На данный момент нет возможности отправиться по его следу: он хорошо и быстро скрывается, когда чувствует опасность. На данный момент…       — Эпик, — вдруг позвал Касс, посерьёзневший. — Расскажи, что не так. Или я сам озвучу догадку.       Сумка согласно закивала и тут же состроила жалобное выражение. Последнее, очевидно, возымело влияние, потому что взгляд Эпика смягчился. Снова повернувшись к друзьям, он подпёр щёку кулаком и, прокашлявшись, сказал:       — Я не очень-то хочу об этом говорить… Пока никто, кроме Кор, не знает.       — Почему? Ты нам не доверяешь? — нахмурившись, Касс покосился на Сумку. — Нет, я могу понять, но…       — Дело не в этом. Просто не хочу, чтобы Вы волновались. А я уверен, что Вы ужаснётесь.       Эпик был крайне серьёзным — редкость для монстра, отпускающего дешёвые шутки и носящего резиновых куриц за поясом. Честно говоря, Сумка даже не могла понять, точно ли перед ней сидел её друг, а не какой-то незнакомец из другой Вселенной. Из-за серьёзного, почти что мрачного настроя Эпика Сум и сама сникла.       Касс твёрдо заявил, что достаточно времени провёл в Омега-Таймлайне, чтобы привыкнуть к плохим новостям. Тогда Эпик, взглянув на него исподлобья, смиренно вздохнул. Скелет потрепал Сумку по волосам (та вздрогнула) и наконец признался:       — Одна из Вселенных, которую атаковал этот «неизвестный», была моей.       Прежде, чем кто-либо успел отреагировать, ведущий программы, голос которого звучал под потолком, торжественно заявил:       — Одна из Вселенных, однако, была окончательно и бесповоротно разрушена атакующим! А именно — Эпиктейл. Существо разорвало ткань таймлайна и уничтожило душу объединённых Фриск и Гастера. Судя по всему, в этот раз оно действовало спланировано. Вселенная не подлежит восстановлению. Наша программа изъявляет свои сожаления всем выжившим жителям Эпиктейл!       В кафе стало ещё более шумно. Посетители принялись наперебой обсуждать этот открывшийся факт и делиться переживаниями да теориями. В таком шуме-гаме никто не услышал бы три голоса, обсуждавших событие отдельно.       Касс выронил тряпку, которой протирал стаканы, и остался стоять с ошеломлённым выражением. Сумка, тоже застывшая, во все глаза уставилась перед собой.       Эпик не изменился в лице. Он сидел, чуть сгорбившись, и глубокий капюшон скрывал половину его лица. Скелет явно пытался сдержать эмоции, но получалось у него плохо. Эпик смотрел, не глядя, и продолжал водить фалангой по поверхности барной стойки.       Лишь спустя несколько секунд Сумка пришла в себя. Охнув, она, не раздумывая, прижалась к Эпику и заключила его в объятия. Тот, не удивлённый, спокойно вернул жест, но на девочку не взглянул.       — Святая Решимость… — выдохнул Касс потрясённо. — Так вот почему ты вернулся раньше положенного!       — Ага, — невесело хмыкнул Эпик. Он всё ещё прятал взгляд.       — Это ужасно, — Касс сочувственно и слегка нервно кивнул. — Я бы никогда не подумал, что с твоей Вселенной может что-то случиться… Даже Эррор, особенно ненавидящий её, до сих пор держался подальше. Никто и предполагал…       — Ага.       Сумка нахохлилась, уловив унылый тон Эпика. Она отстранилась, но дёрнула друга за рукав, вынуждая повернуться к ней. Как только Эпик опустил взгляд, Сум состроила самое сочувствующее выражение из всех возможных и на одном дыхании выпалила:       — Ты должен был рассказать сразу! Это не мелочь, это трагедия! И тебе нельзя держать это в себе, точно нельзя!       — Только не начинай плакать, — беззлобно усмехнулся Эпик. Он опустил руку, чтобы потрепать девочку по волосам, и добавил более глухим голосом: — А то я тоже начну…       Сумка обняла Эпика снова, и тот, прикрыв единственную глазницу, тоже замолчал.       Касс наклонился, чтобы подобрать тряпку. Он потратил время, чтобы сходить бросить её в умывальник, а вернувшись, снял перчатки и скрестил руки на груди. Юноша облокотился на стойку со своей стороны. На его лице читались беспокойство и растерянность.       — Это вина этого странного существа, да? — спросил Касс чуть погодя. Он старался быть тише, пускай к их разговору и без того никто не прислушивался.       Эпик кивнул. Открыв глазницу, он смерил Касса нечитаемым взглядом, а после, поразмышляв, собрался с мыслями. Было видно, что ему было, что сказать.       — Более того, — заговорил Эпик, и Сумка, чтобы лучше слышать, повернула к нему голову. — Я лично видел это… нечто. И даже говорил с ним. Так что… Пожалуй, я могу рассказать даже больше, чем в новостях.       Касс мигом заинтересовался, наклонился ближе. Сумка отстранилась и уселась поудобнее. Оба всё ещё были потрясены и расстроены, но, видя состояние Эпика, не хотели его усугублять. Эпик успел пережить острую фазу принятия случившегося и теперь нуждался не в обмусоливании трагедии, а молчаливой поддержке. Он всегда был тем, кто выслушивал истории о разрушении чужих Вселенных, п теперь сам стал тем, кого нужно было выслушать.       А учитывая, что на кону стояла важная информация…       — В общем, столкнулся я с ним случайно, — начал рассказывать Эпик. — Всё ещё было нормально, я гостил дома. Направляясь в Водопадье, на вечеринку к Андайн, я заплутал и неожиданно наткнулся на неизвестного монстра — того самого. Он сидел у воды и, как оказалось, рассматривал то, что было его душой. Но последнее я понял далеко не сразу: был слишком ошеломлен. Однако настроен — дружелюбно. Я подумал, что это заплутавший странник Мультивселенной, которому нужна помощь…       ***       — Что, братан, телепортация привела не туда, куда планировал?       Усмехаясь, я подошёл ближе. Несмотря на подсознательное чувство тревоги и объективное, рациональное недоверие, я не спешил с выводами. Да, этот тип выглядел… нестандартно. Но Мультивселенная умела удивлять. Не стоило вешать ярлыки с первого взгляда.       Этот монстр был непохож на всех, кого я знаю и знал прежде. Он лишь отдалённо напоминал скелета (собственно, меня самого), однако состоял сплошь из тёмного желеобразного вещества. У него была всего одна глазница, в глубине которой сиял жутковатый бирюзовый огонёк. К тому же я отметил, что единственным материальным, не состоящим из тёмного вещества элементом одежды этого монстра являлась золотая диадема, украшенная символом Месяца. Диадема поблёскивала в холодном свете Водопадья.       Пришелец сидел на коленях, чуть пригнувшись, у самой воды. Не сразу я заметил, что над его скрещёнными ладонями парило чёрное сердце — должно быть, его душа. Именно её рассматривал монстр до того, как услышал мои шаги и резко обернулся. Теперь он сидел неподвижно, просто испепеляя меня странным взглядом.       — Меня зовут Санс, но ты можешь звать меня Эпик, чтобы не путаться, — деловито, ничем не выдавая своего напряжения, продолжил я. — Вообще я хотел попросить тебя уйти, если ты ошибся Вселенной, потому что нарушать таймлайн — это не круто. Я отвечаю за свою Вселенную, понимаешь?       Ответом послужило молчание. Почему-то это заставило меня ещё больше напрячься. Монстр передо мной не выглядел потерянным или недоверчивым — он был жутким. И то, как он смотрел на меня… Это не придавало уверенности.       — Но если ты попал, куда хотел, то я не прочь узнать причины твоего визита, — говорил я неторопливо, подбирая слова. — Ты хотел повидаться со *мной? Ты мог слышать обо мне в Омеге, у Чино или ещё где… Но, прости, братан, я сейчас занят! Почему бы нам не встретиться позже на нейтральной территории?       Он всё так же не отвечал. Я уже успел подойти достаточно близко, чтобы внезапный разворот-поворот выглядел невежливо. Поэтому хотя я и чувствовал нервозность, но не отступал. Я надеялся, что выражение моего лица достаточно хорошо скрывало внутренние метания.       Замерев буквально в шаге от пришельца, я сунул руки в карманы и усмехнулся шире. На мой взгляд, я представил себя идеально: ненавязчиво, но и не угрожающе. Если передо мной был разумный монстр, он обязательно…       Молниеносным ударом меня отбросило на несколько метров.       Я не успел ничего понять, но рефлекторно вскочил на ноги и вскинул руку. В воздухе материализовалась пара заострённых атак. Я направил их не глядя и промахнулся. А в следующий момент противник оказался за спиной и повалил меня на землю.       Я правда пытался сопротивляться. Усилием воли я создал Гастер-бластер где-то в стороне и уже приготовился пустить лазер, как вдруг что-то склизкое (и холодное!) обвилось вокруг моего туловища. Я оторопел.       — Эй, приятель, послушай… — начал было я, но не успел закончить мысль: дыхание перехватило.       Он просто взял и со всей силы бросил меня в воду!       