Наши руки не для скуки

      Стоя на площади напротив выстроенных по линии солдат, Рокэ Алва, Первый Маршал Талига совершенно не слушал о чём там вдохновенно вещал его сюзерен. На то Фердинанд король, чтобы вещать и вдохновлять. Сколько таких речей за свою жизнь Алва уже выслушал? А сколько ещё доведётся?       Ричард за спиной монсеньора осторожно переступил, радуясь, что на него мало кто смотрел, вперившись глазами в строй солдат. Да и за спиной эра Рокэ укрываться было надёжно. Он честно пытался слушать речь короля. Но... вот если бы ещё так спать не хотелось! А всё книга. Он нашёл её в библиотеке, и монсеньор, как-то странно улыбнувшись, поведал, что написана она его другом и всё там описанное действительно было. Слог у автора оказался на диво хорош, да и рассказ о морских приключениях захватывал. Ричард, всё никак не мог заставить себя расстаться с книгой, обещал прочесть всего-лишь одну страничку и отправляться спать. Но читал следующую. И следующую. Пока так и не уснул, уткнувшись носом в книгу.       Проснулся, правда, Ричард в своей собственной постели. Но задумываться о том, как он в ней оказался было совершенно некогда - следовало умываться, одеваться, завтракать и отправляться на смотр.       Смотр оказался... самым скучнейшим действием в жизни Ричарда. Он старался не зевать. Вот позор-то будет! Но... глаза закрывались сами собой. Бороться со сном становилось всё сложнее. Ричард покачнулся и распахнул глаза. А если он заснёт прямо так, стоя? И завалится на монсеньора.       На секунду Ричарду даже стало любопытно, а изменится ли выражение лица эра Рокэ, если сзади на него навалится посапывающее тело его собственного оруженосца? Или он продолжит невозмутимо стоять, излучая уверенность и непоколебимость, будто происходящие совершенно не выходит из рамок нормальности? Но проверять он благоразумно не рискнул.       Было бы можно хотя бы чем-то занять руки, может, тогда и сон удалось отогнать? Мысли улетали далеко с площади Святого Фабиана. Они возвращались к недочитанной ночью книге, что ждала его в библиотеке. Как же там было описано море! Так, что Ричарду самому нестерпимо хотелось очутиться на шаткой палубе корабля рядом с героем книги, пройти вместе с ним через сокрушительный шторм, крепко сжимая в руках вырывающийся канат, пытаясь обуздать полощущийся порывами ветра парус.       Что-то шелковистое и приятное потекло между пальцев Ричарда. Словно лаская. И он перебирал этот шёлк, думая, а не будет ли морская вода такой же на ощупь?       Фердинанд задумал очередную войну. Маленькую. Лишь чтобы развлечься. Скучно, видите ли, королю. А Рокэ теперь предстояло... Рокэ вздохнул, представляя себе объём работы по снаряжению войск в поход. Сейчас конец лета. Ещё стояла жара. А значит, солдат нужно одеть в летнюю форму, чтобы они не зажарились на марше. Но пока они доберутся до места начнётся осень. Похолодает. А ещё слякоть и грязь. И это означало, что вслед за браво марширующими войсками будут тащиться телеги не только с провиантом, но и с тёплой одеждой.       Кто-то, впрочем, долго гадать кто же именно Алве не пришлось - не болезненно, но ощутимо дёрнул его за волосы, заставив вынырнуть из подсчётов необходимого количества тягловых лошадей для телег под фураж, провизию и прочий скарб.       - Что вы, позвольте узнать, - тихо, не оборачиваясь прошептал Рокэ, - делаете?       - Ой!       От вопроса монсеньора Ричард очнулся, обнаружив себя не на палубе корабля, а на вполне устойчивой брусчатке столичной площади, а в пальцах у себя не морскую воду и даже не парусину, а волосы. Шикарную гриву монсеньора. Которую он до половины успел заплести в толстую тугую косу. "Совсем как морской канат на рисунке", - подумалось не к месту.       Рокэ всё-таки покосился через плечо, вздохнул и сварливо пробубнил:       - Теперь уж доплетайте, раз взялись!