Мой мафиозный антидепрессант

Глава 0: Первая встреча. Или «Хороший

собеседник».

Март 2021

Бар «Угол» был его тихой гаванью. Местом, где семнадцатилетний друг Сенчоуса в своей неизменной серой толстовке и шапке мог раствориться в шуме чужих разговоров и ни о чём не думать. Сегодня с ним был Фрейз, его давний, пожалуй, единственный кент на то время. Они пили что-то холодное и без алкоголя, просто болтали о ерунде — играх, музыке, о том, как бесит учёба. Идиллию разорвал скрип открывающейся двери. В бар вошёл Он. Высокий, залихватски уверенный, в тёмном пиджаке, из-под ворота которого виднелась рубашка с тёмными, почти чёрными пятнами. Шляпа отбрасывала тень на лицо, но не могла скрыть пронзительного взгляда. Бармен, обычно разговорчивый, замер. Воздух сгустился. Незнакомец что-то негромко, но внятно сказал бармену, и в его голосе сквозила такая усталая, беспощадная искренность, что это резануло по слуху. — Ненавижу эти дни. Чувствуешь себя последним долбоёбом, которого все решили использовать. Фраза повисла в воздухе. И тут друг, сам не понимая почему, обернулся на барном стуле. —Согласен, — тихо, но чётко сказал он. — Как будто все хотят от тебя чего-то, а ты просто хотел спокойно выпить. Незнакомец медленно повернул голову. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, на секунду остановился на парне. Бармен побледнел. Фрейз под столом пнул друга по ноге. Но вместо гнева в глазах незнакомца мелькнуло что-то вроде интереса. —Именно, — протянул он. — Спокойно выпить. Прошло пять минут. Пять невероятных минут, за которые они, забыв обо всём на свете, обсуждали абсурдность бытия и мелкие житейские разочарования. Глитчоус — друг так и не узнал его имени тогда — оказался на удивление цепким и ироничным собеседником. Наконец, он отодвинул свой пустой бокал и встал. —Мне пора. Дела. Он достал из внутреннего кармана пиджака дорогой, тонкий телефон. —В принципе, ты хороший собеседник, номер дать сможешь? Это не была просьба. Это была констатация факта. И друг, не задумываясь, продиктовал цифры. Просто потому, что это было... логично. Дверь за мафиози закрылась. Воздух снова стал легким. Первым нарушил тишину Фрейз, лицо которого было бледнее стен. — ТЫ ВООБЩЕ ЗНАЕШЬ, КТО ЭТО БЫЛ?! — выдохнул он, глядя на друга со смесью ужаса и восхищения. Друг сделал последний глоток своей газировки, поставил стакан на столик и пожал плечами. Его лицо было абсолютно спокойным. — Да хз, — честно ответил он. — Первый раз вижу.