Затем была небольшая потасовка. Я телепортировался, избегая новых атак, а сам создавал всё более смертоносные. Берег быстро превратился в месиво из грязи и светящихся камней. Один раз меня задело — на плече осталась ссадина. Я не успел ни о чём подумать, даже о побеге.       Противник виделся мне сплошным тёмным пятном, я не различал его очертания. Он атаковал не магией, а кулаками — либо странными отростками, которые появились за его спиной. Эти штуки пронзали не хуже клинка и обладали железной хваткой — мои рёбра нещадно пострадали.       Я пытался поговорить с этим самонадеянным монстром: и шутил, и угрожал, и даже без обмана просил о передышке. Но он будто не слышал. В момент драки он был похож на месиво из слизи, неконтролируемое и дикое, единственной целью которого была моя смерть.       Я выдохся через минут десять и стал пропускать удары. В какой-то момент он умудрился схватить меня своим щупальцем и от души ударить о землю. Я услышал подозрительный треск и поморщился от боли. И не успел сообразить, как на меня упала тень.       Хватка на моей шее стала крепче. Меня прижали к земле, не оставляя ни шанса на движение. Я будто растерял все кости и невольно фыркнул. Да-да, это было очень весело.       — Так ладно. Ты победил, — пробурчал я, чувствуя на себе испепеляющий взгляд. — Ты неплох, братан. Но, может, пояснишь свои мотивы?       Существо всё так же молчало. Но его взгляд — интенсивный, тяжёлый — говорил лучше всяких слов. Исключительно благодаря нему я определился с дальнейшими действиями: взаимно молчать и не рыпаться.       Несколько минут — вот буквально! — ничего не происходило. Я лежал на земле, переводя дух, и криво усмехался. Мой противник стоял надо мной, нависая неподвижным изваянием, и пока один его отросток душил меня, остальные — копошились, словно живые и разумные.       Жутко, в общем. Меня чуть не стошнило. Повезло, что я не человек.       Из колеи меня выбил тот факт, что существо всё же умело говорить. И когда впервые раздался его голос, я чуть не кончился на месте, поверьте:       — Как выбраться в Пустоту?       Вопрос застал меня врасплох, я даже забыл демонстративно хватать ртом воздух. Замерев, я недоумённо уставился на пришельца.       Тот склонил голову набок, разглядывая меня, а затем наклонился ближе.       Аура его души была очень, очень, очень тяжёлой…       — Хочу наружу, — отчеканило существо. — Как?       Вопрос прозвучал, как приказ и немедленный призыв к действию. Не буду скрывать, я испугался и выпалил тут же, не пытаясь лгать:       — Это легко, но на словах не объяснить! Давай я телепортирую тебя? После этого ты сможешь делать это самостоятельно, и я…       — Телепортируй.       Он не был многословен, стоило это принять и понять.       Когда щупальце отпустило меня, я тут же вскочил на ноги. После драки было неловко стоять бок о бок с этим чудным монстром, который испепелял меня взглядом, словно хотел таким образом убить. Рядом с ним с каждым мгновением становилось всё более некомфортно.       Выбора у меня не было. К тому же в моих интересах вывести из своей Вселенной столь опасную личность. Так что да, я молча протянул руку, предлагая телепортироваться немедленно.       Прикосновение существа было холодным и жутко неприятным. А ещё — стальным. Я поморщился, когда он сжал мою руку.       Телепортация была лёгкой, я даже не старался. Выкинуло нас обоих в случайный участок Пустоты, где не было никого и ничего. При первой же возможности я отскочил подальше и стал наблюдать.       Мой противник поначалу встал, как вкопанный, и посмотрел вокруг с искренним удивлением. Любая его эмоция ощущалась, как приказ, но тогда он выглядел почти уязвимо. Действительно, было видно, что ранее он Вселенных не покидал.       Тогда-то мне стало ещё интереснее, откуда он такой взялся.       Затем монстр прошёлся из стороны в сторону и помахал рукой, словно пытаясь схватить Пустоту. Забавно. Я бы рассмеялся, если бы кости не болели после драки.       Наконец, он остался доволен. Повернулся ко мне, бросил странный взгляд и… исчез. Чувствуя неладное, я тоже телепортировался.       Как и ожидалось, монстр вернулся в мою Вселенную. В то же место. Мы встретились с ним на берегу реки, словно два бывших соратника посреди истерзанного боем поля. Не так уж далеко от правды.       Когда я думал, что всё успокоилось, мои надежды рухнули.       Монстр внезапно метнулся в сторону и схватил меня за руку. Его хватка была стальной, честно. Удивительно, как у меня не треснула пара косточек.       — Мне нужна энергия, — прорычал пришелец, глядя мне в глазницы. — И понимание, как работает код…       — Это тебе к старине Эррору, братан! — процедил я, занятый борьбой с болью.       Монстр покосился в сторону, словно в задумчивости, но тут же вернул взгляд на меня и прищурился.       — Это место подойдёт. Так что убирайся, если хочешь жить.       — Чего? Ты что удумал?!       Я не успел осознать весь смысл сказанных им слов, а он уже исчез, телепортировавшись с помощью своей особой магии.       Я стоял один, растерянный, до тех пор, пока не почувствовал колебания в пространстве.       Всё встало на свои места. До меня дошло, что странный тип позарился на мою Вселенную…       Встревоженный, я телепортировался в Снежнеград.       ***       — Вот так как-то, — закончил Эпик похоронным тоном. — Затем случилось самое страшное. Вы уже знаете, как разрушаются Вселенные, а описывать это не хочется, так что…       — Кошмар, — охнула Сумка и втянула голову в плечи.       — Проклятье! — согласился Касс.       Эпик рассеянно кивнул, отвернулся и принялся крутить стакан, явно в попытке отвлечься от неприятных мыслей.       Страшно представить, что он пережил в момент разрушения всего и вся. Ведь хотя многие теряли свои Вселенные и это давно перестало пугать, когда подобное случалось с кем-то близким — это всегда трагедия.       Касс, помрачнев, отвернулся и занялся посетителями. Ему требовалось время, чтобы всё обдумать.       А вот Сумка пришла к выводам быстрее. Выровнявшись, она глянула по сторонам и вдруг спрыгнула на пол.       — Ты куда? — глухо спросил Эпик, тут же обернувшись.       — Я? К Кор! — отозвалась Сумка. — Они же всегда всё знают. Уверена, они не откажут в помощи!       Эпик едва заметно нахмурился. Из-за капюшона это даже осталось незамеченным.       — В какой помощи?       — Ну… Не знаю, как ты, а меня вся эта история жуть как тревожит! Я хочу хотя бы имя этого вторженца узнать. А там и Вселенную его найду, и историю его прознаю… И спасу всех!       Сумка просияла, довольная результатом своего детского максимализма. Она уже двинулась к дверям, когда Эпик, оказавшийся рядом в мгновение, положил руку на её плечо.       Девочка обернулась. Скелет, замерев, посмотрел на неё исподлобья.       — Это опасно, Сум, — сказал Эпик строго. Непривычно строго. — Кор тебе ничего не скажут. К тому же… Ты не можешь идти разбираться с таким делом сама. Это не твоя забота.       — Но тот тип уничтожил твой дом и твоих родных! — выпалила Сумка, потрясённая. — Нам нужно что-то сделать с этим!       — А твою Вселенную однажды уничтожил Эррор. Что же ты ничего с ним не делаешь?       Сумка насупилась и сбросила руку Эпика со своего плеча. Она отступила к дверям и, вскинув голову, отрывисто произнесла:       — Это другое! Я не буду сидеть и горевать, как ты. У меня есть план!       — «Тот тип» тебя не глядя прикончит. Кому это нужно? Будет лучше, если ты останешься с Кассом и…       — Ничего ты не понимаешь! А ещё иногда ты очень труслив, Эпик! Санс не был таким!       Последние слова Сумка воскликнула едва ли не гневно, но в слёзы не ударилась. Бросив злой взгляд, она хлопнула дверьми и поспешно вылетела из кафе. Миг — и вихря как не бывало.       Эпик беспомощно хлопнул себя по лбу и устало вздохнул. Вроде бы, он должен был привыкнуть к нраву Сумки за все эти годы, но до конца так и не смог.       Особенно задевало это вечное сравнение с тем Сансом, который существовал в родной Вселенной Сумки.       В те времена, когда Сум ещё звалась Фриск, а её мир цвёл и пах, отличаясь своей изюминкой и уверенно шагая по Истинному Пацифистскому Пути, Эпик знать не знал о проблемах себя будущего. Проблемах, связанных с последствиями бесконтрольных действий Эррора. Тогда Эпик, признаться, и сам не знал о других Вселенных, лишь догадывался, будучи Королевским учёным…       Вообще, можно привыкнуть к мысли, что существовало бесконечное количество альтернативных версий тебя самого. Но трудно принять, что кто-то из этих версий мог считаться смелее, умнее и попросту лучше тебя.       Эпик не хотел признавать, что был недостаточно силён, чтобы тащить на себе этот кризис среднего проживания в Мультивселеннной.       Покачав головой, явно неохотно, Эпик вышел из кафе и отправился на поиски Сумки.       Нужно было найти девочку, пока она не натворила делов…