Если вдвоём - только в морг

Поверь мне — счастье только там,где

любят нас, где верят нам.

Ощущаю безмятежность и покой. Он рядом, как я и хотела. Закрываю глаза, сливаюсь с спокойной атмосферой, Однако есть одна вещь, которая не даёт мне покоя. Не рассказывает о своей работе. Ничего . Абсолютно. Хотя если судить по его доходам, то он достаточно состоятельный человек. — Ты не хочешь, чтобы я знала, кто ты? — спрашиваю я. — Не хочу, — отвечает он тихо. — Почему? — спрашиваю я снова, на этот раз ещё тише. Не отвечает. — Почему? — повторяю я. — Это всё испортит, Диан. Ты и так уже знаешь больше, чем нужно. — Мне кажется, лучше, чтобы всё было ясно с самого начала, чем когда будет слишком поздно. — С моей стороны уже поздно. Пусть всё остаётся как есть, пока не станет поздно с твоей. Его слова звучат у меня в голове. — То есть, я буду сожалеть? — спрашиваю — Нет. Если ты доверишься мне, то не будешь. Ты же доверишься мне? — Ммм… не знаю. Мне кажется, это нечестно. — Честность уже не в приоритете. Задергивает штору. — Не хочу давать тебе выбор. Зачем он тебе? — голос дрожит от переизбытка эмоций. Сейчас, когда его близость переполняет, мне тоже кажется, что выбор не имеет значения. Валера присаживается на корточки рядом с кроватью, спиной прислоняясь к стене. Свешиваю руку с кровати. Мне кажется, что воздух в этой комнате сгустился от его присутствия. Я машинально сжимаю кисть, пытаясь прикоснуться к нему. Он ловит мои пальцы и нежно сжимает их. Ощущаю, что его ладони сухие и горячие. Притягивая меня ближе, прижимает мое запястье к губам. Я чувствую, как дыхание холодит кожу, когда он втягивает носом её аромат .Ласково прикусывает основание большого пальца. Это самое нежное прикосновение, которое случалось со мной! Зажмурившись, я пытаюсь сдержать стон. Возможно, дело не в прикосновении, а в мужчине, который его дарит… — Ты меня запутал, я не понимаю, что происходит… — А ты не понимай. Закрой глаза и следуй за мной. — А что там? — Там я. И если я позволю тебе "развязать глаза", то мы туда не дойдём. — Но мне одиноко, в пустоте, с завязанными глазами. Ты то появляешься, то исчезаешь… — Я всегда рядом. Но иногда мне нравится "отпускать твою руку", чтобы ты терялась. И рассматривать тебя такой… Это очень красиво. Уязвимой… я помню, да. Вырываю руку. — Это жестоко. — Умеренная жесткость помогает снять броню. И ты можешь увидеть, что скрывается под ней. — Я так не смогу. А ты можешь по-другому? — Зачем? — Для меня. Чтобы мне было комфортнее. — Мне проще научить тебя чувствовать себя комфортно в моей системе координат, чем пытаться понять твою. — Очень честно. — Да. — И очень эгоистично. — Опять — да. — И от этого мне становится ещё более одиноко, — вздыхаю я. — Я не смогу так, Валер. Побудь со мной немного. А потом уходи. От того, что говорю, внутри всё горит ,но пока ещё есть силы сопротивляться этому, я должена это сделать. Завтра , конечно, пожалею об этом, но это будет завтра , сейчас мне хорошо. Пауза затягивается. Воздух становится гуще, а тишина — звонче. Я закрываю глаза, погружаясь в бездну боли. В этом есть что-то упоительное. От этой боли можно умереть, но есть и особая радость — понимать, что он испытывает не меньшую агонию. Я тоже жажду твоей уязвимости и чувств. Моё сердце колотится. Ну же, говори что-нибудь, уходи, но сделай что-нибудь. — "Женщины эмоциональны"Я передумал. Оставлю, пожалуй, гранату у себя. Не нужен тебе этот выбор. Я с облегчением вздыхаю, но что будет дальше? Я выиграла этот раунд? Слышу, как он поднимается на ноги. Пиджак летит на кресло. В темноте я вижу, как мелькают белки его глаз, но лица рассмотреть не могу. Присаживается ко мне в ноги на край кровати. Замираю. Его палец медленно скользит по моей ступне, и от этой близости я чувствую, как моя кожа становится податливой, словно прогибается вместе с простыней. Через пальцы чувствую как бьется его сердце . — ты мне снишься — Чувствую, как тревожная эйфория охватывает меня изнутри после услышанного. Внезапно его горячая ладонь накрывает мою ступню, и я зажмуриваюсь, закусив губу. Поднимает и кладёт себе на бедро, пальцы медленно очерчивают косточки на моей щиколотке. — Проводишь меня? — предлагает. — Ты не останешься? — спрашиваю с надеждой. — Нет, мне пора . Втягиваю голову в плечи, не понимая, что происходит. Сердце бьётся в груди от неожиданности, когда нависает надо