Глава 1: Очень удачная встреча

Февраль 2022

Город спал, укутавшись в одеяло ночи, но сон этот был беспокойным. В переулках шептались тени, и фонари, как пьяные сторожа, освещали лишь клочки асфальта. Друг засунул руки глубоко в карманы серой толстовки и ускорил шаг. Идея срезать путь через этот район сейчас казалась ему верхом идиотизма. Надо было на такси потратиться... или ночевать у того придурка на полу, — с тоской подумал он, вспоминая, как его буквально выставили за дверь. Впереди, у выхода из переулка, тень отделилась от стены и приняла чёткий, высокий силуэт. Сердце Друга громко стукнуло о рёбра, заставив замереть на месте. Но всего через секунду страх сменился волной дикого облегчения. Эту мощную стать, эту характерную позу он узнал бы даже в кромешной тьме. — Глитч! — его голос прозвучал громче, чем он планировал, и он почти побежал к знакомой фигуре, чувствуя, как с плеч спадает тяжесть. — Дарова! — выдохнул Друг, ещё не до конца отойдя от испуга. — Что тут делаешь, в такую-то рань? Глитчоус резко обернулся, рука инстинктивно рванулась к внутреннему карману пиджака. Но, увидев перед собой запыхавшегося брюнета в шапке, его плечи тут же расслабились, а в глазах погасла опасная искра, сменившись привычной суровостью. — Пиздецкий вопрос, — голос Глитча прозвучал низко и безжалостно. — Это я у тебя должен спросить, что ты, блять, творишь? В нашем-то городе? Одному? По таким переулкам? — Он сделал шаг вперёд, нависая над Другом всей своей двухметровой массой. — Тебя, дурня бесхозного, тут в клочья порвут, даже не заметят! — Да так... от друга, — Друг смущённо пожал плечами, чувствуя себя школьником, пойманным за курением. — Возвращался. А ты-то тут какими судьбами? Глитчоус фыркнул, его взгляд смягчился на градус, став скорее уставшим, чем злым. —Ну, хоть не один был, ладно уж, — он будто мысленно вычёркивал этот пункт из списка претензий. — С друзьями всегда... понятнее. А я с дела. — Тон снова стал ровным и деловым. — Понятненько, — кивнул Друг, с облегчением отмечая, что гроза, кажется, миновала. Глитчоус внимательно, почти пристально оглядел Друга с ног до головы, его взгляд задержался на бледном лице. —Слушай, а ты ведь вроде как недавно из больнички выкарабкался? — его голос внезапно стал на удивление... обычным? —Сам-то как? Ничего не беспокоит? — Да вроде нормас, — Друг мотнул головой, стараясь не смотреть в эти пронзительные глаза. — Пока что живой-здоровый. Глитчоус медленно кивнул, и только теперь его плечи окончательно расслабились. Он тихо, почти неслышно выдохнул, и напряжение резко ушло. —Ну, это хорошо... — он пробормотал больше для себя, чем для собеседника. Помолчав пару секунд, он снова посмотрел на Друга, и в его голосе снова проскользнула знакомая резкость, хоть и приглушённая: —А дома тебя... никто не ждёт? — спросил он, слегка понизив тон. — Да нет, я один, — Друг пожал плечами. И тут, почувствовав, что ситуация под контролем, в нём проснулся старый дразнилка. — Кстати, один умный человек мне твердил, что по таким районам шляться — последнее дело. А мы тут стоим, как вкопанные, и базарим посреди самого что ни на есть «опасного» района. Ирония, да? Глитчоус медленно нахмурил брови. Он скрестил руки на груди, и эта простая поза вдруг сделала его снова тем самым мафиози. Глитчоус медленно расправил плечи,и его тень накрыла Друга с головой. —А то, — его голос прозвучал низко и мрачно, — что я могу взять тебя на руки и утащить куда захочется. Или ты не заметил, что я на голову выше и вдвое шире в плечах? — Он смотрел на Друга свысока, и в его глазах читалось холодное превосходство, смешанное с вызовом. Друг фыркнул. Ну да, конечно, очередная пугалка. —А давай! — он развёл руками. — Я, в принципе, не против, чтобы такой брутальный мужчина, как ты, потаскал меня на ручках. Исполняй! — Он даже прыснул от смеха, такой абсурдной казалась эта картина. Но смех застрял у него в горле. Глитчоус не рассмеялся в ответ. Вместо этого на его лице медленно расползлась ухмылка. —Ты же в курсе, — тихо, почти ласково произнёс Глитч, — что я, в отличие от некоторых, свои слова на ветер не бросаю? Друг замер, улыбка медленно сползала с его лица. Он лишь растерянно кивнул, уже чувствуя подвох. Этого оказалось достаточно. Глитчоус резко шагнул вперёд, сметая расстояние между ними. Прежде чем