Посредник

Сегодняшний день был для Адриана сложным. Он начинался с того, что люди и вампиры экстренно собрались для разбора вопиющей ситуации — человек проник на территорию вампиров без разрешения и документов и его убили. Адриану предстояло не только быть посредником между двумя излишне агрессивно настроенными сторонами, готовыми вцепиться в глотки друг другу, но еще и сделать так, чтобы этот хрупкий мир продержался чуть дольше, чем до конца заседания. В зале собраний было полутемно — и потому, что вампиры не любят яркий солнечный свет, и потому, что на улице шел противный холодный дождь, и потому, что люди не вкрутили яркие лампочки хотя бы для себя. Адриан прекрасно видел и читал в таких условиях, ну а что до остальных… то они способны сами о себе позаботиться. Тяжелые толстые шторы плотно закрывали окна, несмотря на мрачную осеннюю погоду. За одним столом постепенно собирались представители человеческих властей — в строгих деловых костюмах, с бумажными папками в руках, с телефонами и диктофонами для записи. За противоположным столом уже восседали вампиры — в темных, черных и бордовых старинных костюмах, словно они хотели еще больше подчеркнуть свое отличие от людей, хотя куда уж больше. Бледные, с алыми глазами, с вычурными прическами у дам и короткими стрижками у мужчин. Самые старые вампиры уже мало походили на людей, они казались существами с другой планеты — слишком тихими, неподвижными, даже порой не дышащими. Адриан никогда не понимал, как можно не дышать. Ну да куда ему, полукровке, понять что один народ, что второй. Оба сплошная загадка. — Итак, у нас на повестке дня убийство человека, — предводительницей людей была женщина лет пятидесяти в строгом коричневом костюме. — Наркомана, ищущего закладки, — безразличным тоном проронил один из вампиров. — Он все равно человек, несмотря на свою зависимость, — провозгласила женщина. — Это полуживое разлагающееся тело, извивающееся от ломки, — ответил ей тот же вампир. Адриан вздохнул. Начиналось. То, чего он не любил — полное расхождение во мнениях. И да, ему было глубоко наплевать на смерть этого наркомана, одним больше, одним меньше — ничего не изменилось. Но люди раздули такую шумиху, словно убили по меньшей мере их президента. — Давайте вернемся к фактам, — тихо произнес он, когда люди загалдели. — Генри Бауль был найден мертвым вампирами-патрульными, его тело передали человеческой полиции пятнадцатого числа сего месяца, — он сверился с документами. — По результатам судмедэкспертизы он умер за сутки до обнаружения его тела, ему вырвали глотку. Кровь не пили, следов клыков нет. Других повреждений на теле не обнаружено. Генри Бауль был наркозависимым, безрезультатно лечился в одном из центров помощи… — он перелистнул страницу и вздохнул. Этот человек не представлял никакой ценности для общества — мелкий вор, наркоман и в целом бестолковый парень. — Кто еще мог вырвать человеку глотку, если не вампир? — спросил седовласый мужчина в военной форме. — Бродячая псина, например, — глумливо оскалилась прекрасная вампирша в алом длинном платье на манер девятнадцатого века. — В его крови были найдены наркотические вещества… — Адриан задумчиво взглянул на формулы — они ему ничего не говорили. Он посредник, а не химик. — В общем, он был хорошо так обдолбан. — Давайте говорить литературным языком. Все-таки о мертвых либо хорошо, либо ничего, — проворчала председательница человеческой стороны. — О мертвых нужно говорить правду, а не хорошо, — фыркнул один из вампиров. Он выглядел настолько древним, что ему вполне бы подошла римская тога, особенно на это намекал его длинный ровный нос и прямые черные брови. — Хорошие слова делу не помогут. А чем быстрее мы разберемся с этим недоразумением, тем быстрее сможем заниматься своими делами. Мы и так сделали вам большое одолжение — старейшины смогли собраться днем. — Все прекрасно знают, что старейшины не спят днем, поэтому это не одолжение, — председательница лишь скривилась. — Давайте вернемся к делу, — Адриан постарался сосредоточиться на папках. — Здесь сказано, что у Генри Бауля не было при себе никаких документов, его опознала мать. У него не было ни разрешений на вход на территорию вампиров, ни водительских прав, ни паспорта. Буквально ничего. — Все просто — мать этого заядлого наркомана спрятала его документы, чтобы он их не потерял, — другая женщина, помоложе и посимпатичней, взглянула на Адриана. — И, честно говоря, я ее отлично понимаю. — Да уж, можно устать бесконечно восстанавливать паспорт. А вот каким чудом он получил права, нужно у вас спросить, — вампирша в алом заинтригованно хмыкнула. — Я бы таким существам не доверила не то что автомобиль вести, а даже собственный унитаз