мной. Тело охватывает волна ощущений, и я едва могу дышать. Берёт меня за подбородок, и его пальцы с лёгкой грубостью касаются моих щёк. — До завтра,сладких снов — хрипло произносит. Перехватываю его за воротник тонкого пуловера и на мгновение притягиваю к себе, вдыхаю запах несколько раз. Пусть он останется во мне. Затем слегка отталкиваю в плечо, отстраняя от себя. Отвернувшись, закрываю глаза и моментально уплываюв сон. *** Дом был таким же светлым и просторным, как и раньше. Мои квадратные метры кажутся теснее, что мне было сложно окинуть взглядом всё пространство. Я сняла куртку и с трудом попыталась дотянуться до вешалки. Валера заботливо помог мне, повесив её на крючок, и я последовала за ним вглубь дома. — Как же у тебя здесь всё-таки пусто. — Ты так думаешь? Никогда об этом не задумывался. Я закатала рукава и огляделась, пока мужчина уходил наверх и не скрылся за одной из дверей совсем. — Ты чего застыла? С тобой всё в порядке? Воды дать, котенок ? Его обеспокоенный голос вывел меня из задумчивости. Посмотрела на дверь — она была закрыта. Вадим стоял передо мной, слегка наклонившись, и внимательно смотрел. Нужно перестать так много думать. — Да, я просто задумалась. — О чём таком можно задуматься, чтобы не услышать кого-то? — Да обо всём, чайник уже почти закипел, — я потянулась к нему, чтобы выключить, и избегая его взгляда. Валера мягко положил руку на кухонную поверхность, преграждая мне путь к побегу. — А всё-таки? Что заставило тебя так переживать? — Я не взяла с собой никаких вещей и вообще как это так быстро… — Я не хотел тебя напугать, слышишь? Он осторожно приподнял мою опущенную голову и подушечкой пальца нежно погладил по щеке, едва касаясь. Поэтому я здесь? — Все вещи, что тебе нужны, я предоставлю, и все, что тебя волнует, тоже решу. Не переживай ни о чём, хорошо? — Хорошо… Чайник правда вскипел. Стало стыдно… Я заставила его волноваться . Перебрая пальцами край толстовки и прикусив нижнюю губу, чтобы не произнести ничего лишнего. Филатов выключил прибор и опустился на корточки, чтобы быть со мной на одном уровне. Сейчас я значительно выше и скрыть волнение на лице уже было проблематично . Ярко-красное волнение. Мне даже не нужно было смотреть на себя, чтобы понять, что я покраснела. Это определённо было вызвано давлением и сильными эмоциями. Увидела, как он улыбнулся, и знала, что последует за этим. Мы оба это знали. Одной рукой он обвил мои ноги и притянул меня к себе. Я подошла ближе, стараясь не увеличивать площадь касаний. Я не знала, как много мне было дозволено. Второй рукой он подтолкнул мой локоть вверх, побуждая меня к действиям. На кончиках пальцев я почувствовала пульсацию, словно маленькое сердце, и провела руками по его широким плечам. Вдыхая будоражащий аромат, я поймала себя на мысли, что он меня успокоил. Я опустила голову на его плечо и крепко сжала руки, будто меня вот-вот заставят их разжать. — Иди ко мне. Всего три слова, состоящие из восьми букв, прозвучали особенно. Я не могла понять, с какой эмоцией они были сказаны. Рывком поднимаясь на ноги, Валера крепко держал меня на руках. *** Между нами едва ли метр расстояния, и я непроизвольно придвигаюсь ближе, сложив руки перед собой, словно в защитном жесте. Мужчина убирает прядь с моего лица и поднимает его, чтобы внимательно рассмотреть и разгадать мои эмоции. Я слышу собственное дыхание и пытаюсь сосредоточиться на нем, чтобы не думать о том, как близко я нахожусь к своему преподавателю по химии. Мужчина нежно проводит тыльной стороной ладони по моей щеке, и я поднимаю глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Трудно смотреть в глаза, которые так пристально изучают каждый миллиметр твоего лица. Чувствую, как каждый раз, когда он задерживается на какой-то части, его взгляд возвращается к моим губам, и я невольно поджимаю их, глотая слюну. Это было слишком громко, и он улыбается, словно ждал именно такой реакции от меня. Пальцами поднимает мою голову до упора вверх, и я устремляю взгляд на белый потолок. Вокруг так много света, что я словно погружаюсь в темноту своих мыслей, пытаясь найти хоть какой-то баланс. Мужская рука медленно перемещается на мою шею, и он сжимает ее, наслаждаясь тем, как меняется мое дыхание. Я выдыхаю через рот, становясь еще более затуманенной. Наслаждаясь зрелищем, Филатов наклоняется и проводит губами по моей сонной