Друг успел пикнуть, сильные руки обхватили его, одна — под коленями, другая — надёжно легла на спину. Его легко, почти невесомо подняли в воздух, прижав к твёрдой груди. — Ну что, — Глитчоус смотрел на него сверху вниз, хотя голос он старался держать ровным. — Так, что ли, ты хотел? Мозг Друга отчаянно сигнализировал: «ТЫ СУКА СИДИШЬ НА РУКАХ У ГЛАВЫ МАФИИ ЕБАНЫЦ В РОТ». Кровь ударила в щёки, заставив их гореть. Он был так ошеломлён, что мог только беспомощно повиснуть в этих объятьях. Над его головой тихо, с лёгкой хрипотцой рассмеялся Глитчоус. —Вот же пиздюк смешной, — прошептал он с какой-то нездоровой нежностью. — С добрым утром, блять... — выдавил наконец Друг, закрывая глаза от стыда. Глитчоус лишь усмехнулся и чуть крепче прижал его к себе, повернув голову так, чтобы видеть его лицо. —Слышишь, а ты реально легко весишь. Совсем, — его голос звучал удивлённо и даже с оттенком одобрения. — Эм... Спасибо, наверное? — Друг почувствовал, что его мозг медленно отключается от перегрузки. Он видел, с каким самодовольным удовольствием Глитч наблюдает за его полной капитуляцией. И вот тогда в нём что-то щёлкнуло. Если уж позориться, так с размахом. — Знаешь что... — его голос прозвучал приглушённо, уткнувшись лицом в грудь Глитча. — Раз уж позориться, то позориться до самого конца. И, отбросив последние остатки стыда, Друг изо всех сил вцепился в Глитчоуса, обхватив его руками за шею и прижавшись к твёрдому пиджаку. Он ждал, что его оттолкнут, посмеются или назовут идиотом. Но последовала лишь секундная пауза. Он почувствовал, как могучее тело под ним на мгновение застыло от неожиданности. А затем над его головой снова раздался тихий, довольный смех. — Вцепился, — констатировал Глитч, и в его голосе слышалось странное одобрение. — Хороший мальчик. — Он хмыкнул. — Ты же в курсе, что я довольно высокий и могу шагать абсолютно нормально, даже когда у меня на руках висит такой вот... груз? — Конечно, в курсе, — пробормотал Друг в его рубашку, уже почти не сомневаясь в этом. Глитчоус довольно ухмыльнулся и, не выпуская его, уверенно тронулся в путь. Его шаги были такими же твёрдыми и размеренными, как будто он нёс не взрослого парня, а портфель с документами. Путь до дома занял не больше десяти минут, но для Друга он слишком растянулся. Мерные, укачивающие шаги Глитча, тепло его тела и глухой стук сердца под ухом делали своё дело. Он почти дремал, когда движение наконец прекратилось. — Ну, вроде приплыли, — голос Глитча прозвучал прямо над его головой, на удивление мягко. — Дальше сам дотопаешь, или тебя и до кровати нужно доставить в целости и сохранности? Друг лениво зевнул, даже не пытаясь слезать с Глитча. —А? Да... конечно, сам... — его голос был густым. Глитчоус тихо фыркнул. —Сонный совсем, да? — в его тоне прошла неподдельная увлечённость. И он не отпустил. Наоборот, уверенным шагом он поднёс Друга прямо к двери, подцепил ключи из кармана его же джинс одной рукой и, не выпуская своего пиздюка, открыл дверь. Переступив порог, он снова замер, будто оценивая что-то. — Ну что, — Глитч прошёлся взглядом по всей прихожей. — Где тут у тебя спальня? — Да впереди... — Друг мотнул головой в сторону единственной комнаты. — И спальни-то нет, я в гостиной сплю, на диване. Глитчоус на секунду застыл. Затем он медленно перевёл взгляд на Друга, который всё так же безмятежно висел у него на руках. —А где, по твоей, блять, логике, спать тогда мне? — он подчёркнуто грубо произнёс эти слова, пристально глядя ему в глаза. Друг лишь так же лениво ответил. —Ам... Тебе? — он попытался собраться с мыслями. — Ну... диван раскладывается. Будет как нормальная, адекватная кровать. На лице Глитча расплылась та самая, хитрая и довольная ухмылка. —Значит, — протянул он, и его голос стал низким и интимным, — ты будешь рядом со мной. Спать, так? Друг всё ещё пытался прийти в себя. —Получается... что да, — он выдавил из себя, чувствуя себя абсолютно подавленным этой внезапной близостью. Глитчоус качнул головой, его глаза блестели в полумраке прихожей. —Вот ты даёшь... Ох, как ты даёшь, — он произнёс это с таким видом, будто выиграл какую-то ставку, да и не на мелкие деньги. — Ну, и где этот твой диван? — Глитчоус всё ещё не выпускал Друга, стоя посреди маленькой гостиной. — Вперёд пройди, — вякнул Друг, жестом показав направление. Сделав