драить. — Кларисса, попрошу… — древний вампир поморщился. — А что сразу Кларисса? Они выдают права наркоманам, а потом сами ноют, что у них бесконечные ДТП по сто штук в день. На нашей части города за последний год не было ни одного ДТП. А почему? Потому что вели трезвые и не обкуренные водители. — Ну конечно, вы же только кровь и жрете, вам не нужен ни алкоголь, ни наркотики! — прозвучало это с человеческой стороны почти обвинительно. Адриан устало постучал кончиком ручки по столу, но это уже не дало никакого эффекта. Люди и вампиры сцепились языками, посыпались обвинения во всех грехах — кто-то у кого-то сбил собаку, кто-то у кого-то выпил лишней крови, кто-то кому-то чего-то не додал. Адриан за неимением лучшего варианта вырвал из блокнота листик и стал складывать из него фигурку. Пока они не пересобачатся, никакого диалога не выйдет вовсе. Хреновая это была идея — поделить города на части для вампиров и для людей. Людей все равно тянуло к неизведанному и запретному, вампиры все равно пролезали к людям за кровью, поскольку им хотелось охотиться. Но правительству на это было наплевать. Они сказали, что вампиры — это такие же люди и имеют право жить в городе. Конфликты все равно случались, как вот прямо сейчас. А ему, как полукровке человека и вампира, дампиру, приходилось заниматься этой вот ерундой. На самом деле никого не интересовало, кто на самом деле убил этого нарка, никому не было интересно искать и карать убийцу. Да и сам Генри никакого интереса не представлял ни для тех, ни для других. Каждому народу хотелось выгрызть что-то получше себе и наподдать врагу. А уж морально или физически, то дело десятое. В итоге за два часа собрания никто ничего так и не решил. Вампиры остались при своем, люди при своем. Документы и дело об убийстве так и лежали на столе у Адриана. Наконец самый старый вампир поднял руку и собственным влиянием заткнул всех присутствующих. — Что скажет господин посредник? — в его голосе на миг промелькнуло ехидство. — Господин посредник скажет, что да, глотку бедняге мог действительно вырвать вампир, поскольку человек не обладает такой силой, а на территории вампиров нет бродячих животных, они все либо в приютах, либо в домах с хозяевами, — Адриан задумчиво смотрел на страницы дела. Буквы плясали у него перед глазами от напряжения. — Но поскольку Генри Бауль находился на территории вампиров незаконно, то есть, не прошел ни через один из пунктов пропуска и не получил защиту ни одного из вампирских кланов, то я считаю, что вампиры были в своем праве охранять территорию. — А, защищаешь кровососов, предатель, — проворчала председательница. — Что, думаешь, если в этот раз подлижешь им зад, они поделятся с тобой кровью? — Я не пью кровь, — вздохнул Адриан с таким видом, будто говорил это уже миллион раз. Да так оно, пожалуй, и было. — И я никого не защищаю. В прошлый раз вы застрелили вампира, который всего лишь пришел на свидание к возлюбленной. — Эта тварь хотела обратить дочь уважаемого бизнесмена! — Ну вот видите. А в этот раз вампир выдрал глотку наркоману, который всего лишь искал закладку. Чья жизнь ценнее? Адриан пожалел, что спросил это, когда снова начался гвалт и взаимные обвинения. Он вернулся к своему оригами и постарался абстрагироваться от происходящего. Быть посредником между двумя сторонами ему порой надоедало, но он и правда не знал пока, какое другое занятие выбрать по душе. В конце концов собранный совет постановил усилить патрули и контроль за пограничными территориями, родителям погибшего выплатить небольшую компенсацию и потихоньку замять дело. Как Адриан и думал, никто и не собирался искать настоящего убийцу. Возможно, тот даже был здесь, в зале, со всеми переговорщиками. А может это всего лишь рядовой вампир, которого до глубины души оскорбил внешний облик того самого Генри. В любом случае, правды уже никто никогда не узнает. Адриан покосился на часы — собрание заняло почти четыре часа. Люди спешно покидали зал, явно уставшие от вампирской компании. Вампиры вышли после них с тем самым особым достоинством, мол, нам некуда спешить. И правда, у них впереди была вечность. Сам Адриан неспешно заварил себе сладкий кофе и потягивал его, пока все степенно выходили и переговаривались. Он всегда покидал зал собраний последним, будучи посредником. Он всегда следил, чтобы никто не остался, не умыкнул документы и не подбросил подделку. Так что когда все вышли, он спрятал документы в сейф, пару раз проверил замок и взглянул на свой почти пустой стол. На столе остался журавлик-оригами, кружка и табличка с его должностью: «Адриан Ковач, посредник». Скромно и красиво, жаль только, что в жизни так скромно и красиво не бывает. И жаль, что правда никому не интересна.