артерии, ощущая, как громко пульсирует кровь внутри нее. Мягким поцелуем он завершает. Возвращая мою голову в нормальное положение, мужчина смотрит с тем же мягким взглядом, в котором нет ни тени доминирования или потребности во власти. Я сомневаюсь, что мой взгляд сможет вернуться к прежнему состоянию. — Ужин сам себя не приготовит, — говорит очень спокойным голосом,а я пытаюсь отойти от происходящего. Валера , прижимаясь к моей спине и слегка касаясь бедрами столешницы, не оставляет мне возможности двигаться. Я улыбаюсь и, словно ничего не происходит, беру муку и начинаю замешивать соус. Упирается руками в стол по бокам от меня, наблюдая за тем, как я игнорирую его присутствие. Приготовление соуса для пасты в таких условиях становится для меня чем-то новым. Я чувствую глубокое дыхание на своем затылке и знаю, что он улыбается. Не спеша заливаю сливки в кипящую смесь и перемешиваю, стараясь избежать комочков. Мужчина фиксирует мою голову одной рукой, чтобы я не вертела ею, а другой медленно стягивает с моих волос резинку. Я уверена, что паста с волосами — не самое вкусное блюдо для ужина, но он, кажется, наслаждается процессом и не торопится меня отпускать. Вопреки лёгкому страху, я улыбаюсь и предвкушаю приторность моего воображаемого плена. От каждого его вдоха и выдоха по моей спине пробегают мурашки, а мужская грудная клетка так близко, что мне становится жарко. Резинка красуется на мужском запястье, пока его обладатель перебирает кончики моих волос. Как удав душит свою пойманную жертву, так же медленно и постепенно Валера наматывает мои каштановые локоны себе на руку. Я начинаю дышать чаще и осматриваюсь вокруг, замечая плиту, ножи, доски, молоко, муку, масло, перец и соль. Крепко взявшись за мои волосы, он осторожно проверяет, не больно ли мне, и нет ли в них ниток. Затем он с силой тянет их вниз, другой рукой придерживая мой подбородок, чтобы моя голова поднялась вверх и я могла видеть его лицо. Все мои внутренние вопросы затихают. Я чувствую, как между нами нарастает напряжение. Каждая клеточка моего тела ощущает натяжение невидимой цепи, на которой Валера сдерживает себя. Эта цепь крепка, она не даст слабину. И он не ждёт моего разрешения, он лишь немного оттягивает время, чтобы насладиться этим моментом. Он не позволит себе большего. Это один из тех редких моментов, когда его глаза говорят громко и ясно, не произнося ни слова. Он ругает себя за слабость, которую позволил себе пару часов назад. Почему я об этом думаю? Мне так хочется расслабить его, дать ему возможность дышать свободно, хотя сейчас именно я сейчас в заточении. закрывает глаза и, склонившись к моей шее, нежно целовал её, оставляя за собой дорожку из лёгких вздохов. От этого чувственного поцелуя по моей коже пробежали мурашки. Почти у самой ключицы я услышала, как он глубоко вдыхает воздух, как аромат дорогих сигарет. Его рука, державшая мои волосы, ослабла, и они мягко упали на плечи, словно россыпь веснушек. Подхожу ближе и поднимаюсь на носочки, и, нежно коснувшись его губ своими, — ты невероятная… Шепчет одними губами, и я, не ожидая такой реакции, замерла, не в силах вздохнуть. Валера же, не теряя времени, обхвает меня за бедра и усаживает на стол. Губы нежно касаются моих. Кладу руки ему на плечи, позволив кистям свободно свисать за его спиной. Он же, крепко обняв меня за бедра, притянул к себе и, упираясь в столешницу, провёл языком по моим губам. Наконец-то он взял верх в этом поцелуе, который сегодня был лишь взаимным. Его язык мягко проник внутрь, а руки обхватили моё лицо, словно стремясь запомнить каждый сантиметр. Каждый раз, когда он придвигался ко мне для нового сплетения, я чувствую новую волну возбуждения, накатывающую на меня. Мне казалось, что у дрожит даже кровь в венах, и мужчина это прекрасно чувствовал. Отстраняется и, не дав толком отдышаться, снова целует. На этот раз он обнял меня за талию и слегка приподнял край футболки, так что кончики пальцев касались моей кожи. — Валера… — Ещё немного, прошу. Мужчина переместился к изгибу моей шеи, оставляя за собой влажные следы. Некоторые из них были тяжёлыми, другие едва заметными, но я не могла различить цвет стен из-за звёзд в глазах и ощущения его руки на моём животе. После того как я издала лёгкий стон, мужчина немного отступил назад. Боже, как же кружится голова. Всё вокруг словно плывёт, и мне ужасно жарко.