пару шагов, Глитч дошёл до дивана и так же легко, как поднял, опустил Друга на сложенный диван. Тот немедленно потянулся, встал и отодвинул Глитча в сторону. —Погодь-погодь, щас я его разложу. Глитчоус отступил на шаг, его брови поднялись вверх от удивления. Он смотрел на Друга... как будто с подозрением. —И о таких важных деталях нельзя было сообщить до момента переноски? — в его голосе зазвучала что ли, обида? — А что тебе-то? — Друг, возясь с механизмом дивана. — Я что, по-твоему, выгляжу как немощная тёлка, которая сама с диваном бедным справиться не может? Глитчоус скрестил руки на груди. —А ты разве нет? — произнёс он это с подъёбом. Друг лишь вздохнул, с силой дёрнув последнюю скобу. Диван с глухим скрежетом превратился в просторную кровать. —Ну, вот и всё. Готово. Глитчоус молча наблюдал за процессом, а затем кивнул. —Молодец, — выдохнул он слишком добрым тоном. Друг, отдышавшись, вытер лоб ладонью. —Слушай... Тебе одежду дать на ночь? А то в окровавленной рубашке... как-то не очень спать, не? Взгляд Глитча снова стал сосредоточенным. —Да. Было бы правильно. Спасибо. — Ну... тогда попробую найти что-то твоего размера... — Друг с подозрением оглядел габариты мафиози и двинул в соседнюю комнату, кинув на последок: — Стой там! Глитчоус, уже по привычке, нахмурил брови. И встал в центр комнаты, спиной к стене, откуда был виден и выход, и дверь, в которую ушлёпал Друг. —Хорошо, — отозвался он не очень активно, и его голос прозвучал ну слишком уж громко. Спустя минут пять Друг вышел из комнаты, скинув толстовку и оставшись в простой серой футболке. Он протянул Глитчоусу свёрток из чёрных спортивных шорт и футболки с каким-то стёршимся логотипом. — На, попробуй это. Вряд ли будет впору, но лучше, чем рубашка с... э-э-э... следами рабочего дня. Глитчоус молча принял одежду. Его пальцы, привыкшие сжимать рукоятку оружия, нежно прикоснулись к мягкой хлопковой ткани. —Ты ведь знаешь, где здесь у тебя ванна? — спросил он. Друг молча ткнул пальцем в сторону двери. Глитч и скрылся за дверью ванной, громко щёлкнув замком. Друг плюхнулся на край разложенного дивана, бесцельно листая Тик-Ток на телефоне. Тиканье часов на стене казалось непривычно громким, как будто он их даже и не слышал до этого. Примерно через пять минут дверь ванной открылась, и появился Глитчоус. На нём были те самые шорты и футболка, которая была натянута, спасибо что хоть не рвалась по швам. — Быстро что-то, — заметил Друг, откладывая телефон. Глитчоус медленно подошёл к дивану и сел рядом. Он повернулся к Другу, и на его лице снова появилась та самая, хитрая ухмылка. —Бывает, — сказал он своим привычным грубым тоном. Друг не сдержал зевка, широко и беззвучно. —Ну что, ложиться будем? — прошептал он. Глитчоус повернул к нему голову. —Уставший что ли, а? — в его голосе было слышно чуть нежности. — Если не пиздеть, — Друг уже закрыл глаза, — то да. Очень. Глитчоус громко фыркнул. —Значит, пошли спать, соня. Выключать тут у тебя что-нибудь нужно? Друг без сил повалился на диван у стены, уткнувшись лицом в одеяло. —Свет... выключишь? — пробормотал он, уже почти во сне, ткнув пальцем в сторону выключателя. Глитчоус с тихой усмешкой помотал головой, поднялся и одним щелчком погрузил комнату в темноту. Друг уже лежал с закрытыми глазами как убитый. Глитч замер над ним, наблюдая за этим довольно редким зрелищем. — Хули стоишь... — прошептал Друг, не открывая глаз. — Ложись уже, давай... — Вот ведь хамло мелкое, — прошипел Глитчоус, но в его голосе не было ни капли злости. — Ложись... — снова, уже совсем сонно, попросил Друг. Глитчоус громко фыркнул, сдаваясь, и наконец лёг рядом. Он устроился на спине, уставившись в потолок, руки были сложены на груди. Рядом с ним Друг ворочался. Ему тоже было непривычно. Обычно он обнимал подушку, и теперь его руки искали хоть какую-то опору. В полутьме он слегка подвинулся, а затем, словно во сне, перевернулся на бок и обнял Глитчоуса, прижавшись щекой к его плечу, в точности как тогда, на улице. Глитчоус лишь замер от неожиданности. И как же странно, тот человек, который мог весь район перехуячить от скуки, боялся пошевелиться, чтоб не потревожить спящего «пиздюка». Прошло десять минут. Глитчоус всё так же лежал с открытыми глазами. Но всё же он повернулся на бок лицом к другу и наконец заснул.

Глава 2: Романтический вечер с угрозами

Июнь 2024

Они переставили маленький кухонный столик к самому окну. За стеклом медленно спускался вечер, окрашивая небо в сиреневые тона. На столе стоял заварочный чайник с его любимым чаем — Глитчоус запомнил, — и две простые кружки. Почти романтика. Почти. Потому что ровно в тот момент, когда друг улыбнулся, глядя на Глитча, раздался первый звонок. Глитчоус шипяще вздохнул, достал телефон. Его лицо мгновенно преобразилось из мягкого в каменное. —Я же сказал, разберитесь сами. Нет? Я вам клянусь, я вас, сука, сам всех вас закопаю, если меня в выходные не перестанете тревожить. Он бросил телефон на столешницу. Через десять секунд — новый вызов. —Я вам уже сколько раз говорил, не тревожить меня в выходные, А ИМЕННО НЕ НАЗВАНИВАТЬ МНЕ, КОГДА Я ОТДЫХАЮ, СУКА. Он отключил звонок и резко повернулся к другу. Взгляд его ещё был ледяным, но голос намеренно смягчился до шепота. —...Так, сколько, милый, тебе там сахара? Я не расслышал просто. Друг фыркнул. Потом захихикал. А через секунду уже хохотал, уткнувшись лицом в стол. —Извини, я... — он всхлипнул, пытаясь говорить. — ТЫ ТОЛЬКО ЧТО КОГО-ТО ЗАКОПАТЬ ПООБЕЩАЛ, А ТЕПЕРЬ ПРО САХАР СПРАШИВАЕШЬ! ЭТО ТАК СУКА СКАЗАНО ХОРОШО БЫЛО, Я НЕ МОГУ! Глитчоус смотрел на него. Он провёл рукой по лицу и тяжело вздохнул. —...Скажи честно. Я весь вечер испортил. Друг перестал смеяться. Он посмотрел на Глитчоуса — настоящего, уставшего, не того грозного босса, а того самого собеседника из бара. Он перегнулся через столик, положил ладони на его мощные плечи. —Да нет, конечно! — его голос всё ещё дрожал от смеха. — Ты чего. Очень редко выпадает шанс посидеть и угорать в романтической обстановке с главой картеля, а? Он подмигнул. Глитчоус приподнял бровь, делая вид, что не понимает. —Я никогда не был главой картеля. — А, ну ладно. Это шутки мои, ты их всё равно не поймёшь, старик, — отмахнулся друг, откидываясь на спинку стула. Глитчоус сделал театральную паузу, опустил голову и... жалобно хныкнул. —Ну... Видимо, не судьба мне твой юмор понять. Они снова засмеялись оба. А телефон на столе, к всеобщему удивлению, молчал до самого утра.

Глава 3: Очень ценные сплетни

Апрель 2024

Глитчоус пришёл, как обычно, без предупреждения. Ввалился в квартиру, скинул шляпу на вешалку и грузно устроился на кухонном стуле. — Слушай, ты не представляешь, что этот идиот опять учудил, — начал он сразу, без предисловий, и его глаза зловеще сверкнули. — Я ему говорю... Друг молча кивал, подливая ему в кружку чай. Но в какой-то момент его взгляд зацепился за едва уловимое движение. Глитчоус, активно жестикулируя левой рукой, правой вдруг непроизвольно схватился за предплечье, чуть выше запястья. И замер так на секунду, прежде чем снова начать говорить. — ...так вот, этот долбаёб... Снова. Лёгкое прикосновение, будто проверяя, на месте ли рука. — А можешь пиджак снять? — не выдержал друг, прерывая его рассказ о некомпетентности подчинённых. Глитчоус на мгновение опешил, хмурясь. —Зачем? —Сними, я говорю. Пожав плечами, Глитчоус послушно стянул пиджак и перекинул его через спинку стула. Друг быстрым движением подошёл, взял его за руку и резко закатал рукав дорогой, но мятой рубашки. ЕБАТЬ. Да у тебя тут рана до мяса... Длинный, неровный разрез зиял на красноватой коже. Края были воспалены и сочились сукровицей. Выглядело это свежим и болезненным. — Что случилось? — голос друга сорвался на повышенные тона. Глитчоус отвел взгляд, неуверенно мямля: —Да это... старая! Просто расчесал, нервничаю... — Никаких «просто»! — перебил его друг, уже роясь в кухонном ящике и доставая оттуда внушительную аптечку. Он поставил её на стол. Когда он подошёл с бинтами и антисептиком, Глитчоус попытался возразить, оттягивая руку: —Да нормально всё. Ты только время своё зря тратишь... — Ага, ебать. По тебе прямо видно, как «нормально», — проворчал друг, хватая его за запястье с силой, которой от него никто не ожидал. — Сиди смирно. Они спорили. Глитчоус бубнил, что это ерунда, что он не ребёнок, а друг ворчал в ответ, ловко очищая рану, от чего Глитчоус невольно вздрагивал и стискивал зубы. Спор стих, когда в ход пошла игла с ниткой. Глитчоус смотрел, как его кожу ловко стягивают аккуратными стежками, и в его глазах было странное сочетание стыда, боли и... облегчения. — ...Так вот этот чел, — тихо, уже без прежнего огня, начал Глитчоус, когда друг завязывал последний узел, — пока я тут с тобой сижу, наверняка опять какую-то дичь творит. Друг закончил с перевязкой, похлопал его по здоровому плечу. —Ну, теперь-то ты ему вправить мозги сможешь. Только давай без новых дыр, а? Глитчоус хмыкнул, поправляя свежую повязку. И они продолжили свои посиделки. Как ни в чём не бывало.

Глава 4: Тень Сенчоуса

Декабрь 2024

Вечер был тихим и почти идеальным. Они захватили пиццу, запустили на телевизоре какую-то глупую комедию, и Глитчоус даже снял пиджак, позволив себе расслабиться. Он полулежал на диване, а друг устроился в ногах, комментируя особенно дурацкие сцены. Мир сузился до размеров этой комнаты, и в нём не было ни мафии, ни окровавленных рубашек, ни прошлого. И тут зазвонил телефон. Друг лениво потянулся к экрану, и его палец замер в сантиметре от кнопки принятия вызова. На дисплее горело имя, которое он не видел годами. Сенч. Глитчоус, не глядя, пробурчал: —Кто это там в неурочный час? — Э... Сенчоус, — тихо и растерянно сказал друг. — Ну... возьми уже, — его голос прозвучал ровно, слишком ровно. Друг сглотнул и провёл по экрану. —Алло? ... Пять минут. Всего пять минут. Он говорил тихо, отворачиваясь: «Привет... Да, давно не виделись... Я в порядке, да... Рад, что у тебя всё хорошо...». Каждое его нейтральное, вежливое слово било Глитчоуса по лицу. Он слышал в его голосе ту самую теплоту, которая когда-то была адресована и ему, в том самом баре. Когда звонок прервался, друг обернулся с неловкой, извиняющейся ухмылкой. —Представляешь, Сенчоус в городе! Просто поздороваться... Он не успел договорить. Глитчоус медленно поднялся с дивана. Его глаза были не просто злыми. Они горели в буквальном смысле. — Нашлось время для старых дружков? — его голос был хриплым шепотом, от которого застывала кровь. Друг попытался отшутиться, почувствовав страх. —Глитч, успокойся, это же просто Сенч... Мы же просто поговорили. — Я ЗНАЮ, КТО ЭТО! — Глитчоус не кричал. Он выдохнул эти слова с такой силой, что они прозвучали громче любого крика. Он сделал шаг вперёд, и его тень накрыла друга целиком. — Ты думал, я забыл? Ты думал, я позволю ему просто так вернуться? Прийти и забрать то, что теперь МОЁ? — Что? Какое «забрать»? О чём ты? — друг отступил на шаг, наткнувшись на стену. — Я убирал всех, кто вставал у меня на пути. Ломал. Стирал в порошок, — Глитчоус говорил, не отрывая от него горящего взгляда. — Но его... его я просто убрал с твоего пути. Потому что знал — он тебе дорог. Я пощадил его ради ТЕБЯ. А теперь... теперь он осмелился позвонить. Услышать твой голос. Напомнить о себе. В его голосе впервые прозвучала не просто ярость, а что-то хрупкое и уязвимое — настоящая, животная ревность, которую он всегда хоронил глубоко внутри. Он боялся. Не потерять собственность. Он боялся потерять единственного человека, который видел в нём не главу мафии, а того самого одинокого собеседника из бара. И эта мысль сводила его с ума. Он ждал ответа. Не оправданий, а чего-то настоящего. Друг медленно выдохнул. Он не отступил, не испугался. Он шагнул вперёд, прямо в личное пространство Глитчоуса и посмотрел ему в глаза. — Ты идиот. —Что? — глаза Глитчоуса лишь сузились. —Полнейший, безнадёжный идиот. Ты действительно думаешь, что какой-то звонок из прошлого может что-то изменить? Со мной? С нами? Он схватил Глитча за отворотник рубашки, с силой, от которой тот непроизвольно дрогнул. — Он — воспоминание. Приятное, да. Но просто воспоминание. А ты... — голос друга сорвался, в нём впервые прозвучала не злость, а боль. — Ты сейчас здесь. Ты, который орёт на меня из-за ничего. Ты, который не понимает, что он выгрыз себе здесь место давно. И никому его не уступит. Никому. Друг зашёл в другую комнату, громко хлопнув дверью, оставив Глитчоуса одного в темноте с небольшим светом телевизора.

Глава 5: Опасно одному

Январь 2025

Глитчоус и Дружок как обычно гуляли поздновато вечером. Они сидели на холодной металлической лавке в безлюдном ночном парке. Глитчоус, развалясь, наблюдал за небом, а потом его взгляд упал на склонённую спину дружка. Глитчоус наклонился ближе, голос низкий, но без привычной хрипоты: —Что опять там смотришь? Друг вздрогнул и быстро убрал телефон в карман: —Да так... Ничего особенного. Он замолчал, но тишина уже висела не неловкая, а задумчивая. Глитч не отворачивался, продолжая смотреть на него вопрошающим взглядом. Друг вздохнул, глядя куда-то вбок: —Просто... старые фотографии смотрел. С Сенчоусом. (Глитчоус напрягся, но не разозлился, а лишь сжал кулак на колене. Друг это заметил). Друг продолжил спокойно: —Не для того, чтобы ностальгировать. А чтобы... понять. Раньше мне казалось, что вот это — веселье, куча людей, туса. А сейчас сижу в три часа ночи в пустом парке с главой мафии, и... как-то... спокойнее что ли. Глитчоус фыркнул, но в его фырканье слышалось что-то похожее на удовлетворение: —Ну, я-то хоть закапываю людей по делу. А не просто так, за компанию. Друг ухмыльнулся: —Вот именно. С тобой хоть понятно, где враг. А в тех компаниях... никогда не знаешь, кто друг, а кто просто притворяется. Они снова замолчали. Прохлада заставляла Друга ежиться. Глитчоус снял свой пиджак и набросил ему на плечи, не глядя: —На, тряпка. А то ещё заболеешь, а мне потом с твоими соплями возиться. Друг кутался в пиджак, который пах дымом и дорогим одеколоном, и тихо смеялся: —Спасибо... А с тобой не опасно? Вдруг кто увидит, что грозный Глитчоус о пареньке своём заботится? Глитчоус повернулся к нему, и в темноте видна была лишь опасная ухмылка: —А кто увидит? Те, кого уже закопали? Друг фальшиво содрогнулся: —Бррр. Романтика. Глитчоус вдруг стал серьёзнее. Глитчоус тихо: —Ты... Ты прав. Одному опасно. Не потому, что напасть могут. А потому, что сойти с ума можно в этой тишине. Он говорил это так, будто знает, о чём говорит. Будто сам через это проходил. Друг аккуратно подал ему плечом в плечо: —Ну, так что... Теперь будешь моим личным телохранителем от одиночества? Глитчоус хрипло рассмеялся: —Дорого я тебе обойдусь. Друг: —А я расплачусь чаем и выслушиванием твоих баек про непослушных подчинённых. Глитчоус встал, протягивая ему руку, чтобы подняться: —Ладно, пошли, пиздюк.